Это просто Космос

      Нимфадора Тонкс, знаменитая кровавая Нимфа и самый известный скелет из большого и полного коллекционными костями шкафа Блэков, выглядела бледновато. Обычно яркие волосы висели пепельными сосульками, а круглый чуть вздернутый нос с несколькими веснушками на кончике ей абсолютно не шёл.       Она сидела, с ногами устроившись в мягком антикварном кресле, а на столике рядом возился небольшой чёрный зверек, перебирая ловкими лапками мелкие блестящие монетки.       — У тебя внезапный аудит всех доступных средств независимым бухгалтером или нашла себе нового бойфренда? — вместо приветствия поинтересовался Поттер, без спросу устраиваясь в свободном кресле. С Нимфадоры сталось бы и не предложить сесть — она умела и любила давить на нервы.       — Будущий обед, — фыркнула Тонкс. — Откармливаю к Рождеству.       — Сочувствую, парень. На твоем месте я бы не нарушал диету.       Зверёк поднял голову, посмотрел на Гарри неожиданно умными чёрными глазами и издал несколько мелодичных звуков.       — Это — нюхлер, Поттер. Это уникальное создание, существовавшее ещё на планете-прародительнице задолго до существования людей. Они вышли вместе с нами во вселенную, но при этом сохранили свою индивидуальность и волшебство. Скажи, разве это не чудо?       — Серьёзно? Звучит как выдвижение на пост Министра Магии во всепланетный конгресс.       — Ты невозможен!       — Да нет, почему же. Я вполне искренен: вы с ним только что получили мой голос!       — Помню, когда-то ты не был так разговорчив, — мстительно прищурилась Тонкс.       — Дорогая, мы с тобой любили друг друга часа два. И еще примерно три — уважали. Давай не делать из этого бессмертную историю любви, а?       — Два часа? Ты себе льстишь. Час — максимум, и это ещё если вместе с душем. Это не считая того, что ты меня совратил! Я была совсем молоденькой и наивной девушкой…       — Ну, как сказать: ты проявила определенную энергию и настойчивость во время своего совращения. Куда-то не туда зашел разговор. Мне уйти?       — Нет, — Тонкс осеклась, обняла себя руками за плечи и опустила голову. Волосы посветлели ещё сильнее, а длинный нос с острым кончиком совсем несвойственно для несгибаемой Кровавой Нимфы шмыгнул.       — Эй, кто ты, незнакомка, и куда дела ту Нимфадору, которую мы все знали? — шутливо проговорил Гарри, разыскивая в кармане платок. (Эта антикварная вещица вдруг внезапно вновь вошла в моду среди молодежи, так же как и розовые зонтики — после вирусного ролика группы «Хагрид», но об этом вслух никто не упоминал. Стоили они как новая задвижка к прыжковому двигателю. Но после одного дела полдюжины таких — огромных и клетчатых — перепало команде Поттера как бонус и извинение за некоторые шероховатости. Увы, как оказалось, сдать антиквариат с рук — это огромная проблема).       — Всё безнадёжно.       — Безнадёжно, дорогая, — это когда корабль подлетает поближе к звезде, чтобы развеять над ней твой прах. Остальное можно исправить.       — Хм, ты всегда был таким оптимистичным, или я чего-то не замечала? — Тонкс высморкалась, потерла нос и скептически осмотрела собеседника, становясь хоть немного похожей на прежнюю себя. — Я рада, что несмотря ни на что, я могу обратиться к тебе, Гарри.       — Что тут скажешь: просьба о помощи была специфичной, ну да ладно. Зачем ещё нужны друзья?       — Я таким тебя и запомнила.       — Да я вообще незабываем.       — Еще бы! У кого еще я могла бы увидеть исподнее в рисуночек неуловимого снитча!       — Эй, это же был подарок!       — Рассказывай. Хоть инициалы свои на самом интересном месте не вышил — и то неплохо.       — Вижу, ты уже знакома с кем-то из братьев Уизли. Их мама порой проявляет весьма богатую фантазию, когда речь заходит о вещах с инициалами.       — О, да… — губы Нимфадоры изогнулись в улыбке. — Ты даже не представляешь, насколько богатую… фантазия у них, похоже, вообще — дело семейное…       — И кто же…       — А вот это — не твоё дело!

***

      Как и рассчитывал Гарри, весёлый спор в стиле старых времен немного развеселил и успокоил Тонкс, так что она вновь почувствовала твердую почву под ногами и даже смогла спокойно рассказать о своих проблемах.       Как не странно, но Кровавую Нимфу и Незаконнорожденную Блэк в такое печальное состояние привела… любовь. Что стало огромной и неразрешимой проблемой. Ибо как отрывать головы и ронять мужчин к своим ногам, Тонкс прекрасно знала — при таких-то тетушках. А вот что делать с вдруг нахлынувшим чувством — нет.       У её внезапной любви были голубые глаза, каштановые волосы и внезапная способность превращаться в кого-то из семейства псовых (что прекрасную Нимфу отнюдь не смущало, ибо все мужчины… а этот хоть не скрывает!).       Однажды утром это чудо было обнаружено всем семейством Блэк и грубо вытащено из постели Нимфадоры Тонкс… чтобы после учиненного ею скандала со всеми предосторожностями и извинениями положить находку обратно и даже подоткнуть одеялко.       Но Ремус Люпин происходящее почему-то не оценил и просто сбежал.       — Ты больше его не видела?       — Ну… мы встречались. На семейной станции. Я смотрела на него и вдруг поняла, что никто другой мне не нужен: мы просто созданы друг для друга. Поэтому я устроила скандал и выгнала его.       — Что тут сказать — логично.       — Ты должен его найти и вернуть!       — Тонкс, ты когда-нибудь слышала про мужскую солидарность?       — Я беременна!       — Понял. К демонам солидарность. Тут бы выжить. Получишь ты своего Люпина. И… мне разве не надо дать какую-нибудь страшную клятву, что всё останется между нами?       — Нет, не надо, — Тонкс мило улыбнулась улыбкой нашедшего свой ещё бегающий ланч молодого тиранозавра. — Кому-нибудь расскажешь, и я тебя пристрелю!       Гарри усмехнулся:       — Всегда в тебя верил.       — Разве ты не хочешь поторопиться в поисках? — Тонкс с намеком покосилась на дверь. — Знаешь, мой ребенок хотел бы увидеть отца сразу после рождения, а не после совершеннолетия.       — Я в естественных беременностях не специалист, но судя по тому, что живот ещё не заметен, у нас есть полчасика на поболтать. Тем более у нас есть одна общая тема. Скажи мне, дорогая, если я загляну в твой санузел, то случайно не обнаружу там золотую систему утилизации отходов?       Нюхлер на столике замер и с интересом поднял голову, заинтересованно водя носом.       — Решил сменить профессию?       — Что ты там говорила о совершеннолетии? — Гарри приподнял бровь.       — Нет, не обнаружишь, — сдалась Тонкс. — Зато в моей каюте внезапно образовался антикварный обувной шкаф, забитый антикварной же обувью. Не представляю, ни сколько это стоило, ни кому было нужно. Кто поймет душу лавгуд?       — Был шанс у Долохова, но подозреваю, что столько даже он не выпьет. Значит, я понял правильно: это ты возила Луну лавгуд. И ты помогла ей выкрасть родителей Невилла, подменив их двойниками. Чтобы проникнуть на закрытую территорию Мунго, нужен был настоящий профессионал с хорошо защищенным кораблем.       — Таких не так уж и мало.       — Да. В списке тех, кого засекли возле «Лютного», было четверо. Но сегодня я сразу понял, что это была ты.       — Что меня выдало?       — Твой нос.       — В смысле я сую его куда не просят?       — В смысле — узнаваемая форма. Ты не контролируешь себя, когда волнуешься, и форма меняется вроде как произвольно, но после нашего недолгого, но близкого общения я понял, что прототипы ты берешь из жизни. Я узнал этот нос сегодня во время сеанса связи. Обладательница оригинала разгромила каюту Малфоя на «Хедвиге» и раскрасила в розовый с радугами и пони его скафандр.       — Пони? Он ненавидит пони. Ты труп.       — Именно. Но до своей кончины я хочу разобраться, что за хрень происходит.       — Ты же знаешь Поттер: последнее желание — это святое. Но я мало чем могу тебе помочь. Заказы лавгудов всегда такие… необъяснимые. Я помогла ей вывезти три саркофага…       — Три? Должно было быть два…       Тонкс выразительно повертела пальцами.       — Ах, да. На твоем месте я бы никому не говорил.       — Я же не знала, что там будет ОН! В общем, два груза перебросили на корабль до планеты лавгудов. Третий Луна забрала с собой.       — Логично. Есть куда более легкие способы избавиться от профессионального шпиона, чем продавать его в бордель. Подозреваю, Луна спасла ему жизнь… но лучше бы ей с ним больше не встречаться. И тебе — тоже.       — Чем я могу тебе помочь?       — Свяжись с семьёй. Мне нужен список тех, кто имел доступ к последнему ребенку Драко — перепутанный пол и удержание Люциуса в информационной изоляции ещё на полгода слишком уж удачное совпадение, чтобы таковым являться. Попроси маму присмотреть за подлетами к Хогвартсу: что-то затевается странное, лучше бы подстраховаться.       — И это поможет тебе вернуть мне Ремуса? — с подозрением переспросила Тонкс.       — Это поможет ему не стать вдовцом раньше времени. Пусть мучается долго — он заслужил. А теперь мне действительно пора. Сбрось всю информацию и… не знаю — поспи, что ли? Ты ужасно выглядишь.       — Ты никогда не умел делать комплименты. Как с тобой связаться, если что?       — Со мной бы вообще лучше не связываться. Но мы оба знаем, что уже поздно.       — Гарри, — Нимфадора прикусила губу. — Не расстраивайся ты так, у нас всё равно бы ничего не получилось.       Поттер пожал плечами и пошел к двери:       — Повторяй себе это почаще, дорогая.       — Ответь только на один вопрос?       Гарри повернулся и на секунду замер, оценивая представленные ему на обозрение вновь изменившие цвет волосы и весьма характерный нос.       — Я угадала?       — Знаешь, Тонкс… Любопытство, конечно, не порок… но сгубило такую уйму народа!