эта дурацкая любовь

Быть плохим примером гораздо веселее!

Мама, я люблю кокаин, Мама, я люблю Сатану,

Мама, я некрофил, Мама, я предал страну.

Мама, я люблю тратить деньги на шлюх, А все потому…

Потому что я крут!

Anacondaz — Мама, я люблю

      Образ жизни Ланги Хасэгавы, альфы и единственного ребёнка в семье с кучей денег, можно описать как абсолютно, охренеть какой разгульный. Уже три года Ланга живет отдельно от родителей, учась в университете, и старательно занашивает до дыр маску примерного сыночка. Но на самом деле его дневной рацион примерно на шестьдесят процентов состоит из алкоголя: на завтрак — в термосе под видом чая во время пар, на обед — в столовой под прикрытием сока, а во время ужина он даже не запариваясь идёт в любой клуб поблизости, чтобы с головой окунуться в спиртное и подцепить очередную девчонку или пацана, которые поведутся на его большой и толстый… кошелёк, конечно. А вы о чем подумали? Как вы уже поняли, человек он не переборчивый, так что если где-то он слышит слово «тусовка» ему хватает секунды, чтобы разогнаться до сотки и с криками влететь в шумную компанию. Вот в очередной из таких вечеров случилась роковая встреча плохого мальчика с ещё одним плохим мальчиком. Только кто именно — Бог или сам Сатана — предначертал эту встречу в надежде отомстить Ланге за какие-то грехи — до сих пор непонятно.       Обойдя уже несколько клубов и пару баров Ланга был не просто пьян, нет, он был бухой настолько, что, если бы не бумажка с адресом в кошельке, он никогда в жизни не смог бы доехать на такси до своего дома. А уж как ему хватило сил подняться на этаж и вставить ключи в замок — загадка со звёздочкой. Но тем не менее, спустя минут десять борьбы со входной дверью, Ланга ввалился в квартиру, попутно подбирая на столе пачку сигарет с зажигалкой и захватив бутылку вина. Он развалился на своей огромной кровати, периодически попивая из горла остатки алкоголя. — Черт, — Ланга взял телефон и сразу же понизил высокую яркость, которая выедала ему глаза. — Нихрена не видно. В поиск уже по привычке, даже не смотря на клавиши, Ланга вбил свой любимый сайт с эскортом и в графе «Мужчины» ткнул наугад. Вроде рыженький, но это не точно. Точно только одно — стоил столько, что у него либо горло и задница бездонные, либо он принесёт слиток золота в придачу.       Спустя минут тридцать (наверное, Ланга уже вообще не вёл счёт времени) в дверь раздался противный и громкий звонок, который Хасэгава планировал заменить с тех пор, как переехал, но руки так и не дошли. Кое-как переплетая ноги и хватаясь за стены, Ланга дошёл до двери и, открыв её, увидел перед собой какого-то слишком невинного рыжего парня в униформе и с коробкой пиццы, который рассказывал ему что-то о заказе и о чеке, но это всё просто пролетало мимо ушей альфы. Так что Ланга схватил его за капюшон и под крики втащил в квартиру, закрывая дверь. — Это у вас… что, — Ланга ухмылялся, держась за дверной косяк, — типа ролевые игры? — Ролевые игры? — парень явно не понимал, куда попал. — Молодой человек, вы меня с кем-то перепутали. — Я тебя уже давно жду, — Ланга перекрыл путь к двери, пока несчастный доставщик пытался как-то пробраться, чтобы убежать. — Давай раздевайся. — Раздеваться? Слушайте, я сейчас полицию вызову, — курьер пытался достать телефон из кармана, но каким-то чудом Ланга, удерживаясь на ногах, выхватил его из рук и бросил об стену. — Чувак, это уже не смешно, ты в край охуел. — У-у, какие вредные эскорты пошли, — Ланга капризно нахмурился и придвинулся к нему ближе, гладя волосы. — Заканчивай спектакль. Я плачу так что… так что делай, что я скажу. — От тебя несёт перегаром, извращенец, дай я уйду, — ещё одна тщетная попытка вырваться из хватки Ланги не увенчалась успехом. — Эй! Я не шлюха, чувак, я просто пиццу доставляю. — З-заканчивай, — Ланга обнял его за шею и потянул в комнату. — Я не любитель игр и… и костюмов. — Твою мать, — рыжий парень взъерошил волосы, параллельно пытаясь увернуться от ужасного запаха перегара и продумывал план побега, разговаривая сам с собой. — Куда я попал, блядь. Почему я не могу просто спокойно жить… Ланга затащил его в комнату и все оставшиеся силы потратил на то, чтобы кинуть его на кровать. Хасэгава наклонился к нему, начиная раздевать, проходясь своими вечно холодными руками по чувствительной коже парня, от чего рыжий под ним вздрагивал и раздраженно вздыхал. Затем Ланга полез к нему в попытках целоваться. Даже нет, не целоваться, а просто обслюнявить рот невезучего доставщика своим. — Дебил, ты со всеми шлюхами целуешься? — рыжий продолжал свой монолог. — Я бы не советовал. Но Ланга его не слышал, нагло пытаясь пробраться руками за резинку его трусов и снимая с него оранжевую кофту униформы. Парень оттолкнул его набок и у Ланги больше не осталось сил, чтобы попытаться даже перевернуться, поэтому он лежал и смотрел в потолок, а через несколько минут просто… разрыдался. Причём разрыдался взахлёб и истерично, как маленький ребёнок, пытаясь выговорить что-то невнятное про любовь и жестокую жизнь. — О, чувак, — рыжий в панике пытался успокоить его, гладя по волосам. — Не плачь, ладно? — видя небольшое затишье, парень решил воспользоваться шансом свалить, но Ланга потянул его за руку, валя на кровать рядом с собой и не отпуская. — П-понимаешь, у меня ужасная жизнь, — Ланга запинался на каждом слове, которое смешивалось ещё и с его слезами. — Меня никто ник-когда не любил. Родителя-ям похуй, им нужны ба-бабки, а не я. Даже друзей нет. Блядь… — Ланга зашёлся новыми рыданиями, уже не в силах сказать ни слова. — Пиздец, — протянул рыжий, смотря в потолок, пока рука Ланги всё ещё придавливала его к кровати, — почему я?       Спустя пятнадцать минут безутешного скулежа с соплями и слезами Ланга резко затих, сменив слёзы на храп, но при каждой попытке рыжего парня выбраться из любовных объятий, он, каким-то образом, через сон умудрялся прижимать его к кровати, пресекая все возможности бегства. Может быть, рыжий мог бы заломать его и уйти нахрен, оставить дверь открытой и вызвать полицию, но тот самый конченый ангел на плече шептал ему остаться и не бросать парня в такой ситуации. И до сих пор неизвестно, зачем он этого ангела послушал.       Ланга проснулся уже в тот момент, когда солнце всей своей мощью просачивалось в раскрытые занавески под канадские стоны негодования о том, что оно слишком яркое. Держась за голову и опираясь о стены парень дошёл до кухни, садясь за стол, чтобы налить себе стакан воды. — Боже… — протянул он в попытках успокоить трясущиеся руки. — Как же болит голова. — Ебануться, ты не откинулся? — рыжий незнакомец стоял у плиты, готовя завтрак, и от его голоса Ланга подскочил моментально трезвея. — Ты кто такой? Что ты тут делаешь? — Меня зовут Рэки Кян, чувак. А на второй вопрос я и сам ответа не знаю, — он потянулся за тарелками, выкладывая на них приготовленную еду. — Блинчики будешь? — Я Ланга, приятно познакомиться. Ты типа моя новая домохозяйка? — Ланга поднял голову и впервые рассмотрел лицо Рэки. Как оказалось, парень симпатичный: рыжие волосы, сияющие в свете солнца, россыпь веснушек на щеках, большие янтарные глаза и пухлые, будто детские, розовые губы. Самое интересное, что подметил Ланга, у его гостя напрочь отсутствовал запах, но на бету он похож не был. Затем взгляд опустился на накаченные руки и спину, почему-то рыжий стоял в одном фартуке и джинсах, и мысль о том, что это омега — тоже отлетела. — Я типа твой ночной кошмар, — пошутил Кян, ставя тарелки на стол. — Ты заблевал мою толстовку, так что мне пришлось ее выкинуть. Ты вообще не помнишь, что вчера было? — Помню только как пил в каком-то баре. Дальше воспоминания заблокированы. — Тогда слушай, — ехидно и в предвкушении ответил Рэки, наливая ему стакан воды и садясь за стол. — Поехал я значит доставлять пиццу, а какой-то дебил, как потом оказалось, указал неправильный номер квартиры. Я звоню в указанную дверь, а там ты бухой затягиваешь меня внутрь и настойчиво говоришь раздеваться. Потом волочишь меня в комнату и после неудачной попытки к совокуплению заваливаешься на спину и навзрыд стенаешь о тяжёлой жизни, пока я лежу охуевший на кровати и пытаюсь понять, как вообще мой день к этому пришёл, — Рэки продолжал говорить, поедая блины и всматриваясь в лицо голубоволосого парня. — А потом ты вырубился, через время проснулся, заблевал мою толстовку и немного простынь, и снова уснул. На удивление проснулся, хотя если судить по твоему состоянию ночью — не должен был. И вот мы здесь, — Рэки театрально обвел рукой их и обстановку, и снова вернулся к еде. — Нихрена себе, — прошептал Ланга пока пытался сопоставить воспоминания в голове и сгорал от стыда. — А зачем я тебя в квартиру заволок? И почему ты остался? — На первый вопрос я сам не нашёл ответа, но, я так понимаю, ты хотел заказать шлюху, но она не приехала, зато приехал я и нашёл приключений на свою жопу, — парни доели блины, и пока Рэки складывал тарелки, Ланга сидел и держался за голову. — Зачем остался тоже не знаю. Но ты разбил мой мобильник о стену и вместе с ним мои нервные клетки вдребезги. Так что я хотел бы как минимум денег за телефон. Ланга пошёл в комнату, вернувшись через несколько минут со стопкой купюр и тёплой кофтой под звуки шума и нескольких матов из-за ударенного об угол мизинца. — Держи, — Ланга протянул Рэки две тысячи канадских долларов. — Хватит? — Чувак, ты кто такой? — Рэки забрал деньги из его рук с округлившимися глазами. — Ты наркодилер? — Нет, я просто единственный любимый сынок. — Окей, меня устраивает. Мне пора на учебу, так что я пошёл, — Рэки саркастически улыбнулся, снимая фартук и натягивая кофту, и помахал рукой. — Надеюсь, мы больше никогда не увидимся. — Понимаю, — невесело и стыдливо отозвался Хасэгава.       Ланга закрыл за невольным гостем входную дверь и уставился в телефон, пытаясь понять, почему же заказанный эскорт не явился. Как оказалось, Ланга был настолько пьяным, что по итогу даже не вызвал его, зато, благодаря этому, встретил какого-то очаровательного рыжего хама, который запал ему в душу. Так что после долгих размышлений он уставился в стену, пытаясь продумать план, как и где теперь этого Рэки искать. Взгляд упал на валяющуюся на полу коробку пиццы с логотипом компании. — Класс, теперь я хотя бы знаю, где он работает, — протянул Ланга и пошёл собираться с духом в новый учебный день.