Вдруг это последний раз?

Чем дольше Джорно и Бруно не возвращались, тем сильнее Аббакио нервничал. Он не мог понять, что их так задержало. Ведь, казалось бы, передать Триш - дело десяти минут. Возможно, что-то пошло не так? Когда их силуэты замаячили у выхода из монастыря, Леоне вздохнул с облегчением. Но, по мере приближения парней, он испугался только сильнее. На руках Джорно безвольно повисла потерявшая сознание Триш. А изможденный, перепачканный кровью Бруно плелся чуть позади. Они медленно приближались к пирсу. Аббакио с остальными вышел из лодки, ожидая объяснений. -То, что я скажу - полное безумие, но я собираюсь предать босса. Он всё это время хотел убить Триш, а этого я не могу допустить. Если вы хотите, то можете пойти со мной. А если нет, то всё пойму, ибо это действительно опасно и не факт, что мы не умрем. Фуго начал яро спорить, Наранча сжавшись молчал, а Миста лишь ошалело хлопал глазами. Леоне же без тени сомнения стал рядом с Бруно, аккуратно положив тому руку на плечо. -Хотя я и клялся в верности Пассионе, а не тебе, но Бучелатти, мой дом только рядом с тобой, потому я в деле. Пусть всего на мгновение, но на лице Бруно появилась та ослепляюще нежная улыбка, которую он дарил только ему. Никто этого не заметил, кроме самого Аббакио. От этого невинного жеста его голова шла кругом, а руки дрожали. Только вот с глазами Бучелатти что-то не так. Они были какими-то мутными и тусклыми, словно у куклы. Аббакио это насторожило, но он списал данную странность на усталость после битвы с боссом. После недолгих споров, они с Джорно, Мистой, Наранчей и Триш двинулись в путь. Плыть предстояло несколько часов, потому ребята решили немного передохнуть в черепахе, пока Леоне оставался за управлением суденышка. Услышав тихий шорох, он обернулся, застав Бруно за своей спиной. Тот лишь вежливо улыбнулся, присаживаясь рядом. -Не против, если я присоединюсь? -Конечно нет. -Аббакио берет его за руку, продолжая сосредоточенно смотреть по направлению к цели. Нащупав странное отверстие, он всё же переключает внимание на Бучелатти. От вида большой сквозной дыры в его ладони, Леоне становится не по себе. Заметив его побледневшее лицо, Бруно одергивает руку, спрятав её за спину, словно провинившийся малыш. -Мне совершенно не больно. Беспокоится не о чем. - Неуверенно тараторит он, скорее пытаясь убедить себя, чем Леоне. -Что-то я сомневаюсь. Не верю, что ты ничего не почувствовал. Аббакио схватил его за запястье, вынуждая протянуть руку. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что пульса под своими пальцами он совершенно не чувствует. Да насколько и побледнела обычно смуглая кожа Бучелатти, а алые губы приобрели синеватый оттенок. По тому, как тело Леоне крупно дрожало Бруно сразу понял: он догадался. Бучелатти крепко обнял его, прижимая к своей холодной груди. Он поглаживал спину Аббакио онемевшими пальцами, нашептывая ласковые слова. Когда дрожь Леоне унялась, Бруно чуть отстранился, сжав непослушными пальцами его ладони. -Когда Кинг Кримзон ранил меня в живот, Джорно успел использовать Голд Экспириенс. Правда, его способность сработала не до конца. Теперь я мертв, но могу функционировать как прежде. Не знаю, сколько это продлится, но клянусь, пока могу контролировать тело, буду с тобой. Аббакио кивнул не произнося ни слова. Он попытался улыбнутся, притворяясь сильным, но предательские крупные слезы неумолимо покатились вниз по острым щекам. Утянув Бруно в свои объятия, он плакал словно дитя, завывая и громко всхлипывая. Леоне было бесконечно стыдно за это. Сейчас он должен утешать Бучелатти, а не наоборот. -Не расстраивайся, думаю, Джорно всё исправит. -Ага. Они оба знали, что врут, но притворились, будто действительно верят в эту глупость. Так будет легче. Бруно оставил мягкий поцелуй на его губах, обхватив острые щеки своими обжигающе холодными ладонями. С каждой секундой, слезы катились по лицу Леоне всё быстрее, ибо уже сейчас он чувствовал исходящий из его нутра характерный сладковатый запах тлена. Но, он всё равно целовал, ибо вдруг этот раз последний?