«Я бы чувствовал, как сгораю»

Уилл подался вперёд с такой силой, что их губы ударились в неистовом смешении чувств, а в воздухе повис гулкий шум стыка зубов. Уиллу стало стыдно за столь резкий порыв эмоций, накрывший его с головой, и он практически моментально отстранился, в испуге отводя взгляд от Ганнибала. Он все ещё чувствовал на своих губах островатый привкус плоти Лектера, и это ощущение заставляло мурашки бежать буквально по всему его телу, столь слабому в этот момент. Заставляло забыть самого себя. Ганнибал улыбнулся самой тёплой улыбкой, на которую только был способен человек и медленно протянул свои ладони к лицу Уилла. - Эй, тише... Уилл... Я очень тебя прошу, тебе не нужно меня стесняться. Я всегда принимал тебя таким, какой ты есть. Я хотел узнать тебя целиком и полностью. Хотел раскрыть, вкусить тебя. Хотел наслаждаться тобой. Твой разум поглощал меня с каждым днём все больше и больше, а я был не в силах сопротивляться. Я не хотел этого. Ты мое освещение, Уилл. Моя живая вода. И я буду продолжать восхищаться твоим существом, что бы ни произошло, ведь я люблю тебя. Я люблю тебя, Уилл. Ганнибал оставил свои ладони на алых щеках Грэма и легонько притянул его лицо к себе. Он прильнул к столь желанным губам с такой осторожностью, с такой нежностью, какая была несвойственна его внешнему виду, его поведению, его безразличной маске Бога. Ганнибал медленно целовал Уилла, оставляя короткие касания губ на каждом сантиметре его лица. Он целовал его нос, скулы, глаза, уголки рта. Он обращался с Уиллом так, как будто тот был недосягаемым идеалом человеческого существования. Уилл не мог понять, что с ним происходит. Так не должно быть. Нет, я не заслужил этого. Это происходит не со мной. Касания Ганнибала были столь нежными и любящими, столь тонкими и страстными, что ноги Уилла задрожали, а руки ухватились мертвой хваткой за рубашку Ганнибала. Он прижался к нему настолько близко, насколько это было физически возможно. И только ощущение жара тела, прикасающегося к нему, давало Уиллу понять, что это реально, что это не просто его больное воображение. Ганнибал медленно перешёл на шею Уилла, ласковыми поцелуями спускаясь от скулы до подбородка и ниже. Он провёл языком по ярёмной впадине и, немного отодвинув воротник рубашки, начал вылизывать его тонкие ключицы. Он очерчивал их своим языком неторопливо, будто бы смакуя самое вкусное из блюд, что ему доводилось пробовать, будто бы рисуя на самом прекрасном и дорогом холсте, что ему удавалось держать в своих опытных руках творца. Уилл томно постанывал, прикрыв глаза. Его ресницы трепетали как крылья бабочек, собиравших пыльцу с весенних цветов. Он отклонил свою голову в жертвенном жесте, отдавая всего себя, ничего не боясь в этот момент. Ганнибал медленно оттянул тонкую кожу над сонной артерией губами, а после прикусил столь нежную бархатную плоть. Уилл непроизвольно двинул бёдрами навстречу Ганнибалу, уткнувшись болезненно ощущающейся эрекцией тому в бедро. На месте укуса образовалось розоватое пятно, которое скоро превратится в багряный отпечаток всепоглощающих чувств двух людей. Превратится в жест прекрасного напоминания о том, кому они принадлежат. Друг другу. Ганнибал начал медленно расстегивать пуговицы на рубашке Уилла, открывая своему взору молочно-бледную кожу мужчины. Ему было жаль дотрагиваться до столь прекрасного создания своими грязными руками. - Уилл, ты прекрасен. Ты - самое красивое существо на этой планете. Ты шедевр, который даже самый опытный и почитаемый художник в этом мире не сможет воплотить в жизнь. Ганнибал прильнул губами к мочке Уилла, неспешно вбирая ее в рот, посасывая и ненадолго выпуская изо рта. Одновременно он массировал его выступающие ребра, ненавязчиво пробегаясь щекочущими кончиками пальцев по каждому из них. Уилл не мог сдержать громких вздохов, которые вырывались у него из груди. Он с силой вжимался в бедро Ганнибала, потираясь членом в болезненном, нуждающемся мучении. - Га-ганнибал... пожалуйста... я. .я не могу больше. Я не могу... Уилл начал скулить и интенсивнее тереться о ногу Ганнибала. Его член упирался в ширинку брюк настолько сильно, что терпеть, действительно, было невозможно. Он схватился руками за шею Лектера и уткнулся своим лицом в его плечо. Кроткие всхлипы соскальзывали с его влажных губ при каждом новым толчке. Ганнибал обвёл большим пальцем контур приоткрытого рта Уилла, отодвинув его голову назад и заглянув тому в глаза. Уиллу с трудом удалось раскрыть их. В уголках блестели слёзы. - Мой мальчик... Мой любимый, Уилл. Ганнибал резко развернул того спиной к себе и прижал пахом к краю столешницы. Уилл мгновенно почувствовал каменное возбуждение Ганнибала, столь заметно упирающееся ему между ягодиц. Край столешницы больно давил на член Уилла, создавая ещё больший дискомфорт, заставляя того буквально скулить и ёрзать на месте. Уилл медленно качнул бёдрами назад, создавая трение с тазом Ганнибала. Он опустил голову на руки, не в силах больше выдерживать подобного наслаждения. Член Ганнибала крепко упирался в него, заставляя его собственный обильно сочиться смазкой. Уилл ускорил темп и начал подмахивать бёдрами все быстрее и быстрее, стараясь тереться о пах Ганнибала как можно сильнее и теснее. Ганнибал в это время сорвался на рык, схватив бёдра Уилла своими ладонями и помогая тому насаживаться на свой член. Одежда мешала получить максимальное удовольствие, но даже при таких обстоятельствах оно было столь сильным и желанным, что никто из них даже и не подумал остановиться хотя бы на секунду. Не в силах больше сдерживать себя, Ганнибал навалился на спину Уилла, кусая того за боковую сторону шеи и томно выдыхая стоны ему на ухо. Он просунул ладонь между телом Уилла и столешницей и нащупал болезненное возбуждение. Он быстро засунул руку в штаны Уилла и начал спешно водить ею по его члену, размазывая смазку по всей длине. Уилл срывался на хриплый крик, когда тот обводил большим пальцем его головку и надавливал на неё в требовательном жесте. Уилл неумолимо терся бёдрами о пах Ганнибала, забыв себя от накрывшего его наслаждения. - П-пожалуйста, пожалуйста. Прошу.... Ганнибал ускорил свои движения, возводя ласки до бешеного ритма. Он наклонился над Уиллом, обхватив его шею ладонью в мёртвой хватке, прошептав тому на самое ухо: - Давай же. Сделай для меня это, мой мальчик. Кончи для меня, Уильям. Вспышки света заполнили всё пространство, что кругами ходило перед глазами Грэма. Его дыхание приостановилось, рот замер в немом крике, а руки со скрежетом прошлись по длине всей столешницы. Когда он распахнул глаза, то не мог понять, что с ним произошло. Он лишь медленно обернулся к Ганнибалу, смотря на того полными преданности глазами. Лектер в свою очередь быстро притянул Уилла в объятия, позволяя ему уткнуться носом в свою шею. Он вдохнул столь знакомый аромат любимых кудрявых волос, которые в этот момент разметались по лбу Уилла, и прекрыл глаза от поглотившего его наслаждения. Он ещё никогда не был так счастлив. Уилл обмяк в руках Ганнибала, опираясь всем своим весом на его тело, не в состоянии вымолвить и слова. Он обязательно расскажет Ганнибалу обо всем. Покажет то, чего сам о себе ещё не знает. Раскроет все потаённые уголки своей тёмной души. Он обязательно расскажет ему, но только не сейчас. Благодарность. Уилл Грэм наконец-то ощущал самого себя.