Формула любви

Когда Шарль говорит, что не знает, в чем дело, он лукавит. Дело в нем самом. В эти выходные не в форме именно он, поэтому и машина его не слушается. Не пройти в Q3 по-детски стыдно. Он дает себе обещание работать над своими эмоциями лучше. Потому что первая причина его сегодняшних неудач - самоуверенность. Он уверен, что давно отпустил всё, что происходило в первые месяцы его пребывания в команде. Но увы. Внезапный участливый Маттиа, обнимающий всех вокруг, оживляет воспоминания. Шарль с трудом сдерживает дрожь, когда тот подходит сзади и вырывает его из спокойного существования. Он закрывается насколько может, лишь бы не оттолкнуть Бинотто, когда очередь дружеских (малыш, мы не чужие друг другу) объятий доходит до него. Хочется принимать душ после каждого слова, жеста и прикосновения. Ощущение липкости не покидает. Вторая причина его раздрая плавно вытекает из происходящего. Единственный человек, которому Леклер хочет и может высказаться, внезапно решил явиться в паддок со своей девушкой. Нет, Шарль, не считает, что Пьер не имеет на это права. Он и сам постоянно приводит с собой Шарлотту, а Гасли и без того слишком долго держал свои отношения в относительной тайне. Но где-то внутри Леклера гложет ревность. Потому что он привык - на автодроме Пьер его и только. Он готов терпеть Цуноду где-то рядом, потому что пареньку откровенно некуда деваться и он тянется к партнёру по команде, но вот Катерину видеть здесь совсем не хочется. Тем не менее, она здесь, и понятно, что Пьеру есть, с кем скоротать время. Шарль это знает и не тревожит друга. Хотя все внутри него кричит о необходимости выговориться вотпрямосейчас. Он садится в машину, ощущая легкую тошноту, предвестницу паники и беспомощности. Полученный результат прямо пропорционален состоянию. Если всё это взвесить, он даже рад, что не доехал до десятки: за такое не обнимают. Когда в гараже появляется Пьер, Шарль всё ещё грызёт себя, наблюдая, как инженеры и механики со всех сторон изучают машину. Гасли явно стоит усилий не улыбаться во весь рот, ведь он пришел поддержать неудачливого товарища, но он все равно светится как далеко не самая энергосберегающая лампочка. Он настолько хорош в эти выходные, что грех не сиять. И Шарль впервые за этот день искренне улыбается. - Совсем беда? - участливо спрашивает Пьер, едва поприветствовав Шарля в его укромном уголке. - Со мной - да, - он качает головой. - Приятно осознавать, что ты остаешься собой и считаешь, что вся вина на твоих плечах. - Давай лучше о том, как твое свидание? - меняет тему Леклер. - Забей на вежливость, а? - Пьер выжидает паузу, прежде чем продолжить. - Я видел видео, Шарль. Леклер пытается выдавить из себя смешок. - Как же не показать всем, какая мы дружная команда, - разводит он руками, пытаясь отвести взгляд. - Ты там весь съежился, - Пьер касается его руки и заставляет вновь посмотреть на себя. - Мне кажется, даже непосвящённый поймет, что что-то между вами не так. - Не поймут, - Шарль оглядывается, совершенно не желая, чтобы кто-то услышал и части этого разговора. - И ты знаешь, что теперь всё так. Извинения давно принесены и приняты, инцидент исчерпан, по крайней мере, для Маттиа. Шарль не любит эти флешбэки, даже когда они поверхностные. Если они накатывают, он старается не вспоминать ощущения от рук и губ, старается не помнить чужих стонов и жарких уговоров, старается не помнить собственной слабости и страха. И особенно не помнить о том, что это было не один раз. Если его накрывает, он сосредотачивается на воспоминаниях о Пьере, который оказался рядом по первому зову, о его мягких прикосновениях, поддерживающих, утешающих. Пьере, который говорил правильные вещи, хотя Шарль не слушал. Пьере, который согласился с его решением, хранил молчание и всегда был рядом. Пьере, который и сейчас сам понял, что нужен ему. Шарль делает глубокий вдох и закрывает глаза. Пьер переплетает их пальцы. Он делает это так ловко и естественно, что даже в гараже полном механиков никто не обратит внимания. - Я знаю, тебе нужно чуть больше, но пока так, - говорит он. - Что-то случилось сегодня? - Нет. - Тогда просто дыши. Они вместе делают несколько глубоких вдохов. Шарль знает, теперь всё правильно. Шарль знает, что ему давно ничего не угрожает. Он знает, что может расслабиться. Он кивает: - Спасибо. - Угу, - Пьер не стремится отпускать его руку. - Так что с машиной? - Ничего, я дурак. - Нет, Шарль, - Гасли не говорит лишнего, но Леклер знает, что он вкладывает в ответ. Он не раз звал его героем за то, что он прошел это фактически в одиночку и не потерял самообладания. - Не говори мне, что расклеился и дал слабину, это не про тебя. - Ты меня нахваливаешь, - Шарль прищуривается, - будто пытаешься в другую команду зазвать. - Да, я именно тот человек, который принимает решения, - Пьер смеется, но Шарль чувствует горечь в его голосе. - Черт, извини. - Да ладно, - отмахивается Пьер. - Срать мне на Хорнера, честно. - Врешь. - Вру. Леклер чувствует умиротворение. Всё теперь на своих местах. И даже Пьер привычно не доволен политикой Ред Булла. Пожалуй, он даже готов лично быстренько обнять Бинотто на камеру, если вдруг сумеет заработать очки. Удивительно, как все меняет один человек рядом. - Ну что, - прерывает его размышления механик, - мы нашли проблему. - Что и требовалось доказать, - улыбается Пьер. - Что и требовалось доказать, - повторяет Шарль, хоть и говорят они совершенно о разном.