Тихий час
30 ноября 2021 г., 19:42
После обеда детей обычно можно было разбудить только из пушки и то, если из неё выстрелить у них над ухом. Аня прикрыла каждого простынкой и вышла из комнаты, притворив за собой дверь. Яков сидел у окна и что-то внимательно высматривал в газете, которую держал в руках. Анна прислонилась плечом к косяку и стала за ним наблюдать. Летний Штольман ей вообще очень нравился. Всегда. Начиная с Затонска. А здесь, под итальянским солнцем, особенно.
Придя в номер, он немедленно содрал с себя ненавистные галстук и пиджак, расстегнул воротник и закатал рукава рубашки. Летом Яков с мужской модой был в напряженных отношениях. С женской, кстати сказать, тоже. Но по другой причине. Анины платья, летучие, воздушные и кружевные, ему нравились и весьма. Сегодня всё утро, например, она ловила его взгляды на декольте своего нового наряда в морском стиле. Однако, когда Штольман заметил, что на вырез обратил внимание не только он, а еще несколько весьма жгучих итальянских мужчин, то эта задумка портнихи немедленно перестала ему нравиться. Словом, с летней модой у него не задалось.
Анна подошла ближе и обнаружила, что Яков читает статью из местной газеты, в которой на двух разворотах писали о происшествии в бухтах. Аня улыбнулась. Не важно, что он говорил — его натура не даст ему сидеть просто так.
— Ты всё же решил ознакомиться с фактами? — спросила она, обняла его сзади и поцеловала в макушку.
Штольман погладил её руки, сложил газету и покачал головой.
— Нет, просто газета попалась мне на глаза в холле, решил почитать о том, что волнует жителей острова.
— И что же там? — Аня переместилась к Якову на колени и пригладила его волосы, завивающиеся от морского воздуха с утроенной силой.
Штольман руку поймал, в запястье поцеловал, подумал секунду и поцеловал жену прямо в эпицентр так волнующей его с самого утра детали платья — декольте. Именно в эпицентр, потому что при мыслях обо всех сеньорах, которые видели его Аню в таком виде, внутри начинал медленно, но неотвратимо заворачиваться циклон с молниями и прочими проявлениями стихии. И всё из-за такой невинной с первого взгляда вещи, как вырез на платье.
Аня заинтересованно на него глядела, и он не мог понять, это из-за поцелуя или из-за новостей, которые он прочитал. Хотелось думать, что всё же из-за первого варианта, но следовало ответить на её вопрос, поэтому Штольман сделал серьёзное лицо и произнес с пафосом:
— Цитирую: «Над нашим островом сгустились тучи зла! Пропадают молодые и красивые девушки! Из-за легенды ли о нашем морском чудовище? Или же руки человеческие тому виной? У меня есть, что сообщить по этому поводу! И в следующем номере я вам поведаю об этом, добропорядочные жители нашего города!»
Аня смотрела на него, открыв рот от изумления. Штольман покачал головой.
— Нет, это точно не Ребушинский! — ответил он на безмолвный вопрос в её взгляде. — Некий Фабио Пичелли. Но тучи зла сгущаются и здесь!
— Поразительно! — воскликнула Аня. — Будто близнецы!
— И не говори! — согласился Штольман как-то приглушенно. Аня перестала задумываться о нитях судьбы, которые так неожиданно переплели итальянский солнечный остров и маленький городок в провинции Российской империи, и посмотрела на мужа. Он снова не отрывал взгляда от её выреза.
«Надо послать мадам Пилье щедрые чаевые!» — решила Аня, довольная произведенным эффектом.
— Яша! — позвала она. Штольман поднял глаза. Аня очень и очень провокационно улыбнулась, положила руку под распахнутый воротник его рубашки, провела по груди и шее и оставила ладонь там.
— Яша, мы так долго сегодня ходили! — наклонилась к нему ближе Анна. — Два с лишним часа.
— Да, — согласился Штольман. Теперь он не знал, что влечет его больше — горячая рука под его рубашкой или бьющаяся жилка над её грудью.
— Я думаю, что нам тоже нужно отдохнуть! — сказала Аня уже совсем ему на ухо.
Штольман подумал, что возражать в таком случае было бы глупо.
