Поцелуй со вкусом кофе.

      — Положи, пожалуйста, на место! — взволнованный и немного раздраженный голос Хёнджина разносился по кухне, — хватить таскать еду! Скоро ребята придут, и чем их угощать, если ты все схомячишь?!       — Джинни, я не виноват, что это так вкусно, а я голодный! — обиженный Джисон плюхнулся на стул, сложив руки на груди и выпятив нижнюю губу. Хван бросил на него насмешливый взгляд и вернулся к сервировке стола, — и вообще, мог бы обо мне позаботиться!       — А я и забочусь, бельчонок, — положив к каждой тарелке по салфетке, парень встал за спиной обиженного Хана и обнял за шею, зарываясь носом в его шевелюру, — сам виноват, нужно было раньше придти, а не в последний момент. Заодно мне бы помог все это готовить.       От прикосновений Хвана напускная обида мгновенно испарилась. Джисон откинул голову на плечо парня и чмокнул в щеку, вызывая у того нежную улыбку.       — Хорошо, я понял, — ещё один чмок, — когда они придут?       — Феликс сказал, что минут через десять, — снова водя носом по волосам, Джинни прикрыл глаза, ощущая приятный запах лесных ягод от шампуня, смешанный с природным запахом его парня, — так что у нас есть некоторое время.       — На что?       — Не знаю, — Хван пожал плечами и улыбнулся, — побыть в тишине, например?       Джисон хмыкнул и взял парня за руку, переплетая их пальцы. Поднеся их сцепленные в замок кисти к лицу, он поцеловал каждую костяшку Хвана, вызывая довольное мурлыканье на ухо.       — Третья годовщина, — поцелуи пошли по второму кругу, — немыслимо, как я терплю тебя все это время?       — С огромной любовью, — вытащив руку из хватки младшего, Хёнджин шлепнул его ладонью по плечу, — и вообще, это мне приходиться терпеть твои истеричные выходки и прочее. Но я как бы не жалуюсь.       Глаза Хана съехались к носу в удивлении на заявление любви всей его жизни. Старший же, потрепав того по голове, отошёл к столу, на котором красовалась запечённая утка. Водрузив её в центр накрытого стола, Хван отряхнул руки и гордо вздернул подбородок, довольный своей работой.       Когда ребята решили съехаться, Хёнджин и не подозревал, насколько большой аппетит у Джисона. В срочном порядке пришлось погружаться в новую для себя среду – кулинарию. Множество просмотренных роликов на ютуб для начинающих, а также истерик Феликса, которому приходилось отмывать свою кухню от кулинарных шедевров друга, и один только Бог знает, сколько было закатанных глаз во время обучения. Хёнджин понимал, что Ликси подписал этот приговор сам, но разве он мог отказать лучшему другу? Конечно же мог, но получил бы множество истеричных сцен типа: «Какой же ты друг после этого?». Выбрав из двух зол меньшее, парень был не уверен, что это все таки меньшее, особенно после чуть не случившегося пожара. Хван просто забыл, что поставил варится рамен, а потом и жарится, а потом и кухню поджарить.       — Хван, мать твою за ногу, Хёнджин!!! — вопль Ликса разносился по всему кварталу. — Ты совсем охренел?!       — Прости, Ликси, я нечаянно, — оправдывался парень, пятясь от разъяренного друга, — я куплю тебе новую кастрюлю!       Выставив вперёд руки, Джинни пытался защититься от надвигающейся грозовой тучи, которая вот-вот и прибьёт его без особых усилий, не смотря на разницу в росте.       — Нечаянно?! — голос Феликса от шока и гнева скакал в разные тональности, от низкого у высокому и обратно, — как можно было устроить этот пиздец нечаянно, Хван?!       — Я... — схватив крышку от сгоревшей кастрюли, старший стал прикрываться ей, как щитом, когда уткнулся поясницей в столешницу и понял, что отступать больше некуда, — я заболтался с Джисоном! Прости!       Ликс выхватил крышку из рук парня и замахнулся ей, от чего Хван съежился, готовясь принять заслуженный удар, но услышал лишь грохот, когда та приземлились в раковину рядом.       — Я больше не пущу тебя на свою кухню! — дав затрещину старшему, прорычал младший. — Никогда!       — Но кастрюлю я куплю, — проворчал Хван, потирая место удара.       — Ещё бы ты этого не сделал. Радуйся, что не новую квартиру!       С тех пор Джинни был более осторожен, ведь под прицел попала их с Джисоном кухня и съёмная квартира. Феликс ещё долго припоминал этот инцидент и подкалывал парня при любом удобном случае, на что тому оставалось лишь закатывать глаза и втихаря улыбаться, пока друг не видит.       Сейчас же Хёнджин мог похвастаться своими кулинарными способностями. Конечно, до Ликса ему ещё далеко, но праздничный ужин приготовить он был в состоянии. Хан же, довольный тем, что парень старался для него обуздать такую сложную технику, был крайне ему за это благодарен.       Съехаться ребята решили после того, как Хван ушёл из кофейни. Он помогал Ликсу в осуществлении его маленькой мечты. Ладно, не совсем уж и маленькой, скорее большой, или даже глобальной для самого Феликса. Парень таки решился открыть свое дело и открыл кондитерскую по соседству от кофейни Чана, тем самым налаживая контакты и бизнес-партнерство со своим парнем, поставляя свежие булочки и десерты. Как и обещал, Хёнджина он забрал в качестве управляющего. Да вот только управлять было изначально некем и потому он просто, стоя за стойкой, продавал сладкие шедевры друга гостям, что высоко оценили новую кондитерскую, выводя на хорошую выручку в первые месяцы.       Да, работы было уйма, но зато они могли видится с Ханом чаще, будучи на сменах в соседних помещениях и бегали друг к другу в гости, да и выходные проводили вместе. Что несказанно радовало обоих. Так проходили месяцы и оба обернуться не успели, как реальность треснула по голове. Эти двое были вместе уже три года. Три счастливых года, на минуточку! Хёнджин часто вспоминал их первые дни знакомства и то, как оба себя вели. Два индюка, не иначе, но, возможно, если бы не эти дурацкие истерики младшего и довольно активный напор старшего, сейчас их маленькой семьи не было бы и вовсе.       — О чем задумался? — голос Хана вырвал из воспоминаний, а его руки, обвивающие талию, согревали своим теплом, — у тебя счастливая улыбка на лице расплылась.       — Вспомнил, как ты истерил, когда пришёл в кофейню, — издав смешок, Джисон уткнулся лицом парню между лопаток, — такой неприступный и милый.       — Да ну тебя, — чуть укусив за позвоночник, парень получил шлепок по рукам, — ты, как таран, шёл. А я, между прочим, страдал от несчастной любви. Напугал до чёртиков своим напором.       — Да, возможно, это и правда было слишком, — Хёнджин посмотрел на левое запястье, на котором виднелся маленький шрам от ожога. Младший, заметив это, провел указательным пальцем по следу, посылая волну мурашек по телу старшего. Прикрыв глаза, Хван улыбнулся, — но ни разу не жалею об этом.       — Хорошо, потому что, если бы ты отступил, — ещё один укус, — то, скорее всего, я бы просто не дал нам шанса.       Звонок в дверь заставил обоих замолчать и перевести взгляд на источник звука. Хёнджин похлопал Джисона по рукам и тот расцепил объятия. Отправив младшего переодеваться, сам же пошёл открывать дверь и какого же было его удивление, когда вместо лучезарной улыбки Феликса, он встретил недоумевающий взгляд старого знакомого.       — Ты?! — пискнул Хёнджин, удивлённо раскрыв глаза, — ты чего тут делаешь?       — Я пришёл к Джисону, а вот что тут делаешь ты...?       Минхо стоял с каменным лицом, но в глазах играло удивление, перемешанное с чем-то ещё. Хёнджин не знал, что ему делать, ведь подобное в план сегодняшнего дня не входило. Да и вообще, в жизненный.       — Я тут живу, — это все, что пришло в голову в такой выбивающий из колеи момент.       — Эм... — Ли нахмурился и опустил глаза в пол, пытаясь переварить ситуацию, — он переехал?       — Кто?       — Джисон, кто же ещё? Он раньше жил тут.       — Он и сейчас тут живёт, — разговор выходил куда более странным, чем хотелось бы, — и я тут живу.       Парни смотрели друг на друга все ещё прибитые всей ситуацией. Но потихоньку слой удивления спадал и на его смену приходило осознание.       — Вы... — вытянувшееся лицо старшего говорило о том, что до него все-таки дошло, — вы вместе живёте?       — Да. — Коротко и ясно. Но следующий вопрос доказал, что все таки до парня не всё дошло.       — Соседи, значит? Тесен мир, однако.       — Эм, нет, не соседи.       Ещё несколько мгновений загрузки и все встало на места. Минхо выпучил глаза на Хвана и открыл рот, то ли просто удивляясь, то ли сказать чего-то хотел, но не получалось. Но вот следующее, что он сделал, испугало и одновременно разозлило парня. Ли безцеремонно отодвинул Хёнджина от прохода и зашёл внутрь, заорав на всю квартиру.       — Джисона-а-а!       Голова Хана вылезла из спальни. В его глазах отрожались те же эмоции, что несколько минут назад испытывал Хван, шок и неверие.       — Минхо-хён?! — младший выскочил из комнаты, полностью переодетый для встречи с гостями, — какого хрена?       — Ты не рад меня видеть?       — Скорее да, чем нет.       — Не понял.       — Я не мешаю? — встрял в разговор Хёнджин, оставленный в шоковом состоянии на пороге дома.       — Джинни, я...я-я-я понятия не имею, ч-ч-что происходит, — заикаясь, начал оправдываться Джисон, — п-п-правда...       — Джинни?       — Замолкни, — пришедший наконец в себя Хван указал пальцем на Минхо и сверля его взглядом, отчаянно мечтал об уничтожении оппонента. Тот, не ожидавший гневной реакции, немного дёрнулся от резкой нападки в свою сторону, — Хан, твою мать, Джисон, какого хрена происходит?!       — Я не знаю! — пропищал младший с широко раскрытыми глазами, — зачем ты пришёл, Минхо?       — Ну, вообще, я хотел с тобой поговорить и извиниться.       — Серьёзно? Спустя пять лет? — Хван подошёл к младшему и встал у него за спиной, кладя руки на плечи, всем видом показывая, что Ли ничего не светит, — можно было придти через лет пятьдесят на могилу, там извиниться.       — Тебя вообще никто не спрашивает, — хён перевёл сощуренный взгляд на Хёнджина, — что ты вообще тут делаешь?       — Живу! Я уже это говорил, а тебя никто тут не ждал!       Хан, стоящий между двух огней затих, только плотнее прижимаясь к груди любимого. Ли стрелял колким взглядом на обоих, стараясь отрицать очевидное. Никто из хозяев дома не понимал, что этот парень здесь забыл и почему нельзя было позвонить, черт возьми.       — Джисона-а, можно поговорить с тобой наедине? — наконец спросил старший.       — Нет, — вышло грубее, чем рассчитывал парень, но Хван довольно хмыкнул, увидев реакцию, — если что-то хочешь сказать, то сейчас не самое подходящее время.       — Брось, всего пара минут, — Минхо переводил взгляд от одного парня к другому, — только без него.       — Минхо-хён, я сказал, что сейчас не время, — Джисон поднял подбородок и взял Хвана за руку, — и я бы предпочёл, чтобы мой парень присутствовал при этом разговоре.       Минхо хмыкнул и покачал головой. Да, мир и правда тесен. Видимо, осознание того, что его бывший коллега и бывший парень каким-то чудом умудрились познакомиться и теперь встречаются, не хотело укладываться в голове. Но это уже его проблемы, а не их с Джисоном.       Звонок в дверь заставил всех обернуться. Хван испытывал чувство дежавю в этот момент. Трое парней смотрели на дверь, не предпринимая каких-либо действий, пока звук не повторился, выводя Хёнджина из транса. Он спохватился и бросился к двери, распахивая её и ощущая себя намного лучше, увидя, наконец, счастливую улыбку друга.       — Привет! А вот и мы! — воскликнул Феликс, проходя в квартиру и держа Чана за руку, — немного задержались из-за того, что этот карьерист никак не мог оторваться от своих отчётов.       — Не ворчи, солнце, это все-таки моя работа, — Бан с нежностью посмотрел на свой маленький вихрь счастья, — скоро сам так же будешь корпеть в ноутбуке, подгоняя все выписки и накладные.       — Не буду, у меня для этого есть управляющий, — младший посмотрел на Хвана и поиграл бровями, заставляя того закатить глаза, — вот он и будет этим заниматься.       Ребята разулись и двинулись в сторону гостиной, но резко остановились, от чего Джинни врезался в спину Чана. Он перевёл взгляд туда, куда смотрели его друзья и тут все в нем заледенело. Осознание ситуации накрыло с головой и Хёнджина стала бить мелкая дрожь, то ли от резко упавшей температуры, то ли от страха.       Спустя столько времени счастливой жизни с человеком, которого любишь больше всего, огромной кучей работы, что тоже вызывала лишь радость и прекрасного времяпрепровождения с близкими друзьями, которых он называл семьёй, часто забываешь о тех скелетах в шкафу, что прячешь от них. А если быть точнее, то от одного лишь человека, от того, кто дороже жизни.       Минхо осматривал прибывших гостей и по его лицу невозможно было определить, о чем тот думает в данный момент. Хван же нервно закусывал губу, пока не заметил ехидный взгляд старшего и не одернул себя, пытаясь принять более уверенный вид.       — Эм, привет, — нарушил тишину Ликс, как и всегда принимающий дружелюбное выражение лица, — Ли Минхо, верно?       — Привет, — парень кивнул, перебегая взглядом от лиц присутствующих на переплетенные пальцы Чана и Феликса, — а ты?       — Ли Феликс, — парень продолжал улыбаться, хотя, Хван был уверен, с той проницательностью, что присуща его другу, он понимал, что тот не совсем дружелюбно настроен, — приятно познакомиться.       — Давно не виделись, хён, — Ли перевёл взгляд на Чана, тот лишь кивнул, видимо, понимая то, что до Хвана дошло минутой ранее, но был более сдержан и спокоен, что вызвало в Джинни неподдельное восхищение. Он тоже хотел уметь также. Контролировать эмоции, а не выдавать их с потрохами.       — Какими судьбами?       — Мечта жизни разбилась о суровую реальность, — печальная улыбка тронула его губы, но Минхо быстро её скрыл, — решил, что вернусь туда, где меня возможно ждут, но ошибся.       Хван в недоумении приподнял бровь. Он реально думал, что Джисон будет ждать его тут вечность? Такой уверенности в себе стоит только позавидовать.       — А вы, ребята, вместе? — парень кивнул на сплетенные руки ребят и те кивнули, — я думал, у вас с Хёнджином все серьёзно.       Вот он, тот самый момент, когда все, что было тщательно скрыто от младшего, вывалилось из шкафа, срывая двери с петель. Феликс дёрнулся и перевел взгляд на друга, хотя ничего не сказал. Джисон мгновенно оценивший ситуацию, подошёл к Хёнджину, приобнимая за талию, успокаивающе поглаживая кончиками пальцев его позвоночник. Но это не особо помогало.       Джинни перебрал в голове всевозможные варианты оправдаться, но ни один не подходил. Он задворками сознания понимал, что разговора не избежать и лучше уже выдать всю правду, насколько бы болезненной она ни была, но страх потери лучшего друга кричал и вопил в надежде сбежать от разговора.       — Не срослось, — голос Бана даже не дрогнул, — я так понимаю, что ты уже уходишь?       — Да, видимо, я совсем не вовремя, — Минхо втянул носом воздух и выдал что-то на подобии дружелюбной улыбки, — знал бы, что тут праздник, пришёл бы с подарком, но увы.       — Был рад встрече, — Ликс удивил Хвана своим спокойным тоном, похлеще Чана, — может, ещё увидимся.       — Не сомневаюсь, — Минхо прошёл в сторону двери, затем остановился и обернулся на Джисона, — проводишь?       — Да.       Хван молча наблюдал за тем, как Минхо что-то говорил Хану, но так тихо, чтобы его слышал только он. Джисон поджал губы и кивнул, открывая дверь, и, снова кивнув на прощание, закрыл за непрошеным гостем. Вздохнув с облегчением, младший подошёл к ожидавшему его Хёнджину и, обняв за талию, уткнулся лицом в грудь.       Джинни обнял его одной рукой за плечи, второй же стал поглаживать голову любимого, стараясь его успокоить. Ребята уже устроились за столом, ожидая лишь виновников торжества. Хан поднял взгляд на старшего, тот с нежностью посмотрел на него и, наклонившись, оставил нежный поцелуй на его губах.       — Всё будет хорошо. — Скорее для себя, чем для Джисона произнёс Хван, но младший кивнул и, отлипнув от парня, взял за руку и повёл к столу.

***

      Не смотря на ранее напряженную обстановку и много лишних слов, что были неуместны на этом празднике, все проходило довольно неплохо. Друзья подарили ребятам неделю отдыха на базе в пригороде, в небольшом уютном домике. На восклицание Хвана о количестве работы и, что сейчас не самое лучшее время, Феликс лишь отмахнулся и сказал, что справится сам, тем более, что ему поможет Чан. Но все же не смотря на уютную атмосферу праздника в семейном кругу, неловкость присутствовала.       Когда все переместились изо стола на диван, чтобы перестать объедаться всеми вкусностями, что Хёнджин наготовил, парень решил убрать грязную посуду в посудомойку. Феликс вызвался на помощь и Хван понял, что разговор все-таки настигнет друзей. Джинни лишь надеялся, что Ликси сможет его понять, на прощение даже не рассчитывал.       — Так значит, «все серьёзно»? — младший не ходил вокруг да около, а сразу пошёл на таран, как только парни остались одни за закрытой дверью кухни.       — Ликси... — Хёнджин поставил тарелки на стол и повернулся к другу, но не увидел в его лице того, что ожидал. Выражение лица младшего было спокойным, во взгляде читалась лишь заинтересованность.       — Я проебался.       — Значит, у вас с ним все-таки что-то было.       — Да, но я не знал тогда о твоих чувствах к Чану, — Хван нахмурился, — подожди. Ты знал?       — Догадывался, — младший пожал плечами и открыл дверцу мойки, загружая туда посуду.       — Давно?       — С того момента, как признался тебе в чувствах к нему, — брови старшего взлетели вверх, а рот открылся в удивлении, — ты тогда своеобразно отреагировал, а потом ходил несколько недель, как в воду опущенный, хотя до этого чуть-ли не летал от счастья.       — Почему не сказал, что знаешь? — тряхнув головой, спросил Джинни, опуская глаза в пол.       — По той же причине, что и ты решил не рассказывать мне, — Ликс грустно улыбнулся, — предугадывая твои несвязные извинения и дальнейшее самобичевание, хочу сказать сразу, что не злюсь на тебя. Ты не знал, я не сказал. Чан достаточно привлекательный, чтобы вызвать первичный интерес в тебе, а его характер и отношение к жизни, притягивают ещё больше, — Хван хмыкнул, понимая, о чем говорил друг, — в конечном итоге ты ушёл в сторону. И я понимаю, чего тебе это стоило, поэтому благодарен.       Хёнджин нервно закусил губу и продолжал сверлить пол взглядом, не зная, что ответить. Точнее пытался подобрать правильные слова, чтобы младший понял, что тот чувствовал, но он все время забывал, что проницательный и эмпатичный друг и так все понимал. Ликс подошёл к Хвану и обнял, укладывая голову на плечо. Старший среагировал мгновенно, обнимая друга в ответ. Он был уверен, что Феликс чувствовал его бешенное сердцебиение от поднятых нервов и волны эмоций. В теплых объятьях друга стало спокойно. Джинни и не рассчитывал на прощение, но как оказалось был прощен уже давно. Груз, что давил на него несколько лет, вдруг исчез и дышать стало легче. Мысленно Хёнджин обещал себе, что больше никогда не будет что-то скрывать от него, потому что больше он не хотел повторения истории, да и в принципе желал заслужить доверие младшего.       — Спасибо, Ликси, — шмыгнув носом, Хван осознал, что плачет, — и все же, прости меня, что не сказал.       — О получилось связано, — хихикнув, ответил младший, — удивил.       Хёнджин хихикнул в ответ и разорвал объятья, утирая непрошенные слезы рукавом рубашки.       — Ты неисправим, — даря счастливую улыбку другу, Хван взял его за руку, — можно было сказать что-то другое. Например: пожалуйста.       — Тогда ты бы тут залил все слезами и нам пришлось бы доставать лодку, чтобы добраться до гостиной.       — Дурак, я столько не смог бы рыдать.