I hate you

      Дамиано не лайкает фото Виктории. Он игнорирует эту фотографию, где она сидит на кровати в отеле Лос-Анджелеса, после ночи с ним. Где он лежал за её спиной, прижимая голое тело ближе и ближе к себе, сокращая и так миллиметровое расстояние.       Он не лайкал их совместные фото. Вернее, с начала года они отсутствовали на личных страницах друг друга. Негласное правило: Викторию и Дамиано вместе не выкладывать (очень редко, и в кадре должны быть другие люди). Оно появилось после многочисленных истерик Джорджии, которая клялась, что убьёт и его и «твою белобрысую шлюху». Мозг Дамиано страдал из-за этого, а вот Вик веселилась: она обожала изводить других людей, маленький ручной дракон.       Думал Дамиано, что в таком случае Джорджия не сможет понять, что он до сих пор исподтишка смотрит на Вик, когда обнимает ее. Как он аккуратно проводит пальцами по спине басистки, как бы поправляя ремень. Прижимается к ней ближе в такси, и закидывает ноги блондинки на свои, «просто потому что так удобнее всем».       Он не лайкал ни одну её фотографию после того, как они выпустили Маммамия. Скрипя сердцем, солист листает карусель Виктории и Итана. Хотелось спустить драммера прямо с крыши билдинга. Он ненавидел, тот факт, что кто-то обнимает его бывшую девушку, к которой брюнет испытывал влечение до сих пор.       Скручивая самокрутку и прикуривая её, солист листает инстаграм Виктории: вот фото, где она абсолютно нагая, также сделано им. Он старается минимально проявлять активность на её странице в этой социальной сети.       Под запретом фото в купальнике. Это вообще табу. Однако, член в штанах указывает на то, что Виктория очень сильно повлияла на его физическое и моральное состояние. Снимал он ее с разных ракурсов, чтобы было видно её тело, но сексуальность оставалась нетронутой, она его. Далее, развязывая эти завязки на бикини, он старался не разорвать подругу в клочья. Такое сильное желание.       Дамиано не романтизировал её, он писал про нее песни. Они испугались, они опустили руки, перестали бороться. Но он до сих пор нуждался в ней очень-очень сильно. Увы, любовь не цель всей её жизни. А для него? Фронтмен трёт переносицу и дать ответа на этот, повисший в воздухе, вопрос, он не может.       Там, в Риме, его ждала его невеста. Которую он, на зло Виктории иногда привозил с собой на гастроли. Тогда их ночи, под эгидой адреналина, были ярче. Дамиано каждый раз оставался в Вик дольше, чтобы она кончала несколько раз подряд. Её заводило то, что за стеной сладко посапывала Джорджия. Он закрывал ей ладонью рот, но стоны на ухо, увеличивающие децибел, сводили с ума. На пике она уже не сдерживалась, а Дамиано не спорил. Ходили ли подозрения? Возможно. Потому что после этого был допрос: Где ты был? С кем? Кто живет за стеной? Ответы сводились к сухим: в баре. С Томасом. Он не знает, кто там живет.       Выкладывает в Инстаграм фото с Джорджией, оно старое, ещё со времён декабря 2021, когда брюнетка в очередной раз топала ногами и запрещала это и то. «На концертах не подходи», «Фото не выкладывай».       После той сторис, которую Вик выложила вчера на зло Джорджии, Дамиано выслушал очередную истерику. На громкой Джорджия ругалась и проклинала и «разбивающего сердце мудака», и «тупую дуру», пока в те же минуты солист трахал Викторию сзади, держа её за портупею. Спасибо людям, придумавшим выключать микрофон на телефоне. Это был бы конфуз.       Итак, на телефоне статус *Загружено*. Так будет лучше для всех: для фанатов, которые отслеживают каждый их шаг, до Джорджии, которая наконец-то успокоится. Правда, на время. Но Дамиано в предвкушении наслаждения молочной кожей Вик. Его Вик.       Репетиция должна была начаться минут 15 назад, но его их Виктория, как обычно, опаздывала. Концерт завтра, никакой собранности. Томас настраивал её и свою гитары, чтобы скоротать время. Итан бесшумно подошёл к Дамиано:       — Чувак, тебе пиздец. — Он похлопал друга по плечу. Все знают взрывной характер Вик, а о её мстительности ходили легенды.       — Так надо, — Дам аккуратно скручивал провод, но внутри него явно происходила война. Он понимал, что Вик так просто это не оставит.       Виктория зашла и молча, с ускорением, двигалась к инструменту:       — Извиняюсь, я не могла найти ни одной футболки.       — Могла бы прийти без, — Дамиано ухмыльнулся.       — Дами, — приторно сладко, — классная фотка. Я оценила. — В глазах молнии, но палец показывает класс.       Вся репетиция прошла заметно напряжённо. Виктория ни разу не сбилась, ни разу не подошла к Дамиано. Она пыталась быстрее закончить, чтобы не убить басом этого «козла». Все его «это пиар», «скоро это закончится» разбились о скалы действительности. Она — шлюха. Итог понятен.       Душ всегда помогал успокоиться и взять свою агрессию в руки. Душевая кабина встретила блондинку холодным кафелем и кипятком. Аккуратный стук по пластиковой двери вывел из грустных мыслей:       — Пошёл вон. — По аромату, исходящему от кожи даже через пластик, Виктория понимает, кто там стоит. — Уйди.       Дверки раздвигаются, и к басистке вплотную подходит солист. Вроде говорят, что басисты любят наркотики и алкоголь. А она любит это тело, взгляд, человека? Нет, абсурд.       Он аккуратно подходит ближе — девушка отходит назад, пока не упирается в стену. Дамиано облизывает её плечо и носом утыкается в ухо, ведя кончиком вниз. Виктория, взяв себя в руки, толкает Дамиано, но он словно камень, не хочет даже на миллиметр отодвинуться от её голого тела.       Поднимает руки наверх, перехватывая одной левой тонкие девичьи запястья. Кажется, что от его тела исходит пар — горячие капли становятся кручёным кипятком, соприкасаясь с ним. Виктория аккуратно стонет, через плотно сомкнутые губы.       Дамиано аккуратно прикасается губами к её, но в последний момент Виктория поворачивает голову, и поцелуй приходится на уголок её губы. Зарывается в блондинистые волосы и стоит минуты две. Кажется, что он просто пришел обнимать.       — Пошёл нахер. — Она пытается вырвать запястья, но ей не удаётся. Останутся синяки. — Я не хочу тебя.       — Тогда почему ты держишь меня за руку? — Она следит за его взглядом, одной рукой она держит его за большой палец.       — Ненавижу тебя. — Отбирает руку и сильнее вжимается в стену. — Иди отсюда. — Дамиано не даёт ей договорить и целует. Сначала нежно, а потом углубляя поцелуй. Сильнее и сильнее прижимаются друг к другу. Он сжимает её талию, она — его волосы. Поцелуи становятся ярче и быстрее. Слюна катится по ее шее, когда он переводит свой язык на ее подбородок. Далее — ключицы. Ничего более интимного никогда не было. Он влюблен, она влюблена.       Но месть в ее крови. *Загружено*. Фото с Итаном, новый повод для слухов и шипперства. Виктория лишь поддерживала эту игру. С Итаном они сейчас только подогревают интерес друг к другу. Многие перестали видеть их с Дамиано красивой парой, теперь переключились на другую пару. Басистка упивается ревностью фронтмена.        За десять минут до выхода на сцену Дамиано проходит мимо смеющихся друзей, со взглядом, мечущим молнии. И Виктория понимает — сегодня ей будет больно. И, кажется, морально. Ход за Дами, и он сделает это красиво. Будто скальпелем разрезая сонную артерию.       Они смотрят друг другу в глаза. Он обнимает Джорджию закинув руку ей на плечо, а на Вик сидит Дженис. Зрительный контакт становится заметным для всех: Дженис целует Вик в щеку, а Джорджия толкает Дамиано в живот.

Бас и голос понимают:

Это война.

*Не люблю тебя* — красной помадой на зеркале видит он.

*Врешь* — жидкими водостойкими чёрными тенями на зеркале видит она.