Неправильный

Едва детектив двадцать третьего полицейского участка Санта-Барбары Круз Кастильо заступил на обычное утреннее дежурство, его накрыло чувство, называемое в умных психологических книжках «дежавю». Или как-то в этом роде. Потому что дежурный сержант буднично ему сообщил, что в доме помощника окружного прокурора Кейта Тиммонса час назад сработало самодельное взрывное устройство. — И… что? — спросил Круз, машинально отметив, что голос у него почему-то сел. Сержант, высоченный темнокожий Мартин Янг, небрежно помахал короткопалой ладонью: — Да ничего. Наш господин Гадюкин опять счастливо отделался, ни царапинки, но гараж под домом ему будь здоров разворотило. Под «господином Гадюкиным» Янг, само собой, подразумевал прокурорского помощника, дружно ненавидимого всем двадцать третьим участком — даже несмотря на его недавнюю помощь Крузу в расследовании. — Эд сказал, чтобы ты брал себе это пахучее дельце, — продолжал упражняться в остроумии Янг, — потому как он сам, во-первых, уже сменяется, а во-вторых, ты с Тиммонсом вась-вась, вот и наслаждайся теперь. И он весело фыркнул, едва не облившись дешёвым кофе из стаканчика на вынос. Круз в ответ вынужден был скроить самую каменную мину. Эдди Питерс, как раз заканчивавший смену детектив, подложил, конечно, Крузу немаленькую свинью — дело-то формально было его. Но Круз прекрасно понимал, что и без того бы принял в расследовании самое живейшее участие. Так что засранец Питерс его, можно сказать, даже прикрыл. Учитывая поползшие по участку разговорчики, что они с Тиммонсом, видите ли, вась-вась. Круз сделал над собой усилие, чтобы не рвануть к дому Кейта на всех парах — с чего бы, если у того, как выразился Янг, ни царапинки? Он нарочито медленно заполнил все требуемые процедурой бумажки, постоял, давясь любезно предложенным Янгом дрянным кофе… а сам лихорадочно размышлял: какого хрена? В прошлый раз, когда такое случилось, на Тиммонса покушался его бывший, в чём помощник прокурора Крузу кое-как и признался. А сейчас-то кто? Неужто всё же бандюк из тех, кого Тиммонс посадил? Наконец Круз покинул участок, прошагал за угол к своему «форду» — и тут уж понёсся к дому Тиммонса так, будто за ним сами черти гнались.

***

Дом уже был оцеплен жёлто-чёрной лентой, а на подъездной дорожке торчала машина эксперта Гладстона и тачка патрульных — те следили, чтобы к месту происшествия не приближались зеваки. Здесь же был припаркован незнакомый серый «фиат». «Опросить соседей», — сделал мысленную пометку Круз, но, выйдя из «форда», первым делом отправился на поиски Кейта. Просто чтобы убедиться, что засранец действительно цел и невредим. Помощника прокурора он обнаружил на кухне — взъерошенного, небритого, в мятом сером костюме, но вроде бы и вправду не пострадавшего. Масштабы разрушений в гараже Круз уже успел оценить, пройдя мимо, — спасибо, что пол в холле не обвалился. Кейт странно на него взглянул — одновременно с вызовом и будто ожидая сочувствия. Круз кашлянул и бесстрастно осведомился: — Вы в порядке, мистер Тиммонс? Тот заморгал, тоже кашлянул и отрывисто бросил: — Нет. Похоже, его задел официальный тон Круза, но, памятуя про «вась-вась», иначе тот спросить и не мог. — А «пежо»? — спохватился Круз. — Что, в хлам разметало? Вот это действительно был удар. Кейт со своей новёхонькой французской тачки буквально пылинки сдувал. И когда не так давно обдолбанные наркоши разнесли ему лобовое стекло, едва не рехнулся, превратившись в настоящего берсерка и самолично повязав подонков. А тут… — Нет, — снова выдавил Кейт, исподлобья буравя детектива взглядом. Так, словно ждал чего-то. — Хм… — Круз слегка оторопел. — Твоей тачки не было в гараже? Стоп. Так ты откуда-то домой приехал? Но я и снаружи твоего «пежо» не видел. Всё-таки сбился с официального тона, вот же чёрт. — Взял тачку в аренду, — отрывисто бросил Кейт и потёр ладонью лоб. — Знаешь такое слово, Кастильо? Аренда. А моя машина всё ещё в ремонте. — Хм… — снова озадачился Круз, прохаживаясь взад-вперёд по кухне. Здесь вроде ничего не пострадало, даже стёкла не вылетели, как в прошлый раз. — А что так долго-то? Только же лобовуху надо было поменять. Ну это хорошо, конечно, — быстро поправился он, — учитывая, как ты ею дорожишь. Кейт неопределённо дёрнул плечом и нахмурился. Психует, понял Круз и вздохнул. Он уже знал, как поступит дальше — и нельзя сказать, чтобы это его сильно напрягало, вот по чесноку. Но пока что следовало завершить официальную часть. Он присел на подвернувшийся пуфик — чёрт, все эти штуковины в доме пижона Кейта всё-таки были очень удобными, не отнять, — и сухо поинтересовался, извлекая из внутреннего кармана блокнот и ручку: — Подробно изложи, как всё произошло. Кейт в свой черёд вздохнул и принялся заунывно излагать: — Я вернулся час назад, подъехал к дому. — А где ты был-то? — перебил его Круз и вновь спохватился: — Ладно, неважно. Кейт покосился на него с кривой усмешкой: — Не поверишь, в клубе. — И тут же добавил: — На встрече с информатором. «У Луи», можешь проверить. Круз деловито сделал пометку в блокноте, надеясь не покраснеть. Засранец видел его насквозь. «В клу-убе»! Во время прошлого покушения Кейт был в весьма специфическом клубе, что уж. Но «У Луи» считался заведением вполне респектабельным, не эпатажным. Так что, может, и не враки. — Дальше, — поторопил Круз. — А чего дальше-то? С пульта открыл гараж, и — бам-м-м! — Кейт снова криво ухмыльнулся и взъерошил прилипшую ко лбу белобрысую чёлку — Повезло, — буркнул Круз. Сердце у него внезапно заныло. — Тем не менее убить тебя не хотели, только попугать. Если бы хотели убить, устройство сработало бы, когда ты уже заехал внутрь. — Вот утешил, — ещё сильней скривился Кейт. — Кого-нибудь подозреваешь? — напрямик спросил Круз, едва не добавив: «Только не ври, как в прошлый раз». Тот помотал головой. — Пойду к экспертам, — закончил Круз и кое-как поднялся с пуфика. Этот предмет меблировки был очень удобным, но… засасывал в себя. Показалось, что Кейт смотрит ему вслед с тревогой. Всё-таки психует — и немудрено. Эксперт Гладстон, пожилой ехидный зануда, ожидаемо пробубнил, что результаты будут только через пару дней, и это в лучшем случае. Работы, мол, и без того невпроворот. — Могу предварительно сообщить, что на сей раз взрывник действовал по-другому. Никаких датчиков движения. Бомбу, можно сказать, взорвал сам хозяин, нажав на кнопку пульта. — Прекрасно, — деревянным голосом констатировал Круз и спрятал блокнот. — Жду официального заключения. — Не премину, — любезно отозвался Гладстон, предпочитавший, как и Тиммонс, чтобы последнее слово всегда оставалось за ним. Круз дождался, пока все посторонние покинут раскуроченный дом, и подошёл к Тиммонсу, продолжавшему отрешённо взирать в уцелевшее кухонное окно. В его светлых волосах почему-то запутались сухие веточки. — Есть кому подежурить в доме пока что? — отрывисто спросил он. — Соседи? — Пока что — что? — Кейт поднял брови. — Пока ты будешь жить у меня, — проворчал Круз. — Гостевая комната свободна. С тебя только пончики по утрам, не вздумай отвертеться. И тут осунувшееся лицо Кейта осветила широкая и самая что ни на есть искренняя улыбка. А Круз с очередным тяжким вздохом понял, что опять попал.

***

Тиммонс со спортивной сумкой в руках вселился в маленькую гостевую спальню Круза, где обычно останавливались мама или сестра детектива, когда приезжали в Санта-Барбару. В комнате помещались только старомодный шифоньер тёмного дерева с облупившейся резьбой, такой же комод и кровать. Круз сам сноровисто перестелил постель, несмотря на бухтение Тиммонса. Тот зевал во весь рот и выглядел совершенно разбитым. — Ванная там, — Круз кивнул на узкую дверь в углу комнаты, — а мне на работу надо. Располагайся. Запасные ключи в холле на тумбочке. А чего это у тебя пожитков хрен да маленько? — не удержался он от подколки. — Я думал, ты чемодан дизайнерского шмотья привезёшь. Дизайнерский чемодан от этого… как его… Луи Вуиттона. Кейт величественно не удостоил его ответом. Улыбаясь, Круз захлопнул за собой дверь и сбежал по скрипучей лестнице вниз. Назавтра надо будет заказать китайскую еду на вынос, решил он. Дядюшка Лао из соседнего квартала готовил отменно. Но это вечером, а вот когда он утром вернётся с дежурства, его точно будут ждать купленные Кейтом пончики. …Пончики действительно ждали. Пухлые, золотистые, они аппетитно топырили бока на кухонном столе, а по всему дому разносился аромат свежесваренного кофе, тоже наверняка какого-нибудь авторского, устало подумал Круз, опускаясь на табурет и вытягивая ноги. Но к пончикам и кружке с кофе не притронулся, продолжая исподлобья смотреть на Тиммонса. Тот, в серых домашних брюках и голубой рубашке-поло навыпуск выглядел свеженьким, как маргаритка, черти бы его драли, паршивца. Улыбка сбежала с остроносой физиономии Кейта, он наклонил голову, будто бодаться собрался, и с вызовом выпалил: — Что? Мама бы сказала: «Чует кошка, чьё мясо съела», мысленно констатировал Круз, а вслух бесстрастно проговорил: — Я надавил на Гладстона, чтобы тот побыстрее предоставил мне результат экспертизы. И он предоставил Круз нарочно выдержал паузу, но Кейт на сей раз смолчал. Даже не шелохнулся. Пришлось продолжать — спокойно, хотя всё внутри так и кипело: — Вот когда он вчера ляпнул, что хозяин, мол, сам взорвал гараж, нажав на кнопку пульта, то попал в самую точку, старый хрен. В гараже никого не было, кроме тебя, Кейт. Могу выдать тебе официальные бумажки почитать. И соседей я опросил, не пропустил никого... Нахрена? Ну вот нахрена ты это сделал? — рявкнул он, наконец сорвавшись, но Тиммонс, зараза, даже не вздрогнул. — Гладстону-то, понятно, твоя мотивация до фонаря, но капитану я что докладывать должен? Что помощник окружного прокурора… — Захотел к тебе вписаться хоть на пару дней, — перебил его Кейт, даже не красный, а какой-то малиновый. Да уж, паршивец отступать не привык, пусть и припёртый к стенке так, что не вывернуться, подумал Круз с невольным уважением. — Съеду в отель, не ссы, — с прежним вызовом бросил Кейт, поворачиваясь, чтобы уйти. Багровый румянец на его лице уже сменился какой-то потусторонней бледностью. Словно у грёбаного привидения. Круз досадливо поморщился и, вместо того чтобы спросить, на что этот дурень вообще рассчитывал, взрывая собственный гараж, сварливо пробурчал: — Я тебя, дурака, не гоню… — Не удержавшись, он сунул в рот ближний пончик и, прожевав, продолжал: — Капитану доложу, что мы с тобой планируем операцию по поимке преступной группы, используя тебя как живца. Взрывчатки, что ли, переложил, чёрт бы тебя подрал, — хмуро прибавил он, увидев, как на физиономии Кейта вновь возникает улыбка — недоверчивая и даже какая-то робкая. Робкая! Это у него-то, у этого прохиндея и выжиги! Круз едва не подавился следующим пончиком и совсем уж мрачно закончил: — Станешь выделываться — вылетишь отсюда, как пробка из бутылки. Пробка. Бутылка. Он не мог не вспомнить, как Кейт старательно откручивал пробку с винной бутылки тогда в машине, вспомнил всё последующее и едва не застонал. По тому, какой мечтательной стала ухмылка паршивца, Круз обречённо понял, что и у него в мыслях возникло то же самое. Вот же… — Устал, как собака, пойду спать, — проинформировал он, торопливо глотнул кофе из кружки, обжёгся и ринулся в спальню. Вечер прошёл на удивление умиротворённо — за поеданием китайских блюд, заказанных Крузом, и просмотром свежего детективного сериала, отхватившего телепремию непонятно за что, — под язвительные и очень смешные комментарии Кейта. Так что сожитель из Тиммонса вышел неплохой, учитывая к тому же бесперебойную доставку пончиков. Но не успел Круз додумать эту крамольную мысль, как их обоих смело с дивана под адский грохот. Бомба! Что за дьявольщина?! На миг у Круза потемнело в глазах, но он тут же, кашляя и отплёвываясь, весь в известковой пыли, ухватил рухнувшего рядом Кейта за грудки: — Ты что, совсем рехнулся, Тиммонс?! Теперь и до моего дома добрался? — Это не я, Кастильо, клянусь! — прохрипел тот, тараща изумлённые глаза, и Круз внезапно осознал — не врёт. — Да что ж это за херня такая, — ошалело пробормотал он, разжимая пальцы, а Кейт вдруг схватился за голову и захохотал во всю глотку. — Ох, — еле вымолвил он сквозь этот дурацкий смех. — Пожалуй, тебе не придётся врать капитану, Кастильо. Пожалуй, какие-то мудилы и в самом деле решили до меня добраться. Добрый Боженька слышит мои молитвы, — торжествующе добавил он и снова охнул, когда локоть взбешенного донельзя Круза воткнулся ему в бок. Под окном, из которого вылетели стёкла, знакомо завыли полицейские сирены, и Круз, подымаясь наконец на ноги, свирепо процедил: — Вставай, чего разлёгся? Настоящее расследование начинается, чтоб тебя. И, глядя на счастливую ухмылку Тиммонса, понял, что, пожалуй, тоже рад. И не пожалуй, а наверняка.