Родное прошлое

— Всмысле «я не могу находится в зале во время саунд-чека из-за технических соображений»? Быть такого не может, Дамиано! И ты до сих пор не объяснил мне, по какой причине я здесь! , — возмущалась она, не переставая толкать парня в бок. — Марго, успокойся! , — срывался итальянец, — Я никак не повлияю на это, уж будь добра, следуй моим просьбам и не противоречь им же! — великолепно и наигранно изображал святошу. — Да она просто не в себе, Дам, ты разве не видишь?! , — с презрением смотрел на девушку Томас. — Эй, и ты потише! — вовремя заткнула его блондинка. Обстановка в тонированном бусе была уж очень напряжённой, накаляясь с каждым опрометчивым взглядом компании друг на друга. Все точно переживали перед выступлением: о справности инструментов, ушной аппаратуре, каких-то моральных состояниях, и прочем. Марго до этой минуты всё ещё переживала о том, что она забыла в столь прекрасном городе, да ещё и в такой не особо ожидаемой компании. — Как вы смотрите на то, чтобы после репетиции сходить куда-нибудь? , — как всегда спокойно предлагал Итан, — Чувствую, нам точно пора передохнуть. — Я пас. — тут же возразила Марго. — Как же так? — надув губы, поясничал Дамиано. — Это ваша «вечеринка», я тут не к месту. — окинула взглядом всех присутствующих в авто. — Марго-о-о! Ну чего ты! Мы все очень хотим, чтобы ты присоединилась к нам! Так ведь? Итан, Томас? —Э-э… Да, конечно! — практически единогласно. Остался он. Сидит, молчит, изредка бросает колкие шуточки и пялится. Интересно, что скажет по этому поводу Дамиано. — Что вы уставились?! Мне похрен. — Нет, я точно не пойду. Вик, — мило кладёт руку на тыльную сторону ладони блондинки, — Оторвись за меня в том числе. Считаю, этот вариант оптимальный. Поправляя тугой галстук, он всё пилил и пилил взглядом юную. Боковым зрением Марго замечала свирепые зрачки в кресле рядом, беседуя о чём-то незамысловатом с сидевшей впритык Викторией. Разговоры после этого особо не вязались, а напряжение усиливалось. Подъехав к роскошному театру Аристон, ребята никак не смогли ускользнуть мимо назойливых фанатов, что поджидали их с самого раннего времени. Пока группа мило беседовала с ними, делали совместные фото, раздавали автографы, принимали приятные мелочи в виде подарков, и прочее, Марго яростно сжимала губки, а вместе с тем и край черной кожаной куртки, одетой поверх шифонового топа, того же цвета. Появится сейчас на людях, в компании знаменитых итальянцев, так ещё в таком особенном месте, где незадолго до самого фестиваля уже присутствовали уйма фотографов, журналистов, и медиа-личностей — загнать себя в тупик и быть причиной слухов и сплетен вокруг ребят. И дерзкая команда Дамиано перед выходом «сидеть в машине и не высовываться» итак давала понять данное. Лакированный ботфорд симметрично нервно развивал пространство в авто, а взгляд метался по кучке людей, находящихся далеко за тонированным стеклом, и о чем-то мило беседующих. Успевала только ловить взгляды итальянца, брошенные украдкой. Следит что-ли? Нервничает. Быстро распрощавшись с фанатами, что успели задолбать однотипными вопросами, словечками, и всем подобным, но им всё-равно приходилось делать заинтересованный вид и с теплом реагировать на их действия, Дамиано незаметно махнул рукой, в жесте «иди сюда, давай». Не медлив, Росс сразу же открыла массивную дверь, с которой, обычно, Томас возился бы несколько минут, вышла из салона и направилась к ребятам, параллельно доставая пачку сигарет. — Два часа и наш выход. Мы не успеем. — растерянно сообщила Виктория, вылетая на задний двор здания ко всем, переводя взволнованный взгляд на присутствующих рядом с ней. — А где Лео?! — вспыхивал Дамиано, растаптывая брошенную под ноги тлевшую сигарету, — Срочно звоните ему. — Дам, да брось, мы выступим уверенно и без лишних репетиций! Ты будто впервые собираешься выходить на сцену, не парься! — успокаивающе хлопал его по плечу Итан. — Я согласен! Вспомни, как мы выиграли Евровидение, когда у Вик сломался басс прямо во время выхода! — смеялся Том, — Поэтому не переживай, справимся! — Плевал я на ваши репетиции высоко с горы! Дело в другом, лучше посмотрите наш сет-лист. — Что? — вмешалась бельгийка, подойдя в этот момент. — Для тебя это будет сюрпризом. — подходя впритык к девушке, обжигал маленькое ушко своим горячим дыханием, от которого у неё определённо пошли мурашки.

***

— Виктория как всегда опаздывает, это её вина. Сделайте это заголовком! — саркастически обращался Дамиано к журналистам через приоткрытую дверь в гримерку, пока девушки собирали образ для выступления. — Давид! — только слышалось откуда-то из глубины комнаты. — Вик, я не знаю, какие ещё чары нужны, чтобы застегнуть этот несчастный корсет… — безнадёжно выдохнула Марго. — Ну давай попробуем ещё, у нас нет других вариантов! — в который раз умоляла Де Анджелис. — Есть. Секунду. Действительно, на пару секунд, девушка скрылась за светлой ширмой, оставляя Викторию в полном недопонимании задуманного. А появилась — с тем самым, своим, чёрным топом, что целый день прикрывала тёмная курточка. В глазах басистки моментально засверкали огоньки, без лишних слов, она подбежала к Марго, и крепко обняла, в знак благодарности. — Я не знаю, что бы я без тебя делала! Спасибо! — Я должна была помочь, не благодари. Быстро переодевшись, амплуа ребят почти-что были готовы. Оставалось дело за малым — макияж. Это никак не входило в обязанности Росс, поэтому она, скинув с плеч всю «работу» визажистам, присела на красный диванчик, что стоял напротив массивных зеркал с подсветкой и четырех высоких барных стульев, на которых уже успели расположиться все участники группы. Рассматривая каждого из четвёрки поочерёдно, Марго замечала интересные для себя детали в костюмах: у Вик это была блуза с объёмными трапецевидными плечами, а грудь поддерживал топ и прикрывала изолента; у Итана присутствовала роскошная рубашка без рукавов и вырезом на груди и массивный чокер; Томас был похож, а он и был, рокером в кожаной куртке, с множеством украшений в виде цепей и похожего металла на шее; Дамиано — минималистичная атласная рубашка на запáх, чёрные брюки-клёш, и небольшая деталь в виде анальной пробки с фиолетовым кристалом висела на его поясе. Выглядел он в целом — безумно притягательно, как и остальные, но это уже не важно. Визажисты носились из угла в угол, от зеркала к зеркалу, поправляя друг друга, напоминая о чём-то, и иногда так же ругаясь друг на друга. Моментами, в русой голове возникал вопрос «как ребята постоянно терпят разный персонал?» — С нами часто ездит Шанталь, в этот раз она не смогла. — будто прочитала мысли девушки, Виктория. Благо, ответ был адресован не Марго, а одной из девушек, тех самых визажисток, от слова профессии которых уже выворачивало наизнанку. Услышав долгожданные слова о завершении подготовки артистов, Росс привстала с диванчике и окинула звёзд восхищенным взглядом. Ей безумно нравилось то, какой именно общий образ, гармонирующий и дополняющий один другого, им подобрали в одном из самых популярных домов моды в мире. — Маммамия, какая красота! Итан, Томас, Вик — вы невероятны! В крохотной комнате послышался коллективный смех, из-за обделённого итальянца. — Для приличия, сделаю вид, что мне смешно. — Ой-ой, кто-то у нас обиженка? Платочек дать, вытереть слёзы? — удосужилась спросить Марго, после своей колкой шутки. — Прибереги его себе, до поры, до времени. — съязвив, парень накинул на шею ушные микрофоны и покинул гримерную. — Вы как две змеи — плюётесь ядом друг в друга? — поинтересовался Торкио, — Что у вас происходит? — Итан, первое — я сама толком не понимаю вашего дружка, а второе — не лезь, прошу, итак хватает. — оглядывая парня через зеркало, утвердила Марго. — Вам вообще не кажется странным это всё? — Что именно? — В прямом смысле — всё. Моё принуждённое появление, между прочим, на кануне Сан-Ремо. — опираясь о стол, развернулась Росс. — Хотя, я до последнего надеюсь, что это не имеет друг к другу никакого отношения, и вашему певцу просто скучно живётся. — Нам пора. Маргарита, а тебя проведут. — заявился Лео, и оборвал один из важных диалогов компании. Направляясь по длинному коридору за человеком с бейджем «стафф», Марго всё ближе и ближе слышала речь ведущего, который говорил что-то о прошедшем песенном конкурсе Европы. Сразу становилось понятно, что на сцену скоро выйдут они. Но проходя мимо кулис, никого из знакомых лиц там не оказалось, а только тот самый уже замученный персонал, который иногда попадался на глаза девушке во время подготовки ребят к концерту. Лео, постоянно метушился и что-то узнавал у организаторов, о чем-то переживал, что не могло не обратить на себя внимание девушки. — Лео, всё в порядке? — Маргарита, да, только у меня к тебе есть один разговор. — Я тебя внимательно слушаю, только побыстрее, я хочу успеть на начало. — Если побыстрее, то… В общем. Никогда не совершай одну ошибку дважды. — Леонардо? — не успела узнать толкование фразы, выпаленной парнем, как он скрылся где-то на улице, а ещё одна девушка, по видимому, так же была причастна к группе, продолжила вести путь к зрительскому залу и специально отведённым местам. За углом показался зал, а сцена пустовала. Девушку посадили слева от сцены, примерно посередине рядов. Многие гости перешептывались между собой в ожидании следующего номера. Неожиданно, на экране появился Амадеус — тот самый ведущий, речь которого слышала Росс, подходя к залу. Он был похож на водителя, на его голове красовалась фуражка с подходящей надписью, а сам он сидел в гольф-каре, который объезжал главное здание театра. Началось какое-то интересное представление, о котором знали только сам Амадеус и ребята, весёлые лица которых уже успели показался на большом экране сцены. Закрадывались сомнения о том, что они в самом деле знали про данный номер с небольшим транспортным средством. Ворота, в которые спустя год после знаменитой победы, подарившей им шанс представлять свою страну на масштабном последующем конкурсе, открылись, и через них вышла легендарная четверка, перевернувшая жизни многих людей практически если не на триста шестьдесят, то хотя бы на сто восемьдесят градусов, так точно. Их радостные смеющиеся лица были показаны на весь экран. Девушка жалела, что не оказалась там, на улице, как десятки фанатов, которые каким-то образом успели просечь фишку и подойти к нужному месту в нужное время. Люди в зале сидели с не менее удивленными лицами, и снимающими телефонами в руках. Игра прожекторов время от времени заставляла щуриться, мешая наблюдать за небольшим приключением группы. Спустя пару минут, они зашли за территорию сцены, вокруг них лишь и носились звуковики, гримёры, и операторы. Направляясь к своим заданным точкам, кто-то из парней пару раз шлёпнул друг друга по задницам, на удачу, ударились кулачками, на успех, и это всё происходило за огромной так называемой вуалью. Глаза бегали то от неё к экрану, то наоборот. Знакомые силуэты были последними, перед тем, как освещение в помещении полностью потухло, и не зазвучал стук барабанных палочек, а после идеальная игра двух гитар. Zitti e Buoni — та самая победная песня, которая принесла за собой столько шумихи, фурора, успеха, и возможности достигать больше. Песня, которая год назад звучала на этой же сцене, на этом же конкурсе Сан-Ремо, в надежде, что рок-группу еще могут воспринять как творцов музыки. Та самая песня, строчки которой клеймом выбились у миллионов фанатов и простых людей с улиц. Десятки, сотни, тысячи чартов, премий, сертификаций прослушиваний. От Европы до Америки. Бесспорно — открытие в музыкальной сфере. Голос Дамиано сейчас звучал как никогда прекрасно, хрипотца, из-за любимых сигарет, придавала особенный стиль тексту, гармонируя с мелодией. Виктория отдавалась игре на своей малышке басс-гитаре на полную, перебирая струны изученой песни, но наполняя пространство завораживающим звуком. Томас так же искусно играл на своей любимой электро-гитаре, создавая соблазнительные мелодии и звуки, что так и тянули танцевать. Итан и барабаны — симбиоз, который не разорвать ни при каких условиях, он был рождён для игры на них. Безупречно. Noi siamo diversi da loro. Последняя строчка облетела зал, и вокалист замер в той самой легендарной позе-падении, что и на сцене в Роттердаме. Зрители сорвались на громкие апплодисменты, крики и поддержку. Марго так же вскочила с места и принялась апплодировать им. Можно было вечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода, и как группа на полную отдаётся слушателям и сцене. «Браво» — только и можно было слышать среди всего шума. Выслушав пламенную речь ведущего, все отправились обратно в гримерку. И Марго было хотела пойти с ними, но отрицательный жест Лео, который находился в другом конце зала, опередил девушку, и она осталась наблюдать за дальнейшими выступлениями кандидатов отбора. -Вик, это было невероятно!!! Очень круто, мурашки по телу!

отправлено.

Аккуратно покинув свое зрительское место на время рекламы, девушка решила отправиться в уборную, благо, она уже знала к ней дорогу. Зайдя внутрь, она сразу же наткнулась на огромное зеркало, в которое было хорошо видно все изъяны внешнего вида и не только. Поправив прическу в виде низкого хвоста, немного растрепанного, Росс собралась уходить. Её взгляд привлекла девушка, выходящяя из одной из кабинок. Та в свою очередь, так же не стала игнорировать присутствие Росс. — Как Вам выступление? — поинтересовалась незнакомка. — Вполне, отпад. — А вокалист? Как Вам он? — Вокалист как вокалист, поет себе, это его профессия. Не стану выделять кого-то особенно, постарались на славу все. А что? — поворачивая голову к незнакомке, ответила русая. — Да так, ничего. Я — Дженника, буду рада знакомству. — девушка протянула руку Росс. — Марго, взаимно. Предлагаю пройти обратно, кажется, начинается.

***

— Блять, Лео, ты пытаешься сорвать мне весь план? — вспыхивал Дамиано. — Я должен! Ты слышишь?! Должен. — Я не виноват, что всё катится под откос, несмотря на то, что ты планировал. Не на этом мир построен, Дам! Нервы парня явно оказались на пределе, и он не стал ограничиватся тупыми ударами по столу, а за раз снёс всё, что на нём лежало, и с грохотом упало на пол. Ему было абсолютно всё равно. Он любит доводить начатое до конца и добиваться своего, это мы уже поняли. Переодевшись уже в другие костюмы, более нежные, чем предыдущие, группа отправилась за кулисы под трогательную речь Амадеуса, который ждал этого больше всего. После всех сказанных слов, на сцене вновь появились они. В этот раз спокойные, умиротворенные и готовые исполнять и трогать за душу. Коралин. Первые ноты проникающей до глубины души гитары Томаса не оставили равнодушной ту, которая одновременно насильно и по своей воле оказалась в этом душном зале. Трогательное зрелище открывалось под одиночными софитами — Дамиано стоит практически один посреди сцены, нежно пропевает одно и тоже имя, устремив свой взгляд в сторону русой. Девушка моментально тает под манящим взглядом, подведенным чёрным карандашом. Кажется, в таком забитом зале сейчас не существовало никого, кроме их двоих. В ход пошли барабаны, и песня звучала более душераздирающей, чем до этого. Неужели этот кошмар кончился и всё встало на свои места? Марго казалось, что да. Всем казалось, что всё кончилось. Случайно, боковым зрением, она замечает сидящую слева от себя Дженнику, которая протягивает свои длинные пальчики в сторону Дамиано, и плачет. Посмотреть на него — он тоже плачет. Рыдает, отводит взгляд на проигрыше, возвращается обратно к стойке. Его голос буквально срывается, а опустошенный взгляд скитается по залу и сидящей рядом недавней знакомой. Он сам запутался в своих действиях. Искал её чуть ли не по всей Италии, нашёл тогда, осенью, в особняке, снился ей, следил за ней, словил в аэропорту, заставил какого-то чёрта полететь с ним, а всё для того, чтобы потерять её за каких-то несчастных пару минут. Он абсолютно не хочет, чтобы эта песня заканчивалась. Ибо знает — он уже совершил ошибку, которую совершил однажды. Он потерял её. Дженника. Джи. Та невзрачная игрушка, которой пользовался Дамиано. Это она. Пазл сошёлся, как никогда раньше. Он привёз Марго сюда, чтобы заставить её ревновать. Привёз, для того, чтобы тем самым безоговорочно получить обратно. Вспомнились слова Лео. «Не совершай ошибку дважды». Главной ошибкой жизни Росс был сам Дамиано и его история в ней.