Мечты сбылись

День начался почти так же, как и предыдущий. Яртетис снова проснулся в одиночестве, но на сей раз никто в комнату не заглянул. Он ещё повалялся в кровати, наслаждаясь утренней ленью, потом позалипал в иркус, просматривая кулинарные книги, а затем решил, что пора бы уже вставать. Терендир, наверное, ждёт его на кухне, они планировали сегодня продолжать обучение. Только перед этим нужно ещё подобрать одежду, которая может понравится Вове — задача не из лёгких. Ярик подошёл к стене и похлопал рукой примерно по тому месту, куда, как он видел, нажимал Ренд, чтоб гардеробная открылась. Не с первого раза, но у него получилось, стена отъехала и Яртетис попал в шмоточное царство. Как бы тут до вечера не проблужать. Паническую мысль о том, чтоб позвать Терендира на помощь, он сразу же отмёл. Нечего! Не маленький, сам уж как-нибудь с такой ерундой справится, а то этот эльф скоро совсем его разбалует своим вниманием и заботой, и будет ему в результате попку подтирать и с ложечки кормить. Яр побродил между рядами и попередвигал вешалки. Кое-что ему сразу приглянулось: вот это красивое, да и это тоже. Но хрен его знает, понравится ли оно Владимиру. Вот с этим вопросом как раз следовало бы обратится к Ренди, ещё вчера, уж он-то знает вкусы своего супруга. Предположительно, Вове нравится что-то эротичное, подчёркивающее красоту Ярика, он же по ночам именно в такое его одевал. Или то касалось только секса? Для повседневной носки эльф выдавал ему изящный, в меру сексуальный костюм. Помимо этого Яра ещё наряжали в шорты и свитер, а так же в платье. Два наряда из трёх являлись дамскими, может и тот чёрный тоже, просто Яр тогда этого не понял, тогда задача упрощается — нужно подбирать что-то в женском отделе. Он прошёлся вдоль вешалок, вытащил несколько наугад и придирчиво рассмотрел. Это платье слишком пышное, в таком в двери-то хрен пролезешь; это из непонятного жёсткого материала, словно и не ткань вовсе, фу; это слишком дорого выглядит… Яр поискал ещё и в результате выбрал несколько вариантов. Теперь нужно посмотреть, как он в этом выглядит, если будет не по размеру, Ренди подгонит. После примерки Яртетис всё же остановился на варианте, который ему самому очень понравился: простое длинное платье нежно-синего оттенка, с небольшим круглым вырезом спереди, с чуть большим — на спине, с вышитой широкой полосой по центру — от горловины, до самого низа. Может быть и не очень сексуально, зато очень красиво и изысканно. Ярик снова поразился, насколько же он стал теперь похож на мать. Она любила одеваться именно так — просто, но со вкусом. Только одно его в этом наряде смущало — спереди на лифе имелось место, куда должна была бы помещаться женская грудь, а этой самой груди у Яра вообще-то не имелось. Возможно и это Терендир сумеет поправить? В том белом платье, которое он надевал на свадьбу, ничего такого не было, его будто на мужчину шили или на барышню с никаким размером. Сперва Яртетис заглянул в комнату, где, как он чувствовал, находится Кейнаниар. В этом месте Ярик ещё не был, когда он открыл дверь, душа его замерла от восторга — да это же тренажёрный зал! Помещение было наполнено кучей разных непонятных штук, которые Ярик видел впервые, но штанги, гантели, скамьи для упражнений, брусья и перекладины он сразу узнал. Кей бегал на каком-то приспособлении, которое само двигалось под его ногами, Яр подошёл поближе, с любопытством разглядывая интересную штуку. Здорово-то как, это хорошо эльфы придумали, вроде как и бежишь, и остаёшься на месте — удобно, особенно на летучем корабле, где тут пробежки-то устраивать. — Привет, — улыбнулся Кейнаниар, нажимая на эльфийскую технологию, отчего та тут же остановилась. — Выспался, дорогой? Я хотел тебя разбудить, но ты так крепко дрых. — Выспался, — ответил Ярик, целуя его в губы. От Кея офигительно пахло — терпко и соблазнительно, у Яра даже в паху заволновалось. Вот уж не замечал он никогда за собой, чтоб его возбуждали потные мужчины. Впрочем, это не какой-то мужчина, это Кей. — Вове ночью кошмар привиделся, он меня разбудил и я потом долго не мог уснуть. А вы с Ренди даже не проснулись, ему что, так часто плохие сны снятся? — Тебя зайка в кухне уже заждался, — сообщил Кей, игнорируя его вопрос, — ты сегодня опять весь день с ним пробудешь? — Ну… вообще планировал, — неуверенно ответил Ярик, чувствуя в муже легкую грусть, — но если хочешь, к тебе приду, поиграем. — Не, я сегодня собираюсь тренироваться, и так уж хрен знает сколько времени в тренажёрке не был, так жиром недолго заплыть. Просто я надеялся, что Ренди ко мне присоединится, одному скучно — мы обычно вместе занимаемся, а раз вы будете целый день готовить… — Я его к тебе отпущу, не беспокойся, — улыбнулся Ярик, — только кое-какие вопросы уточню. Мне самому интересно будет что-нибудь самостоятельно приготовить. Я сегодня в книге видел один занятный рецепт, хочу попробовать. — А хочешь, ты к нам присоединяйся, — с энтузиазмом предложил эльф. — Ты же любишь физические нагрузки. — Кей, мне же нельзя, — напомнил Яр, — мне Вова запретил. — Ну не совсем же прям нельзя, побегать-то можно, — уверенно заявил Кей. — Это же не специальные упражнения какие-нибудь. Да и забыл он небось о своём запрете, с Володей так часто бывает — наорёт в раздражении, что-нибудь прикажет и потом не проверяет — сделал, не сделал. Главное изначально не перечить, со всем соглашаться, а там уж он остынет и ему будет похер. Позаниматься хотелось. Узнать как используются все эти штуки, каждую опробовать, тело само рвалось на брусья и к гантелям. Или хотя бы побегать, это же, действительно, не какие-то упражнения сильно меняющие фигуру, любые существа просто так бегают при жизненной необходимости, от опасности к примеру, нельзя же это считать за тренировку. Соблазнительно… Но было страшновато нарушать запрет злого бога. Кей, конечно, лучше знает своего мужа, возможно Владимир и в самом деле уже обо всём забыл… А вдруг не забыл? Тем более, у Яра уже есть на сегодня планы. Кто вообще будет готовить, если и Кей, и Ренди весь день проведут в тренажёрном зале? Не Вова же. — Может быть в другой раз, — ответил он не слишком уверенно, — ладно, пойду тогда, раз Ренди меня заждался. Кстати, Кей, как я выгляжу? Нормально? Как думаешь, Вове понравится? Яртетис покрутился вокруг своей оси и уставился на эльфа в ожидании вердикта. — Охуенно ты выглядишь, — обрадовал его Кейнаниар, — не знаю как Вове, но мне точно нравится. Тебе в самом деле идут бабские шмотки, я даже начал к этому привыкать. Только дай уберу… — платье на груди Ярика уменьшилось, прилегая к телу. — Во, так совсем хорошо. Терендиру тоже понравилось, как Яртетис оделся. Он, правда, добавил, что не хватает украшений. Но в гардеробной Яр их не нашёл, о чём и сказал эльфу, на что тот обещал показать вечером, где именно они лежат. До обеда занимались обучением и время пролетело незаметно. Ярик опять узнал много нового, получил ответы на вопросы, которые его интересовали, а потом Ренд ушёл к Кейнаниару наверх, прихватив с собой несколько контейнеров с едой. Владимира за всё это время Яртетис снова ни разу не встретил, тот даже на обед не приходил. Странно… Вроде Кей говорил, что Вова больше всех любит покушать, должен бы из кухни не вылезать в таком случае. Впрочем, Ярику же лучше. Пусть все эльфы его наряд хвалили, этот мудак наверняка найдёт к чему придраться, опять настроение испортит, так что нет его — и слава тьме. Их встреча произошла у той самой злополучной комнаты для просмотра фильмов. Рядом с ней с Яриком вечно случаются неприятности, хоть мимо не ходи. Только по-другому в туалет не попасть, он там рядом. Яр, конечно, переживал, что злому богу может не понравится его наряд не смотря ни на что, однако такая реакция была уж совсем неожиданной. Владимир смотрел на него расширившимися от ужаса глазами, все краски схлынули с его лица, он словно привидение увидел. Однако страх очень быстро сменился яростью, Яртетис даже сообразить ничего не успел, когда его грубо схватили за волосы и резко впихнули в диванную комнату. — Ты, блядь, совсем охуел? — рычал Вова, надвигаясь на него. — Нахуя ты так вырядился, долбоёб? Неужели не понимаешь, что это женская одежда? Или ты нарочно так сделал? Чтоб меня задеть? Ярик испуганно пятился, не зная как реагировать. Глаза ненормального бога метали молнии, кажется он окончательно съехал с катушек и сейчас прихлопнет его как котёнка непонятно за что. — Я, блядь, тебя спрашиваю! Хули ты молчишь, сука?! — рявкнул эльф, хватая Яртетиса за платье на груди и встряхивая, как куклу. — Нахуя ты это надел?! — Я… я… д-думал… — прозаикался Яр. — Что ты думал? — яростно прошипел Вова, не дав ему договорить. — Что сможешь сделать мне больно? Поздравляю, у тебя получилось, ты своего добился. Только вот порадует ли это тебя? «Кей!» — мысленно заорал Яртетис, любимый должен его услышать и прийти на помощь. Если, конечно, захочет защитить свою пару от своего психованного мужа. Кейнаниар к нему не пришёл, пришёл Терендир, вернее — буквально влетел в комнату, с порога окликая супруга. — Ренди, нет, ну ты видел, как этот мудак оделся? — Владимир снова сильно встряхнул Яра, отчего платье затрещало по швам. — Он это специально сделал! Знал, как я отреагирую! — Любимый, даже я не знал, что ты так отреагируешь, — спокойно сказал Ренд. — Отпусти его, Ярик не нарочно, наоборот — он хотел сделать тебе приятное. — То есть ты видел, во что он одет и ничего ему не сказал, — гневно резюмировал Вова, отталкивая от себя Яра так, что тот отлетел в стену, больно приложившись спиной. — Ты, блядь, дорогой, тоже хотел сделать мне приятное? Или тебе было просто похуй? Я этому даже не удивлён! Действительно, нахуя вам с Кеем теперь ваш проблемный муж, когда есть другой — весёлый, милый и неконфликтный. С Яричкой хорошо, с Яричкой удобно. С ним целый день можно с удовольствием проводить время, не надо под него подстраиваться, терпеть его плохое настроение, его загоны. Ради него можно наплевать на прошлое, сказать родному мужу, что тот заебал носить траур; ради него можно поставить дизайн, который сделает этому самому мужу больно. И ладно ещё Кей, но ты! Ты, Терендир! Как ты мог позволить ему в этом ходить? Как ты мог допустить, чтоб я такое увидел?! Если тебе самому насрать как он выглядит, если тебе это не причиняет боль, как ты мог позволить ему причинить боль мне? Яртетис забился в угол и пришибленно молчал, со страхом наблюдая за происходящим. Конечно хорошо, что гнев Владимира перекинулся с него самого на кого-то другого, плохо, что этот другой Терендир. Яру очень не хотелось бы причинять этому хорошему эльфу неприятности. Но что он может в данной ситуации сделать, кроме как сидеть и не отсвечивать? Вова про него будто забыл, вот и не стоит о себе напоминать, чтоб не провоцировать своим внешним видом. Вряд ли сумасшедший бог сделает что-то плохое своему идеальному партнёру, Ярика же он точно грохнет. Если же Ренди кинется его спасать, — а он скорее всего кинется, почему-то Яртетис был в этом уверен, — тогда ему ещё сильнее достанется. — Солнышко, успокойся, — проникновенно увещевал Терендир, медленно подбираясь к рассерженному эльфу, — ты же знаешь, что я не хотел причинять тебе боль этим дизайном, он тебе самому нравится, ты сам просишь его иногда поставить. И то, как Яртетис выглядит… Он вовсе не так сильно похож, тебе просто показалось спросонья. Он мужчина, любимый, и даже в платье выглядит как мужчина. Тебя просто переклинило, это пройдёт. Иди ко мне, мой хороший, — позвал он, протягивая руки, — ты знаешь, что я тебя по-прежнему люблю, ты это чувствуешь. Никто и никогда не заменит мне тебя, любовь моя, душа моя. Никто и никогда! Только ты — моё сердце, моя жизнь, мой таунэ. — Отвали от меня, — с надрывом воскликнул Владимир, отталкивая его руки, — не смей меня трогать! Вы все издеваетесь надо мной, ненавидите… такое чудовище… монстр… — Нет, таунэ, нет, — Ренди поймал мужа и насильно прижал к себе, не давая вырваться, покрывая лицо поцелуями, — ты не монстр, почувствуй меня, прошу, почувствуй, ну же. Любовь моя, аниас вэл арамен, тэне варден вэл, солэн ви. Вова продолжал что-то кричать на незнакомом языке, пытался оттолкнуть Терендира, ударить, вывернуться, но муж легко с ним справлялся, удары словно не причиняли ему никакой боли, он настойчиво раздевал своего взбесившегося супруга, продолжая везде целовать. — Сука, — проскулил Владимир, когда Ренди, разорвав на нём остатки одежды, повалил его на ковёр, удерживая руки в крепком захвате, а коленом раздвигая ноги. — Отпусти, не хочу, отпусти! — Ты мой, таунэ… мой! — Терендир будто тоже сошёл с ума, он совершенно не слушал, что ему говорят. — Я не позволю тебе уйти! Ты обещал быть всегда со мной. Ты поклялся, любовь моя. Забудь обо всём! Только ты и я, ничего больше… ничего не существует, только я, твой солэн. Ты мой, ты мне нужен, таунэ, любимый… Яртетис в полнейшем шоке наблюдал за разыгравшейся на его глазах сценой. Что, тьма возьми, происходит?! Всё, что делал Терендир, этот прекрасный добрый эльф, выглядело как самое натуральное изнасилование. Нет, бывают, конечно, между любовниками такие игры, когда один делает вид, что не хочет секса. Но Вова-то действительно не хотел, у него член совсем не стоял, он отталкивал своего мужчину, кричал, когда тот резко в него вошёл, невзирая на явное сопротивление. У эльфов такое что, в порядке вещей? Не только Ярика принуждают к сексу, но и друг друга? Тогда почему не Владимир Ренди, а вовсе наоборот? Это же Вова тут главный мудак, тиран и самодур, Терендир не такой, он перед Яром извинялся за спонтанный секс без согласия, обещал всегда его спрашивать. А собственного мужа, значит, можно вот так, насильно, трахать? Ладно бы просто мужа — опасного бога, способного убивать силой мысли. Ренди не боится его гнева? Или он тоже бог, и сильнее Владимира? Меж тем происходящее на ковре с каждой минутой всё меньше походило на изнасилование, член у Вовы таки встал, он уже перестал сопротивляться, закинул руки Терендиру на шею, ногами обхватил его талию и начал страстно выгибаться, жарко постанывая и подмахивая. Тьма, великая… А Яр почему-то думал, что Владимир стопроцентный актив и никогда не бывает снизу… Судя по всему — очень даже бывает и ему это охуеть как нравится. Такого Вову Яр тоже видел впервые, и не мог не отметить про себя, что с хуём в жопе этот мудак выглядит великолепно: такой чувственный, податливый, такой пленительный и желанный — квинтэссенция искушения. Яртетис поспешно отвёл взгляд, ощутив накатывающее возбуждение. Вот ещё не хватало, чтоб член встал в такой ненормальной ситуации, он же не эльф-извращенец, чтобы возбуждаться посреди семейного скандала и чужого изнасилования. То есть теперь как бы и не изнасилования… да и скандал, вроде бы, уже закончился. И он честно старался не смотреть, но на периферии зрения мелькали движения, привлекая его внимание. Ну как тут удержишься? Как можно не полюбоваться на то, как совершенный мужчина эротично танцует на внушительном агрегате своего мощного супруга в позе наездника, как выгибается его сильный стан, как шикарные, чёрные волосы, выпавшие из хвоста, задорно подпрыгивают на спине, доставая до сочной попки, то скрывая от взора Ярика натянутый членом анус, то кокетливо показывая? Реально ли отвернуться, когда такая красота по-кошачьи прогибается в коленно-локтевой, покорно приглашая себе вставить? И кто в здравом уме закроет глаза, в то время как этот ходячий соблазн опускается на колени, повинуясь приказу мужа, и с любовью принимает в рот его член, позволяя спустить в себя, а потом демонстративно облизывается, показывая, как ему это понравилось? Яр кончил как раз в этот момент, с сожалением думая, что ему Вова никогда не сосал и даже если когда-нибудь соизволит, вряд ли сделает это именно так. Похоже Владимир боготворит своего идеального партнёра ничуть не меньше, чем тот его, если не больше. — Прости меня, солэн, — нежно прошептал Вова, прижимаясь к ногам Ренди, — прости за эти мысли. — Я с тобой, душа моя, — ответил Ренд, тоже опускаясь на колени и обнимая супруга, — вместе мы со всем справимся — помни. В эту секунду Ярик почувствовал нечто… огромное, непостижимое, бескрайнее. Шире, чем вселенная, глубже, чем дно самого глубокого океана. Он купался в чужой любви, ослеплённый её немыслимой силой. Да это и любовью назвать нельзя, это то, чему не придумали название, потому как никому больше не дано испытать подобное. — Я пойду медитировать, Ренд, — уже обычным тоном сообщил Владимир, отстраняясь, — и переодень, ради бога, этого дурака, глаза б мои на него не глядели. А ты, дрочер-вуаерист, — ехидно обратился он к Ярику по дороге к выходу, — мог бы и уйти для приличия. Вообще, что ли, не соображаешь, когда твоё присутствие неуместно? Когда дверь за Вовой закрылась, Терендир тяжело вздохнул, подошёл к стене и сел, привалившись спиной. Теперь его чувства немного изменились. К светлой безграничной любви примешивалась сильная усталость, душевная боль, печаль, тоска, сожаление, лёгкий страх, горькое ощущение собственной вины и совсем уж непонятная в таком наборе твёрдая решимость, смешанная с отчаянным упрямством. Всё это навалилось на Яра как тяжкий груз, придавив к земле. А Ренд выглядел абсолютно спокойным и невозмутимым, словно внутри него и не бушевал целый коктейль жгучих эмоций. Чего Ренди боится? О чём сожалеет? О том, что защитил Яра, выступил против мужа? И продолжит защищать, если такое вновь случится? Возможно, они с Вовой всё же поссорились? Оба говорили на чужом языке и до секса, и во время, мало ли о чём? Да и как не поссорится, если Терендир взял Вову против его воли, пусть потом тот начал получать от процесса удовольствие, сперва это всё же было изнасилованием. Нахрена Ренди вообще так сделал? Он же не такой, он добрый, неужели как-то по-другому было нельзя? — Ренди, — Ярик подполз к эльфу, и осторожно положил руку на его колено, заглядывая снизу в глаза, — это ты из-за меня? Ты боишься, что муж тебя накажет за то, что ты меня защитил? Вы с ним поссорились? — Что? — недоумённо посмотрел Терендир. — Ты о чём, Яричка? — Ну… ты же его изнасиловал, ради меня… Наверное, так было нужно, по-другому бы он не отвлёкся, но не стоило ради меня этого делать, он твоя пара всё-таки, ты и себе причинил этим боль. Не думал, что ты вообще способен на что-то подобное, ты же хороший. — Хороший… — грустно улыбнулся Ренд. — Я тебе уже говорил, котёнок, нет таких понятий: «хороший», «плохой», «добрый», «злой». Есть просто поступки. Ты даже представить не можешь, на что я способен пойти ради своего таунэ. Ты тоже пойдёшь на всё ради Кея, поверь мне. Мы с Вовой не поссорились, не беспокойся. Я бы защитил тебя по-другому, то, что между нами произошло, не имеет к тебе никакого отношения. — А почему Кей не пришёл? — задал Яртетис вопрос, волнующий больше всего. Это же он пара Ярика, именно он должен был кинуться ему на помощь. — Я же его звал, неужели он не услышал? Я его вроде всегда слышу. — Потому что он не солэн Володи, он не смог бы ему помочь, — непонятно пояснил Терендир. — Что такое солэн? И таунэ? Ты так Вову называл. На каком языке вы всё время общаетесь между собой, почему я его не понимаю? — На эльфийском Анайэ, — улыбнулся эльф, и уточнил: — Старого Анайэ, его никто, кроме нас и наших детей не знает. Ты не понимаешь, потому что Вова дал тебе знание не всех языков, а только основных. Обычно мы общаемся на русском — это человеческий язык, на эльфийском очень редко. Иногда в речи само проскакивает, мы и не замечаем. Солэн и таунэ совсем древние термины из древнеэльфийского языка, у них не существует точного перевода, даже на эльфийском нет аналогов, их заменили муж и жена, но это всё же не то… Скорее — совсем не то. Солэн… даже не знаю, с чем сравнить, чтоб ты понял, — Ренди внезапно хихикнул, — как ни странно, ближе всего к понятию солэн подходит демоническое определение старшего мужа. Это весьма условное сравнение, разумеется, даже близко не передающее смысл. Обычно солэн — это тот, кто просто старше, а таунэ — тот, кто предназначен ему судьбой, его младший. Только это, опять же, условность. Солэн тот, кто берёт на себя всю ответственность, принимает сложные решения, тот, кому таунэ может доверить и вручить всего себя, его надёжная опора. Блин, это реально очень трудно объяснить, Ярик. — Так, получается, это Владимир твоя жена, а ты его муж? — озадаченно спросил Ярик. — Да нет же, — рассмеялся Ренд. — Володя мой муж, а я его жена, тут всё правильно и понятно. Чего понятно-то? Яртетису, вот, нифига непонятно. — Значит солэн и таунэ — это наименование партнёров в эльфийской паре… Выходит, Кей — мой солэн, а я его таунэ? — уточнил он. — Не совсем… — покачал головой эльф. — Пусть ты намного младше Кея, но именно ты станешь солэн, если возьмёшь на себя ответственность и будешь принимать решения, от которых зависит ваша жизнь и ваша судьба. Не заморачивайся, Ярик, определения не так важны, главное — что вы чувствуете, а уж как это называть — дело второстепенное. Вот ещё чего не хватало, Ярику и за свою-то судьбу отвечать не хочется, что уж говорить про судьбу любимого мужчины. Нет уж, принятие важных решений точно не к нему! Пусть лучше Кейнаниар будет солэн, а Яртетис младшим мужем, в смысле таунэ. Об этом же можно друг с другом договорится, или это как-то по-другому решается? — А почему Вова на меня рассердился за то, как я оделся? Или мне именно это платье нельзя было брать? Оно чем-то для него важно? — Нет… — эльф снова помрачнел. — Яр, просто пойдём и переоденем тебя. Постарайся пока не носить женские вещи. Это временно, до тех пор, пока наш муж не успокоится окончательно. — Да я, вообще-то, и не стремился к такому, это вы меня так наряжали, я думал, вам нравится, — заметил Яр. — И откуда мне знать, что в вашей огромной гардеробной женское, а что мужское? Ты мне в тот раз свитер с шортами давал, так я и не понял, что это дамское, пока Кей не сказал. — Всего лишь не надевай никакие платья или юбки, — пояснил Терендир, — в остальном можешь носить, что тебе нравится. В гардеробной Ярик выбрал одежду, максимально походящую на мужскую, пришлось Терендиру её уменьшить, она оказалась не по размеру. Ни вышивки, ни камней на ней не было, — жаль, но в целом и штаны, и рубаха смотрелись красиво. Даже если это не мужские вещи, он сам в них определённо похож на мужика, а не на хрен пойми что. — Нормально? — поинтересовался Яр у Ренди, вертясь перед зеркалом. — Такое Вову устроит? — Ты в любой одежде выглядишь потрясающе, — заверил тот, — думаю, Вову такое устроит, это всё же мои вещи, они всегда ему нравились. — Спасибо, что одолжил, — поблагодарил Ярик. — Не одолжил, — улыбнулся Ренди, — мы семья и у нас всё общее, можешь пользоваться чем угодно и сколько угодно. Ну… кроме личной игровой системы Кея, конечно. В неё без разрешения даже тебе лучше не лезть, иначе он тебя покусает. Котёнок, я продолжу тренировку, если ты не против? Или хочешь, чтобы я всё же составил тебе компанию на кухне? — Нет, нет, иди, — покачал головой Яр, — Кей тебя ждёт. Он… кажется сильно волнуется. Скажи, что у меня всё в порядке. Вы вечером на ужин придёте, или мне вам туда принести? — Обязательно придём! Устроим нормальный семейный ужин, как полагается, жди нас часикам к восьми. Ярик немного волновался — всё-таки первый раз самостоятельно готовит что-то сложное. Он собирался сделать фаршированный мясом перец с хреном, запечённый в собственном соку, должно получиться очень вкусно. Во всяком случае, при одном только взгляде на картинку в рецепте, у самого Ярика начиналось обильное слюноотделение. На гарнир планировалась гречка с грибами и луком. Такую крупу Яр никогда не ел, даже не видел ни разу, хотелось попробовать. Трудности начались сразу же. Баночки с приправами у эльфов были подписаны, а вот большие прозрачные ёмкости с крупами нет. В шкафу обнаружилось целых семь видов коричневых злаков, а как выглядит до варки нужный ему, Яр понятия не имел. В рецепте просто писалось — возьмите гречку. Хоть бы изображение какое нарисовали, можно подумать, все должны знать какая она сырая. Ярик, вот, не знает. Впрочем, это же вопрос разрешимый, в иркусе есть, кажется, абсолютно всё, наверняка и картинки с нужным найдутся. Он забил в поиске иркуса: «как выглядит сырая гречка?», и тут же получил ответ на свой вопрос. Правда, не в виде стационарного изображения, эльфийская технология ему показала целый маленький фильм, но так даже лучше. Яртетис сразу же нашёл среди ёмкостей необходимую, с небольшими коричневыми пирамидками. Дальше дело пошло веселее, с остальными ингредиентами проблем почти не возникло. Единственное — большого круглого перца Яртетис так и не нашёл, зато обнаружил поменьше и с вытянутой попкой. Такие на тарелку красиво не поставить, придётся боком класть, да и мороки с ними будет побольше, но куда деваться. Эльфы прожорливые, значит маленьких перцев нужно будет нафаршировать побольше, чтоб все наелись. Ярик очень старался делать всё быстро, чтоб успеть к восьми вечера, однако провозился до самого прихода эльфов, перцы ещё доходили в духовом шкафу, когда трое его мужей уселись за стол. Хорошо, хоть гречка была уже готова. — Подождите немного, пожалуйста, — расстроенно попросил Яр, быстренько прибирая со всех поверхностей, — минут пять всего осталось. — Не суетись, малыш, — добродушно порекомендовал Ренди, — никто тут с голоду не умирает, подождём хоть пять минут, хоть десять. — Ну как сказать, — буркнул Вова, — я, вот, весь день не жрамши из-за кое-кого, кто выбил меня из душевного равновесия. Так что, если этот кое-кто не поторопится, я его самого съем. — Не ворчи, любовь моя, — улыбнулся Терендир, целуя мужа. — Можешь пока салатик съесть, я утром приготовил, должен ещё остаться. — В жопу твой салатик, я мяса хочу! — отрубил Владимир. — Всё-всё, уже готово! — доложил Яр, вытаскивая из духовки красивые, хорошо пропёкшиеся перчики. Жаль попробовать сам не успел, вдруг плохо получилось? Хотя на вид и по запаху блюдо казалось божественным. Когда Ярик выставил целый огромный поднос с перцами, за столом почему-то наступила гробовая тишина. Неужели эльфы настолько впечатлились внешним видом его стряпни, что даже все слова забыли? — Сейчас каждому ещё гречку положу, — предупредил он. — Гречка — это хорошо, — пробормотал Кей, с каким-то странным выражением на лице рассматривая фаршированные перцы, — гречка — это сытно. — Ярик… Полагаю, на Ктеорисе хабанеро не растёт? — задумчиво уточнил Ренд. — Хабанеро? — переспросил Яр, сразу забеспокоившись. — Нет, я такое не знаю. А что, я что-то неправильно сделал? Нужно было сюда эту хабанеру добавить? — Ага, ещё и соуса хабанеро здесь не хватает для полного счастья, — фыркнул Владимир, — всю жизнь мечтал сдохнуть от еды, очень пафосная и тупая получится смерть. Яртетис ничего не понял, кроме того, что эльфы не горят желанием радостно накидываться на приготовленную им еду. Чёрт… наверное им такое не нравится, он должен был уточнить у всех, что они предпочитают, прежде чем выбирать рецепт. — Не расстраивайся, малыш, — сочувственно сказал Ренди, глядя на его погрустневшее лицо, — выглядит очень аппетитно, а уж запах, м-м-м… Я, пожалуй, попробую. Яр хотел возразить, что не надо ради него давиться тем, что не нравится, но не успел. Терендир взял с тарелки перчик и тут же засунул его в рот. Что с ним потом произошло… Яртетису даже стало страшно. Эльф сделал жевательное движение, потом жутко выпучил глаза, весь покраснел как помидор, а из глаз ручьём полились слёзы. — Ай, блядь! — прохрипел он, выплёвывая на стол перец. — Молока! Быстро! Кей почему-то ржал как конь, глядя на этот ужас, Вова тоже посмеивался. Они нормальные вообще?! Тут их жена умирает прямо у них на глазах, а они ничего не делают! Ярик метнулся к охлаждающему шкафу и протянул Ренди бутылку молока в надежде, что это его спасёт. Тот выхлебал её практически залпом. Яр от отчаяния не знал куда деваться, что же он такое наготовил, что чуть не отравил этим собственного супруга. — Извини, Яр, но я пас, — жизнерадостно сообщил Кей. — Даже моя великая любовь к тебе не заставит меня пробовать этот пиздец. Это очень острый перец, никто его не фарширует. Не парься, ты же об этом не знал. Тем более есть ещё гречка, её и поедим, если ты, конечно, и туда что-то убойное не напихал. — Гречку я пробовал, — убито доложил Ярик, — вроде не ядовитая. Простите меня, я сейчас это выкину. — Ну уж нет, — возмутился Владимир, притягивая к себе поднос с перцами. — Выглядит и вправду охрененно. Сразу видно, что ты очень старался, так чего ж выкидывать, если оно всего лишь немного острое. Даже хорошо, что ты так сделал, значит мне одному вся вкуснятина достанется. И он, ничуть не сомневаясь, принялся с упоением поедать опасный для жизни продукт, да ещё и постанывать в процессе от удовольствия. С Вовой ничего ужасного не происходило, может Кей и Ренди над ним подшутили просто? Хотя как можно симулировать такое кошмарное покраснение лица?.. Яр потянулся к подносу, чтоб попробовать наконец своё кулинарное творение, и тут же получил по руке. — Лапы убрал, — рыкнул Вова, — теперь это всё моё! Жри, вон, зайкин салатик, если гречки тебе мало. — Любовь моя, ты, главное, жопу тоже сделать бесчувственной не забудь, когда в туалет пойдёшь, — весело посоветовал Кейнаниар, — да и толчок магией укрепи, а то будет у нас в корабле такая дырень, будто на нас Чужой напал. — Без тебя разберусь, мой сладкий, — прочавкал Владимир. Ну… раз Вове нравится, значит не всё так плохо, как показалось изначально, Яртетис даже приободрился. Тем более гарнир все эльфы съели и похвалили. Однако в следующий раз лучше всё же советоваться по любому вопросу с Ренди, рановато ему ещё самостоятельно готовить. — Пойдёмте, может, кино посмотрим? — предложил Кей после ужина. — Давно не смотрели, и Яр, наверное, не видел до сих пор с полным погружением. Ты же ему ещё не включал? — уточнил он у Ренди. — Нет, не включал, хорошая идея. Володя, ты как? — Я только за, — ответил Владимир, — если действительно посмотрим, а не как обычно, Кей. — А чё сразу Кей, — возмутился Кейнаниар, — в последний раз Ренди первый начал. — Хорошо, оба не начинайте, иначе у меня из-за вас скоро хуй будет вставать уже только при включении медиасистемы, рефлекторно. Или, не дай бог, на монстров каких-нибудь чешуекрылых начну возбуждаться. — Я буду держать себя в руках, — клятвенно пообещал Кейнаниар, — не хочу превращаться в монстра. — Вот и умница, — усмехнулся Владимир. В злополучной комнате для развлечений все уселись на один диван, к счастью Ярику досталось место возле Терендира, Вова расположился на другой стороне. Жалко, что Кей сел между своими мужьями, а не рядом, так было бы вообще замечательно. Ну и ладно, зато злой бог не будет на него давить своей близостью. — Включу что-нибудь позрелищней, — сообщил Ренди, — фэнтези или приключения какие-нибудь, чтоб Ярику было интересно и понятно. Никто же не против? Никто против не был, свет погас, как и в тот раз, когда Яртетис смотрел кино вместе с Вовой, только на сей раз всё было по-другому: слева появилось пшеничное поле, справа — густой лес, а чуть левее, за полем, виднелись небольшие деревянные дома. Ярику казалось, что он вдруг перенёсся с летучего космического корабля в совсем другое место. Уму непостижимо, всё такое реальное! Неужели это и в самом деле не колдовство? Пахло свежескошенной травой, откуда-то доносились соловьиные трели, приятно грело солнышко и дул тёплый летний ветерок. Диван под ними поднялся в воздух и Яр ойкнул от неожиданности, неосознанно вцепившись в руку Терендира. — Не бойся, — прошептал тот, сжимая его ладонь, — всё, что происходит — это не по-настоящему и вреда тебе не причинит. Они неслись прямо на диване над золотыми колосьями пшеницы приближаясь к деревне, Яртетис не мог понять, как это происходит, он посмотрел под собой, однако мебель на самом деле никуда не сдвинулась, просто наклонилась немного назад. Так почему же кажется, что она летит? Он ведь ощущает сопротивление воздуха как во время настоящего полёта, при этом остаётся на месте! Дух захватывало от этих непонятных ощущений. Это самое странное и самое потрясающее, что он когда либо чувствовал и видел. Через полчаса просмотра «самого потрясающего» он увидел столько, что на десять жизней с избытком хватит. Вместе с главным героем они плыли по бурной реке, погружались на дно, попали в снежный буран, на них сыпались камни с горы, нападали невероятные чудовища, широко раскрывая зубастую пасть, летели копья и стрелы. Хоть Яр и старался воспринимать это спокойно — сказали же, опасности нет, это эльфийские технологии, — но инстинкты сами срабатывали, заставляя всё время уворачиваться и пригибаться. На самых страшных моментах он, кажется, даже вскрикивал. Особенно жутко было, когда они рухнули с огромной высоты водопада прямо вниз, брызги летели в лицо, а кругом стоял такой грохот! Ярик даже закрыл глаза от испуга, и прижался к обнимающему его Терендиру. Да как это может быть не по-настоящему, когда он чувствовал и жуткий холод, и колючие снежинки на лице! А смрадного дыхания одного из монстров ему не забыть никогда! Диван то подбрасывало, то трясло, то качало, добавляя реалистичности. Всё это было очень, очень интересно, хоть и страшно, и Яр точно сам не отвлёкся бы от захватывающего зрелища — его отвлекли. В его собственные ощущения от просмотра фильма стало добавляться чужое, — совсем неуместное в данной ситуации, — горячее сексуальное возбуждение. Кей что, возбудился от такого экстремального представления и дрочит? Да ладно… Но складывалось ощущение, что дело обстоит именно так! Яртетис посмотрел на своего озабоченного супруга, и удостоверился в том, что угадал почти правильно, Кейнаниар в самом деле дрочил, только не себе, он упорно приставал к Владимиру, мешая тому смотреть. Вова его отпихивал, но Кей настойчиво хватал его за вытащенное из штанов хозяйство. О тьма, и этот эльф ещё убеждал Ярика, что секс ему не особенно интересен! Продолжать просмотр теперь было крайне некомфортно, отвлекали волнительные ощущения. Кей победил в схватке с мужем и азартно присосался к его члену, окончательно выбив тем самым Ярика из колеи, член у него тут же встал по стойке смирно, упираясь в ткань брюк. Да что ж такое-то! Помучившись ещё минут пять и осознав, что ему уже плевать и на волшебные спецэффекты, и на летящие в лицо стрелы, Яртетис решительно положил руку на ширинку сидящего рядом мужчины. У Ренди, разумеется, тоже стоял. Бедные они бедные, куда им деваться с этими мужьями-извращенцами, хочешь — не хочешь, а возбуждаешься, чтобы вокруг не происходило. Возражений не последовало, но и от фильма Терендир не отвлёкся, может для него уже привычно так кино смотреть? А Ярику не привычно! Ярику хочется трахаться, и он потрахается, если никто не против. Бессовестно расстегнув на эльфе штаны, Яр взял в руку чужой тёплый член и крепко сжал, проводя кулаком по всей длине. Это было куда увлекательней какого-то там фильма. Он почему-то раньше не гладил Ренди (да и когда бы у него получилось, если этот эльф настолько активный, что сам ничего не успеваешь сделать, только стонешь и кайфуешь) и теперь млел от офигительных ощущений. Какая же нежная, оказывается, у Терендира кожа, какие потрясающие на ощупь мускулы! Какой пресс, какие бицепсы! Как же он изумительно пахнет! Вот это самец! И он принадлежит теперь не только Вове и Кею, но и Ярику! Это его муж, его мужчина! Он уже внаглую залез на Ренди, оседлав его бёдра, и потирался стояком о его ноги через ткань, попутно лаская потрясающе тело в распахнутой рубашке. Эльф инициативу в кои-то веки не проявлял, хоть и отвлёкся в конце концов, и Яртетис отпустил себя. Самому целовать эти сладкие губы тоже, оказывается, восхитительно! Ласкать языком и посасывать маленькие розовые соски, заставляя этого сильного мужчину податливо выгибаться — обалденно! Кейнаниар уже вовсю скакал на Вове, когда Яр, насладившись прелюдией, насадился на член своего партнёра, предварительно томно шепнув тому на ушко: — Моей попке уже не терпится, подготовь её для себя, дорогой. На сей раз кайфа было в разы больше. Его охватили не только собственные ощущения и ощущения его истинного, он чувствовал так же и Ренди, а через Кея даже немного Вову. Он словно трахал и любимого, и самого себя, и принимал будто несколько членов сразу, и ощущал, что каждый из них чувствует тоже самое. Все это отражалось, переломлялось, возвращалось и усиливало удовольствие. Калейдоскоп наслаждения сводил с ума, заставляя Ярика отдаваться неистово и страстно, они с Ренди чуть с дивана не свалились в процессе. — Какой же ты был горячий, малыш, — довольно произнёс Терендир, целуя Ярка куда-то в район пупка, — настоящий эльфёнок. Мне очень понравилось. Они натрахавшиеся и приятно утомлённые лежали вповалку на диване, Ярик частично на Кее, Кейнаниар на Вове, Ренди на Ярике. Фильм давно уже закончился, а свет включился. — Мне тоже, — улыбнулся Яр. — А уж как мне-то понравилось, — недовольным тоном вставил Владимир. — Я хоть когда-нибудь смогу до конца посмотреть хоть один фильм с полным погружением, Кей, или ты мне никогда не дашь? — Я тебе всегда даю, — игриво ответил Кейнаниар, — и буду давать! Пошли спать, что ли? Или ещё чего включим? — Спасибо, я уже насмотрелся, — буркнул Вова. Ярику почему-то казалось, что он вовсе не так недоволен, как показывает, просто бурчит для проформы, изображая из себя строгого мужа, но довольные нотки его выдают. Спали они тоже все вместе, Владимир устроился практически на Терендире, обнял его и оплёл ногами, а на Яра даже не посмотрел перед сном, что его, разумеется, не расстроило. Он с удовольствием подкатился к Кею, положил его руку на себя и сладко уснул.