Мне было 14...

Андрэ смотрел на Жана и никак не мог понять, как из милого, доброго парня он вырос в грубого и нервного мужчину, с явными психологическими проблемами. Его частая смена настроения, гиперактивность, чередующаяся с апатией... — Mon garçon*?... У тебя проблемы? — голос мужчины звучал нежно и спокойно, — Ты же знаешь, что можешь в любой момент поделится со мной тем, что тебя тревожит и... — Заткнись, Мартэн, просто закрой рот, — прошипел Макмайер, склоняясь к нему, — Ты знаешь, что со мной  происходит, я не люблю быть в долгу... Тем более тебе. Выпрямившись, Жан направился к выходу, но голос Андрэ остановил его: — Так что ты решил? Насчет Пекина? — Я полечу, но видит бог, это последний раз, когда я подставляю свою задницу ради тебя, старик. — бросил он через плечо, и вышел, громко хлопнув дверью. Мужчина остался в одиночестве, один на один с самим собой. Почему характер Макмайера стал таким скверным? Да, жизнь его изрядно помотала, но... Он всегда находил выход из любой ситуации, сначала с помощью Мартэна, а потом сам. Он улыбнулся, вспоминая семнадцатилетнего доверчивого парня, который пришел к нему и сказал: " Хочу работать на тебя, старик! ". Позже, они стали любовниками, этот парнишка был тем, в ком он нашел успокоение. Но... — Даже если ты ненавидишь меня, — тихо проговорил Андрэ, — Я всегда буду на твоей стороне.

* * *

Полдень следующего дня неумолимо тянулся, будто потешаясь над мужчиной и мальчишкой, не позволяя им встретиться вновь. Жан с нетерпением ждал, когда Ноэль отправиться за Мишей. Когда тот снова переступит порог его кабинета и смущенно улыбнется... " Интересно, ты так же грезишь о нашей встрече? " — Макмайер улыбнулся от своих мыслей. Да, это было так. Младший Аллан был по характеру своему терпеливым человеком, усидчивым, но ровно до дня знакомства с директором своего отца. Он пробудил в Мишеле много новых чувств, много новых эмоций... Словно, жизнь разделилась на " до " и " после ". " Надеюсь, это " после " никогда не закончится... " — подумал мальчик и улыбка озарила его лицо.

* * *

Последний урок для Миши был подобен пытке, ведь когда ты находишься в ожидании, каждая минута превращается в вечность. Казалось, он слышал только тихое размеренное тиканье настенных часов. Голоса одноклассников словно приглушились, он остался наедине со своими мыслями... — Мишель... Мишель! Земля вызывает Вас, месье Аллан! — звонкий девичий голосок заставил его вздрогнуть. — О чем ты задумался, mon ami**? — Ох... Кассандра... — Миша улыбнулся своей подружке и опустил глаза, — Мне... Нравится кое-кто... — О! — воскликнула девочка и вскочив с места, подбежала к нему. — Говори, говори скорее! Кто это? Покраснев, мальчик закрыл лицо руками и начал смеяться. Нет, он не скажет ей правды, он не может, так же, как не может сказать отцу. — Нелли из художественного лицея. — соврал он, но пытался звучать убедительно, — Она очень милая и... — И глупая! — возмутилась юная мадам Да Силла, — как она может нравится тебе, mon ami**?! Нет, она тебе не подходит, это точно! Лучше положись на меня и я найду тебе лучшую девушку в этом городе! Улыбаясь, Миша слушал список кандидаток на роль дамы его сердца, понимая, что оно безвозвратно отдано Жану Макмайеру.

* * *

— Я так долго ждал, ожидание душило меня, mon petit garçon***... — шептал Жан на ухо мальчику, усаживая его на кровать. — Скорее, разденься. Аккуратно, но настойчиво Макмайер расстегивал пуговицы на рубашке Миши. Тот был в замешательстве, но явного несогласия не высказывал. Когда он снял рубашку, его спина и грудь покрылись мурашками, нет, не от холода, от прикосновений мужчины. Он касался его плеч, лопаток, поясницы... — Я хочу тебя, прямо сейчас. — тяжело дыша проговорил Жан, опуская руки ближе к бедрам мальчишки. — Позволь мне... — Вы пили? — внезапно осознал Мишель, удивленно смотря в глаза мужчины. Тот  улыбнулся и смешливо спросил: — Что, сильно пахнет? Миша кивнул, и покосился в сторону прикроватной тумбы, там стоял бокал и почти опустошенная бутылка алкоголя. — В этом есть проблема? — устало спросил мужчина, целуя его живот. — Я сильно не пьянею, не беспокойся об этом. Руки Макмайера остановились бедрах мальчика, и чуть сжали их. Услышав сдавленный стон, он с удовлетворением выпрямился и возвысился над ним, закрывая собой свет от лампы. Он пристально смотрел на Мишеля, но этот взгляд был другим, не таким как прежде... Потянувшись к бокалу, Жан взял его и поднес к своим губам, все так же не отводя глаз от мальчишки. — Оно...  Вкусное? — вопрос Миши вывел мужчину из ступора. — Что? — Ну... То, что Вы пьете, какое оно на вкус? — переспросил он, с неподдельным интересом. Макмайер склонился к нему и протянул свой бокал. Приняв его, Мишель сделал один большой глоток, от чего моментально закашлялся и весь алкоголь оказался на одежде Жана. — П-простите... Я, я просто... Громкий смех мужчины заставил его покраснеть и отвести взгляд. Снова он все портит... — Mon chéri****, у тебя вошло в привычку портить мои вещи, — улыбаясь заметил Макмайер, — или же, ты хочешь что бы я снял их побыстрее? — Я ни о чем таком... — он не успел договорить, Жан закрыл ему рот поцелуем.

* * *

Он был полностью обнажен... Такой хрупкий и прекрасный, невинный и беззащитный. Такой напуганный и смущенный, словно дитя малое...  Жан склонился над ним, его руки ласкали бедра мальчика, а губы изучали каждую жилку на его шее. Миша сильно сжимал пальцами широкие плечи мужчины, не сдерживая подступающие стоны. Поняв, что мальчик готов, Макмайер ввел в него два пальца, чувствуя, как он сжался. Тихо успокаивая его, он продолжал делать это. Член Мишеля стал твердеть и набухать, заметив это, свободной рукой Жан коснулся основания, но не полностью сжал его. Отчего Миша стал издавать частые стоны. Благодаря умелым рукам мужчины, мальчик очень быстро кончил и его тело обмякло. Грудь вздымалась и опускалась, ему не хватало воздуха. Вдруг, Жан резко перевернул его на живот и притянул к себе. — Что... Что вы?... — Не волнуйся, — тихо сказал Макмайер на ухо Миши, — тебе понравится, mon garçon*... В следующие мгновение, мальчик почувствовал острую боль в пояснице. Он вскрикнул и уткнувшись лицом в подушки, сжал постельное белье. Это было невыносимо, каждый раз, когда мужчина входил в него, он чувствовал как раскаленная спица пронзает его спину. Эта боль не шла ни с чем в сравнение. Она была... Приятна? Было больно, но вместе с этим, он чувствовал что-то совершенное иное, то, что не чувствовал ранее. Второй раз боль почти не чувствовалась, как и в третий и каждый последующий... Мишель лежал рядом с Жаном и тяжело дышал. Его чувства были смешаны, он не понимал что происходит... Но одно он знал точно, теперь ничего не будет по-прежнему. — Ты молодец, mon chéri****... — хрипло сказал мужчина, нежно целуя его в губы. — Я... — мальчик прервался, чувствуя ком в горле и подступающие к глазам слезы, — Я люблю Вас... По шее пробежал холод, а в душе что-то оборвалось. Действительно... Уже ничего не будет прежним. — И я тебя, — сказал Жан, крепко обнимая мальчика, позволяя ему выплеснуть все эмоции. Это важно для него.