эта дурацкая любовь

Ты ближе, я знаю,

Ты свяжешь руки за спиной

Чуть ниже — и я таю.

Я с самой-самой неземной.

Мы гуляем по краям,

Бесконечно нежная,

Не чужая, не моя,

Но ты волшебная.

Нереально сладкий яд.

Нервы — Волшебная

      Дни шли своим чередом, просыпаться вместе утром уже стало приятной привычкой. Что-то типа конфетно-букетного периода, хотя Рэки всё ещё активно настаивал на том, что они не встречаются, а просто спят вместе, живут, ходят на свидания, готовят друг другу завтраки, занимаются сексом, обнимаются и смотрят фильмы по вечерам. Просто любят друг друга. Когда у Ланги был гон, Рэки в шутку угрожал ему, что тоже вызовет у себя гон, чтоб жизнь медом не казалась, как раз бы и поборолись за место актива. Ланга переживал, что угрозы могут осуществиться, но виду не подавал, а Рэки жалел его, так что во время его колеи оставался собой или уходил в течку, давая Хасэгаве возможность воплотить все желания альфы. Главное — не забеременеть, а остальное не страшно.       Наступила весна, на улице потеплело, скоро сессия и летние каникулы, и можно даже поехать куда-нибудь ненадолго отдохнуть от городской суеты, чтобы побыть только вдвоём. Парни планируют отпуск, сдают экзамены и празднуют успешно завершённый учебный год. Скоро лето, наконец-то тепло, потому что от холода уже жилы стынут, а для Рэки, выросшего в жарких краях, зимняя Канада больше похожа на каторгу, чем на нормальную жизнь. Лёгкие понемногу начинают дышать свободнее от горячего воздуха и теплоты. В один из таких дней Ланга пришел довольный домой и навалился на Рэки, пока тот готовил лапшу на обед. Ничего не понятно, но очень интересно. Но затем Хасэгава отстранился и с огромной улыбкой на лице протянул Рэки два билета в бизнес-класс. Увидев среди прочих слов «Окинава» Кян чуть не расплакался, потому что не виделся с семьей уже пару лет. Он, конечно, рассказывал о своей жизни, показывал Лангу по видеосвязи и общался с ними почти каждый день, но так сильно хотелось их обнять и привезти разных сувениров. — Давай, Рэки, поцелуй папочку, — Ланга широко улыбнулся, скрещивая руки на груди. — Я смогу познакомиться с твоей семьей. — Ты чудо, Ланга, — Кян сел на столешницу и притянул его к себе, обнимая ногами за талию, чтобы поцеловать. — Ты меня даже не одаришь сарказмом? — За такое — нет, — Рэки улыбнулся, ещё раз целуя Лангу в губы. — За такое ты можешь делать со мной, что захочешь. — О, ты меня знаешь, я сделаю. Ланга впился поцелуем в губы Рэки и начал его раздевать. Столешница удобная, они это уже проверяли, так что в последний раз даже оставили там смазку на всякий случай. Хасэгава быстрыми поцелуями прошёлся по шее Кяна, оставляя несколько засосов, от которых его кожа и так уже выглядела фиолетовой, и спустил свои штаны, выпуская болезненно эрегированный член наружу. Рэки судорожно достал из ящика смазку и сам не жалея распределил ее по плоти любимого, чтобы долго не затягивать; придвинулся ближе к краю и, несколько раз проведя по стояку Ланги рукой, подставил его к колечку мышц. Хасэгава долго не терпел, крепко вцепляясь пальцами в рёбра Рэки и сдавливая их, резко вошёл. Но за месяцы совместной жизни Кяну это даже нравилось, так что, углубляя поцелуй, он стонал всё громче, пока Ланга уверенно придвигал к себе за талию, насаживая на свой член с громкими и пошлыми шлепками о ягодицы. Рядом с Хасэгавой хотелось быть омегой и отдаваться ему до последней капли и до последнего вздоха. — Рэки, я так люблю тебя, — сквозь стоны с тяжёлым дыханием сказал Ланга. В ответ Кян наклонился и поцеловал его, кусая и оттягивая губу зубами, потому что привык, что просьбы не говорить во время секса с ним не работают. Ланга то ускорял темп, практически не давая возможности Кяну вдохнуть, то замедлял и выходил из него, на что Рэки злился и притягивал к себе за талию, чтобы больше не давать возможности отстраниться. Через ещё несколько грубых фрикций, Ланга вышел из его тела и со стоном кончил на живот. Несколько минут они смотрели друг на друга и улыбались, приводя дыхание и сердце в состояние нормы. — Если ты всегда так будешь благодарить меня, то я хоть каждый день нам билеты на самолёт покупать буду, — ответил Ланга, вытирая живот. — Это только по особым случаям, — Рэки слез со столешницы и ударил канадца по ягодице. — Губу не раскатывай.       Самолёт через неделю, так что это время они активно потратили на подготовку нужных документов и сбор вещей. Рэки не стал предупреждать близких, чтобы устроить им сюрприз, так что просто на один день пропал со всех радаров — лететь в Японию не близко и с пересадкой. Холодной канадской душе Ланги было непривычно оказаться на жаркой Окинаве, так что с первого же шага на землю он уже кряхтел и причитал Рэки, что скоро расплавится. Дорога до дома отняла ещё немного времени в поезде, который, естественно, был Ланге не по уровню, но ради Кяна он спокойно терпел толкающихся и потных людей. Оказавшись возле дома, Рэки крепко вцепился в руку Ланги, чтоб не расплакаться, и позвонил в звонок. От неожиданности его мама — Масаэ — даже уронила тарелку, которую вытирала, но сразу же крепко обняла сына и Лангу так, будто они уже очень давно знакомы. Пока они сидели и пили чай, сёстры Рэки обсыпали Лангу вопросами и комплиментами, а Кян всё переводил, пытаясь максимально деликатно обличить в слова неудобные вопросы, за которые мама их ругала. Рэки показал ему свою комнату, мастерскую, школу и магазин, где он работал, и свой любимый скейтпарк. И даже взял пару скейтов, чтобы научить Лангу кататься. Получалось у него не очень, но стоять он все же научился спустя несколько тяжёлых падений, хотя он убеждал Рэки и самого себя, что ему вообще не больно и даже весело. На площадке людей было мало, и Рэки по старой любимой привычке купил мороженое и сел на газон, усаживая Лангу рядом с собой, позволяя себе снова почувствовать будто ему семнадцать лет и завтра школа. Но тогда Хасэгавы не было рядом, и из-за этого факта воспоминания становились уже не такими радостными и приятными. Сейчас уже хотелось вернуться в настоящее и быть рядом с любимым человеком, держа его за руку, пока он случайно измазывается мороженым. Вернувшись домой, парни сходили в душ и, измотанные перелетом и насыщенным днём, уснули сразу же как коснулись подушки. Дни проходили весело в семейном кругу, они всё больше узнавали друг друга, Масаэ регулярно показывала постыдные детские фотографии Кяна Ланге и они вместе смеялись, пока тот заливался румянцем и причитал, что вообще-то эти фотки должны сгореть. В один из дней Ланга взял машину и по навигатору, еле перестраиваясь на левостороннее движение, довез их до океана. Несмотря на тёплый и солнечный день, людей на пляже не было, и Рэки сразу же закатил джинсы и побежал к воде, разбивая ногами волны, пока Ланга стоял подальше от берега. Океан отсвечивал солнце, пуская блики, воздух был таким тёплым и свежим, что заполнял собою все легкие и каждую клеточку тела. Кян ухватил Лангу за руку и потянул за собой, попутно сгребая воду ладонью и обрызгивая его. Рэки искренне смеялся и наконец-то был счастлив просто оказаться дома и побывать тут вместе с Лангой, за которым сейчас он бегал вдоль берега, пока тот его не перехватил и не сжал в своих объятиях, не давая возможности пошевелиться. — Рэки, я люблю тебя. — Я тебя тоже, ты же знаешь. — Ты уже несколько раз отказывался, но я попрошу ещё раз, — сказал дрожащим голосом Ланга и сделал паузу, пока Рэки смотрел на него выжидающим взглядом — Выходи за меня. — Ты специально меня сюда вывез, чтобы я никуда не смог убежать? — Рэки громко рассмеялся после недолгой паузы и показал ему безымянный палец. — А как же кольцо? — Я всё продумал, — Хасэгава достал из кармана коробочку с тонким золотым кольцом. — А так? — Мне нужно подумать. Я же говорил тебе даже не мечтать об этом, а ты не слушал меня, — Ланга закинул коробочку обратно в карман и принялся щекотать Рэки под громкие визги, закидывая его себе на плечо. — Да я согласен, согласен, только отпусти. — Правда? — Да правда, — Рэки отдышался, становясь на ноги, и протянул Ланге ладонь. — Я уж думал, что ты больше не спросишь меня об этом. — Да, я тоже так думал, — ответил Ланга, смеясь и уворачиваясь от удара в грудь. Хасэгава притянул его к себе, целуя в губы, и повалил на тёплый песок, пока океан щекотал пятки, разбрызгивая мелкие капли по мокрой одежде. Ещё немного посидев на пляже, они вернулись домой, выглядывая в окне машины красивое закатное солнце. Завтра самолёт, так что нужно ещё собраться и хорошо выспаться. И ещё им надо было как-то не умереть от счастья от того, что Рэки согласился на эту аферу. Он, конечно, всегда считал, что хорошую вещь браком не назовут, но на Лангу хотелось надеяться и положиться. Мама и сёстры были несказанно рады и чуть не заплакали, отрывая безымянный палец Кяна в попытках рассмотреть кольцо под его раздражённые вздохи и закатанные глаза. Встречаться не встречались, как нормальные люди, зато хотя бы поженятся.       В последнюю ночь Рэки решил затащить Лангу на свои родные гонки «S». Знакомые ворота, фонари, освещающие трассу и близкие люди. Несмотря на пропущенные годы, все друзья были там — Джо, Черри, Мия, Шедоу. — Ничего себе, легенда вернулась, — радостно сказал Шедоу и подошёл к Кяну, чтобы дать пять. — Ты какими судьбами? — Тоже мне легенда, каким был слизняком, таким и остался, — Мия закатил глаза, но все равно подошёл обняться. — Что за отчаянный решил взять тебя в мужья? — Это Ланга, — он улыбнулся и вывел его вперёд. — Мы завтра улетаем, так что я решил показать ему Безумную Скалу. — Можешь прокатиться со мной, — Джо обнял Кяна и растрепал его волосы. — Очкарик тоже не против, да? — Вы не меняетесь, — Кян закатил глаза, пока Черри кричал что-то гневное в ответ Джо. — Давай прокатимся, а Ланга заодно посмотрит на меня в деле. Что ставим? — Если я выиграю, — протянул Джо, — ты назовёшь ребёнка в мою честь. — Этого не будет, потому что выиграю я, — Рэки наклонился к его уху и прошептал, — и тогда ты наконец-то позовёшь Черри замуж. Джо рассмеялся говоря, что такого в жизни не случится, но это ещё больше подогрело его желание победить. Ланга поцеловал Кяна на удачу и пошёл к экрану, когда они стартанули. Альфа впервые видел, чтобы Рэки так катался — совсем другая трасса, совсем другие трюки и препятствия. На такой скорости можно разбиться, если случайно зацепишься через нагроможденные камни. Хасэгава впервые молился, а Рэки, впервые за несколько лет, наконец-то чувствовал долгожданную свободу и ветер в волосах. Будто и не было этих нескольких лет без скейта. Джо как всегда исполнял свои силовые трюки; отталкивался ногами от стены и попутно подмигивал всем девушкам вокруг, а Рэки мчался вперёд, не разбирая дороги и с одним единственным диким желанием —победить. Он не может проиграть — рожать не в его планах, а Черри уже давно не хватает кольца на пальце. Блоссом подъехал к экрану и забрал Лангу с собой на мотоцикле, чтобы посмотреть финал — он не знал, о чем их договор, поэтому, конечно, болел за Рэки. На подъезде к заводу они были вровень, адреналин закипал в венах, свет мигал, а толпа скандировала их имена, смешиваясь в оглушающий шум, будто на кону стояли их жизни. Поочерёдно вырываясь вперёд они мчались на огромной скорости, проезжая по перилам и спрыгивая со ступенек, пока наконец-то один из них не пересёк финишную черту первым. Толпа кричала имя Рэки, а это значило, что он победил. — Ну что, Джо, — Кян рассмеялся и перевёл взгляд на Черри, что стоял за спиной. — Вперёд. — Ладно, уговор дороже денег. Но это ведь не значит, что он согласится, — Джо развернулся и пошёл к Блоссому, который уже готов был бить за проигрыш. — Ну что, дорогой. — Ты проиграл, тупая горилла. Но это было ожидаемо. — Знаешь, что стояло на кону? — Джо ухмыльнулся, облизывая губы. — Надеюсь, твоя жизнь. — Нет, — Джо по всем правилам опустился на колено, в которое ему тут же прилетел удар ногой. — Выходи за меня. — За тебя? Рэки, ты охренел загадывать такое! — от злости Черри еле стискивал кулаки. — Я отказываюсь. — Ой, да ладно тебе, — Рэки рассмеялся и увернулся от летящего в него камня. — Соглашайся, все знают, что ты этого хочешь. — Нет, идите нахуй, — Блоссом схватил Джо за рубашку, поднимая того на ноги, и поцеловал его в губы под звуки восторженных криков толпы. — Что тут происходит? — Ланга ничего не понимал, наблюдая за целующимися Блоссомом и Джо, которые уже прям тут готовы были заняться сексом. — Я не хотел бы этого видеть. — Всё в порядке, поездка удалась. Идём домой, нам нужно поспать перед самолётом, — Кян взял Лангу за руку и повёл к выходу. Остаток ночи проходил сумбурно: Джо и Черри делали вид, что ненавидят друг друга изо всех сил, как бы нелепо это ни звучало; Мия и Шедоу держались в стороне от всего этого балагана, разве что интересовались, как Лангу угораздило вляпаться в Рэки, ещё и выжить. С характером гаммы мириться мог не каждый, но и Ланга нормальным не был, и что-то в нем такое было, что Шедоу понял, что это достойный их Рэки мужчина. Отбитый и отчаянный альфа, а судя по тому, что этот самый альфа по собственной воле его ещё и замуж позвал — феноменально бесстрашный. А Мия в это время делал ставки на то, что их ребенок будет предвестником конца света, не иначе. Ланга же на это ухмылялся и крепче держал руку пока-ещё-Кяна в своей, едва ли не сияя гордостью, что поймал самую красивую язву на свете и женится. — Говорю тебе, если даже Рэки рядом с ним так бесится, то он видимо вообще тот ещё чёрт, — шепнул Шэдоу Чинэну, пока гамма шипел на непробиваемого альфу, который вообще не реагировал никак, кроме умиления. — Либо ему нервную систему удалили. — Что-то в этом есть, — согласился Мия. Как бы не было жаль, но пришлось расходиться по домам, по крайней мере Рэки и Ланге: днём их ждал рейс обратно в Ванкувер. Рэки, как бы сильно ни пытался быть ядовитой колючкой, охотно обнял всех своих друзей и позвал на свадьбу, надеясь увидеть их как можно скорее. В конце концов Лангу также не обделили вниманием, неожиданно для альфы вся компания его обняла и пожелала крепкого ментального здоровья сквозь смех. И, конечно же, обещали приехать и звали к себе. Мама Рэки не спала и яро заявляла, что не собирается пока что, переживая, что любимый сын и будущий зять так скоро улетают и, хоть они и провели достаточно дней вместе, Масаэ никогда не будет достаточно. Она стойкая женщина, но новость, что ее любимый первенец нашел кого-то кто любит его так безоговорочно сильно, что она едва ли переживает за Рэки, когда с ним Ланга, — просто заставляет беззвучно плакать от счастья и поочередно обнимать их так крепко, что парни в шутку уже жалуются на удушье. — Я так рада, что ты счастлив, сынок, — оглаживая щеку сына, Масаэ стирала слезинки с глаз и улыбалась такой же яркой улыбкой, которую в Рэки полюбил Хасэгава. — И я очень рада за вас, мальчики. Ты отлично вписываешься в семью, Ланга.       Утром было ещё много прощаний, сестры Рэки никак не хотели отпускать их обоих, настойчиво топая ногами по полу и угрожая слезами, но всё же надулись и царственно разрешили им вернуться домой. Коёми желала им счастья и, сквозь ухмылку, говорила, что они идеальная пара. Очень проницательная девушка, как отметил про себя альфа. Ещё пара десятков объятий, слез и обещаний скорой встречи, и тогда парни наконец отправились в аэропорт. Их ждет долгий перелёт и не менее долгое будущее вместе.