Привет
29 декабря 2021 г., 00:15
— Я вот о чём хотела вас спросить, Анна. Я ведь могу вас так называть? — спросила Аньелла, когда подали белый суп. Она недоумевала. Её собеседница будто потеряла к ней всякий интерес и растерянно посматривала по сторонам.
— Да, да, конечно! — рассеянно ответила Аня, стараясь расслышать за перепалкой зятя и тёщи слова синьоры Альбанезе. Пожилая дама и покойный владелец фабрики постепенно повышали тон, забавно препираясь о том, насколько Аньелла преуспела бы в области материнства. Видно было, что они часто так делали, когда были живы, и теперь получали от этой беседы бесконечное удовольствие.
— Вы тоже можете звать меня просто по имени! — почти со злостью произнесла синьора Альбанезе. Анна смотрела направо и, кажется, сдерживала смех.
— Благодарю вас, — Аня наконец собралась и перестала слушать синьору Томмази, которая говорила, что современные женщины совершенно не умеют себя подать. Что за папуасское ожерелье вон у той дамы за дальним столиком? Жуть! Или вот эта, на шляпу которой пошло две тушки индейки, не меньше, если судить по тем перьям, которые её украшали. — Мне будет приятно.
Аньелла благосклонно кивнула. Наконец-то хоть какое-то подобие интереса. Теперь можно приступать к тому, ради чего она сюда пришла.
— Дорогая Анна, — синьора Альбанезе наклонилась вперед и улыбнулась. — Я не знаю, насколько вы в курсе того, что именно за дела связывают нас с вашим дядей…
— Мы с Яковом знакомы с подробностями сделки с синьором Грациано, — Аня решила не юлить, тем более, не она коснулась этой темы.
— Вот как? — Аньелла всё же не ожидала такого быстрого ответа. — Тогда вы можете понять волнение господина Фаустино. Он ждёт свои опалы и не понимает причин задержки.
— Не понимает он, вы только послушайте! — фыркнула мать Аньеллы. — Любовничек за деньги свои волнуется. И за власть. Весь город в его людях, все ему лиры отстегивает, а тому и мало. И моя дура на цацки купилась, да на рожу его смазливую. Это ж надо, мужику сорок лет, а физиономия как у дитя малого.
Армандо молчал. Сказать тут ему было нечего.
— Вы не волнуйтесь, Аньелла, — сказала Аня, решив не говорить о том, что опалы исчезли. Не время сейчас и не место. — К концу недели всё будет решено. Вам и вашему другу не о чем волноваться. Дядя очень честный человек и слово своё держит всегда.
— Дяде твоему, девочка, надо бы научиться держать язык за зубами! — скептически сказала синьора Томмази, поглядывая на Петра Ивановича на другом конце зала. — И пить поменьше! Хотя тут уж ничего не сделаешь! — добавила она, видя, как официант забирает с его столика пустой графин и ставит еще один полный. — Вот теперь и платит за свою несдержанность.
— Всё из-за того, что он много говорил и не скрывал то, что нужно было прятать! — добавил Армандо, с тоской глядя на жену. Переведя взгляд на Анну, он добавил: — Скоро всё закончится. Не сердитесь на неё. Она в сущности ребенок. И злится как ребенок, которому не досталась очередная конфета. Ей нужна помощь. Найдутся опалы, и у неё всё наладится.
Пожилая дама фыркнула и исчезла. Синьор Альбанезе последовал за ней. Аня растерянно моргала, вновь вызвав недовольство Аньеллы. Да она её совсем не слушает! Она, что — пустое место?
— Видите ли, — синьора Альбанезе раздражения сдержать не смогла и чуть не опрокинула бокал с вином, кладя салфетку на стол, — синьор Грациано не любит долго ждать и не любит, когда что-то идет не так, как он задумал, поэтому я тоже выгляжу сейчас не очень хорошо в его глазах, ведь именно я познакомила его с вашим дядей! Поэтому мне бы хотелось большей ясности!
— Я вас понимаю, — кивнула Аня, осознав теперь, о какой помощи говорил синьор Альбанезе. Вызвать недовольство не очень уравновешенного, привыкшего получать то, что он хочет, человека с большим влиянием в городе было чревато последствиями. — Но еще раз прошу не беспокоиться. Всё будет решено к концу недели.
— Хорошо, — синьора Альбанезе кивнула. Она видела, что Анна не лжёт и не хитрит. Видно, и в самом деле задержка вышла случайная. — Это отличные новости.
Аня тоже улыбнулась и отложила салфетку.
— Вы меня извините, Аньелла, но я вынуждена вас покинуть. Сейчас как раз время укладывать детей спать! Я бы хотела почитать им на ночь! Ужин запишут на наш счёт, разумеется! Была рада с вами встретиться!
Анна встала и заметила краем глаза, что Пётр Иванович тоже поднялся.
— Мне тоже было необыкновенно приятно! — синьора Альбанезе не была удовлетворена сегодняшней встречей. Её не оценили по достоинству, не обратили внимание на её наряд, она не смогла хоть чем-то задеть эту женщину. Её интерес был поверхностным, возможно даже, что она согласилась на ужин только лишь из соображений вежливости. Один плюс только — ей удалось узнать кое-что об опалах.
— Передавайте привет господину Штольману! — не смогла удержаться Аньелла от последней шпильки. — Мы с ним чудно провели время в его последний визит ко мне!
Аня замерла. Женщина перед ней улыбалась самой сладкой из улыбок, а вот голосом она дала столько намеков, что будь Аня хоть на чуть-чуть менее уверена в своем муже, она бы немедленно почувствовала себя оскорбленной, униженной и погрузилась в сомнения. Сейчас же внутри неё вспыхнула злость на это женское притворство и двуличие. Посметь так говорить о Штольмане! Что за наглость?
— Разумеется, передам, синьора Альбанезе! — так же мило улыбнулась Аня, не желая давать этой женщине ни малейшего повода для самодовольства. — Он тоже…с интересом отзывался о своём визите.
С этими словами Анна кивнула Аньелле и пошла к выходу, где её уже ждал дядя, оставив изумлённую синьору в панике размышлять, что же именно сказал Яков об их встрече.
