Мне не больно

Как же вовремя Седрик пригласил меня! Через две недели начался форменный кошмар. По замку ходили стайки девушек, замирая в ожидании около чемпионов. Бедолага Флёр, уже давшая согласие Рождеру Дэвису, устала отбиваться от парней. Рон Уизли вообще накричал на неё, пытаясь пригласить на бал, видимо, сильно перенервничав. Я получил приглашение от Пьюси, Монтегю, Флинта. И от Невилла. Я даже загордился гриффиндорцем, когда он преодолел свою робость. Я искренне извинился, объяснив причину отказа, и Нев хоть и расстроился, но не обиделся. Идти с Невиллом никак было нельзя. Такая холодная тварь как я не имеет права давать надежду такому чистому человеку. Хорошо, что девушки сами ждали приглашения, не проявляя инициативы. Это несколько облегчило мою участь. Лишь столпотворение, взгляды и хихиканье. А вот парням приходилось отказывать, вежливо объясняя почему нет. Сучий хоровод было затаил зло на Седрика, но я предупредил, что если с ним что-то случится, то я просто не пойду на бал. В субботу Люциус потащил нас с Джо за костюмами для бала. Те, что нам отшили летом, на его взгляд уже дурно сидели. Я закатывал глаза, получая удары тростью, матерился, получая Жалящие, но в итоге оказался на подиуме в ателье. Про то, что я иду с Седриком, Люциусу я рассказал на следующий день, так же как и про то, что у нас был лёгкий петтинг. Я не хотел врать. — Ты хочешь прекратить нашу связь? — спросил он, отпивая вино. Мы сидели в моей гостиной у камина. — Нет. Я просто не хочу тебе врать. — Ты планируешь с ним любовные отношения? — Нет. Я согласился идти с ним, потому что не могу не пойти, не могу пойти с тобой, потому, что он первый предложил и потому, что его устроило то, что это не предполагает под собой отношений. — Скажи, почему ты так боишься отношений? — Что тебя привлекает во мне? — Сила, красота, ум. — А я сам? — Но это и есть ты сам. Но если ты считаешь, что это стоит вынести отдельным пунктом, то да, ты сам тоже меня привлекаешь. — Но ты этого даже не упомянул, когда я попросил перечислить. Я не хочу отношений, потому что никому не нужен сам по себе. Когда я найду такого человека, я буду с ним. Знаешь, почему Джо для меня самый близкий человек? — Почему? — Он обратил на меня внимание, когда я был сопливым убогим нищим мальчишкой в одежде не по размеру, который воровал желейных мишек в магазине, потому что хотел их попробовать. Я не представлял никакой ценности и не имел ничего, кроме себя самого. Люциус замолчал и молчал очень долго. — Знаешь, а ведь мы хотели тебя усыновить. Я неприлично выпучил глаза, но Люц даже не осёк меня тростью. Лорд продолжил задумчиво: — Нарцисса имела на это право, будучи двоюродной племянницей твоей бабушки. Но мы не смогли найти тебя, хотя искали больше года. Я даже маггловского детектива нанимал, и не одного. — И жизнь покатилась по другой колее, - заторможенно произнёс я. Вот уж не думал... — Да, жизнь покатилась по другой колее. В тот вечер я выставил Люца и ушёл к Сири. Я попросил рассказать о названном отце и маме, и он почти всю ночь рассказывал об их знакомстве, школьных годах и проделках. — Знаешь, я ведь любил твоего отца, Гарри. В смысле, Джеймса, - признался крёстный. — Я понял. Давно догадался. — Я и сейчас его люблю, — сказал Сириус и отпил из фляги, а потом прислонил ко рту тыльную сторону запястья, давя эмоции. Я искренне сочувствовал ему. Потерять любимого человека, да ещё и найти его труп, а потом тринадцать лет отсидеть за его убийство, которого не совершал. Самое страшное, что Сириус винил себя в смерти моего названого отца. Что проморгал предательство Хвоста, что не догадался. И никакие мои аргументы про то, что это невозможно было предвидеть, он просто не слышал. Голос Сириуса срывался, и он с трудом сдерживал слёзы. Это было настолько больно, что я попросил налить и мне. Мы прилично выпили, вышли в ноябрьскую холодную ночь и летали до рассвета на мётлах на бешеной скорости, избывая свою боль, теряя эмоции в свисте ветра и ледяного воздуха. За нами пришёл отец, который утром пил кофе, и, увидев нас в окне, чуть не подавился, когда я ушёл в мёртвую петлю на его глазах. В итоге Сириус заработал взыскание, а я впервые попробовал на своей шкуре Круцио и был полон впечатлений. Руки до сих пор тряслись. Хотя я уже битый час сижу в Больничном крыле под тремя одеялами. Простыл я знатно и трясся бы ещё неизвестно сколько, если бы ко мне широкими шагами не примчался Снейп и не утащил к себе в лабораторию камином, прямо в одеяле. Там он отпаивал меня Бодроперцовым и ещё какой-то гадостью, от которой руки трястись перестали. А потом он пошёл к отцу, и они впервые на моей памяти поругались. Узнал я об этом, потому что из камина вылетел Снейп, разбудив меня, а потом сразу за ним отец. Они орали друг на друга минут десять. Я узнал, что я безответственный придурок, бедная сирота, убогое чмо, сказочный идиот и ещё много разного. Предметом ссоры было Круцио, применённое ко мне. В процессе ссоры они забрались в такие дебри от сотворения мира, когда я ещё был мутной каплей, несущей в себе генетический материал. А потом схватились за палочки. Мне это надоело, я создал вокруг каждого сферу и сказал, что не сниму её, пока они не помирятся. Северус просто замолчал и замер, раздумывая. А отец изгалялся как мог, но снять сферу у него так и не получилось. Весь прикол, что я создал самоподдерживающийся отражающий контур, который удерживался благодаря применяемым чарам снятия и, не вычислив эту фишку, снять сферу было нельзя. Чем больше энергии вкладывал отец, тем прочнее становилась сфера. Я назвал её сфера Талиона. Когда ответ равен вопросу. Сила равна усилию. Отец колдовал над сферой почти час, а потом извинился перед Северусом. Но Снейп потребовал, чтобы он извинился ещё и передо мной, и лишь услышав покаянные слова в мой адрес, Северус извинился перед Томом. Я снял сферу и заснул под их мерный примирительный разговор. Когда последствия простуды и Круцио сошли на нет, я надел кольцо. Оно меня попробовало, и я чуть не умер.