Солнышко

Сергей Разумовский Ты стояла на вокзале и боялась повернуть голову. Потому что если его нет— привыкнешь. А если есть— разрыдаешься. — Обернись.— Голос тихий, будто боится спугнуть. Ты обернулась. Серёжа стоял в трёх шагах. Без обычной своей уверенной полуулыбки. Просто смотрел так, будто ты— единственное, что он запомнил за эти полгода. — Ты похудел,— выдохнула ты. — А ты не изменилась,— он сделал шаг. Потом ещё один. И остановился, будто наткнулся на стену. — Серёж… — Я боялся, что ты…— он не договорил. Вместо этого осторожно, почти робко взял твою ладонь. Пальцы холодные. Дрожат. — Я же сказала, что буду ждать. — А вдруг ты передумала?— его голос сорвался на шёпот.— Я бы понял. Правда. Ты сама шагнула вперёд и обняла. Он выдохнул так, будто всё это время не дышал. Уткнулся носом тебе в макушку и замер. — Не исчезай больше,— сказал тихо.— Договорились? — Договорились.— Ты почувствовала, как его пальцы сжались на твоей спине. Сильно. Будто боялся, что ты растаешь. А потом он отстранился, посмотрел в глаза и улыбнулся неловко, по-мальчишечьи. — У тебя шапка съехала. — И это всё, что ты хочешь сказать? — Нет,— он поправил шапку и поцеловал в лоб.— Я соскучился. Очень. Олег Волков Ты ждала его у выхода из участка. Дождь лил как из ведра. Зонт давно вывернуло, волосы прилипли к щекам, и ты мысленно уже придумала три способа его убить. Олег вышел через сорок минут. Увидел тебя и замер. Поправил воротник. Потом медленно, будто не веря своим глазам, пошёл навстречу. — Ты дура?— сказал вместо «привет». — А ты козёл,— ответила ты.— Я тебя три месяца искала. Он остановился в шаге. Смотрел сверху вниз, такой же холодный и собранный, как всегда. Но ты заметила, что пальцы сжали папку с документами так, что побелели костяшки. — Я звонил,— тихо сказал он. — Раз в две недели. На три гудка и сброс. — Боялся, что ты не захочешь говорить. — А ты спросить боялся? Он молчал. Дождь стучал по асфальту. А потом Олег Волков— этот вечно контролирующий всё человек, сделал то, чего ты не ожидала. Протянул руку и убрал мокрую прядь с твоего лица. — Соскучился,— сказал глухо.— Не умею этого говорить. Но соскучился. Ты не выдержала, шагнула вперёд и вцепилась в его пальто. Он на секунду напрягся, а потом обнял. Крепко. Словно боялся, что ты растворишься. — Ещё раз пропадёшь...найду и убью,— прошептала ты ему в грудь. — Договорились,— его голос дрогнул. Совсем чуть-чуть. Но ты услышала. Игорь Гром Он влетел в квартиру как ураган. Скинул мокрый плащ на пол, даже не посмотрев, куда тот упал. Ты стояла посреди коридора и сжимала кружку так, что она треснула бы, будь она стеклянной. — Ты…— начала ты. — Я знаю,— перебил он.— Я виноват. Я пропал. Я не звонил. Я… Он замолчал. Просто смотрел на тебя. В его глазах и злость на себя, и облегчение, и какая-то детская растерянность. — Игорь,— ты поставила кружку.— Иди сюда. Он не заставил себя упрашивать. Два шага и ты уже в его объятиях, слышишь, как колотится сердце, чувствуешь, как пахнет порохом и дождём. — Не смей больше,— сказала ты в его плечо.— Слышишь? Не смей. — Я дурак,— его голос был глухим.— Я думал, так будет безопаснее. — Для кого? Для меня? Ты меня чуть не похоронила заживо от переживаний. Он отстранился. Взял твоё лицо в ладони большие, шершавые, тёплые. — Прости,— сказал просто. Без оправданий. И поцеловал в лоб. А потом увидел на стене рамочку с их фотографиями. — Это ты без меня…повесила? — Это мы с Димой. Ты был занят, геройствовать изволили. — Я тебя люблю, — выпалил он. Так резко, будто боялся, что не скажет. Ты улыбнулась первый раз за три месяца. — Я знаю, дурак. Я тоже. Хочу признаться, что уже была готова приклеить к одной из твоих фоток чёрную ленту. — Ты рассмеялась, а он кажись, побледнел. Юля Пчёлкина Ты открыла дверь и на пороге стояла она. Вся мокрая, с растрёпанными волосами, с горящими глазами. — Ты… — начала ты. — Я тебя нашла!— закричала Юля.— Ты представляешь, как я тебя искала? Я всю базу данных перерыла! Я Грома на уши поставила! Я… Она не договорила. Ты просто взяла её за руку и втащила в квартиру. — Заходи, сыщица. — Ты…— Юля всхлипнула.— Ты даже не представляешь, как я боялась. — Представляю,— ты закрыла дверь.— Потому что боялась так же. Она смотрела на тебя, и вдруг рассмеялась. Сквозь слёзы, нервно, но искренне. — Мы глупышки, — сказала она. — Глупышки, — согласилась ты. Юля шагнула вперёд и обняла. Крепко, по-родному. И прошептала на ухо: — Больше никогда не пропадай. Я серьёзно. — Ты тоже. Она отстранилась, вытерла нос рукавом и улыбнулась. — Чай будешь? Я варенье принесла. Мама передавала. — А ты маме сказала, что мы поссорились? — Сказала, что ты в командировке. В Антарктиде. Без связи. — Юля! — Что? Правдоподобнее звучит. Дима Дубин Ты сидела на лавочке у его дома. Уже стемнело, замёрзла, но уходить не хотела. Если он вернётся, ты должна быть здесь. Дима появился из-за угла. Увидел тебя — и остановился. Молча. Просто стоял и смотрел, будто проверял не мерещится ли. — Привет,— сказала ты. — Привет,— ответил он тихо. Подошёл. Сел рядом. Не обнял. Просто положил свою ладонь на твою. — Ты пропал,— сказала ты. — Знаю. — Ты не звонил. — Знаю. — Дим… — Я боялся,— перебил он.— Не за себя. За тебя. Думал, если буду рядом... втяну. А ты не заслужила... — Господи, — ты сжала его пальцы. — Я сама решаю, что заслужила. Он повернул голову. В слабом свете фонаря ты увидела глаза блестят. — Соскучился,— сказал просто.— До зубного скрежета. — Я тоже,— ты придвинулась ближе. Положила голову ему на плечо. Он выдохнул. Обнял. Без лишних слов. Просто сидели и молчали. И это было лучше любых разговоров.