Часть 7
Дорогая Люци,
Если ты читаешь это письмо, значит, что-то произошло, и я не смогла тебе его передать лично. Я не знаю, как сложится наш путь, но есть кое-что, о чём я хочу, чтобы ты знала.
Я думала о нас, о том, через что мы прошли. Мы сделали много ошибок, совершили поступки, за которые, возможно, будем сожалеть всю жизнь. Но знаешь что? Я не жалею о том, что встретила тебя, что полюбила тебя. Несмотря на весь хаос, боль и страдания, которые сопровождали нас, я верю, что именно ты принесла в мою жизнь нечто, что я давно потеряла — ощущение счастья.
Когда я думаю о нашем времени вместе, я понимаю, что настоящим счастьем для меня стало не просто быть с тобой, но и осознать, что я могу любить, что я могу чувствовать так глубоко и искренне. Я долгое время жила, стараясь угодить другим, забывая о том, что действительно важно для меня самой. Но с тобой я вновь обрела это счастье, и оно стало для меня «великим удовольствием» — быть собой, быть настоящей.
Сейчас, когда ты читаешь это письмо, я хочу, чтобы ты помнила: каким бы ни было наше будущее, каким бы тяжёлым ни был наш путь, мы нашли друг друга и полюбили. Это — самое важное. Это — то, ради чего стоило бороться, несмотря на все препятствия.
Если бы я могла что-то изменить, я бы сделала всё иначе. Но знаю одно: ты была моим счастьем, Люци. Ты была тем, кто вернул мне жизнь, когда я думала, что уже всё потеряно. И пусть жизнь сложилась так, как сложилась, я хочу, чтобы ты никогда не забывала, что обрести счастье — это великое удовольствие. Мы с тобой его обрели, пусть и на короткий миг, но оно останется с нами навсегда.
Я люблю тебя, Люци. Всегда твоя,
Натали.
***
После того, как я получила письмо от Натали, мои дни в тюрьме превратились в невыносимую пытку. Письмо, её последние слова, которые я читала снова и снова, стали единственной связью с тем, что когда-то было для меня настоящим. Но каждая строка этого письма также напоминала мне о том, что её больше нет, что я осталась одна, и эта боль становилась всё сильнее. Каждый день, просыпаясь в холодной и тёмной камере, я чувствовала, как всё дальше ухожу в себя, отрываясь от реальности. Я пыталась представить, каково было бы встретиться с Натали в другом мире, где нас не разделяет ни тюрьма, ни смерть, где мы могли бы быть счастливы вместе. Эта мысль стала для меня единственным утешением. Однажды ночью, когда тишина тюрьмы накрыла меня своим холодом, я приняла решение. Я знала, что больше не могу жить в этом мире, полном боли и утраты. Я хотела быть с Натали, хотела обрести то счастье, которое она описала в своём письме. Возможно, в другом мире, в иной реальности, мы сможем наконец найти покой и быть вместе, как она верила. Я написала прощальное письмо, короткое и простое, чтобы оставить за собой хоть какое-то объяснение: «Я ухожу, чтобы найти Натали. Если существует мир, где мы сможем быть счастливы, я сделаю всё, чтобы найти его. Спасибо за всё, что вы сделали для меня. Прощайте.» Эти слова были последним, что я смогла написать. После этого я села на холодный пол своей камеры, чувствуя, как внутри меня разливается странное спокойствие. Я приняла свои последние шаги, зная, что впереди меня ждёт что-то другое, возможно, лучшее. Когда я закрыла глаза и сделала последний вдох, я почувствовала, как тяжесть сходит с моего сердца. Я знала, что вскоре окажусь там, где Натали ждёт меня, с её тёплой улыбкой и любящими глазами. Я хотела верить, что мы сможем обрести то «великое удовольствие», о котором она писала, в том месте, где ни время, ни расстояние больше не смогут нас разлучить. И вот, когда я сделала свой последний шаг, тьма вокруг меня сменилась светом. Я почувствовала, как её руки снова обнимают меня, и её голос мягко шепчет на ухо: «Ты нашла меня, Люци. Мы снова вместе.» И в этом мгновении я поняла, что, наконец, обрела своё счастье — не здесь, но в другом мире, где не было ни боли, ни страха, только любовь, которую мы хранили в наших сердцах.
