I hate everything about me

Джейсон Колчек. Первый лейтенант. Лучший из лучших. Всегда верный. Но кто действительно стоит за этими громкими словами и ненавистным именем, которое он несет с гордо поднятой головой. Всего лишь жалкий наркоман с кучей говна за душой и агрессией, которую все труднее сдерживать. Все это началось ещё до того, как его мир пошатнул один иракский вражеский солдат в катакомбах древней цивилизации.

***

Северная Каролина, город Селлерс – беднейший город штата или просто дыра, в которой повезло родиться Джейсону. Нет работы, нет будущего, вообще нихрена. Джейсон прогулял и в этот раз школу, хотя на носу важные экзамены и выпускной класс – все это забывалось, когда парень собирался со своими дружками наркоманами, шныряясь белым порошком или марихуаной. Денег не всегда хватало на хорошую дурь, а значит и хороший кайф, который позволял бы продержаться чуть дольше, когда отец в пьяном угаре избивал его перед больной матерью. Сегодня ему повезло: самый старший из их компании неудачников достал порошок. — Какой-то новый состав, как сказал этот мудак… – проговорил быстро и сбито, что трудно разобрать и без того ужасный южный акцент, трясущимися руками доставая из потрепаного портфеля пакетики, – Что-то вроде дешёвой версии, но такая же действенная! — Блять, мне не нужны подробности, чтобы занюхнуть, давай уже сюда, – ломка. Зависимость от кокаина проявлялась во всей красе – агрессия и нервозность постоянно преследовали парня. Лучше уж так. Все лучше, чем чувствовать уныние, понимать, что ты тряпка и ничтожество. После принятой дозы мир становится не таким уж и ужасным, кажется, что есть силы на то, чтобы дать отпор алкашу бате, который встретит его с очередными криками и побоями. Дать по его ебучей роже так, чтобы тот завалился на пол и бить, бить, бить ногами, пока он не захлебнется в своей крови. Но реальность такова, что получает Джейсон, когда отец ловит его возле лестницы: замечает в глазах парня пелену и расширенные зрачки, видит, что того трясёт то ли от передоза, то ли от недостаточно принятого. Ведёт его на прокуреную кухню: обстановка тяжёлая, серые тона и сигаретный дым нагнетали. Отец кричит громко, что на его крики прибегает собака – лает также громко, как и отец. В голове крики и лай смешиваются. Джейсон перестаёт понимать, кто какой звук издаёт – голова гудит, горло першит и очень хочется спать. Но отец не отпускает парня, а продолжает размахивать руками, в одной их них бутылка коньяка, которую тот проливает при каждом агрессивном взмахе. — Ничтожество! Звучит отрезвляюще, то чего не хватало. Но этого недостаточно. — Неблагодарный выродок! Удар сильный, звук оглушающий и в голове наконец-то проясняется. Боль. Вот чего не хватало.              

***

Лежа в своей постели, Джейсон мучился от головной боли и отходняка: пот стекал с него градом, из-за чего тонкая футболка неприятно прилипала к коже. Он не мог заснуть. Когда употребляешь, то о здоровом сне можно забыть. Пробует прятаться от боли, когда накрывает голову подушкой, вдавливая сильнее, чем нужно. После, ходит по маленькой комнате: руки в нервном треморе, постоянно облизывает губы и чешет нос. Кровь. Джейсон осматривает ладонь, которой чесал нос и понимает, что у него пошла кровь. «Новый состав, да?»– вспоминает слова того парня. Он не удивлён. В маленькой ванной стены такие же серые, как и на кухне. Джейсону кажется, что стены давят на него со всех сторон. Глубоко вздыхает ртом и поднимает взгляд на грязное зеркало: бледный, под глазами мешки, из носа обильно течёт кровь. Ничтожество. Раковина в крови, пол частично в каплях – Джейсону было плевать на чистоту. Начинает смывать кровь с лица холодной водой. Приятно. Холод помогает с мигренью, лишь немного, но это уже лучше, чем биться головой об стенку. «Лучше боль, чем совсем ничего», – напоминает себе Джейсон, засовывая куски ваты в нос. Он устал от чувства бессилия, когда каждый раз позволяет избить себя, орать на себя, обзывать. — Ты действительно ничтожество, – обхватывая раковину по краям, говорит отражению Джейсон. Отражение не отвечает, только смотрит в ответ своими красными глазами, наполненными влагой. Он ненавидел это отражение. Презирал того, кто отражался в этом самом зеркале. Джейсон ненавидел себя. — Блять! Удар. В кулак врезается стекло, рассекая кожу. Внутренняя злоба на отца, на мать и самого себя вырывалась из него. Рука трясётся, когда шепча ругательства, обхватывает здоровой рукой запястье, притягивает руку ближе к себе. Оседает на пол, упираясь спиной об старую стиралку. Утром будет очередной удар и крики. Сидеть на полу в ванной и плакать, вот что остаётся Джейсону – он ранен, несчастен и очень одинок. Оставаться сильным и держать все в себе оказывается непосильной ношей, но Джейсон будет нести свой крест сам. Его боль принадлежит только ему. «Ты должен сам справляться со своим дерьмом, – говорил ему отец в один из спокойных дней, сидя на крыльце, – помощь просят только слабаки, а ты не слабак, – мужчина закипал сразу, как только начинал говорить на эту тему, – Ты меня понял?» Джейсон давно понял, поэтому здоровой рукой вытирает слёзы и обрабатывает руку, после убирает за собой стекло и кровь на полу. —Я не слабак! – говорит себе Джейсон, когда избивает ублюдка из школы, который посмел что-то вякнуть о нем. — Смотрите кто пожаловал! – омерзительные смешки его приятелей как иголки под кожу, — А мы думали, что ты сдох у ближайших гаражей. Билли говорил, что один из ваших даёт вам дешевую дурь, которая ещё хуже обычной. Джейсон не хотел связываться с этими уродами, у него были долги по учёбе и головная боль. Они не стоили внимания парня, пока кто-то не схватил его за плечо, резко разворчивая. — Что такое? Что такое, Джейсон? – его окружили со всех сторон подстрекатели, мерзко посмеиваясь, толкали и смотрели своими злыми глазами. — Слабак ты и твои дружки! «Ты не слабак, понял меня!?» Удар за ударом, кровь на кулаках и лице ублюдка, который захлебывался в слезах и соплях. Его дружки стояли и смотрели, как жестоко избивали их лидера. — Я не слабак! – прокричал в разбитое лицо Джейсон, держа того за грудки. Тогда парень дал понять всем, что лучше к нему не лезть, иначе лицо будет разбито в кашу. Лежащий парень напоминал отца, что немного поднимало настроение.        Тогда Джейсон не знал, что быть слабаком лучше, чем пидором.