Не-ангел

Поттер аппарировал их во двор Малфой-мэнора, что было вполне ожидаемо — аппарировать в сам особняк могли только хозяева, наследник и лорд Волдеморт, которого Люциус признал своим хозяином, приняв от него метку. Впрочем, Драко сомневался в невозможности Поттера взломать любую защиту, найдись у того такое желание, и дело тут было не в вере Ежедневному Пророку: после исторической победы мальчика-который-выжил Драко не раз чувствовал на себе отголоски возросшей силы Поттера, когда тот начинал злиться. Чувствовал и почти никогда не боялся, как то ни странно. Оглядевшись, Драко улыбнулся пришедшим воспоминаниям, ностальгии и тоске по родителям, которых сразу захотелось увидеть, и поскорее. Все-таки без малого шесть лет — очень приличный срок, чтобы соскучиться, успеть подзабыть конфликты и даже начать идеализировать родителей. Снова. Он ненавидел это качество в себе и пытался с ним бороться, временами проигрывая. Романтик хренов! Драко никогда терпеть не мог романтиков. А ещё он не мог сказать, что рад вернуться в магический мир. Не на таких условиях и не с Поттером в роли то ли конвойного, то ли телохранителя, в роли, которая ему не шла совершенно. Посмотрев на героя, закуривающего вонючую сигарету, Драко недовольно поморщился — он не курил и не любил, когда это делали при нём. Вот только запах дыма конкретно этих сигарет почему-то показался ему странно знакомым. Откуда? — Поттер, ты не мог бы курить что-нибудь более приличное? Эти сигареты просто тихий ужас, — заявил Драко, ядовито ухмыляясь. Что же он забыл? Тусовки после выступлений, сигаретный дым, алкоголь, девочки и мальчики, лёгкие наркотики, которыми баловалась его команда, но которые он сам за эти годы так и не попробовал, — ему хватало и маггловского крепкого алкоголя, чтобы его развозило и почти напрочь отшибало память. Но в этом пьяном угаре сочинялись лучшие песни, сочинялась музыка и строились планы на будущее. А ещё он почти никогда не уходил домой один, чаще выбирая в качестве партнера на одну ночь на всё согласных девчонок, но и парнями Драко тоже не брезговал, если появлялось желание побыть снизу. — Это не мои, — пожал плечами чёртов Поттер, выдыхая струю дыма. — Рона. Я наведался к нему в квартиру забрать кое-какие вещи, и у меня как раз закончились сигареты. Хотя ты прав, у Рона скверный вкус — сигареты он выбирает дерьмовые. Доброго вечера, Нарцисса, Люциус. Я могу быть уверен, что вы выполните то, о чём мы договорились? Драко вздрогнул от неожиданности, обнаружив, что непонятным образом проморгал появление родителей, и повернулся к ним лицом, встречаясь с явным неодобрением. Ожидаемым неодобрением, но от этого легче не становилось, хоть он и знал, что ждать понимания и прощения за побег в маггловский мир даже от матери и уж тем более от отца, глупо. Люциус тогда надеялся его удачно женить и выгодным браком поправить пошатнувшееся после судов над Пожирателями и сочувствующими Волдеморту благосостояние семьи, а Нарцисса просто хотела внуков и традиционного счастья для сына, семью. Побег Драко к грязным магглам, его слишком долгое отсутствие и явное нежелание возвращаться воспринимались исключительно как дурь избалованного мальчишки. Это ранило. — Мистер Поттер, может, хоть в этот раз обойдётесь без своих извечных завуалированных угроз? Я же пообещал вам, что сделаю всё зависящее от меня, чтобы помочь вам разобраться с моими бывшими товарищами, а значит, сделаю это. Я заинтересован в сотрудничестве не меньше вашего, можете мне поверить. Раз они решили бить по самому дорогому — моей семье, — следовательно, не должны остаться безнаказанными. Хотите, я вам ещё пообещаю, что не буду напрасно геройствовать и лезть вперёд, предоставив это вам и вашей команде? — Спасибо, мистер Малфой, в этом я в вас даже не сомневался. Моё почтение, леди Нарцисса, я пойду. Хочу ещё успеть сегодня навестить друга. — Не издевайся, Поттер, — поморщился Драко. На часах было восемь вечера, и любому другому магу госпиталь отказал бы в посещении родственника до завтрашнего дня. Герою же законы, как всегда, не писаны. — Хотел бы я посмотреть на тех идиотов, которые попробуют помешать тебе войти туда, куда тебе надо. — И не надейся, — огрызнулся Поттер почти благожелательно, как мог, кивнул Нарциссе и аппарировал, оставляя Драко наедине с родителями, явно настроенными на очередной серьёзный разговор, к которому тот был абсолютно не готов. Чёртов Поттер! Чёртовы сигареты! Чёртова судьба, как всегда безжалостно внёсшая свои коррективы в его планы на жизнь! А ведь именно сейчас, после выхода диска с песнями, всё должно было поменяться в лучшую сторону: Драко с парнями целых пять грёбаных лет работали на раскрутку группы, выступая в клубах, и для чего? Для того, чтобы в один «прекрасный» момент появился Поттер и всё испортил? Чёртов Уизли! Неужели нельзя было не подставляться под проклятие, а как-нибудь отразить его, отменить? Оставалось только надеяться, что рыжий не помрёт, не загнётся, выкарабкается вопреки всем прогнозам, потому что Драко, вопреки злости на него за полетевшие к чёртовой матери планы, хотел, чтобы тот жил. И отнюдь не из-за Поттера и его угроз. Им определённо есть о чём поговорить. — Драко, сынок, — почти прошептала Нарцисса, делая шаг к нему, и замерла в странной нерешительности, так и не обняв. Эта робость и неуверенность, так несвойственные его матери, больно ударили по Драко, заставив его ощутить себя чужим, лишним и, возможно, неуместным. Он вскинулся, посмотрел на недовольно поджавшего губы отца, ухмыльнулся, порывисто шагнул вперед и крепко, но аккуратно обнял мать, самую дорогую женщину в его жизни. — Мама… Мама, прости. Она тихонько всхлипнула и обняла сына в ответ. — Ты дома, Драко. Ты дома.