that’s what all the people say
4 декабря 2021 г., 00:00
Кроули мрачнее тучи плелся к корпусу университета.
«Подмени Лигура до конца семестра, он заболел».
Какого хрена он должен выполнять чужую работу?! Подумаешь, попал в аварию и теперь до конца января пролежит в больнице, а почему сразу Кроули? Почему не Хастур? Он вообще, кажется, никогда не работает, только флиртует со студентками и бегает курить каждые полчаса. Это Кроули перерабатывает, как проклятый, и даже премий дополнительных не получает.
«Уволю!» сказала Вельзевул, и у Кроули не осталось выбора.
Еще пять групп студентов. Еще в пять раз больше работы! За что Кроули такое наказание? Он хотел отдохнуть, а не вот это вот все!
Кроули кожей почувствовал, как замер лекционный зал, когда он вошел. Студенты затихли, и лишь ненависть Кроули нависла над ними незримым облаком. Вальяжно прошествовав к столу, Кроули стиснул зубы. Как же он их всех ненавидит — это его лишняя работа!
— Профессор Лигур заболел, и до конца семестра вести занятия у вас буду я, — Кроули оскалился, поглядев на зал сквозь темные очки. Сколько бы Вельзевул не жаловалась, но забрать эту привычку ей не удалось. — И зачет в конце семестра сдавать вы будете тоже мне.
Студенты отчаянно застонали, и Кроули ухмыльнулся. А вот это он любил.
Так же, как и слух о том, что ему невозможно сдать зачет. Счастливчикам удавалось попасть к Хастуру, который подписывал все, не глядя, а вот Кроули… отличался невыполнимыми капризами.
— А теперь требования к зачету… — Кроули диктовал быстро, прекрасно зная, что записывать никто не успевает, а переспрашивать побоится.
Кроули медленно обводил взглядом аудиторию, насмешливо наблюдая за судорожно записывающими студентами.
Пока его взгляд не остановился.
Кроули сбился, резко замолчав, и студенты выдохнули, поспешно дописывая. А Кроули, застыв, в упор смотрел на Азирафеля, напряженно пялящегося в парту. Он сидел, подперев голову кулаком. На этот раз приодетый, застегнутый на все пуговицы, в нелепой бабочке и светлом пиджаке. Весь такой прилежный, как те отличники, которые зубрят материал. Только волосы, как и в прошлый раз, небрежно растрепаны. А поверх всего этого пушистый шарф, прикрывающий шею.
Пауза Кроули затягивалась. Он продолжал всматриваться в Азирафеля, и тот, наконец, поднял голову. Поймал его взгляд, закусил губу, вжался в свой шарф и посмотрел в сторону.
До Кроули начало доходить, что он тормозит, а студенты все более выжидающе на него смотрят. Сжав нервы в кулак, Кроули, сквозь стиснутые зубы, продолжил. Аудитория чувствовала ухудшение настроения преподавателя, с каждой минутой все сильнее впадая в ужас.
А Кроули, ходящий кругами по залу, все размышлял.
Азирафель! Чертов обольститель из клуба! И надо же вселенной подкинуть Кроули именно такой сюрприз в середине семестра. Столько проблем на его голову!
Он настолько увлекся мыслями о том, чем теперь все это грозит, что даже не проверил посещаемость, отпустив группу. Студенты переглянулись, но радостно начали вылетать из зала.
Злее некуда Кроули опустился за стол и, сложив руки на груди, уставился в список группы. Взгляд жадно вцепился в последнюю строчку.
Фэлл. Азирафель.
Но хоть с именем не соврал. А то казалось выдуманным ради анонимной ночи.
Кроули поднял голову. Когда последний студент покинул аудиторию, тень легла на стол, и он уставился на Азирафеля.
— Ты говорил, тебе есть восемнадцать, — Кроули откинулся на спинку, и Азирафель сел на стул напротив. Он осторожно уложил на колени белый рюкзак, на котором болтался меховой брелок с глазами. Сел настолько прилежно, словно это не он еще два дня назад сверкал перед Кроули голым задом.
— Профессор Кроули, я польщен оценкой моих знаний, но при всем желании я бы не учился на последнем курсе, если бы мне не было восемнадцати.
Кроули стиснул зубы. Ладно, его косяк.
— Ты очень этим озабочен, что, уже были с этим проблемы? — Азирафель едва наклонился вперед.
Кроули оскорбленно выпрямился.
— Что?! Да… как ты?..
Азирафель довольно улыбнулся.
— Неудачная шутка, учитывая твой статус, прости, — не успел Кроули ответить, как Азирафель продолжил, — я вообще-то тоже несколько… смущен.
— О, по тебе не скажешь!
— Это хорошо, — Азирафель неловко отвел взгляд, становясь более похожим на того парнишку из клуба. До того, как Кроули его напоил. — А мы могли бы… сделать вид, что ничего этого не было?
Кроули прищурился, а потом понял, что за очками Азирафель этого не заметит.
— Не думай, что получишь зачет только потому, что случайно переспал со мной, — прошипел он, упираясь ладонью в стол. Азирафель заметно напрягся, сведя колени вместе. Весь застыл и вцепился в рюкзак. — Это лишь совпадение, никаких привилегий не будет!
— Я и не думал… — пробормотал он, — просто хотел сказать, что… я бы не хотел, чтобы об этом кто-то знал…
В голове Кроули щелкнуло. Азирафель не собирается шантажировать его тем, чтобы ему поставили зачет ради молчания. Но почему? Кроули усиленно соображал, но не мог собрать мысли в единую картинку.
— Чтобы ты знал, малыш, взрослые не треплются о том, кого трахнули на выходных.
— Я думал, что взрослые и в клубах не напиваются, но я ошибался.
— Знаешь, в чем тебе действительно повезло, Азирафель? — Кроули выделил его имя так, что Азирафель вздрогнул. — Когда у тебя начнутся проблемы, не думай, что это из-за особых привилегий. Это лишь потому, что ты ничем не отличаешься от остальных.
Азирафель сжал губы в тонкую полоску.
— Я наслышан о ваших методах преподавания, мистер Кроули, — произнес он, вставая со стула и сжимая рюкзак дрогнувшими пальцами. — И одному вы меня уже научили — впредь я буду спрашивать у тех, к кому поеду в дом, их имя.
С этими словами Азирафель развернулся и стремительно покинул аудиторию. Кроули задумчиво подпер голову рукой, посмотрев ему вслед. Что-то однозначно есть не то во всей этой ситуации.
Вселенная преподнесла ему отличный сюрприз под начало зимы. Не зря Кроули так ее ненавидел.
***
Кроули не собирался намеренно валить Азирафеля. Хоть Кроули и считался преподавателем строгим и неприятным, но честным и справедливым. Кроули валил всех. Его система была строго выверена до мелочей. Опросы, контрольные, задания и вопросы. Письменные и устные ответы. Кроули всегда знал, на чем плавают студенты, а где у них есть лазейка, чтобы его задобрить. Но Азирафель оказался стойким. Конечно, Кроули за ним наблюдал! А как можно не наблюдать за парнем, который лежал в его постели, подставляя свои самые откровенные части тела и так мило, блять, улыбался наутро?! Азирафель озарял светом всю аудиторию, как только появлялся в ней. И Кроули, как свирепый демон, в своих темных очках наблюдал из-за угла, прожигая его взглядом. Азирафель садился поближе, но не настолько, чтобы показаться навязчивым. Азирафель прилежно слушал и записывал, не нарушая дисциплину. Азирафель смеялся, разговаривая с одногруппниками, перед самым началом занятий. У Кроули имелось всего пять минут, пока он входил в аудиторию, располагался за столом, а потом начинал пару. Строго выверенные пять минут, в которые он мог тайком понаблюдать. И как некстати Кроули встречал Азирафеля по три раза в неделю. Три полуторачасовых возможности лицезреть маленькое произведение искусства, сидящее на третьем ряду. На контрольной, подводящей итоги темы, стояла гробовая тишина. Слышно было лишь скрежетание ручек и отчаянное сопение. Но Кроули наблюдал только за ним одним. Уткнувшись в телефон, краем глаза следил за тем, как старательно Азирафель выводит буквы. Спасибо Сатане за дурную привычку носить очки. Представлял Кроули, как иначе бы подставился, ведь не смотреть на это невозможно. Азирафель прикусил кончик языка, прелестно нахмурив светлые брови. Но в целом… абсолютно спокойно, с выпрямленной спиной. К концу недели Азирафель перестал носить шарф, и Кроули с интересом разглядывал его шею, обтянутую бабочкой, словно ошейником. Засос в самом деле прошел. Сдавая ему контрольную, Азирафель поджал губы, даже не глянув на него и, обняв рюкзак, быстро покинул зал… Уже вечером Кроули удобно расположился на кровати, завернувшись в плед и окружив себя листами, напрочь исчирканными красной пастой. Нет и нет. Все не то! Для него это даже не было особенной новостью. Практически никто не хотел учиться, предмет Кроули не профильный, а потому проходился исключительно формально. Кроули прекрасно это понимал. Это и давало шанс поиздеваться сильнее. Кроули всегда проверял конспекты по списку. И теперь взял последним листок, где невероятно красивым почерком было выведено необычное имя. Кроули прочел его раза три, жадно вглядываясь в каждую букву. А потом, читая ответы, Кроули стиснул зубы… Кроули нервничал. Еще не бывало такого, чтобы он нервничал перед аудиторией, но сейчас, когда он раздал контрольные, чтобы студенты посмотрели на результат, ему в самом деле казалось, что он сделал что-то нечестно. Азирафель не заслуживал этот высокий балл. Кроули поставил его не потому, что Азирафель раздвинул перед ним ноги. Но как бы Кроули не придирался… его ответ был идеальным. Азирафель выпрямился, глядя в свой листок и… его губы медленно растянулись в самодовольной усмешке. Даже румянец разлился по щекам. А Кроули просто засмотрелся на это зрелище. Закончив пару, Кроули краем уха уловил чужой разговор. — Серьезно? — Гавриил подошел к Азирафелю и заглянул в его листок. Кроули напрягся, продолжая собирать документы. — Ты даже здесь умудрился выпендриться? Серьезно, твое фото пора в коридорах повесить. Ты хоть раз вообще получал плохую оценку? Признайся, ты списываешь! Азирафель улыбнулся и намотал вокруг шеи свой пушистый шарф. — Меньше развлекайся, больше учись, это не сложно, — он подмигнул Гавриилу и довольный спустился по ступенькам вниз. Всего на секунду он глянул на Кроули, залившись румянцем, спрятался за шарфом и снова исчез.***
Кроули думал, что все уже решено. Азирафель оказался типичным отличником, к которому не прикопаться, как сильно не старайся. Такие в самом деле попадаются раз в несколько лет. Азирафель писал все прекрасно, и его успеваемость не вызывала вопросов, ведь студенты уже привыкли, привыкли даже преподаватели. Теперь Кроули на планерках различал знакомое имя и с интересом вслушивался, как другие возлагали на него какие-то эфемерные надежды. Как он не боялся, что его внезапное внимание к Азирафелю вызовет вопросы… этого не произошло. И Кроули расслабленно выдохнул. Вот почему Азирафель ни на что не претендовал. Он и так был уверен, что у него все получится. Недолго Кроули пришлось радоваться, спокойно ведя занятия. То ли Кроули слишком зациклился на Азирафеле, непрерывно за ним наблюдая, то ли… Засранец начал вести себя иначе. Кроули все больше подмечал, как тот мечтательно смотрит в его сторону своими большими голубыми глазами, но стоило Кроули повернуть к нему голову, как Азирафель тут же отводил взгляд, внимательно вглядываясь в конспект. Кроули различал этот румянец, разливающийся по пухлым щекам, эту улыбку, которая делала Азирафеля до такой степени красивым, что Кроули прерывался, напрочь забывая, что вообще хотел сказать. Возможно, Кроули только казалось… но Азирафель прихорашивался. С каждым новым занятием он приходил все более красивым, словно несколько часов проводил перед зеркалом. А в этот день… Кроули едва сдержался, чтобы не облизнуться, когда увидел эти узкие светлые джинсы, так эффектно выделяющие идеальный круглый зад. Кроули наблюдал за ним день за днем. И чувствовал… что Азирафель это замечает. Поганец даже не смотрел в его сторону, но Кроули… подмечал эту лукавую улыбку, расползающуюся по светлому личику, когда Кроули обращал на него внимание. Последней каплей для Кроули стала одна сцена. Пока он залипал в телефон, ожидая, когда все студенты рассядутся, Азирафель подошел к Гавриилу, наклонившись над ним и что-то спросив. Кроули не слышал, что именно. Зато Кроули прекрасно видел. Азирафель флиртовал! О да, Кроули не настолько идиот, чтобы не различить этот юный флирт. Стреляние глазами, прижатие ладони к губам, эти смешки и, черт, ладонь на плече! И хуже всего… похоже, Гавриил прекрасно этот флирт различил. На этой паре студенты в полной мере прочувствовали, как плохо бывает, когда у профессора Кроули портится настроение. А виновник всего этого… лишь продолжал ухмыляться одним уголком губ, отсев от Гавриила как можно дальше и с умным видом вырисовывая что-то в тетради. Кроули не удавалось больше с ним поговорить. Оставлять его после пары он не желал — слишком откровенно. А другие способы не приходили в голову. У Кроули имелась определенная система. Каждые несколько занятий он опрашивал по одному студенту. Долго, тщательно. Старательно выискивая недостаток в его знаниях и доводя едва не до слез. И, наконец, очередь дошла до последнего человека в списке. Кроули с довольным видом произнес его фамилию, и Азирафель, поднявшись, подошел к нему, встав намного ближе, чем становились обычно студенты. — Спрашивайте, мистер Кроули, — Азирафель лучезарно улыбнулся еще до того, как Кроули успел открыть рот и задать вопрос. — Я целиком и полностью готов. По залу прошлось улюлюканье, и Кроули недовольно повернул голову. Все звуки моментально стихли. — Чрезмерная уверенность в собственных знаниях, это показатель их отсутствия, Фэлл. — Как жаль, я думал, что в своих вы абсолютно уверены, — Азирафель приподнял уголок рта. Кроули поджал губы. Ярость вспыхнула в нем яркой спичкой, но вместе с тем… Он в самом деле бросал ему вызов?! Мальчишка, провокатор! Флиртовал с ним на протяжении такого времени, нагло улыбался, а теперь… Кроули хищно улыбнулся, и Азирафель заметно вздрогнул. — Что ж, тогда начнем… — елейно прошептал Кроули, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. Это был один из самых жестоких опросов, которые Кроули проводил в своей жизни. Он начал с малого, решив немного разогреться, и Азирафель почти с радостью давал правильные ответы. Азирафель все больше разворачивался в его сторону, теряя смущение и зажатость, и когда он совсем влился в диалог, Кроули начал атаковать. Все больше расползаясь в довольной улыбке, Кроули наблюдал, как Азирафель начинает мешкаться, сомневаться. Как на его лице понемногу появляется сомнение. Его наигранная самоуверенность, которую Кроули подметил еще на своей кухне, сыпалась в прах, Азирафель отвечал неуверенно, и Кроули чувствовал вкус желанной победы. Он встал, обходя Азирафеля по кругу и проговаривая вопрос. Медленно, четко. С наслаждением чеканя каждое слово. Азирафель проследил за ним взглядом. Он сжал пальцами край светлого жилета. Побледнел, а затем покраснел. А Кроули едва не простонал, остановившись у него за спиной и разглядывая эти узкие джинсы. И Кроули совершенно не волновало, что они в зале не одни. Азирафель запнулся, опустил голову. — Я… — он выдохнул, покраснел, а затем поднял на Кроули взгляд. С такой детской обидой и блестящим желанием помощи. — Я не знаю… Кроули растянулся в сладчайшей улыбке. — Что и требовалось доказать, — шепнул он, встав за его левым плечом. Азирафель плотно сжал губы и выпрямился. Весь его вид так и кричал о том, как сильно он хочет поспорить или еще лучше — наброситься на Кроули. Но он с достоинством сдерживался. — Но за… — Кроули демонстративно посмотрел на часы, — сорок минут отличной дискуссии, устный ответ я зачту. Глаза Азирафеля удивленно расширились. — Вы заслужили, — Кроули отвернулся и вернулся за стол. Азирафель неуверенно вернулся на свое место. Однако радости в его глазах не наблюдалось. Он поник, весь сжался и уставился в окно. Когда пара закончилась, Гавриил о чем-то настойчиво ему говорил, но Азирафель покачал головой, и Гавриил с недовольным лицом покинул зал. Стоило аудитории опустеть, Азирафель тут же оказался рядом с Кроули. — Почему? Кроули снова не успел ничего сказать, как Азирафель выпалил это. Он стоял, воинственно прижав к себе рюкзак, и глядел на него с воистину праведным гневом. — Почему — что? — Кроули выразительно приподнял бровь, усевшись на край стола. — Зачем это снисходительное зачтение? Одному во всей группе. Это только потому, что мы переспали? Тебе стало жалко? Кроули усмехнулся. — Я еще в первый день тебе сказал, что у тебя не будет привилегий. И я не собираюсь тебе их давать. С учетом твоих пробелов, на зачете тебя ожидают неприятности. — Я лучший на всем курсе! — воскликнул Азирафель. — У меня нет пробелов! — Но я же нашел. — Ты придираешься ко всему из принципа! Кроули встал. Он подошел к Азирафелю, и тот отступил на шаг, прижав рюкзак к себе плотнее. Он отвел взгляд, а потом смело взглянул Кроули в глаза, ожидая. — Не думай, что ты лучше всех, — Кроули обвел взглядом это милое личико и едва сдержался, чтобы не наклониться к нему. — Если ты считаешь, что я что-то сделал нечестно, поставлю неуд, и придешь на пересдачу. Азирафель вздрогнул и яростно замотал головой. — Тогда к чему претензии? Мог бы прямо сказать, что просто хотел со мной поболтать. Для этого не обязательно искать повод. — Я вообще жалею о том, что той ночью пошел в клуб! — выпалил Азирафель. Кроули усмехнулся. Азирафелю оставалось только ногой топнуть для эффекта. — Как вообще преподавателя могло туда занести?! Да еще и… еще и!.. Азирафель не договорил, отвернулся и выбежал из зала. Кроули повернулся и удивленно поднял бровь. Не особо он понял эту реакцию. Все же за всеми этими заигрываниями, Кроули совершенно забыл, что Азирафель — лишь ребенок. По крайней мере для него.
