одна болезнь на двоих.

      пальцы расслабляются, отпуская тёплую ладонь, затем скользят выше и цепляются за плечи.       на лице шнайдера привычная усталая улыбка, ген же не уступает – одаривает своей, не менее безжизненной и совсем капельку приторной. и даже если среди них есть лжец, касания остаются сторонником истины, облекая вечер в нечто большее.       нечто сокровенное.       ведь подобная роскошь равнялась проявлению слабости. и, если асагири мог поддаться эгоистичному порыву, то стэнли было тяжело ступать вопреки своим привычкам.       ведь сигареты, что дарили иллюзию утраченного уклада жизни, травили не только организм, но и душу. хотя, ему ли рассуждать о таких вещах, как душа? и даже если она существует, да присуща всем живым, то шнайдер по этой логике выходил всё равно мёртвым.       асагири так не считал.       – расслабься, – давит на плечи, – отрекись уже от прошлого.       сильнее.       стэн тяжело вздыхает и точно так же тяжело доверяется действиям гена.       всё внимание на происходящем.       на вполне ловких руках асагири, ведущих бесцеремонно по его телу, на внимательных глазах, что померкли давным-давно и чей цвет напоминал чёрное море.       взгляд задерживается на шраме, что отображал суть владельца.       и пусть от старой зависимости он не откажется, это вовсе не мешает приобрести ещё одну.

***

      капля стекает лениво, точно дразня своего пристального наблюдателя.       вот-вот упадёт, но шнайдер не предпринимает никаких действий.       ген красивый.       это утверждение шло вовсе не из тёплых чувств, а из простых фактов.       ген был симпатичен.       и что в редком порыве гнева, что в минуты спокойствия, что в расположении духа для излишней сладости, из-за которой был так любим окружением, что сейчас – с досадой, горечью и удовольствием.       и что было совершено неудивительным – ген был больным.       это стэнли тоже прекрасно знал, иначе бы как они оказались здесь и сейчас?       тот слизывает с губ кровь, игнорируя внимание шнайдера. а пол всё же замарали, неприятно!       никто из них не собирается и слова вымолвить, однако тишина за них явно говорить не будет.       впрочем, они с удовольствием продолжат своеобразный диалог дальше, даже при том условии, что аккуратнее никто из них становиться не собирается.