Это просто Космос

      Несколько минут они просто мерились ледяными взглядами. У Снейпа опыта было больше: два десятка лет преподавания в академии — это вам не сиррианский книззл чихнул. Поттер же брал настроением: лапшу он и по жизни-то не особенно любил, в студенческие годы переев этого блюда. А уж развешенная на ушах она его вообще бесила до красных пикси перед глазами (высушенные плоды пикси традиционно развешивали в общежитии по праздникам и влипнуть в них утром головой, да ещё и с перепою, было особенным удовольствием).       — Поттер…       — Профессор?       Команда «Хедвиги» синхронно переводили взгляды с одного на другого, живо напоминая зрителей финала по виртуальному теннису… только без маркер-мячика.       — Сюда бы поп-корна… — вздохнул негромко Рон. Его тут же заткнули в шесть рук, но было поздно – шёпот разорвал напряженную тишину, заставив дуэлянтов вздрогнуть и отвести глаза.       — Мне нечего рассказывать, — наконец произнес Северус.       — Да? — скептически фыркнул Поттер. — Отлично. Джинни, готовь отлет. Проложи прыжок поближе к Хогвартской академии — забросим профессора домой и полетим дальше со спокойной совестью.       — Поттер, ты не можешь…       — Да, профессор Снейп? Расскажите мне, что я не могу — всю жизнь знать хотел… Джинни!       — Да, капитан. Прыжок на точку выхода «Кинг-Кросс». Закладываю курс. Разрешите отправить запрос?       — Нет… ладно, хватит. Да. Ты прав, — Снейп потер ладонями лицо и кивнул, подтверждая собственную капитуляцию. — Вам стоит знать, что происходит, если я рассчитываю на помощь. И я хотел промолчать не потому что это великая тайна, а потому, что мне банально стыдно. У вас не найдется вина?       — Найдется. Вик, будь добр — принеси ту бутылку, что Драко засунул в сейф.       — Кэп…       — Пофиг. Блондинка в его каюте — помнишь? Перед вакуумом не надышишься. Неси. Джинни — просчитай курс, но двигатели пока не включай. Конечная точка выхода будет зависеть от того, что нам поведает профессор Снейп. Надеюсь, это будет понятнее его обычной лекции.       Старинную исцарапанную бутыль, помнящую корпорацию Оливандеров ещё маленькой каморкой-мастерской, а планету-спутник Азкабан — пустынной и безлюдной каменюкой, вскрыли без всякого почтения. Гарри вывернул пластиковую пробку, неубедительно имитирующую настоящую, раскрошил печать. И даже не уделил внимания зависшей в воздухе на положенные девять секунд старинной, ещё двухмерной голограмме, удостоверяющей подлинность напитка.       Поттер разлил густое темно-красное вино, пахнущее фруктами, выросшими в лучах желтого карлика спектрального класса G0V—G9V, озоном, окисью углерода и высшими оксидами по специальным бокалам, которые стараниями его помощника присутствовали на корабле для любого типа выпивки. И подал самый полный сосуд Снейпу:       — Можешь приступать каяться.       — Для покаяния одной бутылки будет мало… но общий смысл я понял, — Снейп отпил вина, покатал его на языке и сглотнул. — Неплохо.       — Мы передадим Вашу оценку наследнику Малфою. Итак?       — Ты помнишь Невилла Лонгботтома? Кажется, он учился именно на твоем курсе.       — На нашем, — согласился Гарри, переглядываясь с Гермионой и Роном. — Сложно такое забыть. Особенно когда на первой же лабораторной работе масс-спектрометр взрывается на самом невинном образце, обляпывая всю лабораторию. И преподаватель… не будем показывать пальцем, да? В общем, многоуважаемый профессор заставил нас остаться и убирать все вручную мокрыми тряпками, мотивируя это тем, что техноуборщик может повредить тонкое оборудование, а магия неизвестно как скажется на непонятном химическом составе.       — О! — оживился Виктор Крам, — Так вот откуда растут ноги у твоего желания заставить нас мыть тряпками грузовой отсек.       — Травмы детства незабываемы. Это я ещё уход за мандрагорами не поминал, — ухмыльнулся Поттер. — Да, профессор, мы помним Невилла Лонгботтома.       — Лонгботтом — гений. В прошлом году он получил степень по биохимии. К тем, что у него уже были по космобиологии и генетике. На данный момент он — один из самых ярких наших ученых. И его разработки бесценны.       — Он перестал взрывать технику? — изумилась Гермиона, маленькими глотками цедящая вино. — Это неожиданно.       — Он теоретик. Для практических опытов у него есть помощники, — сдержанно проговорил Снейп так, что стало понятно — не перестал. Но, похоже, пока что пользы от Лонгботтома было больше, чем счетов за новое оборудование, и руководство академии закрывало глаза на некоторые взрывные «особенности». — Вы знаете, что Невилл в детстве остался без родителей. И он тоже, как и ты, родился…       — Того, кто произнесет слова «высокоточный расчет развития событий» или «пророчество», я лично стукну по голове этой бутылкой, — предупредил Поттер.       — Носи её везде с собой, кэп, — посоветовала Джинни. Вина она только символически отпила на полглотка — ей ещё курс прокладывать и корабль вести. Но и без алкоголя была весёлой и непосредственной. Судя по взгляду их гостя — даже слишком.       — К сожалению, я ничего не знаю о семье Невилла Лонгботтома, — проговорил Вик.       — Его родители были на корабле, подвергшемся нападению пиратов. Невилла они спасли, сунув в спасательную капсулу, — поведала Джинни. — И вот…       — Подождите-подождите… — Вик щелкнул пальцами. — Я это где-то уже слышал… О, точно! Это же из…       — Да, Вик. Дарить Невиллу кусок криптонового астероида на Рождество было нашей любимой традицией.       — Это же редкость. Откуда вы его брали?       — Сначала было сложно достать, — усмехнулась Гермиона. — Пришлось задействовать связи… потом было проще — надо было лишь вовремя вытащить его из утилизатора и куда-нибудь упрятать до следующего Рождества.       — Подозреваю, что пресс-секретарь министра тоже был поклонником древнего киноискусства. Дело о нападении пиратов в самом центре сектора бы вообще замяли, но не учли, что остался близкий родственник — Августа. Она достаточно влиятельна и богата… до сих пор. Железная дама. Думаю, что Невиллу пришлось стать гением, лишь бы получить стипендию и не возвращаться домой.       — Это всё здорово. А теперь хотелось бы услышать, при чём здесь вообще Невилл, — заметил Гарри. Он приподнял бутылку из-под вина, убедился, что она пуста, и посмотрел на неё задумчиво, словно прикидывая, не последовать ли совету Джинни.       — Лонгботтом работает в проектах и имеет доступ к нескольким секретным разработкам. Некоторое время назад начали появляться подозрения, что в исследовательской лаборатории Хогвартской академии появилась утечка информации. Служба внутренней безопасности стала негласно проверять всех, кто имел туда доступ.       — А… старина Филч. Всё так же делает вид, что он — глава службы безопасности, а не бесплатное приложение к Миссис Норрис? — с некоторой ностальгией в голосе вздохнул Рон.       — Не думаю, что Невилл мог бы продавать информацию на сторону, — задумчиво произнесла Гермиона. — Он кристально честный человек. Невилл просто не способен врать или что-то скрывать.       — Мы тоже так считали. До прошлого месяца. Пока не скончалась Алиса Лонгботтом — мать Невилла Лонгботтома. После нападения пиратов она, как и муж пребывали в коме, но их состояние было достаточно стабильным. Смерть Алисы была неожиданна и необъяснима.       — Ох, бедный Невилл! — вздохнула Джинни Уизли, которая всегда близко к сердцу воспринимала такие новости.       — Подожди, Джинни, — остановил девушку Гарри. — Что-то мне подсказывает, что это — только начало истории.       — Да. Перед похоронами я… скажем так — по собственной инициативе взял образцы тканей женщины, которую провожали как Алису Лонгботтом. Это была не она, хотя и её довольно точная копия.       — Кто об этом ещё знает?       — Официально — никто.       — И Вы считаете, что Невилла, шантажируя его жизнью матери, заставили сливать секретную информацию? — уточнила Гермиона.       — Скажем… я не отрицаю такой возможности. Невилл любит своих родителей, несмотря ни на что — это все знают. Он всегда надеялся, что сможет найти способ вытащить их из комы. Я думаю, что тот аукцион, о котором вы говорите — это продажа информации. Самые последние военные разработки и их разработчик — бонусом. Невилл Лонгботтом исчез бесследно на прошлой неделе. Пока что это держат в тайне.       — Он мог просто устроить себе небольшой отпуск. Или встретить девушку своей мечты. Или…       — Он оставил в лаборатории свою Жабу.       — О! Это точно всё меняет.       — Кажется, на «Кинг-Кросс» мы не полетим… — задумчиво произнесла Джинни. — Мы же не можем бросить Невилла в беде, правда? Мне иногда в кошмарном сне снятся все те сообщения, что по космонету присылала ему бабушка — он и так настрадался! Да и жалко, если убьют такого красавчика…       — Красавчика? Джин, — Гермиона рассмеялась, — ты ничего не путаешь? Я же помню его — толстенький мальчик, с передними зубами, как у белки-летяги.       — Он снялся на обложку благотворительного календаря Хогвартской академии, Герми. Крошечные плавочки, вязанная кофта на голое тело, отсутствующий взгляд учёного, вычисляющего возможность обращения взрослой особи в кошку с разницей массы более чем в десять раз, и самый отпадный пресс, какой только видели на научной конференции. Подозреваю, что в этом году приемная комиссия будет битами отбиваться от девушек, желающих учиться у профессора Лонгботтома.       — Где календарь?!       — Скачала на планшет. Сейчас принесу. Знаешь, я вдруг стала подумывать, что неплохо бы было навестить родную альма-матер…       — Эй-эй! — возмутился Рон.       — А рыжим слова не давали!       — Профессор, можно Вас на два слова? — вежливо уточнил Гарри, привычно игнорируя поднятый командой шум. В конце концов, он собирал их не по принципу послушания, поведения и прилежания. Что бы таинственное последнее и не означало.       Снейп глянул на него настороженно, но всё же, поколебавшись секунду, кивнул и поднялся со своего места.       — Сюда, — Гарри указал на дверь в свою каюту, мило улыбнулся настороженно следящей за ними Гермионе и, пропустив перед собой гостя, бесшумно закрыл за ними дверь.       — А теперь рассказывай то, что ты не договорил. Что за хрень творится, Снейп?