В омуте твоих глаз только смерть

Происшествие в колонии для несовершеннолетних Эйсю, Западный Токио, было предсказуемо. В небе над территорией тюрьмы появилась утроба с проклятьем, предположительно особого уровня, которая была замечена несколькими немагами. Многие были эвакуированы, а вскоре территория была опечатана, однако, по-видимому, рядом не было подходящих магов, поэтому на задание послали нас, первогодок Токийского столичного техникума. Конечно, была и иная причина подобного решения – возможность избавиться от сосуда Сукуны для Старейшин, не марая при этом рук. Решительность Итадори поражала даже меня, хоть я и понимала, что вскоре она растворится в омуте страха и сожалений, когда мальчишка поймёт, что без Сукуны он не сможет ничего сделать. Я могла лишь ободряюще улыбаться, стараясь выглядеть не менее уверенно, словно вовсе не обращая внимания на давящую атмосферу серых бетонных стен, покрытых плесенью, запах крови, витающий в воздухе, и меняющиеся коридоры, расширяющиеся по ходу нашего маршрута – незавершённая территория. Вскоре мы вышли в один из залов, где обнаружили три разорванных в клочья трупа – заключённые, одного из которых Итадори узнал и пожелал вернуть тело его матери, в итоге столкнувшись с совершенно противоположным взглядом на ситуацию Фушигуро. В спор быстро вступила Нобара, которая пребыванию в этом месте была рада меньше всех, а я молча наблюдала за перепалкой, делая уверенные шаги в сторону девушки. Почувствовав резкий скачок проклятой энергии в помещении, резко оттолкнула Кугисаки, не дав ей провалиться в образовавшуюся ловушку – проход к другому проклятью, отскочив в сторону следом. – Что за?! – удивилась Нобара, достав из сумки своё оружие. – Фушигуро, Итадори, живо сюда! – предупредила мальчишек я, отступая вновь к однокурсснице – Что? Гончая должна была... – Мегуми бегло осмотрел комнату и заметил своего шикигами, вбитого заживо в стену. – Н-нужно уходить... Понимая, что они напуганы, резко создала короткий меч из своей проклятой энергии, метнув его между парнями, тем самым заставив проклятье особого ранга, убившего тех заключённых, отсрочить задуманное, отскочив назад к стене, после чего метнулась к товарищам, грубо схватила их за запястья, утянув за собой. – Уходим! – крикнула я Нобаре, чувствуя, как быстро колотится сердце в груди. Я не страшилась проклятья так, как они, не замирала на месте от трепещущего ужаса, однако боялась за их жизни, боялась, что могу усугубить ситуацию своими действиями. Однако и трёх шагов мы не успели сделать прочь из комнаты, как проклятье пригородило нам дорогу, рассекая воздух в паре сантиметров от наших лиц. Юджи среагировал быстрее нас с Мегуми, поэтому заслонил от удара, получив ранение в спину, а я же ловким движением правой руки подвернулась под парня так, чтобы появилась возможность дотянуться до монстра, однако мой клинок не порезал его. Все трое отлетели назад. Проклятье хотело поиграть, наблюдая за нашими страданиями, наслаждаясь болью и страхом перед ним. – Кха, – Фушигуро сплюнул кровь – нижнюю губу рассекло каменным полом, – и как нам... с ним справится? – Вы должны уходить, – пробормотал будто в бреду Юджи, поднимаясь на ноги. – Тебе не выстоять с ним в битве! – воскликнула Нобара, помогая подняться нам с Фушигуро. – Я знаю, но я не могу позволить вам погибнуть здесь, – его губы сжались в тонкую линию, – этот тип не действует всерьёз, мне нужно лишь выиграть время, чтобы вы успели уйти и тогда я, – он смолк, встретившись взглядом с моими васильковыми глазами, ища в них поддержки или, наоборот, просьбы остановиться. – Это единственный выход, – согласилась с его словами. – Только посмей умереть, – рыкнул от злости на себя Мегуми, кивнув нам в сторону прохода, – дождись сигнала, Итадори. – Обязательно, – решительно кивнул юноша, встав в более удобную позу для отражения возможного удара. Бедный мальчик. Мой взгляд стал тоскливым и тяжёлым – я могла бы это предотвратить, но тогда, скорее всего, усугубила бы ситуацию – Юджи навряд ли бы выстоял в дальнейшем сражении, никогда бы не встретился с Нанами и Джунпейем, а, следовательно, и не тренировался бы с Годжо, стараясь улучшить контроль над своей проклятой энергией. Прости, Юджи, так было нужно. Мегуми ловким движением рук призвал вторую гончую, ту, что ещё была жива. Существо принюхалось, подняло голову вверх и помчалось прямо по коридору, вскоре исчезнув за поворотом, где и ждало своего хозяина. Фушигуро окликнул нас с Нобарой, и вскоре все трое бежали по тёмным закоулкам за магом, стараясь просто не потерять его из виду. Но не могло всё пойти так гладко. Оставался ещё второй монстр, где-то внизу, и вскоре мы встретились с ним. Один из коридоров, широкий, тускло освещённый, пропахший кровью, окутала зелёная дымка. За считанные секунды из ниоткуда появились бестелесные маски, лица которых будто насмехались над нами. Девушка самоуверенно достала из сумки гвозди и одним махом, запустив три из них, разбила ровно столько же масок, однако, казалось, их количество ни на единицу не убавилось. Сама же она закусила губу то ли от разочарования, то ли от чего-то ещё, нервно дёрнув плечом. В этот же момент гончая Мегуми бросилась в атаку, когтями разодрав другие две, однако ощущение осталось тем же. – Так не годится, – фыркнула я, привлекая внимание однокурсников, – это иллюзия, не видите? Присмотритесь. Почувствуйте проклятую энергию, что окружает это место. – Говоришь прямо как учитель, – заметил юноша, сосредотачиваясь на сказанном. И впрямь, места скопления энергии отличались от расположения масок, – Кугисаки, направь удар вправо, чуть ниже тех двоих, – юноша указал на определённое место, после чего обернулся ко мне, – Годжо… – Просто Джусэй, – не дожидаясь указа, рванула влево, создав по пути короткий клинок, понимая, что на большее сейчас я не способна, и, почувствовав присутствие слабого проклятья, нанесла удар точно в цель, после чего довольная собой обернулась к собеседнику, ожидая его дальнейших действий, – говорила же, Фушигуро. Нобара присвистнула, после чего ударила по проклятью на своей стороне – несколько десятков масок сразу же пропали, а сквозь таинственную дымку стали проглядываться бетонные стены. Последний, самый сильный, оставался на заклинателе – призвав Ороти – шикигами-змея, он направил свой удар сверху проклятья. Гигантский змей распахнул свою пасть, заглотив проклятье целиком, и дымка тут же развеялась – с ней исчезла и иллюзия. – Да уж, в вашей семейке, видимо, все ненормальные, – усмехнулась девушка, поднимая с пола гвозди, – в хорошем смысле. – Что верно, то верно. А теперь идём скорее, Юджи долго не продержится, – выдохнула я, взглянув вглубь коридора, пытаясь понять, что в этот момент происходит там, сверху, в сражении между юным магом, не умеющим использовать проклятые техники, и только родившимся проклятьем особого ранга. Гончая вильнула хвостом, приглашая нас следом, ловкой тенью исчезая в новом коридоре. Совсем немного осталось, потерпи ещё чуть-чуть. Холодный воздух, пропитанный свежестью в преддверие грозы, ударил в лицо, заставляя жадно вдыхать себя, лишь бы смрад тёмных помещений покинул лёгкие. Мегуми, едва отдышавшись, отдал безмолвный приказ шикигами, заставив его завыть, тем самым посылая сигнал Юджи. Мы с облегчением выдохнули, и практически сразу к нам подбежал Идзити, помощник нашего директора. Это вытянутое лицо, впалые щёки, тонкие очертания подбородка и глаз – по нему было видно, как сильно он устаёт. Он – ключевое звено между техникумами, их учителями и Старейшинами магического мира. Я всегда сочувствовала ему, прекрасно понимая, как много он работает и как волнуется за всех нас, осознавая, что не способен помочь магам в бою. Мужчина поправил свои очки, изучив нас с неким волнением вперемешку с едва различимым облегчением в глазах. – А где Итадори-кун? – уточнил он. – Сражается с проклятьем, – негласную роль лидера быстро перенял на себя Фушигуро. – С особым рангом? Ох, плохая это затея, плохая, –причитал Идзити, покачивая головой, – и вы ранены, как я погляжу. – Несмертельно, – буркнул юноша, прикоснувшись указательным пальцем к рассечённой губе, покрывшейся запёкшейся кровью, – в отличие от заключённых. – Их спасти не удалось? – Свою роль в этом спектакле, созданном верхушкой этого мира, маг, конечно, отыгрывал практически безупречно. Конечно, многих аспектов их плана он мог не знать, но про состояние преступников в Эйсю уж точно должен был догадаться. – Нет, – кивнул Мегуми, мигом посерьёзнев, – Идзити-сан, возьмите, пожалуйста, Джусэй и Кугисаки, отвезите их в техникум, и, если по близости есть маги первого уровня, свяжитесь с ними. – А наше мнение тебя не волнует? – обиженно фыркнула Нобара. – Ради вашей же безопасности, пожалуйста, – цокнул языком юноша. Его раздражало это упрямство. – Кугисаки, тебе стоит отдохнуть, – согласилась я, – Идзити-сан, вы поедете вдвоём. – Я кивком указала на покрасневшее запястье девушки, повреждённое при падении. Мы с Мегуми заметили это ещё во время побега, но спрашивать не стали, понимая, что она всё равно честно не ответит. – Ты отправляешься с ними, – открыто оспорил моё решение остаться юноша, заглядывая точно в глаза. – Нет, я буду с тобой. В конце концов, – я достала из кармана засохший искривлённый палец Сукуны, который выкрала у того проклятья в пылу сражения, – эту штуку не стоит далеко увозить. – Откуда он у тебя? – икнула Нобара. – Фу, ну и мерзость! И этим питается Итадори? – Он не питается этим, – закатил глаза Мегуми, – и всё же откуда он? – Трофей с битвы. – Я думаю, – неуверенно вмешался в нашу беседу Идзити, – его стоит поместить в хранилище техникума. – Ага, но после, если Юджи не сможет подавить Сукуну – это его отвлечёт на время, вас с Кугисаки подставлять я не хочу, – на выдохе произнесла я, убирая артефакт обратно в карман, в голове прикидывая оставшееся время до появления Короля Проклятий, – езжайте уже. А ты, Фушигуро, поможешь мне разыграть один спектакль. Ты ведь доверяешь мне? – Конечно, но, прости, что ты задумала? Так уверена в том, что Итадори не справится? Я не стала отвечать на вопрос, ведь мы оба знали всю опасность обмена телами с Сукуной. Рассказывать в мелочах свой план также не стала – просто не могла заявить, что знаю всё наперёд. Пройдя к нужной точке и взглядом проводив отъезжающую машину, убрала руки в карманы, с задумчивым видом уставившись на своего союзника. – Расширенная территория исчезла, – вдруг обрадовался Мегуми, поднимая взгляд в тёмное небо, окутанное густыми грозными тучами, — значит, проклятье повержено! Видишь? – Он мягко улыбнулся, расслабляясь на глазах, однако я не спешила с выводами, отсчитывая секунды до прибытия проклятья. – Ваш мальчонка не вернётся, – самодовольно произнёс Сукуна, появившись позади нас, медленно обходя юного мага со спины, – и я уж точно поспособствую этому. Остановившись на месте, он резко сорвал с себя верхнюю одежду, обнажая торс, весь усыпанный этими загадочными татуировками, после чего острые когти одним ударом пробили рёбра, забираясь в глубь грудной клетки, и ловким движением вырвали ещё бьющееся кровоточащее от удара сердце. Фушигуро так и замер на месте, едва подрагивая от увиденного, но так решительно уставившись на противника, желая спасти друга. – Ах, да, – взгляд двух пар алых глаз упал на меня, а лицо Короля проклятий исказила довольная усмешка, – маленькая воровка, верни по-хорошему то, что забрала у меня из-под носа, а я, так уж и быть, пощажу кого-то из вас, всего-то поотрывав все конечности. Наигранно вздрогнув и распахнув глаза, сжала ладони в кулаки и медленно вытащила из кармана проклятый предмет, взглянув на него с едва различимой надеждой. Будет больно, очень больно, но палец отдать мы не можем. Напоследок набрав побольше воздуха в лёгкие, уверенно зашагала в сторону Сукуны, изрядно его удивив, скорее даже рассмешив своими действиями – видимо, он хотел насладиться моим ужасом, мольбами о пощаде, унижениями перед смертью. Остановившись в метре от Короля проклятий, я гордо вскинула голову, взглянув в глаза своему оппоненту. – Время, малая, – напомнил тот. – Не делай этого, – прошептал в спину Мегуми, готовый сорваться с места, лишь бы не дать мне заключить сделку с дьяволом. Улыбка этого монстра устрашала, не спорю. Они с Годжо слишком похожи. До безумия. Я боялась выдать себя раньше времени – взглядом, жестом, поведением, но, то ли желая подыграть мне, то ли действительно не догадываясь о моих намерениях, Сукуна лишь молча стоял на месте, вытянув вперёд свою когстистую ладонь. Вложив свою руку, сжатую в кулачок, резко обхватила его запястье своими тонкими пальцами, притянув юношу к себе, довольно улыбнувшись прямо в лицо. Свободной рукой бросила высоко вверх магический артефакт, предупредив ошеломлённого мага за спиной. – Пусть твой шикигами унесёт его как можно дальше! Едва я успела договорить последнее слово, Сукуна ловко перехватил мою ладонь, сжав её с такой силой, что кости затрещали, и его лицо исказилось в оскале. – Думаешь, это что-то изменит? – вопросил он, нависая суровой тенью надо мной, сдавливая руку всё сильнее. Я скривилась от боли, но кричать даже и не думала. – О да, мы одолеем тебя, – самодовольно выплюнула слова прямо ему в лицо. Мегуми вызвал Нуи и, призванный шикигами подхватил палец в воздухе, крепко сжав его своими когтями. Сам же маг приготовился к новой атаке, однако замер, понимая, что сейчас может ранить своего союзника больше, чем соперника, и, стиснув от злости зубы, стал ждать. Его руки дрожали, да что уж руки, всё тело. Его одолел страх ещё тогда, стоило проклятому духу особого ранга только появиться, – он так и замер на месте, но сейчас такой роскоши у него не было. Сукуна вдруг рассмеялся. Громко, гневно, словно рокотал гром где-то среди чёрных туч. Видимо, так повлияли на него мои слова. Когти пронзили тонкую кожу, пустив по запястье тонкую струйку крови. Пара ярких алых глаз впилась в меня. Сукуна – хищник. И его взгляд об этом напоминал, каждый раз заставляя кровь стыть в жилах. Прежде, чем я успела опомниться и что-то сделать, одним рывком он отбросил меня далеко в сторону, по направлению исчезающей в небе алой точки – Нуи. Мегуми тут же призвал Ороти, и змей, вырвавшись из его тени, метнулся к противнику, мёртвой хваткой уцепившись за него, после чего направился вверх, где собирался проглотить свою "жертву". Фушигуро, немедля, рванул за мной, надеясь, что это всё же не было частью моего плана. Пролетев добрые пару сотен метров, я ударилась спиной о бетонную стену ещё недостроенного здания. Всё тело пронзило адской болью. Значит, так себя чувствовал Мегуми во время сражения с этим дьяволом? Как он вообще на ногах умудрялся стоять? Отвалившись от стены вместе с её обломками, моё тело пролетело ещё около двух этажей, прежде чем упасть на землю. Сил не было от слова совсем. Мне повезло – успела укрепить мышцы проклятой энергией, однако теперь я не уверена, сработало ли это вообще. Никогда ведь не практиковала это. С трудом и без особого желания разомкнула затянутые пеленой слёз глаза. Чертовски больно. Увидела тёмный силуэт, пробирающийся сквозь чащу ко мне. Он что-то кричал, но я не слышала. В ушах стоял жуткий звон. Можно погромче? Краем глаза успела уловить движение над силуэтом. И в голове сразу вспыхнула мысль: «Это Сукуна. Ороти повержен.» Не знаю уж, под чем я была, может, адреналин так подействовал, но, несмотря на боль, я довольно быстро, пусть и очень неуклюже, встала на ноги и, собрав между пальцев остатки проклятой энергии, сосредоточилась на одном образе. Железная тонкая длинная цепь. Этого хватит. Нужно успеть. Звон металла прорвался сквозь гул в ушах, заставив меня резко взмахнуть и метнуть цепь в сторону однокурсника. Железные путы обхватили его тонкую фигуру, не давая возможности вырваться, после чего я резко дёрнула цепь на себя, вложив все силы в рывок, заставляя на несколько секунд Мегуми взметнуться в воздух и вскоре куборем упасть неподалёку от меня. Цепь тут же развеялась, а я, понимая, что с трудом стою на ногах, покачнулась и, почувствовав резкую слабость, свалилась на сырую землю. Фушигуро в панике подскочил ко мне, начав трясти за плечи, пытаясь привести в сознание, однако всё было тщетно. Сил разлепить глаза не было. – О как, она уже всё? Как жаль, я надеялся на большее, – раздался довольный смех Сукуны в десяти метрах от нас. Проклятье самодовольно улыбалось, наблюдая за тщетными действиями мага. – А говорила, что одолеет меня. – Джу-тян, очнись, – юноша не оставлял попыток привести меня в чувства. – Не старайся, не очнется, и ты скоро присоединишься к ней. Сукуна мигом преодолел расстояние, разделяющее их с магом, схватил его за воротник, притянув к себе и злобно улыбнулся, тут же отбросив в стену, заставив пробить цементные блоки спиной. Фушигуро закрылся руками и укрепил своё тело проклятой энергией, уменьшая последствия от удара, однако всю силу не тратил на это. Нужно было часть оставить для Нуи. Он ещё не добрался до Кугисаки и Идзити, нужно чуть больше времени. Сгруппировавшись в полёте, юноша наконец приземлился на ноги, однако тут же испуганно обернулся, почувствовав, как кто-то схватил его за шиворот. – Слабовато, верно? Ты посильнее будешь, но всё же, – Проклятье резко подбросило мага высоко вверх, за секунду оказавшись на пару метров выше и нанесло удар в живот, отправив вниз, на землю, – недостаточно. Позвоночник хрустнул от удара, а несколько рёбер, кажется, сместились со своих мест. Изо рта Мегуми донёсся тихий хрип. Однако времени даже на короткую передышку у него не было. Он быстро откатился в сторону, избежав последующего удара, которым Сукуна мог размозжить ему голову, и, чудом поднявшись на ноги, неуклюже встал в боевую стойку, собирая все оставшиеся силы для одного удара. Нуи достиг цели. Можно не сдерживаться. Успеет схватить напарницу и сбежать, только бы хватило сил для отвлекающего манёвра. Проклятая энергия вокруг его тела заметно увеличилась в объёме. Король проклятий направлялся в его сторону, довольно ухмыляясь, предчувствуя что-то интересное. – Реликвии: Клинок восьми… Мегуми остановился, заметив что-то неладное в поведении соперника – он вдруг замер на месте, а взгляд его изменился, будто был затуманен. Нужно попытаться. Он бы сделал всё для нашего спасения. – Ты знаешь, я не герой, я – маг. Мне не было никакого резона спасать тебя, но я готов был рискнуть, лишь бы не погиб хороший человек. Я никогда не буду жалеть о своём решении. – Юноша слабо улыбнулся уголками губ, надеясь достучаться этими словами до друга. – Вот как, – татуировки стали медленно исчезать с тела Юджи, глаза – приобретать привычный шоколадный оттенок, а сам он мягко улыбался, – по-моему ты всегда поступаешь по совести, хоть наши взгляды и не всегда сходятся. – Из разорванной грудной клетки резко вытекла густая кровь, плотным слоем упав на сырую от дождя землю. Капли воды и холодный воздух они как-то и не замечали в пылу сражения. Несмотря на боль и нахлынувшую слабость, Итадори не переставал улыбаться. – Кажется, этот прохвост всё же успел вас ранить. Но теперь мне придётся волноваться о вас. Простите меня и, – веки медленно смыкались, а его слова донеслись до уха мага уже тихим шёпотом, - живите счастливо. Бездыханное тело рухнуло на землю в лужу собственной крови. Фушигуро стиснул зубы от злости и сжал ладони в кулаки до побеления костяшек. Сегодня юные маги потерпели поражение, но не из-за того, что провалили миссию по спасению заключённых, нет, – из-за потери товарища. Я очнулась уже в палате от прикосновения к плечу – Сёко как раз заканчивала моё лечение, убрав большую часть повреждений при помощи обратной проклятой техники. Женщина слегка улыбнулась и попросила меня проследовать на выход, сообщив, что должна идти на другое обследование. Прекрасно понимая, что она имеет ввиду, я беспрекословно покинула комнату, направившись к выходу. Ребята, должно быть, сидят напротив тренировочной площадки, как раз оттуда и возвращались второкурсники, если не ошибаюсь. Чувствую, предстоит нелёгкая беседа. Я оказалась права: Кугисаки и Фушигуро сидели на лестнице, тихо обсуждая последние слова Итадори. Живите счастливо. Помешивая купленный в автомате по дороге кофейный напиток, довольно концентрированный, стоит заметить, медленно подошла к поникшим однокурсникам. Резко выдохнув, присела на ступеньке сверху, сделав уверенный глоток, подготовившись морально к последующему разговору. – Он не умер, – спокойно произнесла я, с равнодушным видом уставившись в одну точку, ожидая прибытия Маки и других второкурсников, – не нужно его оплакивать, – добавила уже чуть мягче. – Что? Спятила? Ему сердце вырвали! – воскликнула Кугисаки, резко обернувшись ко мне, чувствуя, как начинали дрожать губы, а к горлу подступали слёзы. – Он жив, – повторила я, отставив напиток в сторону и сложив руки в замок. – Что за чушь! – девушка начинала злиться. – Откуда ты знаешь? – спокойно спросил Мегуми, подавляя свои эмоции. Уголки его губ едва-едва подрагивали так, будто он готов был расплыться в безмятежной улыбке. – Просто знаю, и всё. Никому ни слова. Таков план учителя. Пусть все считают его мёртвым, а Годжо-сенсей пока подготовит его к предстоящей программе обмена. – Программе обмена? – непонимающе уточнила Нобара, поднимаясь на ноги. Ах, да, они же ещё не знают. Чёрт, снова просчёт. – Нет, что важнее, почему мы об этом узнали от тебя, а не от учителя. Подняв равнодушный взгляд на неё, сделала ещё глоток, а после допила полбанки залпом, утерев тыльной стороной уголок губ. Хотела бы я знать, почему он вам не сказал, да только не могу я читать его мысли, отличные от тех, что были показаны в манге. – Возможно, это связано со Старейшинами. Думаю, это они виноваты в гибели Юджи. Сатору всегда стремился вырваться из-под их контроля, даже будучи студентом, сейчас же у него куда больше свободы, что позволяет принимать довольно рискованные решения. Одним из подобных решений была отсрочка казни Юджи и постановление о принятии его в техникум, как юного мага. Конечно, Старейшинам подобное не понравилось. Они все поголовно трусы, вот и решили избавиться от возможной опасности. А то, глядишь, Сильнейший с Сукуной их ряды поредят. Говорила я всё это с завидным спокойствием и равнодушием, изредка переводя взгляд с девушки на юношу, стараясь не потерять мысль. Они же молча хлопали глазами, непонимающе глядя на меня, будто не веря моим словам. – Ладно, забудьте. Вот увидите, Юджи жив, – резко выдохнула я, устало прикрывая глаза. – Нет, прости, просто как-то немного неожиданно. Кажется, вы с учителем довольно близки? – Кугисаки чуть наклонила голову на бок. – Ну, в детстве он немного тренировал меня, вот и наслушалась всякого. А так, большая часть – мои додумки. Фушигуро усмехнулся уголками губ, понимая, о чём я, после чего благодушно кивнул, безмолвно сообщая, что доверяет мне. На душе сразу стало легче, не так ли? Только вот, мои слова донеслись не только до ушей товарищей, но и до того, кто и так знал больше положенного. Облакотившись о перила на втором этаже, Годжо загадочно улыбнулся, повернувшись вновь к Сёко, с которой только что вёл разговор о Юджи, прося её временно умолчать о том, что юноша на самом деле жив-здоров. – Что-то не так? – спокойно уточнила женщина, бросив короткий взгляд на учеников внизу. – Нет, просто намечается кое-что интересное.