Reborn by you

      В открытое окно смело проникает легкий бриз. Он несет с собой запах моря и спелых фруктов. Где-то, совсем близко, шумит прибой, создавая особенную атмосферу этого вечера. Скрытый от человеческого глаза остров посреди океана, девственная природа, маленький домик с панорамными окнами с трех сторон. Они не боятся быть замеченными, ведь их наблюдатели только миллиарды звёзд, рассыпанные по ночному небу.       Ее соблазнительные очертания в свете Луны, плавные изгибы бедер, облачённых в чулки сетку. Для этой встречи она выбрала кружевное боди с шнуровкой на груди. Тонкие линии ткани аккуратно ложатся на упругую грудь, прикрывая многое, но не все. Ночной ветер свеж, от этого ее соски напрягаются, натягивая черную ткань.       Чертовка. Она умеет источать желание всем своим телом и не боится показать своему господину подчинение. Она хочет быть в его власти, во власти его жарких поцелуев, смелых рук, оргазма. Да, она хочет испытать рядом с ним оргазм и готова ради этого заключить контракт с самим дьяволом!       Все приготовления окончены. Волосы небрежно заколоты наверху, сегодня они только помешают доставить ему удовольствие. Если господину будет угодно, он сможет скрутить ее локоны в тугой жгут и помочь взять нужный темп и глубину. Да, она готова, она жаждет этого. От одной мысли рот наполняет вязкая слюна, а на белье выступает крохотное влажное пятнышко. Все для него одного.       Она чувствует запах собственного возбуждения. Он кружит голову. Нет, нужно еще немного выдержки. Приходится скрестить бедра, дабы удержать желание в узде, но как же она ошибается. Новая приятная волна возбуждения коротким импульсом проскальзывает от клитора вверх и возвращается обратно. Черт, еще немного, и она кончит от собственных мыслей.       Пара шагов к заветному шатру. Она видит его тень, отброшенную на белоснежный батист. Он сидит с округленной спиной, наблюдая за ее немой игрой. Одной рукой скользит по брюкам, оттягивая резинку вниз.       С ее губ срывается стон, когда он берет в руки свой член, формируя вокруг него кольцо из пальцев. Ладонь медленно скользит вниз, раскрывая головку. Еще один стон, ноги наливаются свинцом, животное желание уже вытеснило из головы рассудок, заполняя все пространство собой. Она практически не помнит как дышать, завороженно наблюдая за игрой теней.       Он делает небрежный жест свободной рукой, разрешая окончить пытку и присоединиться к нему в постели. Его приказы дурманят. Этой ночью она встанет перед ним на колени, примет все, что он будет готов отдать. Вторая рука продолжает плавные движения по члену, распаляя трепещущее чувство внизу живота. Влажно, вкусно, горячо.       На это можно смотреть вечно. И пусть ночь никогда не заканчивается, пусть солнце погаснет, только бы продлить этот сладостный момент воссоединения.       Она отодвигает в сторону ткань.       — Иди сюда, девочка, — он протягивает руку.       — Мы тебя заждались, — в унисон Анна и Ванесса.       Оставшуюся ночь Гермиона думала о том, что стоит наведаться в лавку и приобрести зелье сна без сновидений. И ее мучил не сам факт эротической подоплеки, которая при почти двухгодовом воздержании была абсолютно логична, и даже не присутствие в этих снах одного и того же главного героя мужского пола, нет. Но когда рядом с ним начали появляться другие девушки… Тут и объяснять не стоит. Грейнджер часто видела сны с Люциусом, каждый раз успокаивая себя тем, что сначала она беспокоилась об отсутствии отца в жизни ребенка, потом аргументировала страхом остаться без сына, если Люциус решит его отсудить, теперь же он маячил перед глазами большую часть недели, что не могло не сказаться на ее подсознании. И это самое подсознание начинало все больше играть с Гермионой в самые злые игры из всех возможных. Поцелуй стал отправной точкой для мыслей об обращении за помощью к зельям.       Выходной закончился быстро, как и все предыдущие. Проворочавшись остаток ночи без сна, Грейнджер кое-как сползла с постели по будильнику, поцеловала в макушку сладко спящего сына и направилась на работу, решив позавтракать где-нибудь на свежем воздухе, в надежде освежиться и настроиться на сегодняшний день.       Выбор пал на магловскую булочную, где, по воспоминаниям из детства, продавали самые вкусные пончики с облепиховым джемом и какао. Вооружившись нехитрым завтраком, девушка, не спеша, добралась до Министерства. Она поднялась на нужный этаж и с хорошим настроением шагнула в кабинет, где ее ждал не самый приятный сюрприз.       — Доброе утро, Гермиона, — тепло поприветствовала девушку Ванесса. Она буквально светилась от счастья. Такой вывод Грейнджер сделала по чересчур широкой, но при этом натуральной улыбке, новому костюму и свежему букету цветов на рабочем столе коллеги.       Настроение сразу сошло на нет. Ведьма оставила кардиган в шкафу и прошла к маленькому столику около окна, где всегда наготове стоял чайник с черным чаем.       — Здравствуй, — сухо отозвалась Гермиона, отпив из любимой высокой кружки горячий напиток.       — Что-то случилось? — решила поинтересоваться Ванесса, уловив недовольство в голосе коллеги. Она погладила сочный бутон алой розы и с упоением вдохнула аромат. — Правда, они прекрасны?       — Очень, — язвительно протянула ведьма. Запах был действительно прекрасным, но как только Гермиона начинала думать об предполагаемом отправителе и ситуации, после которой Люциус мог оставить такой шикарный букет девушке, ее начинало тошнить.       «Это просто бессонница», — как можно искренней проговаривала мысленно Грейнджер, но это не помогало.       — Знаешь, он необыкновенный, — мечтательно выпалила Ванесса. — Красивый, довольно обеспеченный, с хорошим вкусом. У него, конечно, есть недостатки.       — Еще какие, — шепотом прокомментировала Грейнджер. — Если бы ты только знала.       — Но все это не важно. Мы встретились не так давно, а я, кажется, уже люблю его. Скажу тебе по секрету, мы на первом же свидании переспали с ним, — щеки Ванессы тронул чуть видимый румянец.       «Да тут каждая вторая побывала в его койке, как я посмотрю. Надеюсь, это действительно происходило в его кровати, а не на моем столе», — подумала ведьма, а из себя в ответ выдавила: — Какая прелесть.       — Доброе утро, дамы, — Люциус слегка поклонился головой.       — Доброе, мистер Малфой, — все с теми же искрящимися глазами, как при встрече с Гермионой, к начальнику обратилась Ванесса.       — Прекрасно выглядишь, ты хорошо отдохнула? — мужчина перевёл взгляд на букет. — Красивые цветы.       — Да, спасибо, — Ванесса смущённо хихикнула.       Когда аристократ поравнялся с Гермионой, он бросил на нее заинтересованный взгляд.       — Что? — раздраженно сорвалось с ее губ.       — По правилам хорошего тона, если кто-то вас приветствует, стоит ответить тем же, мисс Грейнджер, — слова эти прозвучали так, словно Малфой держал в руках учебник и вел пятую по счету лекцию, к началу которой растерял все силы и остался лишь монотонный голос.       — Не могу разделить вашу воодушевлённость сегодняшним утром, — Грейнджер вновь обратила внимание на стол, где стоял букет. — Оно не доброе. Если вам так необходимо, то здравствуйте, — ведьма приложила ладонь к сердцу и демонстративно поклонилась. — До начала рабочего дня есть еще десять минут. Я могу допить свой чай?       Люциус обернулся, проследив за взглядом Гермионы. — Не смею вас отвлекать, — с этими словами он скрылся в своём кабинете.       — А ты не боишься, что он тебя уволит? — немного повременив, Ванесса подошла к Гермионе и взглянула на нее с наивным удивлением. — Нет, я понимаю, что вас связывает прошлое…       — Нас ничего не связывает! — отрезала ведьма. Она медленно выдохнула. — Прости, сегодня была сложная ночь, я чертовски не выспалась.       — Ну и кто этот счастливчик? — девушка встала рядом с Гермионой, облокачиваясь на окно. Она осторожно толкнула коллегу локтем, ловя ее взгляд полный недопонимания. — Ты молода, отличное здоровье, отсутствие детей. Остался только один вариант, что кто-то намеренно мешал тебе спать.       — О, Ванесса, — Грейнджер тепло улыбнулась. — Ты слишком зависима от мужчин.       — Я бы могла расценить это как оскорбление, но сегодня у меня слишком хорошее настроение, так что прощаю. Когда тебе уже перевалило за тридцать, а на горизонте из перспектив только начало самостоятельной жизни, в надежде, что старший брат куда-нибудь уедет, то вся радость заключается вот в таких девчачьих разговорах, — Ванесса пожала плечами. — Знаешь, сорокалетние одинокие мужчины такие сложные. Хотя, мой мужчина старше брата, но с ним намного проще.       — Ты в нем так уверена? Не знаю, может, ты не единственная у него, и он ходит на свидания еще с кем-нибудь.       «Если сказать точнее, я знаю, что этот кабель ходит по другим бабам. И как после всего, что я уже увидела и узнала, мне могут сниться эротические сны именно с ним?!»       — Ты должна научиться доверять, — Ванесса слегка сжала плечо ведьмы и ушла за свой рабочий стол.       Доверие. Слишком много смысла вложено в это короткое слово. Однажды ты доверяешь кому-то все, а он разрывает тебя на кусочки.       Гермиона доверила родителям жизнь своего сына. Обычная практика между кровными родственниками, вот только Гермиона многое не договаривала, оставляя Адама своим родителям. На дом были наложены чары, как и на всех членов семьи.       Гермиона доверяла Теодору, продолжая раз за разом попытки выяснить, как он смог ее отыскать, да еще и сразу после рождения ребенка.       Гермиона доверяла Ванессе вести подсчёты, но стоило девушке попросить о передаче папки третьим лицам, как Гермиона втихаря бралась перепроверять работу своей коллеги.       Гермиона доверяла Драко, поэтому не рассказала о своем местонахождении, рождении ребенка, том таинственном мужчине и еще очень-очень многое.       Гермиона доверяла Люциусу… Исключительно в плане работы.       Время тянулось невыносимо долго. Глаза слипались от отсутствия нормального сна, и от этого побочного эффекта не спасал даже крепкий кофе. После второй чашки Грейнджер решила не экспериментировать со своим не самым крепким здоровьем и постараться найти альтернативный способ спасения от нежелательной сонливости.       Она лишь на мгновение закрыла глаза, склонившись над рабочим столом, как в кабинет вошла та, кто смог зарядить ее энергией на весь оставшийся день исключительно собственным появлением.       — Мистер Малфой у себя? — с видом полного пренебрежения Анна покосилась на Гермиону.       — Да, но он просил не беспокоить, — Ванесса натянуто улыбнулась, вставая перед девушкой и преграждая той путь.       — Мне срочно, — нетерпеливо прошипела секретарша Кингсли.       — Гермиона, — Ванесса настойчиво выдернула папку из рук Анны и передала Грейнджер. — С удовольствием передаст документы, когда мистер Малфой освободится, — девушка уперла руки в боки. — Можешь идти.       Анна недовольно фыркнула и с высоко поднятой головой покинула кабинет.       — Фифа, тоже мне. Все Министерство знает, что она хочет Люциуса с самого его появления здесь на должности. Как жаль, что ей ничего не светит, — Ванесса промокнула воображаемые слезы, чем вызвала у Гермионы усмешку и посмотрела на часы. — Скоро время обеда. Ты со мной?       — Мне нужно закончить одно дело, иди без меня.       Ванесса была хорошей доброй девушкой. В первую неделю она помогла Гермионе адаптироваться к изменениям в министерстве, поведала о тонкостях работы в отделе, однажды покормила обедом за свой счет, так как Грейнджер забыла деньги в кабинете, и всегда готовила чай на двоих.       Они бы могли стать хорошими подругами, может, даже близкими, но Гермиона не хотела сближаться с Люциусом, поэтому их дружба стала совершенно невозможной.       — Это отчет по последним темам с заседания, — Гермиона вошла в кабинет начальника и положила папку на край стола, ожидая реакции.       — Благодарю, — мужчина продолжил читать документы, изредка делая в них правки. — Что-то еще?       — Не проверите? — Грейнджер изогнула бровь.       — Я доверяю тебе, Гермиона, — Малфой перелистнул страницу, отрывая взгляд от бумаг. — И ты должна научиться доверять мне.       — Некрасиво подслушивать чужие разговоры, — язвительно отметила ведьма. Она демонстративно скрестила руки на груди, как бы защищаясь от лукавой улыбки аристократа.       — Некрасиво обсуждать других мужчин так громко, что не спасает даже дверь и стена, — спокойно парировал аристократ. Закончив с работой, он отложил папку в сторону и встал с кресла, облокачиваясь бедрами о стол. — Кстати, сегодня ты со мной идёшь на встречу. По поводу времени не переживай, я назначил её на обеденный перерыв, так что ты отправишься домой в конце своего рабочего дня. И еще, — он взмахнул волшебной палочкой и дверь с тихим хлопком закрылась. — Наедине можешь обращаться ко мне на ты, всё-таки не чужие друг другу.       — Мистер Малфой, в вашем подчинении есть сотрудники, которые больше подходят на роль сопровождающего, — сложно представить сколько еще претенденток на сердце Люциуса находилось в стенах Министерства и на что они были готовы пойти, узнав о существовании другой, если те две, о которых была осведомлена Гермиона, были готовы назвать его своим после первой ночи или же пустить в спину пару непростительных. Нет, эти интриги не для неё, тем более, если речь шла о Люциусе.       — Мне нужен не сопровождающий, мне нужна ты, — аристократ исчерпывающе посмотрел на девушку, намеренно акцентируя внимание на последнем слове. Он уловил дрожание пышных ресниц и взятое под контроль желание закусить нижнюю губу. — В качестве лучшего специалиста отдела.       — И все-таки… — не успела возразить Грейнджер, сбитая с толку приближением Малфоя к себе опасно близко.       Он навис над ней, протягивая руку над ее правым плечом и облокачиваясь о что-то позади девушки. Гермиона задержала дыхание. Она смотрела на его идеально вычищенные туфли, ровную шнуровку, низ тёмно-серых брюк, подняла взгляд чуть выше к уровню ремня, проклиная собственное любопытство за вмиг наполнившийся рот слюной — сцена из сна яркой вспышкой мелькнула в сознании.       От Люциуса все так же пахло сандалом. Он пользовался разным парфюмом. В шлейфе запахов можно было уловить разные ноты: благородный кедр, терпкий табак, совершенный лотос, стильный мускатный орех и множество других аккордов, подчёркивающих лучшие стороны мужчины. Но главным его запахом оставался сандал, так пахла его кожа, его волосы. Сладковатый аромат с деликатными молочными нотами.       Гермиона вдохнула полной грудью, прикрывая от наслаждения глаза. Она помнила, все это время помнила запах некогда любимого мужчины. Помнила и ненавидела, потому что теряла себя рядом с ним. У ее счастья и у ее проклятья было одно имя, один аромат.       Люциус наклонился чуть ближе, останавливаясь в опасной близости от губ девушки. По загорелой коже прокатилась волна горячего дыхания, поднимая из глубин души что-то волнующее, что-то страстное.       В горле застряло «я так скучала по тебе», ведь страх снова обжечься был сильнее. Желание раствориться в его объятьях, жадных поцелуях, коснуться кожей к коже осело внизу живота, устанавливая все новые ловушки для разума.       Сколько это длилось? Мгновение? Час? Гермиона потеряла счёт времени, не в силах противостоять чарам Люциуса. Она подняла на него пьяный возбуждением взгляд, кончиком языка очерчивая контур пересохших губ.       Он отследил каждое ее движение и вновь вернулся к медовым глазам.       — Второй раз этот фокус со мной не пройдет, — мягко отозвалась девушка.       — Ты стоишь около книжной полки, — Малфой сделал шаг назад. В его руке мирно покоился фолиант. — Жду тебя через пятнадцать минут у центрального входа.       Гермиона быстро покинула кабинет, напоследок громко хлопнув дверью. Только сейчас она заметила, как сильно горят ее щеки, а грудную клетку разрывает от биения сердца.       «Ты влюбилась не в того мужчину, Ванесса», — Гермиона с грустью посмотрела на букет. Она не хотела предавать коллегу, она не хотела изменять собственным принципам.       Как и было оговорено, Люциус и Гермиона встретились в назначенное время на ступеньках министерства. Весь путь девушка соблюдала дистанцию, молча следуя чуть позади начальника. Место для обеда было выбрано в манере Люциуса Малфоя — шикарный ресторан с затемненными снаружи окнами. Внутреннее пространство было оформлено в стиле модерн с преобладанием бежевых и белых оттенков.       Люциус провёл Гермиону к дальнему столику, спрятанному за одной из четырех колонн, и сел напротив, подзывая простым движением руки официанта.       — Это же магловский ресторан, — шепотом заметила девушка, прежде чем к ним подошел молодой парень в униформе.       — Утиную ножку «конфи» и пюре из батата, карпаччо из осьминога, на десерт Баттенберг и кофе. Девушке все тоже самое, только вместо кофе — зеленый чай, — не глядя в меню, Малфой сделал заказ. — Для конспирации некоторые предпочитают встречаться на нейтральной территории.       — Это что-то незаконное? — в голосе Гермиона послышались нотки недоверия.       — Нет. Кингсли в курсе, он сам меня и попросил встретиться здесь, — Малфой слегка ухмыльнулся. — А вот и курьер.       К столику подошел среднего роста мужчина в дорогом костюме. Он поздоровался с Гермионой и Люциусом, передал аристократу тонкую белоснежную папку и попрощавшись, ушел.       — И это все? — возмущенно воскликнула Грейнджер.       — Да, — спокойным тоном ответил Малфой, расстилая на коленях бежевую салфетку с золотистой тесьмой.       — А причем тут лучший специалист отдела? — ведьма чувствовала, как начинает вскипать от злости. Он соврал ей. Нагло солгал, красиво напев о чрезвычайной важности этой встречи, и остался наедине в магловском районе, где не сможет получить в отместку непростительное.       — Не придумай я это все, ты бы снова осталась голодать в кабинете. Я, как начальник, несу ответственной за жизнь и здоровье своих сотрудников, — в это время подали заказ. Малфой налил в высокий стеклянный стакан минеральной воды и подал его девушке. — Успокойся. Это просто обед.       — Да как ты можешь? После всего того, что… — она так и не закончила. Не смогла рассказать о чувствах Ванессы к Люциусу, о том, как светятся глаза девушки, когда она смотрит на подаренный им букет, о ее словах «мой мужчина». — Я в уборную.       Гермиона буквально бежала, желая скрыться с глаз Люциуса. И когда она начнет понимать таких мужчин, как он? Спать со всеми подряд, давать надежды многим женщинам и не остановиться на одной, словно желая заполучить в список побежденных как можно больше разбитых сердец. А она. Чем она лучше? Стоило ему один раз поцеловать, а Гермиона уже растаяла, возвращаясь в светлое прошлое.       Малфой вновь был в победителях. Смог в первый же день взять ее на слабо и заставить работать под своим началом. Разжег в ней всеобъемлющую ревность. Лишил возможности обрести близкого сердцу друга, влюбив в себя ту. А теперь продолжал играть на остатках чувств.       — Гермиона?       — Ванесса? —ведьма не верила собственным глазам. Перед ней стояла ее коллега. В том же ресторане, в той же уборной. — Ты что тут делаешь?       — Встречаюсь со своим мужчиной, — девушка виновато пожала плечами. — Сбежала на обед пораньше, чтобы встретиться. Не думала здесь тебя увидеть. А ты?       — Со своим мужчиной? — повторила Грейнджер.       «Нет, он точно извращенец. Тащить меня на встречу с ней. Или моими руками хочет отвадиться от Ванессы?»       — Ты тоже на свидании? — словно их кто-то может подслушать, Ванесса подошла ближе к ведьме. — А говорила, что никого нет.       — Нет, ты что! Я по работе. Мы с Люциусом Малфоем, ну то есть… Я пришла по просьбе его… Важные документы в общем… — Гермиона всегда плохо врала. Родители часто говорили, что это не самая её сильная сторона. А в моменты стресса девушка вовсе терялась, начиная запинаться на каждом слове.       Неожиданно Ванесса побледнела, сливаясь со стенами уборной. Грейнджер была готова ко многому, но не к истерике на фоне ревности к мужчине. Святые панталоны Гриффиндора, главное постараться объяснить все Ванессе прежде, чем она со слезами и криками броситься в зал, гневно царапать идеальное лицо Люциуса.       — Ты тут с начальником? — девушка приложила ладонь к области сердца. — Я сейчас в обморок упаду.       — Это не то, что ты подумала! — начала оправдательную историю Гермиона с самой клишированной фразы.       — А что тут не то думать? Если он увидит меня тут… Я же должна быть на работе. А я на свидании. Мерлин и Моргана, — Ванесса истерично затопала маленькими ножками по кафелю.       — Стоп, что? — теперь сливаться с цветом стен настала очередь Грейнджер. — Твой мужчина… Это не Люциус…       — Как тебе такое в голову могло прийти? Он мой начальник! — возмутилась Ванесса, но тут же состроила щенячий взгляд, сводя руки в умоляющем жесте. — Отвлеки мистера Малфоя. Милая Гермиона, пожалуйста. Я быстренько сбегу, а то если узнает, не будет у тебя больше коллеги. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.       Ведьма улыбнулась, ощущая, как с ее сердца спадает огромный камень. Всего этого можно было избежать, спроси она сразу о своих догадках. Теперь стыдно стало перед Люциусом за свои мысли о нем и Ванессе. Конечно, это не отменяло того факта, что он каждый вечер покидал министерство в сопровождении новой спутницы, но он не имел отношения хотя бы к Ванессе.       Гермиона утвердительно кивнула и вышла в зал, присаживаясь напротив Люциуса.       — Странно проводить тебя в скверном настроении и встретить с нежной улыбкой после уборной, — Малфой принялся за обед, с интересом рассматривая заметно приободрившуюся девушку.       — Просто подумала о хорошем, — Грейнджер проводила взглядом крадущуюся Ванессу в сопровождении мужчины. Они словно воры сбегали с места преступления. Два взрослых человека с поведением детей.       Гермиона не врала. Она правда думала о том, как в ее голове всего полдня назад выстроилась логическая цепочка отношений Люциуса и Ванессы. Какими эпитетами она осыпала Малфоя, как жалела коллегу и совсем немного ревновала. Стало легче.       — Думай об этом почаще, — Люциус положил свою руку поверх руки ведьмы. Он осторожно провел подушечкой большого пальца по витиеватому рисунку вен на тыльной стороне ладони. — Тебе очень идет улыбка.