Попасть и/или вляпаться?

Эльфячье ко мне отношение после забега с палкой странным образом изменилось. То ли начали бояться, то ли – уважать, но высокомерно на меня они больше не смотрели. И вообще – неплохие ребята оказались, веселые. - Как вас зовут-то, фон моего будущего мужа? – после ритуального сожжения адского платья поинтересовался я у народа. - Зельсиарайт, - сразу же влез муженек. - Зелень, я твой фон спрашиваю, а не тебя. Как тебя зовут я уже не раз слышал. «…ла! Ла, дура! Не пались, иначе ты представляешь, что будет, если эльфы узнают, что им мужика в бабском теле подсунули?!!» - зашипела мне на ухо эта истеричка ненормальная. Это которая богиня. - …ла, - послушно исправился я. Знать, что скажут на обман эльфики, мне и в самом деле не хотелось. Я на их месте тоже бы ничего хорошего не сказал. – Мне вот имена твоих сопровождающих интересны. Или мне их по порядковым номерам называть? Зелень немного завис, а вот остальные эльфы начали представляться. - Миэлиям! – галантно склонившись представился эльф с цветом волос почти как у меня в этом гадском теле. - Так, значит либо «Миля», либо «Лайм». Тебе что нравится больше? Мне – Лайм. Значит будешь Лаймом. А что ты так на меня смотришь? – увидел я очумелое лицо эльфа, имя которого я на данный момент коверкал. – Или ты думаешь, я прям возьму и сразу же запомню как вас зовут? А так мне легче запоминается. Надеюсь вы не против? – вопросительно глянул я на стайку ушастых. Не говорить же им, что у меня язык ломается их имена произносить. А мозг вообще бунтует против такого набора букв. Кстати, если я в этом теле, то и мозг у меня блондинки? А это уже совсем не хорошо! Как-то не хочется очнуться, а я ногти крашу! Или, там, губы. Нет! Главное, чтоб глазки мужикам строить не начал! А остальное все – фигня. - Я лично не против, - заулыбался Лайм, а потом, немного подумав, хихикнул. Остальные (кроме Зелени – он до сих пор находился в прострации) с любопытством на меня уставились. - А меня зовут Зайсара, - сказал русоволосый и с ожиданием уставился на меня. У них что, тут прозвища давать не принято, что они так веселятся? - Ну, тут либо «Заяц», либо «Сара», - брякнул я. Эльфы заржали. - Только не «Заяц»! – взмолился хихикающий вместе со всеми мой очередной подопытный. - А что так? – сразу же возмутился я. – Очень даже похож! Ушами. - Не! Теперь ты от Зайца не отделаешься! – хлопнул по плечу поименованного еще неизвестный мне эльф со слегка голубоватым отливом волос и сразу же представился. – Дельмашер мое имя. - Будешь Машей! – сразу же нарек я и уставился на последнего непоименованного эльфа, которого я, зато, успел попугать и погонять палкой. - Луадоль, к вашим услугам, - изящно склонился передо мной переодетый в такой же костюм, в котором сейчас был и я, с волосами цвета снега эльф. При этом он сцапал мою руку и попытался ее обслюнявить, но получил от меня кукиш, которым и был приложен по лбу. - А ты будешь Послом! – изрек я. - Почему? – удивился Лайм. - Да мне его постоянно послать хочется. Куда подальше. - А я почему Зелень?! Я что – зеленый?! – активировался отвисший жених. Я сделал максимально честное лицо: - Ну да. Почти. Ты просто такой бледный, что имеешь зеленоватый оттенок. Фурия у меня в голове заржала. То, как я издеваюсь над эльфами, ей определенно нравилось. Вот же ж стерва! Надо срочно становиться милой и доброй девушкой. Чтоб эта богиня недоделанная впала в грусть-тоску. И та ее съела! Я так задумался, что не заметил, как Зелень оказался возле меня и нагло схватил за руки. - А ты будешь любить меня, такого зеленого? – посмотрел он на меня с таким нежным выражением лица и с такой мольбой в глазах, что я покраснел. Еще бы мне не покраснеть! Ко мне за всю мою жизнь мужики еще не клеялись! И что мне ему сказать? Отвали, мужик, не на ту напал? Угу. И сразу война! Это ж, чтоб ему провалиться, мой «жених»! Да и вообще. Вдруг, и в самом деле, у него комплекс неполноценности из-за меня появится? Жалко парня. Красавец же! Особенно, когда улыбается. Я снова сфокусировал взгляд на этом красавце. Черт! Да он же на меня так смотрит, что у меня аж дух захватывает! На меня в жизни так никто не смотрел! С такой нежностью, такой любовью. Такое ощущение, что ради меня он готов на все. Ага, как же. Очнись, дибилка! Ты – мужик! Подумай сам, если бы он узнал о твоей половой принадлежности, смотрел бы он на тебя так? Вот-вот, не смотрел бы. Так что подотри розовые сопли и перестань на мужиков заглядываться. Или это у меня мозг блондинистый активировался? Я аж вздрогнул от такой перспективы. - Буду-буду, - наконец ответил я после продолжительного молчания, - но только после свадьбы! Так что хватит меня лапать. - А до свадьбы значит не будешь? – задорно улыбнулся он, даже не подумав убрать от моих рук свои. А в его глазах плескалось такое море безысходности, что мне аж поплохело. - Да кто ж его знает! – честно ответил я. С такими темпами и в самом деле влюблюсь в этого козла ушастого. Вот только не хотелось бы. - Спасибо, - почти интимно прошептал Зель и, приподняв мою руку, поцеловал кончики моих пальцев, слегка мазнув по одному из них языком. За что и получил удар кулаком в скулу. - А пока никто не знает, руки, губы и другие части тебя просьба не распускать! – рыкнул я. – И вообще! Меня кормить кто-то будет? Иначе к свадебной церемонии я просто не доживу! Эльфы сразу же зашевелились, дружно принявшись за работу. Кто разжигал костер, кто рылся по сумкам, кто зачем-то куда-то свалил. Только Зелень лежал у моих ног с дурацким выражением на лице, сделав вид, что упал от моего удара. Да что с ним такое! От греха подальше я решил прогуляться. Как оказалось – зря. Ибо мира во всем мире хочет не каждый и всегда найдется идиот, который попытается спровоцировать войну. За что я, такой весь из себя белый и голубоглазый, поплатился, так как в данный момент выступал в роли гаранта будущего мира. А если кратко – сцапали меня. Как только немного отошел от наметившегося лагеря отдыха так сразу же и поплатился я за свою беспечность. А самое обидное, что все произошло настолько быстро, что я даже крикнуть ничего не успел - мешок на голову и сразу же удар по темечку с последующим уходом из сознания. Конечно, может статься, что эльфы заметили, как меня похищают. Но тогда еще хуже. Так как очнулся я в кругу противных людишек, а это значит, что если меня пытались отбить, то эльфы потерпели поражение, что в свою очередь значит, что спасать меня никто теперь не будет. Так что будем надеяться, что мне повезет и меня похитили настолько незаметно, что эльфы ничего не увидели и не услышали. Главное только, чтобы пропажу побыстрее заметили и по следам за мной пришли. Они ведь должны быть непревзойденными следопытами, да? Они же эльфы, все-таки. Дети леса! Черт, не нравится мне как-то как на меня эта группа похитителей смотрит! Это ж вылитые бомжи. Грязные, все поголовно обросшие и у многих зубов не хватает. А у тех, у кого зубы вроде как и есть, они имеют такой «белоснежный» вид, что лучше б их не было! Откуда я знаю о состоянии их зубов? Так они ж стоят напротив связанного меня и все как один лыбятся во все свои имеющиеся зубы. Жених ты мой ненаглядный, где ж тебя черти носят?! Я уже в таком состоянии, что готов тебя расцеловать, как только ты появишься! Желательно с подмогой, потому как что-то мне кажется, что теми силами, которые есть, эльфики с этими (я пересчитал) шестнадцатью здоровенными мужиками не справятся. А если вспомнить, что подмоге в этом лесу у ушастых взяться неоткуда, то помру я в самом расцвете лет. В очередной раз, что обидно. Так, а теперь вопрос. Если меня схватили, чтоб избавиться от мира во всем мире, то почему я до сих пор жив? Может не все так плохо, как я тут себе нарисовал? - Добрый день, - вежливо начал я. С террористами надо общаться как с буйными психами – нежно и вкрадчиво. – Не правда ли сегодня прекрасная погодка? Солнышко, травка, птички поют. Вы, наверное, на пикничек собрались компанией? Может тогда развяжете меня? Я уйду и не буду вам мешать веселиться. Закончив речь уставился на похитителей. А вдруг и в самом деле отпустят? - Да она, по ходу, блаженная, - высказался один из бомжей местного леса почесав в затылке. - То-то не пожалел Его Величество ее ельфам отдать, - сплюнул через щель в зубах второй. - Наверно, нормального мужика ей не нашел, вот и сделал ельфийской подстилкой. - Жалко бабу. - Лучше мне б отдал, - загалдели мужики. - Ниче, - снова взял слово первый, который меня блаженной обозвал, - отмучалась она, считай. Нам ведь ее порешить придется чтоб заказ выполнить. Чай, Божью волю исполним. Заодно и покажем, чем мужик от ельфа-то отличается. - Не мужик, а мужики! – влез один из бородатых убийц-похитителей, а остальные дружно его поддержали. Меня же бросило в холодный пот. До меня тут медленно дошло, что убьют меня не сразу. Перед этим меня еще и поимеют, пустив по кругу. Вот же ж. Всю жизнь, блин, мечтал узнать, что чувствует девушка во время изнасилования! - А не боитесь, что я вас импотенцией заражу? – поинтересовался я. Пусть не только я удовольствие получу – этим гадам я с радостью поделюсь приятными ощущениями. - Это как? – Не понял номер первый. Первый потому, что я его наметил как первую жертву. - А вот так! – продемонстрировал я взмахнув ногой. Хорошо, что нижние мои конечности не были связаны, а только верхние. Благодаря этому номер первый мог во всех подробностях почувствовать ту гору ощущений, что давала ему моя пятка, со всего размаха вбитая ему в яйца. Первый номер прохрипел что-то еле слышно и сполз на землю, сжимая руками то, что у него осталось. - Эх, не повезло мужику. Теперь хрен встанет, - пожалел я беднягу и добавил, - вернее, хрен, как раз таки, и не встанет! После чего изобразил смех безумного злодея. Это не я – это все нервы. Они у меня вообще после смерти ни к черту стали. Разбойники посмотрели на своего валяющего и стонущего собрата, после чего дружно уставились на меня, грозно сдвинув брови. Что-то мне шестое женское чувство подсказывает, что это я только что зря амазонку изображал. Надо срочно менять стиль поведения. Скорчив как можно более блондинистое лицо я сделал губки бантиком и выдал: - А мне страшно. Только что сдвинутые к переносице брови мужиков начали медленное восхождение вверх. Я решил, что пора закреплять успех, пока они не пришли в себя, и добавил: - Выпить бы. А что? Вдруг мне повезет и перенесшись в другой мир и тело мамино проклятие на меня перестало действовать и я теперь смогу напиться? Если что хоть чувствовать ничего не буду. Мужики, еще мгновение назад молчавшие, заржали. Кто-то даже в угаре веселья хлопнул меня по плечу. Я же почувствовал себя совой – глаза мои явно приобретали такой же неповторимый взгляд. - Ну баба дает! – стонал один. - Хи-хи, - поддерживал его второй, утирая слезы с глаз. - На! – похохатывая выдал третий, наливая мне в чем-то изгвазданную деревянную чашку мутной жидкости с непередаваемым спиртным ароматом. Я посмотрел на немытую где-то с десяток лет тару и скривился. - С такой емкости не пью! – нагло вякнул я и демонстративно покосился на бутыль, что держал в руках недавно наливающий мне субъект. Бандюки снова загоготали. - Манюнь, дай ей тару. Токмо руки ей развяжи. Все равно от нас она никуда не убегет. Что правда – то правда. Убежать мне явно не дадут. Пока. Руки мне развязали и сразу же тыкнули в них бутыль литра на четыре спирта. Я демонстративно понюхал предлагаемое пойло. Не, градус на запах я не определяю. Мне просто страшно это пить. Я снова покосился на группу поддержки. Бомжики с вожделением смотрели на меня. Иногда полные голода и нежности взгляды доставались бутыли у меня в руках. Я решился. - Я не алкоголичка. Сама не пью. Только с компанией! Мужики поддержали меня улюлюканьем и подоставали непойми откуда еще бутыли с такой же мутной, как у меня, жидкостью. - Вот это баба! Сразу видно – наш человек! – от полноты чувств признался один из разбойничьей компании. Подождав пока у всех в руках окажется по бутылке (разбойники, чтоб не ударить в грязь лицом решили, что тоже с мелкой посуды не пьют) я поднял свою бутылку над головой и выдал тост: - Ну, вздрогнем! – после чего, стукнув боком своей бутыли о бутыль ближайшего сидевшего ко мне мужика, мужественно присосался к горлышку.