Советы по написанию фанфиков по «Евангелиону»

      Я часто ругаю ремейк. Его я считаю плохим авторским фанфиком и потому часто использую как антипример. Фанфиком он может считаться хотя бы потому, что Ребилд очень вторичен — мог бы он сыскать такую славу, если бы не существовал оригинальный NGE? Вот представьте, что он вышел во вселенной, где не существует оригинального сериала, спрашивается, чем он мог бы запомниться аудитории? Историей Мисато? Мало вероятно, ибо без демонстрации ряда драматических моментов сериала она получилась сильно урезанной. Историей Аски? Без сцены с Ариилом, трагедии с матерью и удушения от руки Синдзи она скорее производит впечатление тупо-стервы-цундере, чья трагическая предыстория скомкано подана в самом конце чисто для галочки. Историей Рей? Тут фактически две Рей — Рей-1 и Рей-6 (Куронами) — это разные и сами по себе не связанные персонажи. Существование Рей-1 по большей части игнорируется в третьем и четвёртом фильмах, а Рей-6 чисто для галочки становится более эмоционально открытой и потому просто погибает. Каору? Не смешите: начало его сюжетной линии вообще не показано — не показано, как и почему начата его временная петля, почему ему вообще интересен этот Синдзи (это как если бы в «Мадоке» нам бы не показывали предысторию Хомуры, а просто сообщили бы в конце посредством слов других персонажей, что вот, дескать, ей дорога Мадока потому, что она её раньше видела в предыдущих таймлайнах). Откровенно говоря мне и как человеку, смотревшему оригинальный сериал, непонятно почему этому Каору вообще есть дело до этого Синдзи. В 24 серии была гомосексуальная влюблённость, но в ремейке нет даже её — во всяком случае она не раскрыта. Но что же есть в ремейке, вместо этих сюжетных линий? Линия Синдзи — Синдзи поглощает собой всех персонажей. Итак, одна из наших тем, которую стоит обсудить — это синдзицентризм: роль протагониста в истории относительно прочих героев.       Фанфик более свободен чем оригинал в том плане, что он может выбрать в качестве главного героя не того персонажа, кто был протагонистом канона. Уточню, протагонист — это не просто главный герой, это персонаж, который двигает сюжет как историю, он тот, без кого бы она не вышла. Протагонист может быть только один. Полноценный фанфик-апокриф, который пишется в качестве истории, по масштабу не уступающей канону, должен разрешить вопрос — что делать с тем, кто был протагонистом в оригинале? Как его раскрыть относительно иных персонажей и какую роль он может занимать? Синдзи как протагонист хорош тем, что может выступать одновременно и в роли суррогата аудитории, и в роли персонажа, самого по себе ценного своими уникальными особенностями — в зависимости от ситуации. Что такое суррогат аудитории? Это персонаж, с которым зритель или читатель или игрок должен себя ассоциироваться. Обычно такой персонаж не в курсе планов SEELE или тайн метафизической биологии — всё, что знает он, то может знать и читатель. Такой персонаж обычно наделён также храбростью, которую демонстрирует в критической ситуации, да и вообще он всегда старается поступить правильно — дабы он нам был симпатичен, у него нет критических пороков, по крайней мере они выступают не сразу. Остальные личностные черты такого персонажа обычно сделаны с поправкой на аудиторию. Скажем, Виктор Северов — как раз такой персонаж, в сферу его интересов входят война, оружие, история и политика, а ещё он патриот, гетеросексуален и ненавидит блок НАТО и либералов из 90-х — это +/- интересы и взгляды Кима и его аудитории. Такой персонаж хорош тем, что ему легко симпатизировать из-за того, что зрители видят в нём себя. Такими персонажами, скажем, являются Фродо и Гарри Поттер.       Один из мною написанных фанфиков по «Еве» — «Мой клиент — Ангел Каору» [1] включает в себя всего лишь два персонажа, кроме самого Каору, это некий безымянный мексиканец, с которым заглавный герой проводит время как с мужчиной во время своего путешествия по Америке. Фокальный персонаж — безымянный мексиканец, протагонист — тот, без кого невозможен сюжет — Каору. Просто Ангел-Мессия SEELE, это не тот персонаж, с которым можно себя на раз-два ассоциировать, и один из способов подать его — это описать с точки зрения суррогата аудитории.       Я преследовал следующие соображения: — Первая цель — демонстрация того, как Каору занимается сексом, в центре фокуса — конкретно Каору, здесь идёт близкое и очень подробное описание его тела и разных действий с этим телом в моменты сексуальных сцен; тело рассказчика отведено из постельных сцен за пределы фокуса и если упоминается, то только, чтобы подчеркнуть некий аспект внешности Каору (скажем, упоминается, что ноги рассказчика волосаты, но только потому, что тело Каору противопоставляется, как практически не имеющее какой-либо растительности за пределами волос на голове). — Вторая цель — демонстрация того, какую жизнь вёл Каору до начала основной истории («Клиент» — приквел РСБЕ), сам Каору относится к рассказчику как к одному из многих своих приятелей и любовников, которых он встретил, когда бродячим музыкантом странствовал по американскому континенту. Стало быть рассказчик — образ усреднённый. — Третья цель — сам указанный выше усреднённый образ нужен для того, чтобы противопоставить его Синдзи. Каору хотел проверить свои чувства к возлюбленному, потому выбрал тот способ, который одновременно и самый логичный, и самый приятный для меня — Каору решил (и захотел) переспать с кучей случайных мужчин, чтобы выяснить, не забудет ли его сердце Синдзи и не будет ли ему, Каору, так же как и к Синдзи, в чувственном плане хотеться привязаться к каждому. Так как Каору и Синдзи — любовь на всю жизнь, то, как оказывается, Каору не питает каких-либо особенных чувств к тем, кого он встречает в туалетах гей-клубов, потому, вооружившись этим опытом, Каору акцентировал внимание на Синдзи. — Четвёртая цель — я хотел показать одиночество Каору. Он встретил много случайных любовников, но никто из них не стал ему духовно близок. Чтобы показать духовную близость, надо сделать акцент в первую очередь на единении именно двух этих личностей, в свою очередь для этого надо очень выразительно показать каждого из пары — в данном случае обезличенность рассказчика указывает на отсутствие между ним и Каору всякой духовной близости, они просто приятели (что тоже хорошо, но это не то, к чему стремится Каору в стратегическом плане). — Пятая цель — я хотел, чтобы читатель отождествлял себя с рассказчиком, от чьего участия показаны постельные сцены. Именно потому рассказчик занимает позицию активного любовника и это несколько раз подчёркивается, так как я исходил из того, что большей части читателей будет не очень приятно отождествлять себя с кем-то, кому что-то вводят в задний ход. Что характерно, у яойщиц, представительниц женской половины человечества, фокальный персонаж — обычно пассив.       Вернёмся к канону NGE, персона Синдзи часто вызывает такое суждение: «вот вы считаете его нытиком, но на самом деле вы на его месте вели бы себя ещё хуже». Вне зависимости от того, кто как бы вёл себя на месте Синдзи — тут уж как пелось у Высоцкого: Кто здесь не бывал, кто не рисковал / Тот сам себя не испытал — надо сказать, что в самом начале мальчик выступает как камера зрителя, как удобный фокальный персонаж, от лица которого нам проще вникать в художественный мир. Именно поэтому, как я заметил, многие фанаты той или иной девушки обязательно хотят видеть её в качестве пары для Синдзи, вероятно, по той причине, что они какой-то частью сознания отождествляют Синдзи с собой — глупо отрицать, что мы любим Рей, Аску, Мисато или даже Каору потому, что питаем к ним сексуальное вожделение.       Если бы в качестве фокального персонажа «Евы» выступали бы Рей или Каору, то, согласитесь, всё было бы куда иначе по части ощущения зрителем вхождения в историю. Тут можно вспомнить Лейн Ивакуру — она выступает фокальным персонажем, но является аутисткой с раздвоением личности, которая регулярно ловит приходы, ходит в астрал как к себе домой (учитывая, что она богиня — слово «как» является лишним), разговаривает с духами, воспринимая всё происходящее совершенно обыденно. В аниме есть очень хороший момент, где показана пропасть в восприятии мира между зрителем и героиней — когда её подруга по имени Алиса сходит с ума от творящейся вокруг апокалиптической чертовщины, Лейн, будучи доброжелательной девочкой, тем не менее полностью игнорирует эмоциональное состояние своей подруги, просто потому что взгляд обычных людей на мир, совершенно чужд для неё [2]. Синдзи, в отличие от Лейн, начинает как посредственный и заурядный человек, лишь по ходу сюжета раскрываясь как интересная личность. Без такого раскрытия он бы утоп на фоне стереотипных обыкновенных японских школьников. Именно необходимость сделать Синдзи камерой зрителя, обуславливает в том числе, с внешне сюжетной точки зрения, такие обстоятельства, как отсутствие у героя какого-либо опыта и подготовки, а также сеансов психотерапии.       Оригинальный сериал подаёт нам сразу нескольких персонажей, чьим судьбам посвящён сюжет — это, кроме самого Синдзи, Рей, Аска, Мисато и Гендо. Дополнительно сюда ещё подходят Кадзи, Рицуко и Каору. Хотя Синдзи никогда нас не оставляет, он в отдельные моменты может быть вторичен по отношению к тем, на кого падает прожектор: Аска, Рей и Мисато раскрываются посредством наблюдения за ними Синдзи и контактов с ним — можно даже представить, что в тот некоторый момент в качестве такого наблюдателя выступает совершенно иной персонаж.       В фанфике, как я уже говорил выше, в качестве фокального персонажа или протагониста может быть выбран совершенно другой герой, нежели Синдзи. В фанфике «Смутное время» — Синдзи всего лишь один из основных персонажей, а в качестве протагониста там выступает Айони — ОЖП; фокальные персонажи при этом меняются — вплоть до того, что в их роли могут выступать вообще второстепенные лица (русский пилот Стас и инспектор Чемберс). В фанфике «Чужой среди чужих» — сам Синдзи второстепенный персонаж, в качестве протагониста там выступает Шут (ОМП), в качестве просто главных — Рей, Гендо, Кадзи и Карл (Каору из манги). В фанфике «Дети Евы» автор вводит команду новых героев-пилотов, где от прежнего состава осталась только Рей — Синдзи и Аска стали второстепенными персонажами, но заодно на роль одного из главных вышел Каору. Среди новых персонажей главными вышли Акира и Широ. Первый — главным образом — классический герой, как раз выступающий в роли фокального персонажа, второй — байронический герой, в конце становящейся жертвой своей альтернативной тёмной личности. Особенно мне стоит отметить фанфик «Дети Древнего Бога», где нет одного протагониста, а в качестве центральных персонажей выбраны исключительно пилоты: Рей, Синдзи, Аска, Тодзи, Анна (ОЖП) и Хикари (Каору и тем паче Мари тут нет вообще). Самые интересные персонажи здесь — Рей и Аска, они значительно отличаются от канона и в значительной степени тащат на себе весь фанфик, выступая во многом как противоположности: Рей спокойно принимает нечеловеческие способности, она сдержана внешне и предана делу, однако внутри её мучают различные деструктивные страсти, ради потакания которым она готова совершать аморальные поступки, Рей нравится получать удовольствие от убийства и пожирания чудовищ; Аска — труднее всех воспринимает нечеловеческие способности, эмоционально демонстрирует неуравновешенность, но в то же время у девушки тут есть доброе сердце и она очень боится совершить нехороший поступок, а также Аска ненавидит то удовольствие, которое она испытывает во время убийства монстров и поглощения их силы. Синдзи здесь в свою очередь представлен как исключительно заурядный, пассивный персонаж, в котором абсолютно нет ничего интересного. Он начинает как фокальный герой, но так и остаётся совершенным суррогатом аудитории — у него нет никаких индивидуальных загонов, нет индивидуальных целей, нет индивидуальных желаний, у него даже нет каких-то индивидуальных конфликтов. Для галочки он вроде как бы испытывает неприятные ощущения из-за приобретения нечеловеческих способностей, ну как-то особо не переживает по их поводу. Всё, что он делает в сюжете, это служит поводом для конфликта между Аской и Рей и по итогам вынужден улаживать отношения в своём гареме, чем его роль и ограничена. Даже Тодзи, который постоянно конфликтует с Аской, и то более интересный персонаж. Хикари и Анна получились очень фоновыми. Вплоть до того, что когда Анна продаёт душу Ньярлатхотепу, авторы даже не говорят нам, за что она это сделала и что ожидала получить. Хотя казалось бы, если один из персонажей, подданных не как последний нуб, совершает переход на Тёмную сторону силы, то следует как бы объяснить, почему он это сделал и за какие коврижки.       Когда я писал свой фанфик, то у меня вышло набрать следующих главных персонажей — в порядке уменьшения сюжетного времени: Синдзи, Каору, Аска, Рей, Виктор (который Северов, тот самый), Мари и Рэндольф Картер (который взят от Лавкрафта). Кто тут будет протагонистом? Думаю, Каору — потому как именно он двигает историю, его действия и решения двигают основной сюжет. Роль Синдзи здесь огромна (именно ему посвящена большая часть текста), но всё же вторична по отношению к Каору (которого я был вынужден «посадить в автобус» в промежуток между 24 и 128 главой, исключительно потому что персонаж был слишком могущественным и мог решить практически все проблемы на тот момент сюжета). Синдзи выступает главным образом как фокальный персонаж — но в отличие от канона я сразу показал его ключевые отличия от суррогата аудитории: Синдзи у меня подан как хихикомори-аутсайдер, у которого за плечами опыт употребления наркотиков и попытка самоубийства — Синдзи открыто показывает свой нигилизм, цинизм, считает, что «ад — это другие», он боится людей, не разделяет их систему ценностей, находит внешний мир опасным, бессмысленным, жёстким и отвратительным. Мой Синдзи испытывает желание уничтожить весь мир, но вынужден его защищать. Я исходил из той логики, что раз я пишу продолжение ЕоЕ, то персонажи, пусть даже в перезапущенной версии действительности, должны находиться в духовном состоянии, похожем на то, в котором они пребывали на момент и на окончание ЕоЕ. Ключевой конфликт этого персонажа в том, что он ненавидит саму жизнь, но в то же время он хочет жить и борется за эту жизнь; он боится других людей, но хочет, чтобы они любили и окружали его. Его страх перед другими людьми я раскрыл на примере его нетрадиционной ориентации — та тема, которая имела место в каноне, но практически не была раскрыта — Синдзи боится, что его будут осуждать за бисексуальность и трансгендерность. Мне нравится такой Синдзи, я сам могу легко с ним себя ассоциировать, в отличии, наверное, от среднестатистической аудитории. Стоит отметить, что в моей версии у Синдзи развиваются некоторые лидерские качества и он оказывается способен возглавить группу пилотов Ев, состоящую из его личных друзей и товарищей. Это то, чего у Синдзи не было в оригинале.       В силу широты своей русской души, я могу очень объёмно множить текст — именно поэтому мой фанфик исчисляется тысячами страниц — такой формат позволяет мне очень дотошно раскрывать самых разных персонажей. Например, однажды я посвятил треть главы (там они у меня идут по 50-70 страниц) на раскрытие предыстории Мусаши — парня Маны. Это отчасти имело тот смысл, что я выкладывал сведения о происхождении другого персонажа — Нади, а также частично описал некоторую подноготную, но в остальном я мог позволить себе место даже на изложение личной истории далеко не самого главного персонажа. В этом преимущество литературы над любым другим форматом — книга позволяет всё расписать до самых мелочей. Скажем, формат нескольких полнометражных фильмов не позволяет раскрыть второстепенных персонажей так хорошо, как это мог сделать сериал. Именно поэтому, когда в ремейке появились новые персонажи — экипаж корабля Мисато и Кадзи-младший — про них ну вот вообще нечего сказать. Ещё одно отличие ремейка от оригинала в этом плане — это арка Рей. Вообще, будь Рей моим главным любимым персонажем, я бы бомбил по этому поводу при каждом удобном случае (а так, я бомблю только по поводу Каору). Рей в оригинале проходит сюжетную арку — она начинается с момента гибели Рей от рук Наоко. Механизм реинкарнации не очень понятен, но, по всей видимости, Рей-2 становится замкнутой именно потому, что хорошо увидела внутреннюю натуру людей на примере своего горького личного опыта. По ходу дальнейшего развития событий она разочаровывается в Гендо, понимая, что он видит в ней лишь куклу для исполнения своих замыслов. Потому Рей бросает его и всё, что её заботит, это исполнение прихотей Синдзи. Ей плевать на весь мир вокруг. Рей мне очень нравится, как персонаж, именно такой — циничной, эгоистичной, нигилистичной сволочью, равнодушной даже к своему собственному существованию. А то некоторые тут, глядя на Рей, не видят ничего, кроме милой мордашки. Именно на этой стороне личности я постоянно стараюсь делать акцент при написании своего фанфика, сразу вводя Рей в сюжет с состояния, близкого к тому, которое у неё было в ЕоЕ. Что мы видим в ремейке? В ремейке нет ни удушения от руки Наоко, ни отказа от роли быть куклой Гендо, ни мизантропии — всё, что делает Рей-1 в ремейке, это просто влюбляется в Синдзи. И всё. Как я уже говорил выше, два последующих фильма практически полностью игнорируют еë существование — когда в финале четвёртого фильма Синдзи встречается с Рей-1 в рамках абстрактного пространства внутри Ева-01, то он даже не испытывает какой-то особой радости, осознавая что Рей жива (ну, по крайней мере существует в виде персонифицированного существа, пусть даже не имеющего привычного тела, способного жить в материальном мире). Рей в ремейке — придаток к Синдзи. Полное уничтожение арки одного из ключевых персонажей, который везде красуются на обложках, стал одним из культовых персонажей — это один из примеров пагубного воздействия синдзицентризм — ситуации, когда роль протагониста раздувается и полностью поглощает арки других персонажей (в том числе из-за проблем с форматом).       При написании локального фанфика можно не беспокоиться по поводу того, что какие-то персонажи выпадают из сюжета — потому как локальный фанфик может быть вообще посвящён исключительно одному персонажу и быть размером на пять страниц. Мой последний фанфик по «Еве» «Пансексуальность Кенске» (отрывок из всё того же РСБЕ) [3] посвящён тому, как заглавный герой увлечён любовью Каору и Синдзи друг к другу и хочет прочувствовать её на себе, став третьим участником отношений между ними. В фанфике задним ходом упоминается, что Кенске женат на Куронами и что любит, когда «Аска им командует», но эти сведения указывают лишь на вводную персонажа, важную в контексте ситуации, центральной для сюжета конкретного незатейливого фанфика.       При написании апокрифа, особенно претендующего на альтернативную версию событий канона или на роль продолжения, потребуется тщательно обдумать то, какую роль и какой вес в сюжете будут играть те или иные персонажи.