Эмпат

***

       Кейтлин очнулась на диване, заботливо укрытая. Рядом на кресле спал Джейс, который при её шевелении проснулся. Парень встревоженно посмотрел на девушку и спросил: — Как ты себя чувствуешь? — Не… — начала Кейтлин и осеклась. — На удивление хорошо. — Ты уверена? Та схватила тебя очень резко, ты сознание потеряла. — Да, Джейс, я уверена. Как объяснить-то. Будто очень хорошо отдохнула. Кстати, а с девушкой что случилось? — Она пришла в себя раньше тебя. Забрызгала кровью пол, мужчина извинился и уволок её. — Кровью? — Да, носом пошла. — Джейс, кто они такие? Та девчонка, она разговаривала со мной?        Джейс встал с кресла и присел рядом со своей старой подругой. Погладил по руке, будто утешая и сказал: — Хорошо хоть ты не ударилась, а то та так резко вцепилась в тебя, — в голосе слышалась злость, — Не знаю, чтобы я там сделал, если бы ты пострадала. — Я не упала? — Нет, мягко осела. Как будто заснула. Тем более это выглядело так, будто девушка тебя аккуратно посадила на пол, — задумчиво сказал он.        Кейтлин аккуратно вставала с кровати, недоверчиво осматривая себя. Голова лёгкая, как будто полупустая, словно слегка пьяная. Как будто хорошо размяли. Даже слишком. Ещё немного и был бы перебор.        Незаметно от Кейтлин Джейс разжал кулак. Все нормально, она не пострадала. Надо будет поговорить с Мел насчёт изобретателя. Слишком все странное, тут должен быть какой-то подвох.

***

       Грасби яростно намывал руки мылом. Эта тварь заставила его краснеть перед великим изобретателем! Кровь неохотно смывалась с грязных сильных рук, пачкала жемчужно-белую раковину и, уркая, убегала в слив.        В качестве наказания парень увеличил скорость ещё немного, желая причинить Ро боль, но лишь слегка — побаиваясь последствий. — Черт! — рыкнул он в зеркало напротив умывальника, — Врубить бы ей на полную! Сволочь, потерпеть что ли нельзя, такой ответственный момент! Блять!        Быстро вытерев руки, Грасби достал из кармана жилетки портсигар и зажёг сигарету. Глубоко вдохнул, выпустил дым и задержал взгляд на красной точке. — Выжечь бы ей эти дьявольские глаза, да вот сможет ли также делать, — пуская колечки, мечтал Грасби, — Как же бесят эти глаза.        А Ро в это время пыталась как раз эти самые глаза открыть. Взбешенный парень влепил ей в лицо, как только закрылась дверь комнаты. — Ты что натворила?! Ты думаешь, нам тут сильно рады и можно творить, что хочешь?        Он схватил её за шиворот и стал трясти. — Это мой шанс! Мой, гребаная ты псина! Будешь мне мешать, я на тебе живого места не оставлю!        Кинув девушку на свой диван, Грасби навис над ней сверху. — Думаешь, что раз ты перестала быть жалкой тварью, перестала ублажать говнюков, то теперь имеешь ценность?        Ро молча, скрывая презрение, наблюдала за нарастающей истерикой. Спорить нельзя, будет только хуже.        Вена на лбу Грасби набухла и стала вибрировать, а голос перешёл с рыка на визг. — Ты просто жалкая вещь, сдохшая бы без меня! Ты обязана мне жизнью.        Парня стало колотить от бессильной злости и он наотмашь ударил Ро. Та стерпела и не издала ни звука, что разозлило Грасби ещё больше. — Тварь, тварь! — парень стал наносить удары без разбора, в основном попадая по лицу.        Началось, устало подумала Ро. Сколько там, минут пять обычно у этого импотента длится возбуждение? Только повод дай её подубасить. Ладно, обычно парой ударов все ограничится и потом будет просто оскорблять.        Но на этот раз Грасби по-настоящему избивал её, без самодовольства и бахвальства. Даже в какой-то момент Ро стало страшно настолько, что взгляд стал бегать, в надежде зацепиться за что-то. — Смотри на меня, на меня, псина?! — Грасби прижался вплотную к её уже залитому лицу и стал смотреть прямо в зелёные со стальным блеском глаза.        Глубокие, с фальшивой доброжелательностью, которую Ро с каждым днем все проще было удерживать. Но Грасби в истеричном угаре и из-за того, что девушка испугалась и в какой-то степени разозлилась, увидел ещё кое-что. Ненависть. Липкую, тяжёлую, тщательно скрываемую за улыбкой ненависть.        Парень замешкался, щелкнул устройство и вышел, хлопнув дверью.        Ро неподвижно лежала, тяжело дыша и сдерживая крик. Очень больно, очень. — Тебе же нравится это? Когда мне причиняют боль? — грустно усмехнувшись, спросила она. — Вон, тебе только в путь.        Нырнув рукой под рубашку, она нащупала убогий огромный шрам. — Ты где-то тут, мучаешь меня. Что же тебе надо? Почему не дал умереть?        Глаза мигали как гирлянда, как нестабильная лампочка. — Интересно, ты понимаешь меня? Или это уже я просто психопатка? Разговаривать с камнем… До чего я дошла.        Помигав зелёным, глаза стабильно посветили пару минут, а потом разболелась голова и пошла кровь из носа. — Справедливо, — только и сказала Ро, после чего заснула сразу и глубоко.

***

       Джейс и Мел сидели в саду, под сенью огромного дуба. Яркое безоблачное небо, тёплая погода действовали умиротворяюще. Обсудив проблемы по разработкам Джейса, Мел все-таки решила начать разговор, ради которого они собрались. — Тебе не кажется, что изобретение Грабси слишком опасно? Не хотелось бы выносить это в обсуждение совета, но в крайнем случае нам придётся это сделать. — Меня тоже волнует… ты как себя чувствуешь после контакта с этой, как её. Ро? — Странно. — Она правда залезла тебе в голову? Может это какой-то гипноз? — В том-то и дело, что не похоже. Не думаешь, что лучше изъять у Грасби её? Или… — Или что? — Или уничтожить. Я понимаю, это очень крайний вариант, но… — Мы не можем так поступить, эта девушка тоже человек, — заметил Джейс. — К тому же в неё внедрен камень, то есть он где-то внутри. Тебе неинтересно, почему она вообще осталась жива? — Может и нет никакого камня, тот парень ничего нам не показал, только сказал о нем.        Синяя птичка приземлилась недалеко от парочки и стала клевать мелкие зернышки на земле. Нашла червяка, оторвала кусок и съела. — Джейс, я понимаю, это все тяжело. Но насколько та девушка является человеком — большой вопрос. Надо изолировать её от других людей и следить за ней. — Она тоже человек, Мел, — с нажимом сказал Джейс и поднялся. — Будем следить за этими двумя, чтобы ничего не натворили.

***

       Ро провалялась в кровати до заката солнца и встала только с лунным светом. Грасби в припадке забыл её пристегнуть, а после уже не заходил. Девушка сползла с кровати и пошла в ванную, где усиленно стала натирать лицо, пока не смыла все что на нем засохло. — Терпимо, — кисло улыбаясь в маленькое зеркало, сказала она самой себе. — Уже заживать начало, — задумчиво прошептала Ро, ткнув в уже почти исчезнувший синяк.        Вернулась в комнату, но несмотря на то, что все ещё хотела спать, подошла не к кровати, а к окну. Далеко внизу серебрились крыши огромных особняков, мелькали одиночные тени, где-то лаяла собака.        Оперевшись на подоконник, она заглянула за край. Высоко. Слишком. Хорошо это или плохо Ро ещё не определилась. — Тут только если в последний путь, — заключила она. Сердце забухало, в глазах стало подозрительно белеть. — Ладно, ладно, не бойся, я не собираюсь делать такую глупость. Я сделаю другую.        С этими словами девушка тихо подкралась к выходной двери и дернула ручку. Ещё раз и ещё. Закрыто. Черт. Подергав ещё, Ро сдалась и села под дверью. Жалко, а она уже понадеялась на чудо.       Неожиданно дверь стала медленно открываться, потом в проёме появилась рыжая голова и спросила: — Тебя за что заперли?        Ро быстро распахнула дверь шире и затащила девчонку в комнату. — Ты кто вообще такая? — с претензией вопросила малявка. — Я тебя тут никогда не видела. Так за что заперли? — За здорово живёшь, — огрызнулась Ро. — Ты как дверь открыла? — Да там была верёвка какая-то намотана и всё. Мне стало интересно и я размотала. — Там никого нет в коридоре? — Неа, — девчушка с любопытством покосилась на необычную девушку, напряженно слушавшую звуки за дверью. — Я тут всех служащих и учёных знаю, а тебя нет.        Девчушка остановилась и оценивающе посмотрела на Ро. Сама рыжая была невысокой, тощей, в черно-красном платье, высоких коричневых сапожках, которые были украшены яркозелеными узорами. — Ты видела кого-то по дороге? — тихо спросила её Ро. — Нет, сейчас уже поздно, меня тут по-хорошему тоже быть не должно. — А что же тогда тут делаешь? — Забыла кое-что, забрала, вот возвращалась и услышала как кто-то в дверь ломится.        Услышала? Ро с сомнением посмотрела на ребёнка. Но она же делала это тихо. И тут заметила в ушах рыжей маленькие затычки, которые проводом связывались с маленьким прямоугольником на виске. — Ты глухая? — Не очень корректно так говорить, — фыркнула малявка. — Но можно и так сказать. — Ты знаешь, как отсюда выйти по-тихому? — зашептала Ро, вцепившись в худые плечи. Такой прекрасный шанс сбежать отсюда! Прощай мудак Грасби, теперь я буду работать нормально, а не куском мяса! — А с какого мне тебе помогать? — резко спросила рыжая. — Я даже не знаю кто ты. И как тебя зовут… — Ро, меня зовут Ро. Давай мы выберемся, а потом я тебе все объясню, хорошо? А тебя как? — Рахи. У тебя синяк на лице? — ужаснулась рыжая.        Точно. Дави на жалость, Ро, задействуй там свое обоняние (или обаяние?), про которое говорил Грасби. Убеди девочку помочь во чтобы то не стало. — Да, — добавив надрывности в голосе, отпустив плечи Рахи, тихо ответила Ро. — Я тут со своим… своим дядей. Он бьёт меня, ненавидит, — Ро изобразила, как будто сейчас расплачется, села на пол и заскулила. — Он хочет избавиться от меня, но не может. Пытает меня…        Рахи растерянно уставилась на девушку, плачущую на полу. Да как взрослый дед смеет издеваться над ней?! Кровь в буйной голове закипела от гнева, растерянность испарилась, на смену ей пришло решение. — Я помогу тебе! Я знаю, каково это! — яростно-восторженно закричала рыжуля. И с объятиями кинулась обнимать Ро, отчего Рахи стало ещё легче и спокойнее.        Хм, сработало, имитируя радость, констатировала Ро. Пока Рахи в упоении обнимала её, Ро сказала: — Только ты потише, он может нас услышать. — Хорошо, хорошо, — сбавив тон, согласилась девчонка. Ей так понравилось обниматься с этой странной с синяками на лице девушкой. Она бы тискала ещё долго, но Ро деликатно отстранила её и прошептала: — Нам пора, пока нас не заметили. Идём? — Да, — с лёгким сожалением сказала Рахи.        Высокая девушка и низенькая девчушка выскользнули за дверь.

***

       Грасби проснулся ещё днем, но заходить к Ро не захотел. Раздражение ещё не ушло, а сильно бить её больше не стоило. Он не до конца ещё понимал, как работает связь боль — магия, и экспериментировать в критической ситуации не хотел. Надо было её запереть, но обнаружил, что ключ посеял где-то. — Мы дадим вам дубликат только утром, — извинился один из служащих. — К сожалению сейчас нет возможности. — Хорошо.        Пришлось достать веревку и как-то перевязать. Пойдёт. Грасби вернулся в комнату, достал бутылку и стал судорожно пить. Остановился только на третьей и, довольно охнув, заснул до утра.