Будущее прошлое

      Кейл, ещё не совсем проснувшись, схватил направленный на него нож, мгновенно переходя в вертикальное положение, и скрутил руку нападавшему. Каждое утро начиналось теперь не только с особого лимонада дворецкого, но и освежающей угрозы жизни. Мальчик, вздохнув, взглянул на удовлетворенного Рона, протягивающего ему кружку. Многие как в поместье, так и в Академии думали, что юный ум любит поспать подольше, так как никогда не покидал комнату раньше момента, когда уже нельзя было откладывать время пробуждения на очередные пять минут, часто даже пропуская ради этого завтрак, когда на самом деле он просыпался с рассветом и начинал день с ранней тренировки — убийца должен быть способен работать не только под покровом ночи. В другие дни у него также были и ночные сеансы, расписание было выстроенно так, чтобы оба убийцы могли выспаться и не дать знать об изменениях в распорядке дня постороннему. —Доброе утро, Молодой Мастер, — Рон, как ни в чем ни бывало, поприветствовал господина. —И тебе, спасибо, — Кейл залпом выпил содержимое фарфоровой чашки из графина, заботливо предоставленного местными слугами, и облизнул влажные губы, приподнятые в лёгкой ухмылке. — Парализующий яд? Нет, — он тут же покачал головой, видя недовольство учителя. — Он не парализует тело, но в значительной степени замедляет мысленные процессы и вносит сумятицу, как крепкая доза алкоголя. Давно ты его не использовал, почти не узнал. —Если желаете, могу чаще добавлять его, — предложил Рон, убирая подальше пространственный мешок, на что Кейл кивнул. —Чем реже я его принимаю, тем ниже иммунитет, станет слепым пятном. —Верно, — улыбнулся дворецкий ходу мыслей. —В любом случае, стоит поторопиться, — вздохнул Кейл, пока Рон одевал его в черную удобную форму для тренировок — зачем? Он никак не мог понять, о чем думал мужчина, но это и не нужно было, тот волен действовать как пожелает, а прощупывать обязательно только врагов. —Определенно, — дворецкий закончил и открыл окно, выходящее на задний двор, в пригласительном жесте. Одной из сложностей тренировок во время учёбы был отнюдь не недостаток сна, а лишние пары глаз, особенно сложно было проскочить незамеченным мимо квалифицированных, чтобы не дай бог не ударить в грязь, охранников. Мальчик вышел первым и растворился среди узких улочек, паря от одной крыши дома к другой. Тренировка началась.

***

      Кейл практически лежал на начищенной парте, одним ухом слушая монотонные речи учителя, даже не пытавшегося заполучить внимание аудитории, — его совершенно не волновала лекция, на которой сжато пересказывали то, что он уже знал в более детальных подробностях. Как говорил один из его товарищей по отряду, бывший лектор, совершенно не подходящий для войны, но потерявший семью и все имущество, потому добровольно поступивший в армию, человек в среднем рассказывает не более десяти-пятнадцати процентов от того, что знает.        Кейл просто чувствовал себя изнеможденным от пряток по всему городу — как же ему не нравилось, когда выпадала его очередь быть жертвой, впрочем, стоило уже привыкнуть за все время. Вообще, прошел уже почти год с его регрессии — если попал в прошлое он в мае, то сейчас была уже середина весны и близился конец академического года.       На носу были итоговые экзамены, на которых от него ожидали многого, так как на ординарных самостоятельных, иногда предлагаемых учителями, чтобы определить средний прогресс класса и усваиваемость материала, он каждый раз показывал высшие баллы, стараясь ради возможной будущей протекции от королевской семьи. Также, об этом совсем скоро объявят, с этого года недавно дебютировавший после выпуска из Королевской Академии пятнадцатилетний Альберу будет проводить личную встречу с учениками, занявшими первое место среди каждого из предметов. Это было с подачи короля и призвано заставить детей учиться усерднее — не все готовы жертвовать нервными клетками и временем только ради денег и медали, но вот ради личной встречи с кронпринцем — вполне. Кейлу же было абсолютно все равно на встречу и возможные выгоды, которые мог бы с неё получить, но ему было жаль Альберу, который, будучи ребёнком, заслуживал отдыха, но даже по окончании Академии был вынужденно к ней привязан и обязан выслушивать утомляющие разговоры подлизывающихся аристократов без возможности послать их куда подальше.       Отчасти поэтому мальчик стал переодически заглядывать в тайный отдел библиотеки, чтобы освежить в памяти содержание старых мемуаров, каждый раз гоня оттуда уставшего Эрика, казалось, не спавшего ночами в преддверии скорых экзаменов, желая не ударить в грязь лицом и постоянно ругая друга за столь небрежное отношение к учёбе, в душе слегка завидуя способности того знать все и сразу без приложения видимых усилий. Также испытываемое давление со стороны учителей, желавших поддерживать учеников в стандарте лучшего учебного заведения, где отнюдь не все горели желанием что-то делать ради каких-то циферек в аттестате, сильно изматывало Кейла, подумывавшего о том, чтобы воспользоваться подозрительно хорошей, несмотря на его безынициативность на уроках, репутацией и отпроситься перейти на домашнее обучение — мальчик убедился, что это возможно — были единичные случаи в истории Королевской Академии, когда такое допускалось.       Наконец зазвонил колокол, оповещающий все классы об окончании лекции. Ученики воспряли духом и мигом выскочили из надоевшего класса, даже не попрощавшись с учителем мировой истории, и Кейл хотел бы быть в их числе, но из-за своей усталости и нежелания что-либо делать, остался наслаждаться удобным стулом до тех пор, пока не вышел последний аристократ. Только тогда он лениво встал с насиженного места и поплелся на выход, но его окликнул профессор. —Молодой Мастер Кейл, — он оглянулся, чтобы увидеть нахмурившегося в сомнениях мужчину лет тридцати, довольно молодого для работника столь престижного заведения, в основном, преподавателями были люди за сорок. — Я не смею приказывать Вам, но искренне советую уделять больше внимания уроку, чем собственным мыслям. Вы прекрасно проявили себя на проверочные работах, не спорю, но Вам стоило бы чуточку постараться, если хотите повторить свои прошлые успехи. —К чему Вы? — Кейл был уверен, что учитель вряд ли бы сказал что-то настолько очевидное без логического продолжения. —Вы прекрасный человек, и я очень надеюсь, что именно Вы займёте первые места с высшими баллами, поэтому подготовьтесь, прошу Вас, — почему-то эта лесть показалась мальчику довольно искренней. — И, Молодой Мастер Кейл, — профессор резко перешёл на осторожный шепот, огляделся и только потом продолжил. — В этом году занявшие первое место ученики смогут лично встретиться с Его Высочеством кронпринцем, — Кейл сразу понял, в чем дело — разглашение информации о решении короны до официального заявления строго каралось. Только возникал вопрос, зачем учитель помогал ему. — Об этом объявят довольно скоро, это должно простимулировать детей лучше подготовиться к экзаменам, но сообщат об этом слишком поздно, потому они, вероятно, решат подставить кого-то из учеников, у кого есть реальные шансы выйти на первые строчки рейтинга. Я искренне беспокоюсь, так как скорее всего именно на Вас падёт несправедливая обида. Пожалуйста, сделайте так, чтобы в Вашу сторону не пало подозрений — внимайте словам лекторов. —Я… — Кейл на секунду задумался, пытаясь найти подвох в словах профессора. — Приму к сведению, благодарю за информацию. Я никому не расскажу о нашем разговоре.       Учитель неловко улыбнулся и кивнул, и мальчик тихо вышел из аудитории в задумчивости, никак не привыкший к безвозмездной помощи, в особенности от малознакомых людей, от которых он ожидал, скорее, подставы, чем неожиданной милости.

***

      Как и говорил профессор, за неделю до начала экзаменов сообщили о вознаграждении, и дети, не способные за этот короткий срок забраться на первое место, устраивали подставы и подкупали учителей. Но, так или иначе, этот месяц — в Академии из-за итоговых работ, проходящих два раза в неделю, не отменялись уроки, на которых преимущественно шла подготовка к ним или разбор заданий на тех занятиях, предмет которых уже был сдан, — в итоге все же подошёл к концу и теперь ученики толпились у магического проектора объявлений, в обычные дни пустующего или имевшего пару заезженных, всем наскучивших объявлений, где высвечивались результаты. Кто-то разочаровано вздыхал, кто-то, преисполнившись гневом на якобы несправедливое решение, устраивал истерику, но таких выводили охранники, кто-то радовался, что набрал больше, чем ожидал, и его не вышвырнут, что, на самом деле, было практически невозможно даже если завалить экзамен, потому что Академия очень тряслась за поддержание репутации прошлых лет, так как уже давно не могла ей соответствовать.       Кейл бросил взгляд на таблицу, но, не увидев себя нигде, замер. Какое дерьмо, черт возьми, ему придётся разбирать, чтобы получить заслуженные циферки в своём аттестате, что помогут ему защитить свою семью? Второе место резко показалось ему невероятно привлекательным. Кейл вздохнул, подумав о том, что лучше было завалить парочку вопросов, чтобы не возникло подозрений, и направился в кабинет директора, как в тот же момент по всему корпусу раздалось объявление, просящее его о том же, как ожидаемо. Мальчик ещё раз вздохнул, чувствуя направленные на него взгляды, и побыстрее ушёл прочь, пока внезапно сюда не нагрянули его друзья, слишком уж беспокоившиеся о своем младшем, и не устроили скандал. Лучше было разобраться со всем по-тихому, если он не хотел вызывать проблем ни себе, ни Королевской Академии, хотя последнее его волновало лишь из-за выгоды, которую та может предложить.       Дверь приветствовала своей угрюмостью и тяжёлой атмосферой, просачивающейся через щели. Кейл в последний раз тяжело вздохнул, вложив в это действие все те разы, которые он мог бы повторить за этот час, пока будет разбираться с накрапывавшими весенней капелью ему на макушку проблемами. Мальчик отворил дверь, чтобы увидеть пристальные, недобрые взгляды, направленные на него одного.

***

      Альберу, переборов мучавшую его усталость от бессонных ночей за, честно говоря, поднадоевшими ему бумажками, плелся в кабинет деректора. Первые экзамены, которые он сам давно прошёл, но теперь был вынужден влезть в них снова, и уже какие-то проблемы, впрочем, что ещё можно ожидать от этих меркантильных ублюдков, — он даже в мыслях позволял себе называть их так только через раз — готовых на все ради собственной выгоды? Однако это знание ничуть не улучшило настроение кронпринца, которому мало того, что придётся терпеть личную встречу с несколькими уже испорченными врождённой властью, каждую крупицу которой ему самому пришлось с трудом добиваться в окружении холодных стен, когда даже рядовые слуги находили необходимым как-либо его унизить или на нем отыграться, не выполняя обязанности, ведь знали его отвратное положение, а также то, что выйдут безнаказанными, детьми, так ещё и разбираться, достоин кто-то из этих ублюдков пойти с ним или нет. Честно признаться, он хотел бы послать их всех куда подальше, отразив свое искреннее желание, но мог лишь мгновенно скрыть недовольство за сиющей улыбкой, завидев аловолосого мальчика, хлопнувшего дверью. Тот тяжело вздохнул, словно соскучившись по этому незамысловатому действию, которое Альберу постоянно приходилось подавлять в себе, даже будучи вроде одному, потому что на самом деле его всегда окружали недоброжелатели, а те, кто все же стал проявлять к нему благосклонность, были ещё хуже, так как перед ними нужно было ещё старательнее поддерживать идеальный образ, не имея права оступиться, и выглядел сгорбленным и уставшим не меньше, чем сам кронпринц. Аловолосый, очевидно, заметил его, но не стал пускаться в лесть, проигнорировав чужое присутствие, и направился подальше от ненавистного места, откуда только вышел. —Молодой Мастер Кейл, верно? — Альберу счел просто необходимым задержать поганца, из-за которого его вызвали лишний раз в это отвратительное место. —Ах, — мальчик наигранно вздохнул и обернулся на зов, улыбаясь слишком невинно и ярко, что мог бы посоперничать с кронпринцем, да что уж там, благодаря своему кукольному личику, он бесспорно опережал его на пару пунктов точно. — Неужели это Его Высочество Альберу? Боже, луна и звезды нашего королевства, что освещают истинный путь во тьме беспроглядной ночи, — пусть Кейлу не нравилось и было непривычным открыто поливать кого-то столь откровенной лестью, он прекрасно умел играть словами и плести интриги. — Лишь то, что Ваш свет пал на такого недостойного подданого, делает меня непомерно счастливым, должно быть, я не смогу сомкнуть очей своих сегодня, ощутив Ваше сияние в живую. —Ох, не стоит, Молодой Мастер Кейл, — Альберу стойко вытерпел всю тираду, сдержав рвотный позыв, и твёрдо решил не оставаться в долгу перед этим чудаком, подлизывающимся лишь ради того, чтобы увидеть раздражение на лице жертвы, роль которой сегодня по прихоти не взлюбившего его всевышнего выпала ему. — Ради Вашего светлого ума, что привлёк завистливые взгляды тех, кто никогда не смог бы достичь таких же высот, я и проделал весь путь сюда. —Это превеликая честь для меня, — Кейл прикинул, сколько сможет ещё выдержать эту пытку, очевидно, дольше, чем сможет этот юный неопытный кронпринц, подмечая, что несмотря на то, что тот совершенно ошибся с противником, он был довольно стойким и терпеливым, с более развитым иммунитетом, чем у него самого в те года — откуда, впрочем, ему появиться у затворника, с людьми совершенно не контактировавшего? Однако Альберу, похоже, пришёл разбираться с его якобы жульничеством, потому Хенитьюз решил смилостивиться перед союзником своей долгой беззаботной жизни хотя бы сейчас. — Я не смею более занимать Ваше драгоценное время, Ваше Высочество, луна нашего королевства. Буду молить Бога, чтобы нам выпало встретиться вновь. «Ещё чего» — подумали одновременно дети, скрыв мысли за идентичными улыбками. —Было приятно пообщаться с Вами, Молодой Мастер Кейл, я, безусловно, буду рад встрече с Вами, — Альберу подумал о том, что, скорее всего, так яро отвратительная им встреча неизбежна и случится довольно скоро, если этот умный гаденыш действительно получил максимальные баллы на всех экзаменах — как ему только это удалось? Ну, видя, как тот умело орудует словечками, даже, возможно, получше него, можно было не сомневаться в его смекалистости.       Кейл ухмыльнулся, прочитав мысли с слишком уж выразительного лица кронпринца, и поспешно удалился, пока тот отвлёкся на свои размышления, в которые не хотел бы быть лишний раз вовлечен. Ему и так еле удалось доказать невиновность во всем, в чем смог, ответив на ряд изощренных вопросов от комитета с директором, некоторые из которых, подметил он, забегали дальше по программе и очевидно не были тем, что должен был знать ученик первого класса Академии. Однако его роль в пьесе сыграна, теперь решение оставалось исключительно за верхушкой и самим Альберу, который, похоже, за этим сейчас и пришёл. Кейл хитро улыбнулся, понимая, сколько работы придётся им всем выполнять, чтобы замять инцидент, но, к счастью, его это никак не затрагивало, значит, он преспокойненько мог получить свою прогулку с кронпринцем и ни о чем не волноваться. «Как же замечательно сваливать работу на других, — подумал Кейл, но тут заметил стремительно приближающиеся к нему три фигуры, сразу опознав в них своих близких друзей, должно быть, сильно волновавшихся за него, но, к счастью, подумав разумно, решивших сначала обсудить свои безумные планы с самим Хенитьюзом. — Но, похоже, мне тоже придётся немного покопаться в этой гнили» —Кейл! — Эрик тут же подмял мальчика в свои объятия, пока Амиру ревностно наблюдала, как бессовестно крадут её фишку. — Ты в порядке? Что случилось? Даже если ты завалил экзамены, мы все равно с тобой! «Завалил? — усмехнулся Кейл. — Неужто он отказывается от своих слов и думает, что я настолько дурак, чтобы завалиться на этих простейших вопросах?» —Верно! — воскликнула Амиру, пока Гилберт, обычно солидарный с ней, как, пожоже, единственный рационально прикинувший ситуацию и примерно её понимающий, виновато покачал головой. — Забей на эту Академию! Давай вместе сбежим? —Хааа, — Кейл тяжело вздохнул, мысленно радуясь, что эти сорванцы решили заранее посоветоваться с ним, а не сразу безрассудно действовать. — Всё нормально, я занял первое место. —Правда? — воскликнул Эрик, а Четтер, единственный союзник Хенитьюза в этом балагане, слегка улыбнулся. —Да, — спокойно кивнул Кейл. — Из-за этого возникли некоторые недопонимания — он не сочел нужным рассказывать про клевету, чтобы сохранить жизнь тому ублюдку Нео, на удивление решившему действовать только сейчас, возможно, просто не подворачивалось возможности, на пару с другими мелкими сошками — из-за которых меня и вызвали. Но, уверен, Его Высочество кронпринц сможет все уладить. —Его Высочество? — ещё больше удивился Эрик, возбуждено поправляя очки. —Да, я пересекся с ним в коридоре, — Кейл довольно улыбнулся, вспоминая их забавную, по крайней мере для него, встречу. — Но давайте лучше обсудим все в моей комнате без посторонних глаз, — дети сразу закивали, пока мальчик краем глаза смотрел за наблюдавшей из-за угла тенью. «Заглотил наживку» — подумал он, внутренне ликуя удаче, и направился прочь из шумного коридора и папарацци.