"Неповторимая и легендарная..."

- Хочешь сказать, что КБО сейчас внутри «шкатулки»? – глухим голосом уточнил Эколог. Я кивнула. Вафля и Дельфин потоптались, потом синхронно перевели взгляд на командира, явно озаренные какой-то идеей. - Лаборатория ведь под землей, - сказал вдруг Вафля. – Что, если… когда «шкатулка» оттуда уползет и там останется… поверхность… - он повел рукой горизонтально, - и в ней откроется путь вниз, - он сделал рукой нырок, - а мы возьмем да и войдем?.. - Вот бы она и контролёра с бюрерами слопала! – мечтательно добавил Дельфин. Эколог почесал нос и глянул на меня: - Что происходит с той частью улицы, где была «шкатулка»? Какая там… «поверхность»? - Пустырей она не делает, если вопрос об этом. - А что там получается? - Припять. - Какая… в смысле… - Снова улицы, дома, дороги. - Постой! Она же… разрушает… Мы сами видели! - Да. Но обратно выдает целое. - И… кто-нибудь ходил … в ту «новорожденную» Припять?.. - Один пошел. Да вот пока что-то не вернулся. - Ладно, - собрался с мыслями Эколог. – Утром посмотрим. Где твое логово, Судьба? Пустишь переночевать? *** Я положила посреди комнаты несколько кирпичей, выволокла из угла металлический бак и отправила Дельфина в кладовку за углем и щепой для растопки. Когда огонь в баке разгорелся, положила сверху обрезок листового железа, чтобы разогреть на нем консервы и вскипятить чайник. Когда все поели и убрали железный лист, комната осветилась ярче. Вафля внезапно поднялся и подошел к стене. - Все смотрел – это что за рисунки? Я молчала, обхватив руками колени. Он обернулся ко мне: - Твои?.. Я не ответила, глядя на стены. … Вид из окна на вечернюю Припять. … Военные вертолеты на зеленой лужайке. … Мама в камуфляже с винтовкой у окна. … Трое сталкеров у лесного костра. … ЧАЭС на фоне грозового неба… - Давайте-ка отдыхать! – прервал молчание Эколог. – Дежурить будем по очереди. Первая смена… - Моя, - сказала я, глядя в огонь. – Химеры охотятся с вечера. Потом спят. Если они нас уже заприметили, то нападут в первые два часа пополуночи. Если не нападут, в другие смены можешь ставить кого хочешь. - А тебе доводилось валить химер?! – с восхищением в голосе спросил Дельфин. - Пачками, - буркнула я и встала, взяв оружие. – В соседней комнате есть лежаки и доски. Тащите их сюда, здесь будет теплее. Дверь можно закрыть на засов изнутри и снаружи. Я подошла к окну, выходящему на открытую лоджию, и села на подоконник. С одной стороны шло тепло от печки, другой бок холодил воздух улицы. - Я с ней на пару в первый караул, - сказал Шквал Экологу. Тот кивнул. Я молча смотрела, как наемник перемахнул на лоджию и начал там осваиваться. Потом показала ему жестом наверх. Он задрал голову и глянул на плиту верхней лоджии. Я кивнула. Он показал, что понял. … Над соседней многоэтажкой взошла луна. *** Коротая время, я созерцала ночное небо над Припятью и старательно отводила мысли от персоны, затаившейся в темном углу лоджии. Сначала я в который раз поразмышляла на тему, почему в любое время года и суток над Припятью безоблачно, потом вернулась мыслями к химерам. Всегда интересовали меня эти твари. Еще с тех времен, когда приручил псевдощенка Доктор. Первоначально щенок предназначался в подарок мне, но я не впечатлилась, так как хотела кошку. Доктор уверял, что тут у меня ничего не выйдет: хоть и использовался при создании химер кошачий биоматериал, а именно – геном пумы североамериканской, но из него готовились вовсе не домашние питомцы, а биологическое оружие с развитием нужных качеств, присущих представителям именно кошачьих видов – самодостаточность, агрессивность, жесткие бойцовские качества. Плюс дополнительно внедрялась психо-идея подчиненности хозяину, то есть хозяину данного оружия, чтобы им целенаправленно пользоваться. Привязанность в химер не вкладывали от слова совсем. Но я все-таки пыталась. Зная, что эти твари умны и слышат пси-команды, хоть и вольны им не подчиниться, я старалась с ними договариваться. Даже оставляла еду в кормушке возле дома. Хотела, чтобы химеры как-то поняли - мы соседи, я не враг, я тоже тут живу, от меня может быть польза, давайте держать нейтралитет, если уж не дружить. Но, похоже, во мне все равно видели только запас еды, отсроченный к употреблению. И почти каждый мой приход в Припять ознаменовывался ночной атакой на меня. Для целей успешной обороны я нарастила площадь верхней лоджии, чтобы тварь не могла с нее легко спрыгнуть на мой этаж. Ей приходилось свешиваться на лапах, раскачиваться и забрасывать себя. Пока она так свешивалась и раскачивалась, - эти несколько секунд и были форой для моего ножа или ствола, смотря с какого расстояния я собиралась тварь бить. Потом я сбрасывала тушу вниз, её там находили родичи, которые некоторое время сидели вокруг погибшей особи кружком, видимо, совершая о ней своеобразные химеровые поминки. Ну, а потом ее все равно съедали. Не пропадать же добру. … И тут я увидела мутанта. Каждый раз это – как в кошмарном сне! На фоне темно-синего бархатного неба с верхней плиты балкона свесилась черная рука. Именно рука, а не звериная лапа, - огромная, с длинными суставчатыми пальцами, с когтями, как лезвия стилетов. Абсолютно бесшумно эта длиннющая рука стекала всё ниже и ниже, затем показалась вторая. Видимо, в этот раз, химера решила спуститься головою вниз, цепляясь за плиту нижними конечностями. Раз такие дела, я сняла пальцы со ствольной коробки автомата (гранатомет взял себе Шквал) и зажала в кулаке кинжал. Сейчас покажется комплект голов, и буду бить вторую, недоразвитую. Не показался. Напротив, руки-лапы монстра замерли, а потом стремительно втянулись обратно. Плохо! Если привычная схема не сработает, экспромт химеры может быть чреват. Я не случайно садилась на виду в окне. Увидев жертву, химера сперва пытается добраться до нее в многоэтажке через лестницу подъезда, но там у меня надежно. Затем с нижней лоджии – а ее-то и нет. Ну, тогда с верхней… Вот тут мы и встречаемся. Куда она сейчас отправилась? Я кинула на глаза тепловизор. Химера не ушла. Лежала на животе на верхней лоджии. И вдруг словно где-то рядом включилась рация. Я стала слышать в своей голове … голос химеры??! Он зазвучал односторонне, монотонно, с каким-то странным подмурлыкиванием в конце фраз: - Кто ты? -… - Я тебя не вижу. Только слышу. -… - Здесь мясо! -… - Как не мясо? -… - Я чую – это мясо! -… - Хозяин? Где хозяин? Кто хозяин? -… - Она – Хозяин?.. Скрипнули когти по бетону, и с верхней лоджии свесилась башка химеры. Второй башке пространства для обзора не хватило, я услышала, как она там заворчала. На меня уставились два огромных желтых глаза – реально жуткий взгляд разумной пумы. Я почувствовала, как по спине потекли ручейки ледяного пота… Химера внезапно кошмарно ухмыльнулась и – пропала из вида. - Хозяяяяиин… Тепловизор больше ее не показывал. Зато показал шевеленье в конце лоджии. Наёмник выбрался из своего укрытия и подошел к окну, разминая затекшие конечности. - Куда ты ее послал? – холодно спросила я. - Пошла порадовать семью, - ухмыльнулся он. – Хозяин их нашелся. Он сел на другой конец подоконника, поставив ствол между колен. - Кто разрешил тебе копаться в моих мыслях?! – меня трясло от гнева. Он помолчал. Потом с напряженным смешком уточнил: - Мне уйти? - Ты не ответил! - Я ответил. Еще на Янове, спросив тебя про Припять, я дал тебе возможность отказаться идти со мной. Таким. Теперь жалеешь? А ведь действительно! Жалею я?.. Я быстренько потушила готовый сорваться мысленный ответ - любой! - и задала еще вопрос: - На кой мне ляд химера? Она ведь теперь от меня не отвяжется, верно? Представля-я-ю… захожу я в бар на Янове… - и я расхохоталась. Шквал тоже ухмыльнулся. Прямо как химера. Но тут мой разум в конце концов вместил фантастические перспективы и преимущества сотрудничества человека с химерой, и у меня элементарно сперло дыхание… Я бросила на Шквала взгляд… почти теплый… Вот чертов контрол… м-да. - Почему себе не завел «питомца»? - Двум монстрам одной тропою не ходить, - туманно ответил наёмник. - Ты что-то настолько умное сейчас сказал, что я не поняла. Пойдем будить вторую смену? - Почему ты до сих пор в Зоне? – спросил Шквал, не двигаясь с места. - А где мне нужно быть? - Там, где безопаснее. Как минимум. - И где я нужна, как максимум?.. Меня никто нигде не ждет. В том мире - точно. - А здесь? О тебе беспокоится Доктор. Всегда про тебя спрашивает. Я промолчала. - Почему ты ушла от него? - Мне стало скучно, - оскалила я зубы. – Так понятнее? - Отчасти. - Доктор лечил подранков Зоны. Они приходили, приползали, приносились к нему с просторов Зоны – искалеченные, полуживые, стонущие. Люди, твари, монстры. Он их лечил. Но он лечил лишь следствие. А я хотела излечить причину. И прежде всего – понять… Понять!.. Шквал покивал: - И в это время появился тот, кто позвал тебя с собою. Быть может, даже обещал помочь постичь все тайны мироздания. Назвал Судьбой. Его Судьбой, разумеется… - Быть может! – с вызовом ответила я. – Быть может, я даже влюбилась наповал! Вот так – до спертого дыханья, до скошенных мозгов! Всё может быть! Наёмник поднял в примиряющем жесте руку: - Я ведь не осуждаю. Это-то как раз нормально и понятно. Я не пойму, почему ты не вернёшься к Доктору? Если уж на то пошло… он сам просил сказать тебе, что ждет! Я задохнулась, отвернула лицо так, что едва не вывихнула шею. Через минуту, немного отдышавшись, глухо ответила: - Я знаю… что он ждет. У него никогда никого не было… кроме псевдособаки. Друзья… приходят и уходят… бродяги Зоны… Он заменил мне семью… стал вторым отцом… Вот только я… я всё ищу… причину… корень зла… Он добрый… а я – уже нет… Он этого не понимает… Я-уже-нет!! *** Разбудил меня дикий вопль Дельфина. Как чуть позже прояснилось, Эколог послал его на разведку – выяснить ситуацию со «шкатулкой», тот разумно выглянул первым делом с лоджии во двор… и – заорал. Ну да, внизу рядком сидели три химеры, задравши головы к нашим окнам. Похоже, Дельфину вступило в голову, что они сейчас просто запрыгнут на этаж, а гранатомет остался где-то в помещении… - Тих-тих-тих, - я запихала парня обратно в комнату. – Всё нормально, это мои… ээ... знакомые химеры, он не нападут. - Так что, нет проблемы? – спокойно уточнил Эколог, который в это время сидел на корточках и собирал свой вещмешок. – Тогда чего ты еще тут, Дельфин? Я пожалела парня, поняв, что для него задача тяжеловата, тем более, откуда знать, чем они вместо меня поужинали, может, и ничем: - Нет, выходим все вместе, вас они еще не знают. Рискованно. Когда мы вышли из подъезда, я увидела, что к прайду вальяжно приближается четвертая особь, облизывая окровавленную морду. Видимо, эта припозднилась с завтраком. Выходит, завтрак у них был. Что радует. Я подошла к шеренге химер. Две калибром побольше, две поменьше. Как тут узнать, которая моя? Тогда я просто приказала, глядя перед собой: - Ко мне! Поднялась крайняя слева, подошла, поигрывая гипертрофированными мышцами. - Идешь со мной. Твоя команда пока свободна. Моя команда тоже идет со мной. Вы ее не трогаете. Химера не шевельнулась, а три сзади синхронно поднялись и удалились вглубь двора. - Идешь первой. На Курчатова. Я следом. Химера встала и пошла. Совершенно бесшумно, не то, что мы. Хорошо иметь такой разумный танк. Аккуратно обходит аномалии, нет даже смысла их «провешивать». И еще я подумала, как тихо тут. Даже скулежа слепых собак не слышно. Только где-то в отдалении потрескивает «электрод». Вот и Курчатова. «Шкатулки» как не бывало. Возможно, ушла спать. Если бы мы здесь вчера не стояли, то сегодня так и поперлись бы с разбегу. Вон он, комбинат бытового обслуживания. Живехонек. Как на ладони. - Есть два варианта – на выбор, - заявил Эколог. – Рискнуть напрямик, поверху, или же понизу, через систему канализации. Он ткнул рукой в сторону ржавого железного люка на тротуаре. - А можно и разделиться. Так как химера – тварь массивная, в трубах может застрять, вам с ней в канализацию нежелательно, - посмотрел он на нас со Шквалом. Я достала болт и закинула его на максимальное расстояние. Болт полетел, упал, зазвякал, покрутился. Пространство не дрогнуло, не исказилось, не продавилось. Лежит болт. - Провесь еще, веером, - сказала я Шквалу и повернулась к химере. - Мы сейчас пойдем туда. К тому зданию. Ты – впереди. Я – за тобой. Цель – дверь в подвал с правого торца. Химера подняла ко мне свою жуткую морду. В моей голове снова щелкнула «рация»: - Куда идти? - Здание впереди. Видишь? - Нет. Во мне что-то ёкнуло. - Болт на земле лежит. Видишь? - Нет. Э, да у тебя, голубушка, беда со зрением… - Хозяин бросила железо. Сейчас железа нет. Я почувствовала, как вспотели ладони. - А что там есть? Впереди? Ответ был невразумительный, больше похожий на скулеж. Кажется, химера не смогла найти подходящего слова для определения. Я повернулась к Экологу. - Химера не видит впереди объект. Там либо пространственная аномалия, либо аномалия "мираж". - Мать вашу… - выдохнул Эколог. - Пошли эту тварь вперед, - предложил Дельфин. – Посмотрим, вернется ли она и какая именно вернется. Я посмотрела на него. Вот же человек! Ему эта самая тварь, быть может, только что жизнь спасла!.. Но ответила я доступнее: - Мне моя химера еще пригодится. Кинь свой АК, а потом за веревочку вытяни. Вот и посмотришь, что вытянул. Вафля молча подошел к канализационному люку, опустил на землю свой рюкзак, достал из него долото и ломик и начал ковырять впаявшуюся крышку. Я удивилась бы, если бы у Вафли что-нибудь не вышло. И вскоре они с Дельфином уже стаскивали крышку с люка. Мы заглянули внутрь. В колодце было сравнительно сухо, валялись сгнившая трава и сучья, нанесенные с ливневки. Вафля кинул вниз гайку – она упала ровно. - Вниз! – скомандовала я, несмотря на предостережение Эколога. Химера прыгнула в колодец. И тут же скрылась в боковой трубе. Мы начали спускаться следом. Последним полез Эколог, выверив направление компасом. Так как город давно был мертв, канализация промывалась только дождями из ливневки и грунтовыми водами по весне. Вопреки моим ожиданиям, пахло здесь как в старом погребе, не крепче. И фон был умеренный. Вскоре свет из открытого люка померк, мы включили фонарики. В одной трубе сверкнула «паутина», вдалеке воздух «плыл», выдавая «карусельку», но это было все, что мы заметили. Разве что услышали еще топоток в одной из боковых труб, но - удаляющийся. - Похоже, нам сюда, - кивнул вверх на сток-трубу Вафля. - Да, это явно отвод от комбината, - согласился Эколог. - Сначала мы с Дельфином, - сказал Вафля. – Возможно, там решетку пилить придется, вы будете мешать. Парни проникли в боковую трубу, поползли, скребясь, по ней. Мы некоторое время слышали бубнеж, потом удары железа о железо, матюги, еще удары, наконец, ржавый мерзкий скрежет. - Эй! Давай! - заорал в трубу Вафля. Карабкаясь по осклизлой возвышающейся трубе, мы выбрались внутрь одного из подвальных помещений. Плиточный пол, плиточные стены, две железные двери, оцинкованные ванны и множество железных столов. Что здесь было – химчистка или прачечная?.. Лишь узенькое окно под самым потолком давало слабый отсвет. Но в комнате был свет. То слабый, то яркий, переливающийся нежной зеленью. Он лился из ближайшей ванны. Когда мы подошли, то просто онемели. Легендарная «Ночная звезда»… из серии «увидеть и умереть»! Несомненно, это была она! Редчайший и бесценный артефакт жил своей таинственной жизнью в подвале заброшенного дома быта. Мы долго молча любовались своим сокровищем. - Инструмент куплю… - пробормотал вдруг Вафля. А Дельфин внезапно всхлипнул, как ребенок. Я покосилась на Шквала – он смотрел не на артефакт, а на Эколога, причем, с такой гримасой, что мне подумалось – не так ли этот наемник косился на Комбата, решившись заработать на доверии друга? И так мне тошно от этой мысли стало… - Короче, - сказал Эколог и откашлялся. Отстегнул с пояса контейнер, шагнул вперед, аккуратно почерпнул в коробку артефакт и тщательно закрутил крышку. – Несу его я, а вам придется тщательно хранить меня в дороге от всяких бед! И не забывайте, что наша цель еще не достигнута. Вперед! Он указал рукой на одну из железных дверей. Ну, развернулись мы, пошли. Сначала парни, потом я с Химерой, следом Шквал. В глазах все плавало сияние артефакта… За этой дверью была не лестница, а еще одна комната. Без выхода. Когда этот факт обнаружился, Дельфин воскликнул: - Эй, шеф, мы не туда!.. – но его возглас утонул в скрежете захлопнувшейся двери. *** - Какого черта!! Что за шуточки, Эколог?! – заорали хором парни. Из-за двери раздалось глухо: - Это ваши, сцуко, шуточки окончились! Думаешь, я не знаю, зачем тебя бугор ко мне подослал, дельфин ты тухлый! - Не верил потому что тебе, гнида продажная! – заорал тот. - Всегда ты скользкий, всегда ты правильный! Вечно у тебя все чики-брики и в дамки! А невиноватых пацанов из-за тебя сколько замочили, параша ты поганая?! - Туда им и дорога, вашим отморозкам! - Не, я вообще не понял, ты хочешь детские качели слушать по ночам?! - Тебе что, артефакт дал в голову, Эколог? – угрюмо подал голос Вафля. – Так ты сходи, подыши, ветерком обдуйся! Еще до лаборатории не дошли, а у тебя уже мозги поехали! - Ты лучше свои пошарь, куда уронил, дурило! – раздалось из-за двери. – Никаких тут лабораторий извечно не было! «Х-8» – под новым Домом быта, а не тут! Тут тебя крысы ночью постирают, а то и зомби, и будешь сам подопытный! - Я дверь-то взрежу и скормлю тебя химере! - заорал Вафля. - Зубами взрежешь? Листовую?.. - заржал за дверью Эколог. - Да я его щаз из ствола продырявлю! – вскинул гранатомет Дельфин. Шквал успел перехватить его руку: - Положишь нас тут всех, не кипятись! И повернулся к Вафле: - Ты вместе с ним был, когда с Комбатом планы обсуждали? - Какой там вместе! – Вафля огорченно обхватил себя за плечи. – Я про Комбата от него услышал. На имя и купился! - Я так и думал. Значит, цель похода в Припять была никак не пси-защита. - Да «Молодильное яблоко» - вот зачем Баклан его сюда послал! - буркнул Дельфин. – Теперь этот снорк «Ночную звезду» нашел – и всех кинул, - и нас, и бугра! Она, поди, не меньше «Молодильного яблока» стоит! Вот гнида так гнида!! Сколько ж он наподставлял молодняка под пули! И так все обустроит вечно, что он весь беленький, а все в дерьме! Даже Баклан засомневался! - Кому там про порядочность плетешь, тупой ты гопник? – раздалось из-за двери. – Тому, кто сам Комбата продавал за бабки?! И всё не нахапается, киллер, на свой коттедж с бассейном! - Да, очень я люблю свой дом с бассейном! – развернулся к двери и возвысил голос Шквал. – Еще вот на яхту накоплю, да на спутниковую антенну, чтобы Марс ловить… - Чё-чё?! – воскликнул в дверь Дельфин. – Ты щаз про что, паскуда?!! Про то, как "Свобода" Комбата повязала?! А знаешь ты, урод, что на эти деньги Шквал Кирюху выкупил?! Из-под бугровой пули его вытащил, в последний день принес кирюхин долг!! Коттедж… Нет, я с ним больше не могу… все на пол, быстро, я вынесу эту дверь! Никто не успел ему помешать, Дельфин вскинул гранатомет и начал стрелять в сторону двери. Мы повалились на пол как попало. По стенам зарикошетили осколки, потом раздался взрыв, дверь вынесло наружу… … Я продрала глаза и села, подтянув колени. Мой фонарь разбился, но вокруг было светло. Потому что над тем местом, где лежал Эколог, в воздухе плавала «Ночная звезда». Крутилась, завораживающе переливалась, шевелила своими длинными пульсирующими лучиками. И глядя на нее, казалось, что все мы внезапно попали в сказку. В светлую детскую сказку, где всегда побеждает добро… *** … Горел костер. Обычный сталкерский костер, если посчитать обычным в Зоне, что вокруг костра кружком сидели сталкер, бандит и химера. Первые двое часто прикладывались к бутылке, передавая ее друг другу, балагурили и провозглашали тосты в честь химеры, которая слушала, но зорко сканировала ночь. Мы со Шквалом тоже приложились, но быстро отошли, потому что наемнику со вспоротым осколками бедром хотелось лечь. Я сунула ему под бок артефакт «Душа», вколола пару ампул антибиотика с обезболивающим, уложила его на свой спальный коврик, а его голову - на свои колени. Потом меня под действием спиртного и пережитого разобрало на горячие нравоучения. Из той серии, что предавать друзей нельзя и подло, что никакого Кирюху я не знаю, а вот иметь дела с наемниками больше не желаю и не буду. И как только доберемся мы на Янов, я уйду с химеркою на Пустоши и буду там общаться лишь с кровососами и псевдособаками, так как гнилые люди меня уже достали! Шквал слушал, слушал, потом протянул руку и накрыл своей рукой мою, сжав крепко и недвусмысленно. И произнёс: - И я тебя тоже люблюлюблю. Меня тут же накрыло жаром, как из «жарки». Он чуть улыбнулся, закрыл глаза и начал засыпать. А я сидела, боясь пошевелиться, и думала, едва-едва не плача: какие ж мне, к чертям псевдособачьим, кровососы, если я не могу даже руку из его руки выдернуть?..