Дух любви из Академии Семи вершин

      Общаясь с другими духами, Ларн спиной ощущал недовольный взгляд Сяня. Но запретить разговаривать с другими учениками он не мог. По официальной версии в Академии все студенты равны… относительно. Разумеется, выходцы из крупных кланов пользовались куда большим почетом и уважением среди собратьев и сестер. Те, кто занимал в своем клане более высокое положение и в Академии верховодил учениками-соклановцами. Заклинатели из враждующих кланов продолжали ссориться и в стенах учебного заведения.       Но во время учебы главными оставались монахи-наставники. И это давало Ларну надежду.       Впереди учеников каждого года обучения ждало традиционное испытание. Показавшие худший результат покинут Семь вершин и вынуждены будут пробовать силы в Академии попроще.       Духи пожелали друг другу удачи на экзамене и разошлись на испытания.       Ларн оказался в одном учебном зале с ещё двумя дюжинами юных заклинателей и заклинательниц. Очень разные и по внешности, и по богатству одеяния, и по происхождению, и по таланту. Все надеялись поступить. Но суждено это было лишь десятерым.       В зал вошли трое монахов. Они рассадили учеников подальше друг от друга по заранее подготовленным рабочим местам с инструментами и выдали карточки с заданиями. В карточке значилось, с каким эффектом должен быть артефакт, на столе в конце зала располагались самые разнообразные ингредиенты.       Некоторые достаточно долго размышляли и чертили схемы. Кто-то из испытуемых сразу бросился к столу с ингредиентами, норовя отхватить самое лучшее, даже если оно не нужно. Монахи осадили таких жадин.       Ларн не спешил, но и не медлил. Он дождался пока урезонят самых наглых и те вернут излишки, подошел к столу, взял самый минимум и принялся за работу. Создавать предметы не из чистой энергии, а на основании материальных носителей было намного проще. Энергии у духа было много, умение сканить и видеть линии силы — идеально.       Конструкция получилась легкая, маленькая, простая, экономичная и надежная — идеальный и дешевый вариант амулета защиты от магии огня.       Духу было немного неловко соревноваться с заклинателями, но он помнил — Аши и так был талантлив. Он бы обязательно поступил.       Ларн сдал свою работу третьим — после растрепанного русоволосого высокого нескладного юноши с бытовым амулетом охлаждения и крупной миловидной девицы с сельскохозяйственным амулетом для повышения урожайности.       Оба изделия были приняты. Брат-наставник проверил работу Ларна, надев амулет на манекен и сформировал шар огня — не слишком мощное заклинание. Амулет не растратил и сотой части маны. Воздух подле манекена даже не нагрелся.       В целом, этого было достаточно для вступительного экзамена. Но молодой монах увлекся, решив испробовать Танец саламандры — заклинание среднего уровня. И снова творение Аши выдержало.       Прочие ученики отвлеклись от сборки артефактов, заинтересовавшись происходящим. Наставники перешептывались, бурно обсуждая произошедшее. Продолжить проверку они не решились. По крайней мере – не сейчас…       Всех завершивших работу попросили покинуть зал, чтобы не мешать прочим.       Выйдя в коридор, Аши сканом определил, что ближайшая дверь ведет на балкончик над ареной для боев воинов. Он уже намеревался незаметно пробраться туда в одиночку, но рядом оказалась та самая девушка, что сдала свой амулет на проверку второй.       — Я — Мэй-Ву из клана Яшмовой выдры. Сейчас экзамен у воинов-первогодок. Не хочешь посмотреть с балкона? — предложила она. Аура дружелюбная, одета не слишком богато для заклинательницы.       — Хорошо. — кивнул юноша, не желая огорчать будущую одногруппницу, хоть и предпочитал одиночество.       Дверь оказалась не заперта, а с балкона открывался прекрасный вид. Первые пара боев не сильно впечатлили Ларна. Интересен был, разве что, сам факт применения боевых заклинаний. Это смотрелось красиво и эффектно.       А потом на арену вышел Джу-Сянь. Его появление сопровождалось одобрительным гулом и криками поддержки. Его противника встречали куда менее благожелательно.       Соперником "дракона" оказался тонкий юноша с длинными черными ухоженными волосами, заплетенными в толстую косу. Еще две тонкие косички шли вдоль висков. Красные, словно пламя, одеяния. Тонкие черты храмовой статуи, полные губы... и повязка на глазах. Незнакомец был красив, силен и совершенно слеп. Вернее — видел только в магическом спектре... А еще, обладал самой невероятной гармоничной и доброй аурой, что Ларн видел — в ней были скорбь и боль, потери... но они не озлобили сердце. Душа продолжала сиять, словно скрытый в недрах горы драгоценный камень – яркий и чистый.       — Заклинатель огня. — определил Аши, не сводя взгляда с юноши в алом.       Слепого приветствовали на арене совсем иначе – ни одобрения, ни поддержки. Злобное молчание, которое лишь чудом не переходило в оскорбления.       — Кто это?! — поинтересовался дух у Мэй-Ву.       — Цин-Кай из клана Огненного дракона. Огненные давние враги Водных драконов. А эти двое ненавидят друг друга! У господина Джу-Сяня и его родни крайне благоприятная репутация, а вот Огненных не любят. Ходят слухи, что Огненные пожгли две деревни с мирными жителями на границе. Вот только доказательства косвенные. Разбирательство еще ведется. – пояснила крайне информированная «выдра».       — Но почему ты сам этого не знаешь, ты же теперь «дракон»? – уточнила она с недоумением.       — Я мало интересовался политикой. Да и к «драконам» наш клан присоединился лишь недавно… — смутился Ларн.       На арене разворачивался дивный по красоте поединок – противостояние огня и воды. Грохот, пар, вспышки пламени, водные хлысты и Крылья воды, Круг пламени и Песнь тысячи свечей. Противники были быстры и умелы. Слепой двигался ловко и грациозно. Его красное одеяние стремительно мелькало то в одной части арены, то в другой. Он порхал, словно сотканная из огня бабочка.       Симпатии Аши явно были на стороне слепого заклинателя – тот ненавидел Сяня, обладал самой красивой аурой в мире. Кроме того – вызывал сочувствие увечьем…       — Он не мог совершить ничего плохого. Все ошибаются! – думал дух и скан подтверждал его мнение. – Про него говорят столько гадостей, он так ненавистен Сяню, что наверняка очень хороший челов… заклинатель!       — Прошу – победи моего женишка! – молился про себя кот.       Его молитвы были услышаны. По крайней мере – после напряженного боя Сянь впервые за этот день был повержен. Зрителям это пришлось не по нраву. Со всех сторон раздавались свист и недовольные крики. Но монахи угомонили учеников. Сянь выглядел раздосадованным – даже разозленным. Он буквально испепелял врага полным ненависти взглядом.       Цин-Кай покинул арену, не обращая внимания на свист и оскорбления, не выражая радости по поводу победы. Прекрасное лицо оставалось спокойным и слегка грустным…       Прежде, чем скрыться за ограждением, слепой замер и обратил лицо в сторону Ларна. Дух был уверен, что незрячие глаза заглядывают прямо ему в душу. А точнее – мощный заклинатель сканировал его ауру – тепло и аккуратно.       Аши в ответ сканировал Огненного. Этот безмолвный диалог длился всего несколько секунд, но понравился котику.       Следующими были два боя Сяо-Ченга из Золотого пера. А точнее – Элшу. Ларн немного переживал за друга, но, как выяснилось, силы духа смерти намного превосходят силы заклинателей. Ворон без особого труда справился со смертными противниками.       — Давно в Семи вершинах не было представителей Золотого пера. – комментировала Мэй-Ву. «Выдра» с большим удовольствием наблюдала за происходящим на арене.       — Откуда ты знаешь Сяо-Ченга? – поинтересовалась она. Похоже видела, как они обнимались и беседовали во дворе до начала экзаменов.       — Случайно пересеклись… — отозвался Аши робко. – Это было еще до того, как наш клан был присоединен к «драконам».       — Хорошее знакомство. Золотое перо богаты и влиятельны. – одобрительно кивнула девушка.       Примерно через час экзамены у всех отделений завершились. Братья-наставники вывесили на доске объявлений списки поступивших – в списке значился рейтинг каждого и количество набранных им балов. У боевых первым третьего года обучения стал «огненный дракон» Цин-Кай. На втором месте – «водный дракон» Джу-Сянь, на третьем – Сяо-Ченг из Золотого пера – он же Элшу.       Котик заметил, что список для Кая прочел его пожилой слуга. Что-то от этого зрелища дрогнуло в душе духа любви.       — Боевые читают меньше свитков, чем лингвисты, целители или артефайзеры, есть много книг с магическим текстом, но ему, похоже, непросто приходится в учебе! – подумал Ларн с сочувствием.       Гун-Лун поступила на отделение целителей, но не вошла в первую пятерку. Тай-Шэнь – дух-сова — с огромным отрывом возглавила список отделения лингвистики. Ларн слышал, как студенты шептались «разноглазая новенькая первого года обучения потрясла наставником невиданными знаниями».       Список артефайзеров возглавил Рон-Аши. За ним следовал – Ло-Юн – тот самый нескладный парень. Третье место получила новая знакомая – Мэй-Ву, чему была необычайно рада.       — Замечательно! Мы будем учиться вместе, Аши! – чуть не приплясывала «выдра».              Поступившие прошли в общий зал для торжественной церемонии. По большей части она заключалась в том, что на их ауре, после особого ритуала от монахов, проявилась печать учеников Академии Семи вершин. Для первогодок – первая в жизни, для продолжающих – обновившаяся. Печать переливалась и сияла, будучи заметной издали для всех, кто умел сканировать. Новички бурно радовались, поздравляли друг друга, с гордостью демонстрировали знак. Оказаться среди студентов одной из самых уважаемых Академий страны было весьма почетно.       После церемонии последовал торжественный обед в честь начала учебного года. Джу-Сянь хотел увлечь Аши к другим «водным драконам», но артефайзеров-первогодок усадили вместе.       Мэй-Ву, похоже, знала все и про всех, моментально представив юношу присутствующим. За столом завязалась общая беседа. Ларн чувствовал себя несколько неловко, вопреки тому, что окружающие были милы и вежливы. Увы – подобное скопление люд… заклинателей угнетающе действовало на духа.       Во время трапезы Аши смотрел на Тай-Шэнь, разместившуюся меж лингвистов и привлекавшую немало внимания броской внешностью и бойким характером, на Элшу, оживленно общавшегося с кем-то из боевых, на Сяня – купавшегося во всеобщем внимании, но в первую очередь на Цин-Кая. Слепой юноша сидел один. В ауре – грусть и решимость, на лице – бесстрастное выражение дивной каменной статуи. Ларна не оставляло чувство, что внимание «огненного дракона» также приковано к нему… От этого было неловко, но сердце наполнялось странной теплотой.                     — Что значит, тебя поселили в башне?! – возмущался Сянь. Он только что узнал, что Рон-Аши выделили комнату не в том же крыле, где поселились «водные драконы».       — Таковы правила. – осторожно пояснил будущий наложник.       — Я это так не оставлю! – гневно отозвался Сянь. Он злился не на Ларна, не подозревая о его причастности к ситуации, а на наставников Академии. Бродить по коридорам поздно вечером было запрещено. Одно дело незаметно проскользнуть после общего отбоя в соседнюю дверь, чтобы незаметно наведаться к Аши. И совсем иное – тащиться через почти всю Академию. У женишка были вполне определенные планы на совместный досуг и подобное расселение ставило на этих планах крест.       После часа препирательств с монахами, Джу-Сянь, так и не сумевший толком объяснить, зачем ему непременно переселять Аши поближе к себе, вынужден был смириться. Один котик-дух мысленно усмехался и потирал руки. Все прошло точно, как он задумывал. Хоть на какое-то время жизнь станет спокойнее.              Вечером того же дня Аши в его комнатке навестили Дан-Мио и Дзу-Баки. На этот раз не в звериных ипостасях.       — Как ты? В порядке? – с волнением уточнила кошка.       — Да, наставница. Вполне неплохо устроился. – заверил Ларн.       — На этот раз мы с официальным визитом – нам приказано передать первое задание. – с гордостью сообщил Баки.       — В Академии, на отделении артефайзинга есть юноша по имени Рору – ученик второго года обучения. – начала рассказывать Мио, — Он всегда вел себя хорошо, активно молился богине любви, возжигал благовония в храме, приносил в дар монетки и артефакты своей работы. Примерно год назад его спас от смерти Кан-Хоги – еще один ученик Академии с третьего курса боевого отделения. Хоги с десяти лет оказался обезображен проклятьем. Но это не помешало Рору влюбиться в своего спасителя – замкнутого и сурового по причине уродства. Даже родители содрогались от внешности Хоги. Но Рору не замечал обезображенных черт любимого. Казалось, Хоги тоже любит красивого и отзывчивого артефайзера. Но месяц назад семья Кан – родители Хоги – в очередной раз внесли щедрое пожертвование храму исцеления. Кан-Хоги избавился наконец от ужасного проклятья и вернул привлекательную внешность, которой обладал ранее. Родители обрадовались и предложили сыну выгодный брачный союз с богатой наследницей соседнего клана. Тот согласился и бросил Рору, который был с ним в час горести. «Ты видел меня уродливым и жалким. Я не могу это стерпеть!» — бросил Хоги. После исцеления телесного Хоги становился все уродливее душой – начал пить, купить и веселиться в борделях. Он возгордился вернувшейся привлекательностью.       — У Рору в судьбе на ближайшее время – необратимые ужасные изменения. — с волнением добавил Дзу-Баки, — А он среди преданных верующих. Его личная жизнь не сложилась, вопреки всем молитвам. Храм подвел его. И это надо исправить в ближайшие дни. Иначе будет поздно! Рору должен обрести счастье и гармонию.       — Понял… — протянул Ларн, — Сделаем.              — Так что этот Рору вот-вот покончит с собой от несчастной любви и обернется поистине страшной нежитью. – вещал Зун-Карни ученику, — Твое первое задание – не допустить подобного исхода. Никаких монстров и массовых убийств в Академии. Если этот артефайзер таки станет чудовищем – ты должен его остановить, но в идеале – до этого просто не должно дойти.       — Ой-ой! – вздохнул Элшу. – Звучит не очень просто. Я совсем не умею отговаривать потенциальных самоубийц.       — Придется научиться – это часть работы. – взгляд наставника был исполнен сочувствия.       — Удачи. Мы приглядываем за тобой. – сообщил старший дух смерти и, обернувшись вороном, вылетел в окно.       Элшу остался размышлять о том, как справиться с первым заданием.