Убил, чтобы спасти

— О, плюс один! — Хосок подходит к свежему трупу, — Жаль его, такой красивый и молодой был. — Мы все такими были, Хоби, — парень с рыжими крашенными волосами, отросшими чёрным цветом у корней, поднимает взгляд на третий этаж, — Псих уже свалил. Так бесит, он убивает все больше людей, а нас между прочим меньше не становится. Отпустил бы или сожрал уже, раздражает. — Хочешь чтобы тебя поглотили, Ди? — присаживается около тела брюнета Хосок. — Не. Мне в целом нравится быть призраком, но в особняке уже кучу народа, а за пределы территории выйти нельзя. Я хочу свободы. — Нам её не видать, и ты это прекрасно знаешь, — Хоби отрицательно качает головой и цокает языком, касаясь красивого безжизненного лица. — Знаю, поэтому и злюсь. Хотелось бы понимать из-за чего псих нас тут держит, — Дилан безразлично смотрит на растекающуюся по земле кровь. — Мне бы тоже хотелось, — шепчет Хосок, — Эй, парень, пора вставать. — Что? Он уже перешёл? — удивляется Дилан. — Ага, метка цвет поменяла, видишь? — старший указывает на левую ключицу незнакомца, там ярко светится синим цветом круг с непонятным узором внутри. Парень на земле медленно открывает глаза. Несколько секунд он не двигается, не понимая в реальности все происходит или это сон. Брюнет на автомате щипает сам себя за руку и чувствует слабое неприятное ощущение. Не сон. — Кто вы? — растерянно интересуется он, не понимая когда успел уснуть и где проснулся. — Сначала представься сам, а потом спрашивай имена других, — грубит Дилан. — Успокойся, Ди. — Бросает на того взгляд старший. — Я Чон Хосок, а это Сон Дилан. — Чон и Сон? — усмехается Чимин, парни переглядываются недоумевая, — Простите, забавно просто. Я — Пак Чимин. — Приятно познакомиться, Чимин, можешь звать меня Хоби, — дружелюбно говорит Чон. — Так… А что вы тут делаете? Тоже пришли потусить? — Чимин принимает сидячее положение, смутно припоминая свой проигрыш и задание. — Ага, почти десять лет назад, — хмыкает Дилан. — Хах, смешно. А если серьёзно? — Пак чувствует, что откуда-то берётся ощущение растущего беспокойства. Парни не выглядят плохими, по крайней мере этот Хосок точно, но что-то здесь не так. — Чим-и, — Хосок тяжело вздыхает и облизывает губы перед тем, как продолжить, — мы и вправду пришли сюда десять лет назад, а потом не смогли уйти. Не хочу тебя пугать, но ты тоже не сможешь. — Что? — глаза Чимина расширяются, он вспоминает то, что произошло до потери сознания и резко оборачивается на особняк, подрываясь на ноги, он смотрит на пустую раму третьего этажа, — Нет… Пак медленно ведёт взглядом вниз по зданию, а затем по земле, пока не обнаруживает у своих ног себя самого. Он закрывает ладонью рот и падает на колени. Чимин не хотел умирать, слезы обжигают глаза, он не верит в это. — Малыш, не бойся, все будет нормально, ты привыкнешь. Кстати, у тебя неплохая смерть, быстро и не больно. Меня вот ножом проткнули, чтобы убить, — сомнительно пытается подбодрить Хоби. — Я… Я мёртв? По-настоящему умер? — дрожащий голос Чимина заставляет Чона опустить взгляд. — Прости, но да, — с сожалением произносит он, кладя ладонь на плечо новому знакомому.

***

Чонгук с ума сходит, тревога его не покидает. Плохое предчувствие только усилилось. А в какой-то момент его пробивает дрожь. — Что-то не так, — вслух произносит он, чем привлекает внимание всех, они моментально прекращают болтать и смеяться. — Что не так, Чон? — осторожно спрашивает Вонг, зачесывая синие волосы назад, скрыв образовавшийся пробор. — Надо валить отсюда, — Чонгук начинает суетиться и собирать свои вещи. — Ок, только надо Чимина дождаться, — кивает Рен, подходя к столу и убирая мусор в большой пакет. Словам Чонгука верят все, у него до жути развита чуйка. Когда он говорит, что надо валить — это значит «собираем манатки и уебываем, тут оставаться нельзя». — Мы не будем ждать Чимина, он должен был пойти к машине, так что сейчас же на выход, — Чон застегивает рюкзак и помогает остальным собраться.

***

— Боже, — Чонгук не верит своим глазам, его друг лежит на земле совсем без движения. Девушки начинают лить слезы, громко всхлипывая. Чимин бледнее, чем обычно, лицо спокойное, глаза закрыты, словно он спит. Вот только есть одно «но», под другом разливается тёмное пятно, кровь впитывается в сухую траву и потрескавшуюся землю. — Парни, уведите девочек к машинам. Я вызову полицию и скорую, — тяжёлым голосом просит Чонгук. — Он же не мёртв? Ему можно как-то помочь? — плачет Кора. — Нет… — Гук шумно сглатывает ком боли, убрав руку с шеи Чимина, — Пульса нет. Рыдания девушек усиливаются, Вонг и Рен утирают свои тихие слезы. Чонгук сидит к ним спиной, мокрые дорожки на щеках спускаются к подбородку, а затем срываются крупными каплями на безжизненную землю. Ему так больно. Он же мог это предотвратить, чувствовал, но проигнорировал. Теперь… Теперь уже поздно.

***

Чимин наблюдает за тем, как его тело пропадает во тьме за чёрной молнией. Друзья не знают, что он рядом, смотреть на них невыносимо тяжело, особенно на Чонгука. Он винит себя, Чимин знает, что Чону очень больно. Хочется обнять, сказать, что это не его вина, попросить прощения за боль. То, что раньше было легко и просто, сейчас недоступно, Пак — призрак, он проходит сквозь всё, чего пытается коснуться. — Пацан, а тебя сильно ценили, как я вижу, — Дилан закидывает руку на плечо Чимина, — А девчонки симпатичные, я бы их утешил. — Отвали, — Пак стряхивает с себя чужую руку и идёт в дом. Он видит несколько людей внутри, но нужное лицо не находит. Пак не блуждает по этажам, а сразу направляется в кабинет на третьем этаже. Зайдя внутрь, Чимин замирает. Его убийца неспешно кладёт исписанные листы в тумбу и запирает на ключ, только после этого он поднимает взгляд на Чимина. — Тебе что-то нужно? — равнодушно произносит парень за письменным столом. — Ты издеваешься?! — вспыхивает гневом Пак. Ответа не поступает. Парень лишь плавным движением поправляет чёрную кудрявую чёлку, пальцами убирая её с глаз. Чёрные омуты следят за Чимином со странным интересом. — Знаешь, давно я ни с кем не беседовал, — начинает он низким голосом, что пускает мурашки по спине Пака, — Меня тут боятся и ненавидят, поэтому не рискуют говорить со мной. — Ты убил меня, а теперь предлагаешь стать друзьями? Ты псих что ли?! — кричит Чимин, а в глазах его блестят подступающие слезы. — Да, так меня здесь и зовут, — грустно улыбается тот, — но вообще-то моё имя Ким Тэхён. — Ким Тэхён, почему ты меня убил? — подходит ближе к столу Чимин, он смотрит с надеждой на ответ получше, чем «просто так». — Не думаю, что ты поймёшь, — щурит глаза Тэхён, — Может позже я тебе всё объясню, а сейчас… Ким встаёт и подходит вплотную к Паку. Он не видит в его глазах страха, это интригует. Парнишка только умер, а уже пришёл к своему убийце требовать ответы. Тэхён чувствует то, что казалось давно забыл. — Сейчас тебе стоит отдохнуть, — он касается заплаканной щеки Чимина и ловит его, не давая упасть, — Теперь ты сможешь поспать спокойно. Техен берёт младшего на руки и несёт в соседнюю комнату, где находится его спальня.

***

Чонгук злится на полицию, они сказали, что это самоубийство. Самоубийство и Чимин в одном предложении. Поверить в такое Чон не может, это просто невозможно. Чимин бы этого не сделал. Вонг заводит автомобиль и трогается с места, а Чонгук кидает последний взгляд на особняк. Третий этаж, пустые рамы кабинета, из которого предположительно прыгнул друг. А в соседнем окне… Что?! Чон сталкивается взглядом с чёрными глазами. Он уверен, что это не полицейский и не медик, которые могли ещё быть в доме. Этот парень бледный и… он улыбается, смотря прямо на Чонгука.