эта дурацкая любовь

Ты не знаешь меня даже по имени, Но я снова у тебя за спиной. Ты задела всё живое внутри меня И одна шагаешь снова домой.

Я продал бы душу, затем отнял обратно, Чтоб ты любила меня — неадекватного.

Три дня дождя — Где ты

      Проснувшись с утра, Рэки обнаружил себя полностью раздетым в чужой кровати с лежащим рядом голубоволосым канадцем. Воспоминания о ночи практически полностью отсутствуют, голова раскалывается, а задница ноет и болит. На часах — ровно полдень, и под протяжные стоны Рэки о том, что он опоздал в университет, Ланга ненадолго просыпается и притягивает его ближе к себе, снова проваливаясь в сон. Если бы Рэки знал, чем это закончится, то предпочёл бы оставить на своём месте коллегу-предателя, ни капли его не жалея. Потому что воспоминания начинают складывать в цельную картинку: он вспоминает холодные руки, которые гладили его кожу и страстные поцелуи; вспоминает, как кончил в рот Ланге и как стонал под ним, прося ускорить темп. В голове было только слово «пиздец», которое идеально описывало его и моральное, и физическое состояние. Рэки со всей силы прижал ладони к глазам в попытках выбросить это из памяти, но, когда он взглядом окинул грудь и обнаружил на ней несколько алых засосов, забыть прошлую ночь стало в разы сложнее. — Рэки, — протянул Ланга, не открывая глаза. — Приготовь блинчики, пожалуйста. — Ага, сейчас, мой господин, — язвительно ответил Кян, натягивая на себя какую-то левую футболку. — Где моя одежда? — Наверное, там, где ты ее оставил. — Премия «Советчик года» летит тебе, поздравляю. — Рэки вышел из комнаты в поисках ванной комнаты. Лучше бы в зеркало он не смотрел: опухшие губы, круги под глазами, небольшая отёчность и шея, которую Ланга тоже не оставил без внимания, талантливо разукрасив ее яркими засосами. Не укусил и на том спасибо. — Ещё немного и реально в эскорт уйду, — протянул Рэки, умываясь холодной водой. — Им за такое хотя бы деньги платят. — Да чего ты, — Ланга стоял в чем мать родила, опираясь на дверной проем. — Это было по обоюдному согласию. — По пьяни не считается, — Кян прошёлся взглядом по красивому телу Ланги. — У тебя проколоты соски? — А ты вчера не заметил? Можешь потрогать, — Ланга закусил губу и положил ладонь Кяна себе на грудь. — Не хочешь переехать ко мне? — Хочу переехать тебя катком, а к тебе в квартиру — нет. Если бы я хотел жить с алкоголиком, то жил бы с отцом. Ланга прыснул, а затем наклонился к ящику, доставая из него новую зубную щётку и становясь рядом с Кяном, чтобы умыться и почистить зубы. Несмотря на стервозный характер, Рэки пошёл на уже знакомую кухню готовить блинчики, потому что он тоже человек и голод ему не чужд. Ланга, не соизволив даже одеться, начал снова приставать к нему, подходя сзади пытаясь обнять за талию и поцеловать в шею, на что получил в грудь локтем. — Чувак, мы не встречаемся, — зло выпалил Рэки, поворачиваясь к нему лицом. — Давай без нежностей. — Почему ты такой упрямый? — Хм, как тебе такой вариант: мы почти ничего не знаем друг о друге, кроме грустных историй из детства, и ты парень, который за мной следит и с которым у меня был секс. На этом всё наше знакомство заканчивается. — Рэки снова повернулся к плите, переворачивая очередной блин. — Твой характер — это пиздец, конечно, — Ланга ухмыльнулся, садясь за стол. — Это говорит мне чувак, пьющий каждый день, который познакомился со мной, приняв за шлюху. — Ладно, один-один, — Ланга ненадолго замолчал, но затем снова поднял взгляд на Рэки. — Почему у тебя нет запаха? — Может я бета, а? Ланга яростно машет головой в отрицательном жесте, как бы говоря, что его не наебёшь. — У них есть запах, очень тонкий, но есть. И ты вообще не похож на средних во всём бет. Кто ты? — Это не твоё дело, — Кян выложил еду на тарелку и поставил перед ним. — Заткнись и ешь. — Значит я прав и ты на блокаторах, — Ланга кивнул сам себе, пока загадочный рыжий избивал его взглядом.       После завтрака Ланга уговорил Рэки остаться и посмотреть фильм, так как все равно пары упущены, а заняться нечем. После нескольких просьб и офигенного вида большого домашнего кинотеатра, Рэки согласился при условии, что фильм будет выбирать он. Но домашний кинотеатр действительно того стоил: большой зал с огромным экраном, отличной акустической системой и очень мягкими раздвижными креслами. Где-то на середине романтической комедии на экране разрасталась безответная любовь с соплями и слезами, от которой Ланга порядком устал, так что он принял несколько неудачных попыток поцеловать и поприставать к Рэки, на что получал удар по рукам и шипения с просьбами не прикасаться к нему и убрать свои холодные руки. — Ты всегда смотришь такие скучные фильмы? — Ланга повернулся к Рэки, делая жалобное лицо и смотря на время. — Нет, просто хотел тебе отомстить, — Рэки широко улыбнулся, делая глоток колы. — Я люблю ужастики. — Идём ко мне в комнату, а? — Ты прав, в комнате у тебя действительно самый настоящий ужастик. Ты хоть убираешься? — Нет, — сказал Ланга, зевая. — За меня это пару раз в неделю делает клининг. — Губы у тебя до колен раскатаны, конечно. А теперь помолчи, я хочу досмотреть эти сопли.       Окончив просмотр, Рэки направился к выходу из квартиры. Ланга заботливо принёс ему ещё одну чистую кофту из своего шкафа и тот, на удивление без угроз и колкостей, благодарно её принял, и даже позволил обнять себя на прощание, уткнувшись носом в шею, но в ответ даже руки не поднял.       На выходных Рэки старательно игнорировал все сообщения и звонки Ланги в попытках забыть знакомство с ним как страшный сон и вернуться в привычную жизнь, взял дополнительные смены на работе, чтобы ночью от усталости сразу проваливаться в сон, не давая себе возможности даже думать об этом неизвестном канадском парне. За пару дней следы от засосов немного спали, но за неимением водолазок и одежды с высоким воротником скрывать их было сложно, так что в понедельник, вернувшись в университет, друзья с ног до головы обсыпали его подколами о тайном любовнике. — Ничего себе, у нашего Рэки кто-то появился? — насмешливо произнесла знакомая омега. — Не дай Бог. — Да ладно тебе, — протянула другая девушка, ударив его в плечо. — Мы все видели того красавчика на BMW, что встречал тебя под университетом. — Вот себе его и забирайте, — ответил Рэки, поворачиваясь к подругам. — Мне такой не нужен. Злобная аура Кяна отбила всё желание шутить про его засосы, так что оставшиеся пары и перемены они провели почти в тишине, не смея заговорить о красивом и богатеньком альфе. Но как по расписанию в три часа дня снова красиво одетый Ланга стоял и ждал его у выхода, опираясь на машину в модельной позе. Попытки дозваться до Рэки прошли даром, потому что он все ещё виртуозно продолжал его не замечать, но в итоге Ланга сам не выдержал и резко подошёл к Рэки, хватаясь за запястье. — Хватит убегать и игнорировать меня, я тебе все выходные звонил, — Ланга послабил хватку, осматривая следы на шее Рэки. — Я к тебе с добрыми намерениями пришёл. — Снова напиться и переспать? О, звучит как мой идеальный план на понедельник, — язвительно ответил Рэки, выдёргивая руку. — Пожалуйста, хватит меня преследовать. У тебя какая-то глупая установка, что ты можешь заполучить всё, что захочешь. — Ты меня достал, — Ланга тяжело вздохнул, подхватывая парня под колени и закидывая себе на плечо. — Почему ты такой худой? — Потому что я бедный, чувак. Отпусти меня. — Поехали, я хоть откормлю тебя немного, — Ланга все ещё держал его на плече, ёжась от ударов в спину. — Ты мне в бабушки решил записаться? Я поеду с тобой, только отпусти. — Если попробуешь сбежать, то… — оказавшись на земле, Рэки попытался увернуться, чтобы уйти в другую сторону, но Ланга снова схватил его за запястье. — То я тебя остановлю. Даже не мечтай. — Зачем я тебе нужен? — Не знаю, — Ланга пожал плечами. — Просто понравился. Ты забавный. — Вот это комплимент. Спустя несколько тяжёлых вздохов, Рэки с закатанными глазами согласился сесть в машину и поехать с ним на обед только если он не будет его лапать. Держать руки на руле вместо тела Кяна оказалось несложной задачей для Ланги, так что через пятнадцать минут он благополучно в целости и сохранности довез их до какого-то милого кафе с японской едой. Первое время Кян продолжал демонстративно молчать, но потом почему-то сдался. — Что тебе нравится, Рэки? — с улыбкой спросил Ланга, поедая свои такояки. — Раньше я увлекался скейтбордингом. Сейчас мне нравится приходить домой и ложиться спать в надежде, что завтра не проснусь, — язвительно ответил Рэки встречая понятливый взгляд Ланги. — Знакомо. Научи меня кататься на скейтборде? — Чувак, у меня сейчас даже доски нет, — Рэки доел удон, вытираясь салфеткой. — К тому же учитель из меня никакой. — Я куплю, это не проблема. — Может, хватит разбрасываться деньгами налево и направо? — злобно ответил Рэки, забирая из его тарелки такояки. — Я просыпаюсь утром, и, если я просыпаюсь не в твоей постели, то оно доброе, потом я собираюсь и иду в университет, после него я иду на работу, а затем возвращаюсь домой, чтобы снова уснуть. У меня нет свободного времени. — Я тебе предлагал переехать ко мне, ты мог бы уволиться с работы и освободить кучу времени, — как ни в чем не бывало Ланга пожал плечами, чем ещё больше разозлил Рэки. — Жизнь не так проста, Ланга. Я не собираюсь записываться в содержанки к незнакомому богатому альфе, окей? Мы из слишком разных миров. Собрав оставшееся самообладание Рэки кинул на стол несколько купюр, забрал вещи и вышел из кафе. А Ланга, понимая, что смысла бежать за ним, чтобы получить ещё один убийственный взгляд и злобное шипение, нет, положил голову на руки в попытках понять, где же опять он промахнулся и почему незнакомого парня не привлекает возможность жить в его квартире, где он постоянно пьёт и заказывает проституток.       Вернувшись в общежитие, Рэки чуть не снёс дверь с петель, напугав соседа, который уже молился всем Богам, наблюдая за Кяном, который сел за стол и начал рисовать, со всей силы надавливая чёрным карандашом на лист бумаги. — Микки, вот скажи, почему у некоторых людей всё так просто, а? Почему некоторые люди живут в офигенных квартирах, сука, с домашними кинотеатрами, пока кого-то жизнь отчаянно каждый день долбит в задницу? — Рэки стиснул зубы, направляя свой монолог в стену. — Давай, блять, переезжай ко мне и бросай работу, будем вместе пить пиво и срать радугой. — Ты о чем вообще? — отозвался перепуганный сосед. — Что случилось-то? — Дебил один случился в жизни. — А, кто-то влюбился, — с насмешкой, всё ещё вжимаясь в стену, ответил уже расслабившийся Микки. — Не влюбился я! — Рэки перешёл на крик, гневно разворачиваясь к напрягшемуся бете. — Он просто меня бесит. Ходит за мной и разбрасывается деньгами: на тебе две тысячи на телефон и, о, я куплю скейты, не переживай. Так просто. — А чего ты хочешь? Жизнь простая штука. Живёшь-живёшь и умираешь. Успел повеселиться — хорошо, не успел — ну, подохнешь грустным, — парень пожимал плечами, как ни в чем не бывало. — Лучше грустным, чем таким наглым. — Зная тебя, Рэки, ты умрешь и грустным, и наглым, — протянул Микки, уворачиваясь от летящей в него книги. Пока Рэки, успокаивая дыхание и дрожь в теле, засыпал в своей кровати, Ланга дома отчаянно сдерживался, лишь бы снова не напиться, зная, что Кян бы это не одобрил. А он совсем не хотел отталкивать его ещё больше.