Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Италии. Сорренто.

По дороге к выходу Аня дымилась от возмущения. Намекать ей о Штольмане в подобном ключе! Что за наглость! Будь у неё другой муж, как бы ей сейчас было больно! И зачем это делать? Что за тяга уязвить ближнего? Ведь Аньелла видела её всего один раз в жизни, так чем она заслужила подобное отношение? В голове вдруг мелькнула фраза синьора Альбанезе о том, что его жена как ребенок, которые не получил очередную конфетку. Аня сбилась с шага. Вот оно, значит, как! Руки госпожи Альбанезе скользнули по пиджаку Штольмана вовсе не для того, чтобы снять с воротника прицепившуюся во время экскурсии на производстве картонную стружку, а совсем с другой целью! Дойдя до дядюшки, Аня прошла долгий путь от злости до умиленного восхищения своим мужем. Сначала она рассердилась на то, что Штольман утаил от неё эту вопиющую историю. Он что, считает её настолько недалекой или ревнивой, что думает, что она не сможет контролировать свои эмоции и отправится домой к отвратительной синьоре Альбанезе, чтобы выдрать ей половину волос на голове и надавать по шаловливым рукам? Анна вдруг остановилась, вызвав удивление Петра Ивановича, который недоумевал, почему его племянница постоянно замирает на месте. Аня поняла, что мысли её не подходят приличной женщине, и что она и в самом деле не испытывает отторжения, думая о том, как можно поправить прическу Аньелле. Ей стало стыдно, и еще более стыдно оттого, что она унять такие фантазии не может. Она вдруг вспомнила, что именно она думала о Нине, начиная с первых моментов их знакомства и заканчивая известием о их браке с Яковом! Ох, что творилось в её душе! Сколько раз она укоряла себя за недобрые мысли и эмоции, но справиться с собой не получалось! Анна остановилась снова, приведя Петра Ивановича в страшное волнение. Что происходит в конце концов? А Аня поняла наконец мотивы Якова. Вот оно что! Штольман оказался более прозорливым. Он знал её даже лучше, чем она сама. Он всегда относился к её эмоциональным порывам и экспрессии с большим пониманием. И сейчас он вновь оберегал её. По своей неизменной привычке. Постарался сделать так, чтобы ей не было больно! Ну что за человек! Даже это предусмотрел! Ей вдруг так захотелось его увидеть, обнять и поцеловать, что она почти сорвалась с места и дошла до дядюшки в рекордный срок, испугав того окончательно. Господи, о чём Аня говорила с синьорой Альбанезе? Такой он давно её не видел. — Пойдём скорее, дядюшка! — воскликнула Анна, взяв Петра Ивановича за руку. — Мне нужно срочно поговорить с Яковом! Миронов кивнул, почему-то чувствуя себя виноватым перед племянницей и её мужем. Видимых причин для этого не было, но ему было не по себе. Аня была воодушевлена и стремилась к семье, но всё же заметила, что человек, который следил за ними в церкви сидит около входа с газетой в руках. Даже этот вопиющий факт не испортил её настроения. Краем глаза Анна увидела, что он встал и пошел к лестнице, когда они с Петром Ивановичем дошли до дверей лифта. — Дядя, видишь вон того мужчину с гвоздикой в петлице? — тихонько сказала Аня Миронову. — Только не оборачивайся! — быстро добавила она, видя, что он собирается крутить головой по сторонам. — Вижу, — согласился Пётр Иванович, когда понял, кого имела в виду его племянницу. — Именно он следил за нами в тот день, когда вы ездили к синьоре Альбанезе, — объяснила Аня, сморщив нос при имени Аньеллы. — Я, пожалуй, выйду на этаж раньше, — сказал Миронов, всё обдумав. — Хорошо, — кивнула Анна, и они так и сделали. Сама она доехала до нужного этажа, прошла по коридору и радостно улыбнулась: за дверью раздавались звонкие голоса детей и приглушенный — Штольмана. Сердце забилось чаще. Она вошла в номер, увидела мужа, обрадовалась еще сильнее и воскликнула: — Яша! Я столько должна тебе рассказать! Я узнала сегодня столько нового! Яков с облегчением понял, что катастрофы не произошло, что она в добром расположении духа и что всё хорошо. — Нового? — улыбнулся Штольман. — Ну давай! Я готов слушать про всё новое, что ты сегодня узнала! Аня просияла. Как же замечательно, что есть Яков, которому можно рассказать про духов, и он всё внимательно выслушает и даже ни на секунду в ней не усомнится. — Это несколько позже, — сказала она, однако, беря трость мужа, стоящую в подставке около двери. — Дядя сейчас где-то на лестнице ищет человека, который следил за нами с детьми в базилике. Штольман удивленно покачал головой, хищно улыбнулся, трость у жены взял, поцеловал её в лоб и вышел из номера.