Попасть и/или вляпаться?

Не бэчено! Предупреждаю сразу. Так что тапками не бросаться - лучше учите уму-разуму) Бэта вышла из запоя и просит ее простить! - Калинка-калинка-калинка моя! В саду ягода малинка-малинка моя! Эх! Народ танцевал, залихватски подкидывая ноги вверх. Иногда настолько сильно, что приходилось упираться пятой точкой в землю. - А я, между прочим, девственница! Ик. А вы… - жаловался я, периодически прикладываясь к бутылке. Прикладываться было трудно, так как находился я в самом кругу танцующих и меня с двух сторон поддерживали прыгающие мужики. Шатали, короче. А при шатании пить сложно, так что некоторая часть напитка некультурно стекала мне на пузо. - Дык заказ, - горестно вздыхал кто-то, танцующий рядом. - Урод он, а не заказ! Резать таких надо! – с горяча потряс бутылью я. - Вздрогнем! – поддержал меня кто-то из компании. - Черныыыыый воооорон! Черныыыыыый воооороооон!!! – возопил я. Кроме этих двух слов вспомнить почему-то не удавалось, так что пришлось петь то, что помню. Эти два слова, короче. Но народу явно понравилось – меня многоголосо поддержали и ближайшие полчаса мы старательно выводили эту замечательную и быстро запоминающуюся песню. - Душевно, - вытер слезу по окончании репертуара один из моих собутыльников. - Вот вы меня грохнете, - решил я продолжить прерванное внушение, - и все! - Что – все? – скосоглазил на меня один из бородатых танцоров. - Война! А ты знаешь что такое война? – нагнетал обстановку я, тряся первого попавшегося бомжика за трескавшеюся в моих руках рубаху. – Знаешь, я тебя спрашиваю?! Мужик в ужасе затряс головой и, для смелости, приложился к бутыли. - Это море крови! Кишки наружу! Выпивки – нет! – скорчив зверское лицо, зашептал я. - Как нет?! – ужаснулись почему-то все. Вот слух у этих бородатых человечков! Выпивку за версту услышат! - А в-вот так! – подняв в верх средний палец, выдал я. Потом подумал и поменял средний на указательный. – Сухой закон! Во время войны – никакой выпивки. Иначе расстрел на месте! Вот! – Закончил я речь и мило хихикнув, попытался кому-то ткнуть уже ненужным пальцем в глаз. - Не-еее! Так дело не пойдет! – решили мои новые знакомые и дружно выпили за мир во всем мире и на все времена. Еще через некоторое время меня дружно решили препроводить обратно к эльфам и сдать с рук на руки. Чтоб не дайте боги меня кто-то не похитил и не убил! Какие заботливые похитители мне попались. Я прям умилился. И вытерев вылезшую от умиления слезу, пообещал научить моих спасителей еще и лебединое озеро танцевать. Идем с компанией. Пьем. Поем. Танцуем. - Куда идем? – спрашиваю. - К ельфам, - отвечает мне один из собутыльников. - Да? – удивился я. - Агась, - утвердительно икнул кто-то из толпы. - А я думал эльфы в лесу живут, - удивился я. - В лесу, - кивнули мне. - А что мы тогда на болоте делаем? – удивился я и посмотрел под ноги. Под ногами чавкала и издавала всякие другие звуки вместе с отвратительными запахами коричневая непрозрачная жижа. - Путь сокращаем, - почесал за ухом один из моих сопровожатых. Остальные дружно кивнули, угукнули и, синхронно развернувшись на сто восемьдесят градусов, зашагали обратно. - А обратно тогда зачем? – удивился я. - На дерево надо залезть, чтоб, значит, маршрут уточнить. Мало ли. Вдруг и сокращать его уже не надо! - Умно! – изрек я и тоже потопал искать дерево. Зельсиарайт был в ярости. Так, по крайней мере, казалось. И только сам он знал, что это чувство не ярость. Его засасывала самая настоящая безысходность. Ведь шанса на то, что они отыщут его невесту живой, нет. Ну как?! Как они могли выпустить ее из поля зрения?!! Как они могли забыть, что до свадебной церемонии ей угрожает не выдуманная опасность! Расслабился, не заметил… потерял. И теперь ему остается только бегать с друзьями по лесу, мечтая разорваться и бежать во все стороны сразу. - Успокойся, Зель. Мы ее найдем, - попытался унять рвущегося во все стороны одновременно, сероволосого эльфа Зайсара-Заяц. - Следов похищения мы не нашли, так что и выследить почти невозможно, - печально вздохнул Лайм не желая давать своему другу ложную надежду. - Это значит, что похитили ее лешаки. Так что она может быть еще жива – они женщин сразу не убивают, - снова встрял Заяц. В голове Зельсиарайта пронеслось, что делают лешаки с женским полом перед тем как убить. Издав страшный полурык-полусип, он снова кинулся бежать. Неважно куда – лишь бы что-то делать, чтобы не думать, не вспоминать, не знать. Все остальные хмуро глянули на Зайсару. Заяц же понял, что позже ему в прикладном порядке объяснят, что надо думать, перед тем как говорить. И прикладывать его будут долго и основательно. От мрачных мыслей друзей Зельсиарайта отвлек хруст веток и звук удара со стороны умчавшегося сероволосого. Эльфы сразу же забыли о кровожадных мыслях (на время) и кинулись на помощь. Зелю не повезло. Он лежал на земле придавленный сверху чем-то тяжелым и вонючим. - О-ооо! – возвестило пресс-папье, - ельфы! Ик. А я вас нашел! Поняв, кто на нем умостился, Зельсиарайт моментально извернулся и схватил лешака за его грязную волосатую шею, за которую и принялся остервенело трясти. - Где она? Где?!! Лицо лешака позеленело. - Не тряси – не дерево. Меня укачивает. Щас срыгну! Угроза возымела действие – трясти его перестали. Но горло из рук не выпустили. - Где?! – Зеленые глаза с тихим бешенством дырявили в лешаке дыру с размер кратера вулкана. - Дык там! – махнул рукой куда-то вверх мужик. - Веди, - приказал сын правителя эльфийского народа. - Ты это, отпусти токмо. Зель с трудом разомкнул держащие за горло лешака пальцы. Отпускать врага из рук было трудно. Освобожденный лешак покряхтел-покряхтел, ползком сполз на землю и обхватил пальцами лодыжку эльфа. - Ну, в общем, тут прямо. Чегось уставились? Не могу я сам идти. Ноги не держат. Ваша девка совсем уморила, - пьяненько хихикнул лешак. Представив, каким образом принцесса Андеира могла поспособствовать отказу лешачих ног Зельсиарайт зарычал и кинулся было рвать попавшегося им врага в клочья, но остальные эльфы подхватили его под руки и поволокли в указанную мужиком сторону. - Тут прямо, - на всякий случай проговаривали друзья для влюбленного эльфа направление и вели, не давая возможности остановиться и убить единственного проводника который может вывести их к принцессе. Хотя сами хотели точно того же – человеческая девушка и у них завоевала привязанность. Даже у обласканного ею Посла. Проводник лешачьей национальности тоже не отставал от эльфов – волочился сзади держась за эльфячью ногу и иногда, подхихикивая, указывал направление. Ему явно было весело. Указания проводника вывели компанию эльфов в странное место. Там среди деревьев, разбившись на пары и тройки, странной походкой ходили лешаки. Они скрестили ноги и передвигались только в бок. Иногда они, так же держа ножки крестиком, прыгали в перед. А еще они звали эльфов. Но не просто так, а под завывание девичьего голоса. - Пам-пам, пам-пам, - напевал девичий голос, после чего следовало дружное лешачье: - Ельфы! И снова: - Пам-пам, пам-пам! И лешачье: - Вы где! - Пам-пам, пам-пам! - Выходи! - Пам-пам, пам-пам! - Подлый трус! И все начиналось сначала. Сами же эльфы стояли столбом и не понимали что происходит. - Мужики! Я их нашел! И привел! – раздалось с низу. Проводивший эльфов лешак выпустил из рук Зельскую ногу и почти не шатаясь поднялся. А эльфы поняли, что их надули – мужик явно мог спокойно передвигаться на своих двоих, а не изображать из себя горного червя. - Ура!!! – гаркнули лешаки и приложились к бутылкам. - Зельчик! Киса, ты меня нашел! Ик! – из-за одного из деревьев выплыла искомая принцесса. Как и у всех на этой местности (кроме эльфов, ясное дело) у нее в руках была бутыль со спиртом, - Я так тебя ждал-ла! Пьяная в полный ноль, грязная и испускающая спиртные пары принцесса продрейфовала к жениху и повисла у него на шее. - Я так соскучилааааась! - Ты пьяна, - удивился в голос Зель. - Не-а! – пьяненько помотала головой его суженая, - Это все не я! Потом она икнула и со словами: «гадское тело», - начала заваливаться вбок. Но упасть ей не дал подхвативший ее на руки Зель. Девушка, не выходя из бессознательного состояния, доверчиво улыбнулась и нежно приобняла своего спасителя за шею. Эльф в очередном шоке замер, боясь даже пошевелиться, чтобы не спугнуть. Даже не смотря на разившую от девушки вонь, ему было приятно от того, что она кинулась на шею именно к нему и именно к нему она сейчас так доверчиво прижималась. - Увжаемый, - отвлек Зельсиарайта от испытываемой нежности пьяный лешачий голос. Сероволосый перевел взгляд на мешающего ему мужика. - Вот, - мужик, пошатываясь, достал из-за пазухи помятый и грязный лист бумаги, старательно его разгладил (от чего лист лучше выглядеть не стал), и принялся в нем что-то карябать. Накарябав, он приложил большой палец внизу листа и протянул писанину ему, - Папеньке своему передай. Договор ето. С нами, лешаками. О ненападении, помощи и все такое прочее. Зельсиарайт с круглыми глазами взглянул на замызганный листочек. Сейчас он видел у себя в руках небывалое сокровище. До этого дня считалось, что с лешаками в принципе невозможно заключить ничего похожего на договор. Только нанять их можно в качестве убийц или воров. А тут вдруг такое! - Передам, - с благодарностью поклонился, как оказалось королю лешаков, эльф. Лесной король только икнул, сплюнул и удалился, кинув напоследок: - Хорошая у тебя жена. Береги ее. Иначе заберу себе! Такая баба! А пьет как! - М-да, - глядя в след уползающим и ускакивающим лешим выдал Посол, - это ж надо. Как она вообще смогла леших перепить?! Это ж невозможно! Зель только плечами пожал. А во взгляде, брошенном на нежно прижимаемую к груди девушку, читался тот же вопрос.