Мне не больно

И вот мы стоим на помосте в купальных костюмах и пледах. А директор Реддл объясняет побледневшим Чемпионам, кто, на самом деле, на дне озера. Я вижу, как расслабляются лица Флёр, Седрика и Виктора. На меня был наложен обет о неразглашении, и я, увы, не мог просветить друзей раньше и стал свидетелем того, как паникует Виктор, не нашедший Джо перед конкурсом. Суровый дурмстранговец действительно любит моего брата. Заложниками озера стали гомункулы, изображающие сестру Флёр - Габриэль, подругу Седрика – Чжоу Чанг, ловца сборной Рейвенкло по квиддичу, Сириуса и Джо. Для зрителей гомункулы будут реальными людьми. Чемпионы поспешно кивают. Я их понимаю, я тоже не побоялся противостоять отцу, добиваясь безопасности близких людей. И мне повезло знать заранее, что никто из близких не пострадает. Седрик и Флёр обвешиваются чарами, Крам уже в воде трансфигурирует себя до ключиц в акулу, я же давлюсь жаброслями. Когда воздуха перестаёт хватать, а шею пронзает режущей болью, я ныряю в восхитительные и зовущие воды Чёрного озера. Активирую маячок, тайком поставленный на Джо. Он показывает мне двойственное положение. Правильно. Сам Джо в кабинете директора, с тремя остальными «пленниками озера» ждёт окончания соревнования. А гомункул, активированный его кровью, там, в глубине. Я выбираю вторую цель и мощными гребками забираю влево. Водяной чёрт, что притаился в водорослях, пугает меня до спонтанного выброса магии и кровавым переломанным комом идёт ко дну. Сорри. До деревеньки русалок и тритонов добираюсь минут за двадцать. Жаль, время поджимает, я бы рассмотрел всё внимательнее. Так же я лишь замечаю простенькие хижины, сложенные из камня и скреплённые речным песком, и гриндилоу на цепи почти у каждого дома. Как собак они их держат, что-ли? На центральной площади прикреплены веревками пленники. Даже зная, что это гомункулы, меня пробирает жутью. Зеленоватые лица, дрейфующие вокруг лица волосы, прикрытые глаза и приоткрытые рты. Сири и Джо выглядят как утопленники. Пока я втыкаю, приплывает Крам, рвёт зубами верёвку с Джо и уплывает. Братишка, у тебя шикарный мужик! Поздравляю! Я срезаю верёвку Сири ножом и плыву назад, но потом останавливаюсь. Что хотел отец? Шоу и Героя? Значит будет шоу и Герой. Дождусь-ка я остальных чемпионов. Сед, который появляется со спины, показывает на время и сваливает с Чжоу. А вот Флёр не видно, а время на исходе. Прицепив к водорослям гомункул Сири, возвращаюсь за Габриэль. Но меня пытается отпихнуть от него трезубцем тритон. Один человек – один пленник. Ну прости, друг, ты сам нарвался. Я выпускаю свою магию. Тяжёлую, древнюю, терпкую как кровь, и тритон улепётывает в ужасе. Благо зрителям будет не понятно, чем я так напугал речного жителя. Подцепив девочку, хватаю по дороге Сири и во все лопатки стремлюсь к поверхности. Долго я проваландался. В зарослях натыкаюсь на бьющуюся с водяными чертями Флёр. Ей не повезло попасть на целую колонию. Разогнав противников Жалящими, даю Флёр пинка под зад, вручаю верёвку с сестрой и рвусь к поверхности. Действие жаброслей истекло. Я успеваю в последний момент, жадно глотнув воздуха и крича от сжавшей меня в ледяных объятиях воды. Отец вытаскивает меня магическим захватом, забрасывая на подиум в руки Северуса. Тот накидывает на меня плед и заливает в рот какую-то гадость. Так же выдёргивают и обессиленную Флёр. Потом уже гомункулов. Спрятав гомункулов за ширмой, их развоплощают, а трясущихся Чемпионов в пледах выставляют на помост. Кланяться и улыбаться. Я говорю себе, что мне не больно и, широко улыбаясь, машу зрителям. Трибуны беснуются. Сзади нас огромный экран, который транслировал все приключения Чемпионов. Я снова побеждаю. Да, я просрал время, но спас не только обоих пленников озера, но и второго Чемпиона. Флёр засасывает меня прямо на трибуне со словами благодарности. Я даже не отбиваюсь. Это шоу. Поэтому перехватываю инициативу, обхватывая её и загибая как матрос медсестричку с вирусной фотографии сороковых.* Через час мы сидим в кабинете отца и пьём горячий глинтвейн. С нами Сири, Джо, Виктор, Седрик и Флёр. Все смеются. Задание позади, близкие не пострадали, чемпионы тоже в порядке. Сестры Делакур улыбаются мне, как никогда раньше. Я рад, что чары вейл на меня не действуют, а то бы я уже пускал слюни. Хочется в сухую тёплую постель, но на факультете вечеринка, и я не уверен, что этот писькин праздник мне нужен. Особенно учитывая провалы в памяти и странные воспоминания. Но Джо обещает не подпускать ко мне никого с пошлыми планами, да и вообще, как это без меня, и мы все идём туда, на праздник. Меня с порога поднимают на руки и качают. Я ору, боясь то упасть, то врезаться в потолок, и Джо с Седриком отнимают меня у беснующейся толпы. Народу действительно очень много. Здесь все. Гриффы, Хаффы, Рейвенкло, Дурмстранг, Шармбатон. Кто мне суёт стакан в руки - в этот раз я запоминаю. Это Невилл. Он подмигивает мне, я опрокидываю в себя содержимое и машу рукой. Понеслась! Вспышка! Мы с Панси снова обмениваемся одеждой в женском туалете. Я в гольфах, коротенькой юбочке и фирменной безрукавке. Панс в моих подкатанных штанах и рубашке навыпуск выглядит как краш. Вспышка. Я смотрю, как Панси и Флёр целуются как сумасшедшие, и свищу. Вспышка. Крэбб, Гойл и Монтегю изображают тритонов, а я отбиваю у них Седрика, Виктора и Флёр. Вспышка. Все качают Невилла за идею использования жаброслей на руках. Он орёт. Я хохочу. Вспышка. Я зажал Северуса в углу и пытаюсь выпытать, что это за оранжевая жижа у него зародилась в лаборатории. Он в это время с интересом рассматривает мои ноги в гольфах и всячески уходит от ответа. Вспышка. Близнецы целуются в засос, все считают: девять, десять, одиннадцать. Вспышка. Панси и Флёр танцуют танго. У меня стоит. Вспышка. Мой кулак летит в лицо Нотту, попытавшемуся залезть ко мне под юбку. Вспышка. Я танцую с Седриком, Виктором и Джо сиртаки. Кто-то орёт, требуя, чтобы мы выше поднимали ноги. Вспышка. Я левитирую к потолку хохочущего Драко. Вспышка. В туалете я натыкаюсь на Грейнджер, целующуюся с Чжоу. Вспышка. Пьюси читает стихи. Я стою на коленях и кричу, что запишу их на чистых страницах своего сердца. Вспышка. На моих глазах горячая ладонь, сзади прижимается твёрдое тело. Чьи-то губы прокладывают по шее огненную дорожку поцелуев. Сильные пальцы под юбкой сжимают ягодицу. Вспышка. Я стою посреди коридора и не понимаю, как тут оказался. Из-за угла выходит Люциус. Вспышка. Люциус тащит меня куда-то по коридору, выговаривая, что от меня пахнет сексом. И сейчас он перетрахает по-своему. Вспышка. Я стою в душе, уперевшись в стенку руками, ощущая внутри себя яростные толчки. Кончаю, едва прикоснувшись к члену, и лечу в темноту.