Мне было 14...

" Любовники... Любовники... " — звучал голос Жана в голове мальчика. Как это случилось? Этот человек... Месье Макмайер, он появился в жизни Миши так недавно, но уже успел перевернуть все верх дном. Он... — Мишель? Миша, mon garçon, о чем ты задумался? — голос Люсьена звучал мягко и размеренно. — Ты был так взволнован, когда мы уезжали из поместья Макмайеров, что-то  случилось? — Вовсе нет, все хорошо... Просто... — Мальчик посмотрел на отца, — Я до сих пор под впечатлением картин, ты даже не представляешь, сколько их в коллекции месье Макмайера! Люсьен мягко улыбнулся и потрепал сына за щеку. Прямо как раньше, когда тот был совсем маленьким. — Я вижу ты подружился с директором, не прошло бы и пол минуты без упоминания о нем. Что в нем такого особенного? Миша улыбнулся. Он не может сказать, чем именно ему нравится Жан, но и обманывать отца он не хотел. — Он очень интересный человек, у нас с ним похожие интересы и мысли. — Вот как... Я рад что вы поладили, характер у месье Макмайера скверный, с ним трудно сойтись во мнениях. Да ну не будем о нем, пойдем ужинать? Мальчик улыбнулся и кивнул. Отец ушел на кухню, а Миша остался в одиночестве, думая о том, что сказал ему месье Жан напоследок: — Завтра после занятий, мой человек привезет тебя сюда. Будь готов, mon garçon*... Только мысли о нем заставляют его краснеть и глупо улыбаться. Мишель помнил его поцелуи, нежные касания... Что же ждет его завтра? Неужели, что-то большее? Как далеко они зайдут? Может... — Миша! — голос отца прервал мысли мальчика. — Миша, пойдем, я уже все приготовил. Давай-давай, все остынет. Вздохнув, Мишель поднялся с кровати и пошел вслед за Люсьеном. Он действительно постарался, паста с грибами пахла просто великолепно. — Папа, ты настоящий кулинар! И почему только в повора не подался? — спрашивает Миша, уплетая за обе щеки. — Это очень вкусно! — Не говори с набитым ртом, ешь! — рассмеялся отец и взъерошил волосы мальчишки. — Я рад, что тебе нравится. Опустошив тарелку за считанные минуты, мальчик сидел и смотрел на отца, который только сел за стол. Миша весь вечер пытался придумать, как ему выкроить время на встречу с Жаном... — Папа... — начал мальчик из далека, — У нас недавно в школе открыли кружок рисования, я давно хотел сходить туда и записаться, но... Но мне придется оставаться там до вечера. — Я разрешу тебе, только при условии, что ты будешь брать с собой обед. — Наивно улыбнулся Люсьен, — Я всегда поддержу тебя в твоих начинаниях, ведь ты мой сын и я люблю тебя. Сердце Миши сжалось, он обманывает своего отца... А ведь он не заслужил этого. — И я люблю тебя, папа...

* * *

— Да... Да, я согласен это моя вина. — Макмайер был разбит, у него не было сил оправдываться и отстаивать свою невиновность. — Да, деньги будут сегодня. Бросив трубку, Жан сел на диван и откинулся на спинку. Теперь он должен отвалить солидные деньги за прокол его подчиненного. Они у него есть, но вдруг это повторится снова? Или же... Товар был не потерян, а украден? Тогда у них появился крот. Сжав зубы, мужчина с силой ударил по журнальному столику, стоящему рядом с диваном. Сервизные чашки жалобно зазвенели, а красивая ваза упала на пол. Что бы это нибыло, Макмайер решит эту проблему. — Ноэль! Черт тебя дери, где ты ходишь? — крикнул Жан, увидев его в дверном проёме. — Извините, месье, я провожал гостей... — Запинаясь говорил парень, боясь гнева своего хозяина. Гнев отступил, мужчина вздохнул и расслабился. Во всяком случае, Ноэль не виноват в его ужасном настроении. — Ты помнишь, что я тебе поручил? Завтра после первой половины дня, малец должен быть у меня. — Месье, можно вопрос? — Валяй, — коротко отозвался Макмайер. — Зачем вам этот мальчик? Он ведь еще... Ребенок? — Ноэль осёкся, заметив недобрый взгляд Жана. — Тебе не кажется, что это не то, во что ты должен совать нос? — приподнял бровь мучжина. — Твое дело - молча выполнять все, что я скажу. — И-извините... — парень опустил голову. — Можешь идти, твоя работа на сегодня окончена. Оставшись в одиночестве, Жан погрузился с головой в свои мысли. Мысли о нем, о Мишеле. Он уже представлял, как касается его нежного тела. Вдыхает аромат его блестящих, мягких волос... Облизывает его пухлые губы, оставляет следы на ключице и шее... Делая его своим целиком и полностью. Жан почувствовал нарастающее возбуждение. Усмехнувшись, он закрыл лицо рукой и проговорил: — Встает на детей? Черт, до чего ты докатился...