Не-ангел

— Драко, ты сошёл с ума? Рисковать собственной жизнью ради какого-то вшивого нищеброда?! — взвился Люциус, стоило ему узнать, где именно пропадал его сын и почему не пришёл на завтрак. А узнал он, к великому сожалению Драко, почти сразу, стоило тому объявиться в мэноре выжатым как лимон физически и эмоционально. Магия в нём, напротив, чуть ли не искрила, с чего напрашивался вывод о том, что вряд ли Уизли сильно помогли их совместные усилия по возращению в реальный мир. Сквибом Драко представить его не мог, хоть рыжий и жил последние два года в маггловском мире, почти не пользуясь магией, кроме совсем уж крайних случаев. Вообще Уизли как-то удивительно легко влился в смутно знакомый мир, адаптировался так, словно вспоминая, а не учась тому, каково это — быть магглом. Мимикрировал. Не до конца, но то, что Драко давалось тяжело, в муках, у Уизли выходило естественно, будто само собой разумеющееся. И вряд ли тут дело было в Поттере — знания героя о маггловском мире стремительно устаревали, чтобы на них можно было уверенно опереться — Отец, я думаю, что ты должен знать, что я не собираюсь жениться ради выгоды и благополучия рода, — спокойно проговорил Драко, когда Люциус немного выдохся, устав наставлять сына на путь истинный, и решил промочить горло огневиски. От возмущения дерзостью Драко он подавился и закашлялся. — Анапнео. Если Уизли не помрёт от проклятия, если сегодняшние пляски с бубном ему помогут — я собираюсь вернуться к магглам и на сцену. И прежде, чем ты начнёшь угрожать, я скажу — мне всё равно. Я не хочу больше задыхаться здесь, живя чужой, не выбранной жизнью и вечно пытаясь соответствовать. Я не ты, отец… Щеку обожгло. Драко отшатнулся, прижав ладонь к пострадавшему месту, дерзко посмотрел в побелевшие от ярости глаза того, кого в школьные годы и ранее боготворил, и ухмыльнулся, уворачиваясь от второй пощёчины. — Щенок! Вон пошёл! И пока не передумаешь и не возьмёшься за ум — в моём доме чтобы не появлялся. Вон! Такая категоричность отца стала для Драко неприятным сюрпризом. Не то чтобы он думал о чём-то подобном, но он совсем не ожидал ультиматума. Развернувшись, он пошёл, не оглядываясь, прочь из отчего дома, запрещая себе сожалеть. А ведь он знал — знал, что так будет, что они с отцом снова не найдут общего языка и ввяжутся в противостояние, потому и не хотел возвращаться в мэнор, хотя и безумно скучал по матери. Всё это уже было пройденным этапом: сразу после окончания школы Люциус делал попытки надавить на Драко, заставлял его прогнуться и смириться с распланированной до мельчайших подробностей жизнью. Драко прогибаться отказался, уйдя, по сути, сбежав в маггловский, незнакомый ему мир. Во дворе Драко остановился и осмотрелся кругом, признавая, что проблемы у родителей были довольно серьезными, чтобы отец мог не считаться с его мнением и навязывать свое решение — Малфой-мэнор выглядел запущенным, и не только из-за обрезанных на зимовку пышно цветущих летом роз, которые Нарцисса обожала. Дом нуждался в ремонте. Пока ещё не сильно, но лишь вопрос времени, как скоро начнёт протекать крыша, засорятся камины и канализация, а камни покроет лишайник. Магия рода подпитывала людей, живущих в мэноре, но она же разрушала жилище. И разрушала довольно быстро, требуя постоянных вложений. Драко пожал плечами и аппарировал в госпиталь святого Мунго. Класть свою жизнь на алтарь благополучия рода он по-прежнему не хотел. Даже ради родителей. Эгоистично? Да, но Малфои все были эгоистами, и с этим ничего уже нельзя было поделать. Драко хотелось свободы, возможности заниматься любимым делом и в будущем любимого человека рядом, вакансия на роль которого была наполовину свободна. Чёртов Уизли! Даже сюда пробрался… Ступеньки, ступеньки, ступеньки... коридор, уже знакомая белая дверь. Драко, стараясь не думать, за каким чёртом он сюда припёрся, толкнул её и вошёл, с удивлением обнаружив у кровати Уизли Грейнджер, сидящую на больничном стуле и держащую всё ещё бессознательного рыжего за руку. Неожиданно. Встретившись взглядом с Драко, она немного смешалась и отпустила руку Уизли. Словно застигнутая на месте преступления. Интересно, а Джордж не ревнует свою жену к брату? Потому что в её глазах Драко увидел что угодно, только не простую дружбу. — Драко? Что ты здесь делаешь? — спросила она, вставая, и с любопытством уставилась на набирающий цвет синяк на скуле. — Люциус? Повздорили? Он кивнул, покосился на кажущегося спящим Уизли и повернулся к усталой женщине. Вряд ли магическое воздействие на пациента можно считать в полной мере удачным — в медовых глазах Грейнджер словно застыли ожидание, надежда на чудо и отрицание, и это отрицание сказало Драко слишком о многом. — Отец. Сведёшь? — Конечно. — Она достала палочку из пространственного кармана и прошептала незнакомое Драко заклинание, делая сложный плавный пасс. — Что-то ещё? — Мне некуда идти. Он останется сквибом? — Скорее всего. Колдомедики не боги и далеко не всесильны. Но главное — Рон совершенно точно будет жить, и проклятие больше не угрожает разрушить его до конца, забрав жизнь. Я считаю, что это самое главное, а остальное приложится. Так или иначе. Так или иначе? Драко посмотрел на рыжего, к которому постепенно возвращались привычные краски, и кивнул, соглашаясь с Грейнджер: главное — это жизнь, а с остальным Уизли справится. Где-то хуже, где-то лучше, но определённо справится, Драко это знал, и дело тут было отнюдь не в том, что он верил в Рона, просто тот за последние два года, что они существовали почти бок о бок, не раз доказывал, что умеет преодолевать трудности и переступать через свой взрывной характер. Даже когда срывался, доведённый сволочным поведением своего подопечного, и уходил навсегда — Драко читал это в полных бешенства голубых глазах, — Уизли всегда возвращался, чтобы вступить в борьбу и предотвратить очередное покушение. В этом определённо что-то было, но что именно, Драко понять так и не смог. — Мы поссорились с ним тогда, перед очередным покушением. Мне не нравилось его неправильное, снисходительное молчание, так непохожее на него, и я в очередной раз сорвался, добиваясь от него нужной реакции. Грейнджер жёстко усмехнулась, понимая, кажется, больше, чем он хотел ей открыть. Драко стало холодно и страшно одиноко. Когда именно он совершил фатальную глупость, развалившую его жизнь? Вряд ли тем самым днём, когда опять решил оторваться на Уизли. — И добился? — Добился, — согласился он. — Мне даже на мгновение показалось, что он меня убьёт, но вместо этого Уизли бросился под проклятие, сработал какой-то хитрый рикошет и чары притяжения, и рыжий с моим несостоявшимся убийцей свалились замертво. А потом появились авроры, магглам подчистили память, а меня взял в оборот Поттер. — Ты благодарен Рону? Благодарен? Драко на мгновение замер, прислушиваясь к себе, а затем отрицательно покачал головой. — Я его не понимаю. Смех Грейнджер стал неожиданностью, и он, не удержавшись, поморщился. Смех её, как и всё в ней, был сухим, надколотым и болезненным, и оттого неприятным. Не должна молодая женщина так смеяться. Драко ещё помнил её другой смех — легкий, переливчатый, полный радости и веры в будущее. — Удивительно, правда? Рон слишком импульсивен и непредсказуем, хоть и пытался сдерживать в себе эти качества. Впрочем, безрезультатно. Мы с Гарри оба его любили, но выбрали в спутники жизни более предсказуемых людей, хоть по Джорджу и Джинни на первый взгляд такого не скажешь. И да, Драко, мой муж до сих пор ревнует меня к брату, хоть ни я, ни Рон повода для ревности не давали. Рон поправится и уйдёт к магглам, или я его совсем не знаю, но вряд ли он уйдёт к тебе. Он терпеть не может жалости, сравнений и снисходительности. Мой тебе совет, Малфой — бросай пить. Совсем бросай. Держи. Грейнджер протянула Драко брелок-портключ, который тот с лёгким недоумением принял. — Куда? — Домой к Рону. Ты же сам сказал, что тебе некуда идти. И да, пока ты не ушёл — Рон хотел, чтобы ты поговорил с какой-то Меган, но только в присутствии его или Гарри. Он считал, что ты должен разобраться с вашими отношениями и попытаться зарыть топор войны, но говорил, что ты его, скорее всего, не услышишь. Меган… Неужели все его неприятности из-за этой красивой дуры, пожелавшей заполучить его себе и оказавшейся не готовой смириться с его отказом? Ведьма. Тупая, богатая, слишком много о себе возомнившая ведьма. Да, Драко повёл себя с ней некрасиво, послав её сложной дорогой в эротическое путешествие, но разве за это стоит пытаться убить и даже выходить на бывших УПСов, влачивших жалкое существование и яростно ненавидящих его отца? — Поттер согласен быть моим сопровождающим? — Гарри хочет закрыть дело и чтобы усилия Рона не пропали втуне, так что да, он будет твоим сопровождающим. Она и в самом деле школьное воплощение тебя? — Я никогда не был настолько избалованным и самоуверенным, — огрызнулся Драко, сжимая в руке портключ. Грейнджер снова смеялась. Чёртова Грейнджер! Вот только откуда у неё портключ прямо в дом Уизли, если между ними ничего нет?..