Послушай тишину, в шумной компании

Время идёт. И его не остановить. И единственное, что мы можем сделать, это попытаться не зря его прожить. Потому что в нашем мире есть титаны. За наших товарищей, что отдали жизни. Лин шла по давно знакомой тропинке. К сожалению, слишком знакомой. Проходя вдоль многочисленных могильных плит, она с содроганием понимала, что слёз не сдержит. Слишком много знакомых имён, что она помнит с детства. Хоть и пытается она дальше жить, но ни за что ей не забыть, как ещё пару месяцев назад чувствовала человеческое тепло, что теперь в сырой земле. Как всегда, в такие моменты идёт дождь, что описывает состояние внутри, но в этот раз не он, а снег. Тихое паданье снега словно распирает, нагнетая ещё больше. И подходя к одной могиле, сдерживаться становится невыносимо. Лишь рука, что сжимает отрезвляет. Но слёзы это не сдержит. Бежит одна, вторая, что не видно. А сожаление бьёт и бьёт, пока та всхлип не издаёт. И Армин наконец-то замечает, поворачивая к себе. Лицо поспешно протирая и прижимая к себе. Пока та горько плачет. — Они мертвы... они все мертвы, — скулила она. — И Ханес, и Петра, и Моблит, и Марло, и Эрвин... они все. Все мертвы. Но я ничего не смогла сделать. А Армин ничего ответить не мог. Он чувствовал похожее, но слёз уже не осталось. Ему ничего не оставалось как прижать её к себе ближе, становясь опорой. Лин поёжилась от воспоминаний о недавней поездке и мотнув головой продолжила слушать: — Что ж, могу сказать кость полностью срослась и я снимаю последние повязки с рёбер и гипс, — сказала врач, выкидывая только что снятый гипс. — Класс, — ответила Лин. — Да, можешь приступать к нагрузкам, но постепенно, увеличивая их каждый день. Так же за тобой должен наблюдать капитан. — Хорошо. Лин пошевелила пальчиками теперь здоровой ноги. Были крайне странные ощущения. Будто ногу, которую когда-то оторвали снова пришили, и ты пытаешься теперь привыкнуть уже к этому. Лин снова сидела в кабинете врача и снова с Леви и Армином. Она и могла всегда сходить одной, но они почему-то всегда шли с ней. Недавно отгремели праздники и долгожданные выходные, которые девушка провела со своим отрядом. До таяния снега было около двух месяцев. — А что с ожогами? — спросила Лин. — Ну давай посмотрим, — ответила врач, беря ножницы. Процесс был долгий, на Аккерман было очень много бинтов. Вся спина, ноги руки. Хоть не на жопе. — Ну пятна остались в любом случае, но не критично. Большинство всё равно из-за одежды не будут видны и из-за волос тоже. Бинтовать это дальше нет смысла. Если хочешь пожалуйста, — ответила врач, подавая ей в руки бинт. — Спасибо, — ответила девушка, бинтуя руки. — Капитан, подойдите, пожалуйста, на счёт бумаг, — просила медсестра, зашедшая в кабинет. — Оставишь бинты? — спросил Армин, что сидел на койке рядом с Лин. — Да, мне скоро в приют ехать к Хистории. Нечего детей пугать. — Ты там не одна будешь. И это будет только когда ты полностью восстановишься. — Тогда тем более, — Лин добинтовала левую руку до локтя и впихнула в руки парня ножницы, намекая о помощи. — Лин, ты же понимаешь, что не получится их вечно скрывать. — Я знаю. — Тогда зачем? — Просто так проще, — дальше сидели в тишине. Блондин обеспокоенно смотрел на Лин пока та расправлялась с левой рукой. — Поможешь? — просила она и Армин без слов кивая встал, подавая руку для опоры. Было непривычно и неудобно ходить без костылей. Снова учиться ходить заново. Нога, что была неподвижна, не хотела контролироваться и жуть болела от лишних действий. Дойти до двери у здорового человека занимало меньше минуты. У Лин же казалось пол часа пока она медленными, аккуратными шагами пробиралась к двери. — Придёшь ещё раз как капитан решит, что готова, — сказала врач в напутствие, закрывая дверь. — Поняла. — Я пойду. Тренировка завтра в шесть утра, — сказал Леви. — Есть, сэр, — усмехнулась Лин, отдавая честь. Но тренировка так и не состоялась, так как тем же вечером Леви срочно вызвали в столицу. Но Лин это не сильно расстроило потому что лишние пару дней чтобы привыкнуть ходить на своих двоих были кстати.

***

— Я же просила быть аккуратнее, — причитала Лин. — Чш, — к ране Армина прижали повязку со спиртом. — Знаю. — Ну и? Ты мне ничего не хочешь сказать? — Нет, я просто отвлёкся, — ответил Арлерт. Лин пыталась смягчить боль Армина обработкой, хоть и знала, что это бесполезно. Прошли его испытания как титана, что было крайне сложно морально вынести парню. Он отводил от Аккерман глаза и разговаривал крайне неохотно. Сами испытания прошли успешно: Армин легко овладел силой титана. Из-за того, что сила Колоссального имела большие разрушения Разведкорпус решил выехать за стену Мария чтобы точно никого не задеть. Поэтому они и вернулись поздно и большинство сразу же пошли в кровать так как зимой выезжать за стену крайне сложно. Хоть с титанами они по сути толком и не сражались. — Вроде титан, а раны всё равно болят. — Их и обрабатывать по идее не стоит. Вот Эрен вообще от всего отказался, — ответила Лин. — Он Микасу так только обижает. Она же помочь хочет, — ответил Армин как-то обидчиво. Будто ребёнок. — Он никогда не понимал, что в десять лет, что сейчас он где-то далеко в мечтах, но не здесь. — Я же не такой? — вдруг спросил Армин. — В каком смысле? — Ну замечаю, других? — Ну раз я тут с тобой сижу, наверное, да, — усмехнулась Лин. —А если серьёзно, ты идёшь к мечте, хочешь её достичь, но это тебе не мешает обращать внимание на другие возможности в отличие от Эрена. Сидя в приятной тишине, они не знали, что говорить дальше. Обоим не хотелось спорить или обсуждать. Хотелось побыть наедине. Только они оба и ни звука. — Всё, — всё же прервала молчание Лин, вставая, убирая медикаменты и наклоняясь к Армину. — Ты у меня самый самый, — потрепала по щекам. — Самый красивый, — поцеловала в правую щёку. — Самый умный, — поцеловала в левую. — А сомневаться в себе, а тем более во мне не стоит. От того что ты стал титаном моё отношение к тебе не поменялось, и я об этом тебе говорила. — Ты уверена в этом решении? — помрачнел он. — Да и говорила тебе об этом. Я не жалею, что провожу своё время с тобой, а только рада. Армин, тебя мне никто и никогда не заменит и только ты будешь давать мне то что даёшь. Я очень ценю это. Ему ничего не оставалось, как обнять ее за это. За заботу и понимание. За то, что принимает таким как есть ещё с детства. — Не хочешь почитать? — спросил Армин. — То есть? Можно мне? — удивилась Лин. — Обычно ты хочешь читать. — Да, но я вдруг понял, что тебя давно не слушал. — он взял книгу, что девушка любезно принесла вместе с медикаментами в палату к Армину. Чтобы ему не мешали восстанавливаться. Отдав книгу, он устроился головой на её коленях, а та принялась читать, иногда поглаживая его волосы.

***

— Ты чего здесь?! — удивился Конни, застав Лин в шпагате. — Тренируюсь, — ответила Лин, наклоняясь к левой ноге корпусом. Было раннее утро, а девушка уже занималась в зале, даже не сходив в столовую на завтрак. Леви поддерживал такое рвение, поэтому они занимались чуть не ли с первых лучей солнца. — А капитан? — Ушёл за вами. Вы в курсе, что опоздали на двадцать минут? Леви всегда ставил тренировки ранним утром. Особенно зимой, потому что заниматься зале толпой он не любил. — Знаем, — пожал плечами Конни. — Там в столовой драка произошла. — С кем? — Лин наконец-то встала, подходя ближе к товарищу. — Жан и Эрен. — А ну понятно тогда, — не удивилась Лин, ведь они всегда находили поводы поспорить, но этого давно не было. — Слушай, а зачем ты так растягиваешься? — спросил Спрингер. — А ну. Отец всегда от меня требовал. Никогда не знаешь, что может понадобится в бою. — Вот и я, — воскликнула Саша, — подымая руки вверх. — Что, Жана и Эрена отчитывают? — спросил Конни. — Да, сейчас оба драят столовую. — А Армин и Микаса? — спросила Лин. — Им помогают. — Время идёт, но они не меняются, — усмехнулся парень. — А из-за чего драка хоть была? — спросила Аккерман. — А мы точно не слышали. Мы пошли тарелки относить, когда Жан резко начал бить Эрена. Армин, что уже отошёл от стола тоже был в ахуе, а на Микасе лица не было, — ответил Спрингер. — Да, а трое рассказывать что-либо отказываются, — поддержала Саша. В скорее пришёл Армин, а с ним и Микаса, что сразу села на скамью, пялясь в одну точку. — Что произошло? — шепнула Лин, обнимая пришедшего парня. — Не знаю. Я и слова вытянуть из неё не смог. Подошёл и Леви с виновниками переполоха. Все были не шибко весёлые, особенно капитан: — В строй, — приказал он, входя в помещение и все, кроме Лин, встали по линии. Аккерман же пошла на скамейку. — Что-то вы заболтались. Стандартная разминка. Стандартные упражнения для Леви были бег и разминка. И зал быстро заполнился топотом армейских сапог. Лин так же, как и все солдаты погрязла в бесконечных тренировках, только для неё хуже, ведь восстанавливаться было сложно и больно. Она слишком долго отдыхала и теперь, словно лошадь на убой, старалась всё нагнать. Зависала в зале с Леви стараясь не перенапрягаться раньше времени, потом смотрела на своих товарищей, подмечая что-то новое. Сейчас же был именно такой случай. Когда отряд закончил Леви решил, что они давно не занимались спаррингами. Разбившись на пары, ребята преступили к поединку. — Ногу выше, — подсказывала Лин Армину. — Подсечка, удар, — Армин стоял в паре с Сашей, что не облегчало его положения.— Уворот, уворот. Удар. Арлерт стараясь слушать небольшие подсказки, пытался попасть в Сашу, что словно была на три шага вперёд. Саша блокировала удары либо уворачивалась, но пока что особо не нападала. — Армин зайди стыла, — хоть Блауз всё слышала Армин хитростью мог применить контрудары. — Аккерман, хочешь сама подраться? — сказал Леви, заметив, как та помогает. — Хоть с вами. — Отставить, — приказал капитан. — Разминайся. Лин же недолго думая встала в позицию. Леви сняв куртку, тоже встал в стойку. Они уже были пару раз в спарринге, но толку было мало так как главная задача была тогда чтобы Лин вспомнила старое. Сейчас же ей придётся показать все свои умения и Леви сдерживаться не будет. В атаку, как всегда в бою, он пошёл первый попыткой ударить ей в рёбра. Лин увернулась, попытавшись ударить в лицо ногой, но Леви легко схватил её ногу. Она же ударила его в корпус, высвобождаясь. Оба Аккермана довольно маленькие и выносливые из-за чего бой быстрый и идёт скорее на то, кто первый сделает ошибку. Потому что они оба могут так долго. Лин сделала выпад, который Леви легко предугадал, нанося удар и сбивая девушку с ног. Но та, захватив его ногу заставила тоже упасть. — Как думаешь кто победит? — спросил Конни. Ребята сидели в шоке на скамейке где недавно сидела Лин. Так как никогда не видели их поединка и наблюдать за этим было очень интересно. — Капитан Леви конечно, — ответил Эрен. — У него опыта больше и Лин только недавно встала на ноги, — сказала Саша. — А мне кажется, что Лин его быстрее, — возразил Жан. — А ты что думаешь, Армин? — спросила Микаса. Армин единственный кто молча наблюдал, затаив дыхание, за их быстрым танцем: — Не знаю. Либо ничья, либо Леви. Оба сдаваться не намерены. Тем временем оба уже подустали из-за чего движения стали медленнее. Леви пойдя снова в наступление, заводил Лин в тупик. Девушка же делала сальто назад, явно выпендриваясь своими навыками. — Может...— кувырок. — Хватит? — ещё один. — У меня...— ещё один. — Скоро голова... — кувырок. — кругом пойдёт. — Может хватит ерундой страдать? Лин на это сделала кувырок вперёд удивив противника. Ведь если бы у Леви не было реакции, он бы не отступил и тогда бы девушка вернулась в лазарет с новым переломом. Она рассчитывала на удивление и прыгнула ещё раз, только полностью перепрыгнув Леви и сразу ставя подсечку лишая его опоры. — Ёмаё, а вот это я не рассчитала, — у Аккерман очень сильно закружилась голова. Лин попыталась остановить момент, когда Леви встал, но не получилось. Вместо это она сама упала. — Неплохо, приходишь в норму. Раз ты так быстро восстанавливаешься с завтрашнего дня тренируешься с отрядом, — навис над ней капитан. — Есть, — мямлила Лин. — А вы чего встали? Быстро по парам разбились и вперёд. Лин кое-как доковыляла до скамейки. Адреналин спал, а с ним пришла боль от ударов Леви. — Что у вас случилось? — спросила Лин у Жана, что сидел, на удивление, на скамье рядом. — Ты это решила обсудить сейчас? — Потом времени не будет. Тяжело вздохнув и оглядевшись Жан всё же решил рассказать, но шёпотом будто это что-то постыдное: — Он Микасой пренебрегал, и я не мог это больше терпеть. Она бегает вокруг него, а он словно играется ей. — Но... — Не говори ничего. Я просто преподал этот урок. Вроде как он понял. Не говори им, что я тебе рассказал. Лин кивнула. — Кирштейн, для тебя особое приглашение нужно? — крикнул Леви. Жан встал, вставая в пару с Эреном. Но Лин наблюдала за своим другом детства. Что же с тобой стало, Эрен?

***

За окном валил снег из-за чего ничего не было видно. Ночь предвещала быть холодной. Армин искал Лин и наконец нашёл. Лин сидела за столом уткнувшись в бумаги, спала. Она уже пару дней не вылезала из кабинета капитана, что срочно уехал в столицу. Заполняя отчёты, Аккерман совсем забыла о сне и тем более о еде. Армин сняв себя кофту, накинул ее на спящую, потому что в комнате было довольно-таки холодно, а Лин была одета легко. Она спала неспокойно. Брови были сведены к переносице, а лицо выражало боль и ужас от происходящего во сне. Тяжёлое дыхание пугало, а пальцы, что сжимались в кулак до побеления костяшек, заставляли напрячься. — Лин, — тихо прошептал Армин на ухо, гладя ее по волосам, что до сих пор не вернулись к прежней длине. Глаза резко открылись и такой ужас не всегда можно было увидеть во время битв, не то что в обычной повседневной жизни. Зрачки расширены и бегают в изучении реальности. Они так же наполняются слезами. Аккерман быстро схватила за руку, не осознавая, что происходит. — Чшшшш, — прошипел Армин стискивая зубы от боли. —Это всего лишь сон, — тихо прошептал, продолжая гладить её. — Всего лишь сон. Я рядом, — До неё слова доходят не сразу, она лишь сильнее сжимает его руку чуть не ломая, но Армин не шелохнулся. Он второй рукой убирает волосы с лица и приближается ближе, чтобы она его разглядела. — Лин, то я Армин, — в миг она отпускает руку. Нерешительно до сих пор не веря. Истерика берёт над ней верх, и она содрогается в рыданиях как ребёнок. Прижимается к Армину, словно он спасательный круг. Одежда парня намокает от слёз, но это его никак не беспокоит. Он крепко обнимает девушку. Тихо что-то напевает и покачивается, желая, чтобы ей стало по лучше. — Пойдём спать? — спросил парень, когда всхлипы прекратились. — Я ещё не до-делала... — всхлипнула девушка. — Завтра доделаешь. — В кровати кошмары, — прошептала девушка. — Я с тобой лягу. — А Микаса с Сашей? — Они на дежурстве сегодня. — Точно. — Давай, тут идти не так уж далеко. Для Лин всё было в тумане до собственной комнаты, а точнее пока не легла в кровать, почувствовав холод простыней. Армин лёг рядом и Аккерман тут же прижалась к нему, обнимая. Она не могла объяснить почему, но когда они спали вместе сон был спокоен. — Расскажешь, что случилось? — Арлерт прижал Лин ближе, утыкаясь носом в её волосы. — Кошмар, — прошептала девушка очевидные вещи, тем самым давая понять, что она не расскажет. — А насколько давно они тебя мучают? — решил уточнить парень. — С лет пяти-семи. Армин пах вкусно. Чувствовался запах старых книг, словно в библиотеке. Старая, маленькая и уютная. Тоже самое можно было сказать и о парне. Мудрый, будто живёт лет сто, маленький и уютный. Её Армин. — Меня тоже кошмары мучают, — ответил парень, желая хоть как-то поддержать девушку. Лин тяжело выдохнула. Эти слова ей давали понять, что она не одна в своей проблеме. Будто облегчение какое-то. — Армин. — М? — Спасибо, что ты есть.

***

— Эрен, что у вас произошло, — шептала Лин. — Не скажу, — отвернулся Йегер, отдаляясь от подруги на лошади. — Нет, Эрен, не уходи от меня. — Что ты пристала, как банный лист? Они ехали в Рогако, чтобы навестить маму Конни. Как и обещали. Зима шла к своему завершению и хоть стало теплее, но это не мешало идти снегопаду каждый день. Капитан их спокойно отпустил так что поехал только отряд. Каждый развлекал себя, как может. Конни болтал о чём-то с Сашей, которая пыталась его подбодрить, Микаса ехала в своих мыслях, а Жан советовался с Армином. Лин же решила пристать к Эрену: — Ну, Эрен, я не пойму, как тебе помочь, пока ты не скажешь. — И чем ты мне должна помочь? — поднял вопросительно бровь. — Помириться с Микасой, конечно! — А мы что в ссоре? — Да нет, Микаса просто так ходит с грустной миной уже три недели, — закатила глаза Лин. — Уже так давно, — удивился Эрен. — Да где ты вообще летаешь в последнее время. Всегда задумчивый. О чём переживаешь? — Так, — отрешённо сказал он. — Не бери в голову. — Нет, пока ты не исправишь своё поведение. Я не хочу, чтобы мой друг ссорился с другими и корил себя не весть за что. — И что ты мне сделаешь? — усмехнулся Эрен. — Пожалуюсь на тебя Леви. — Нет! Лин рассмеялась, наблюдая за его реакцией: — Тогда расскажи, что с тобой? — Просто думаю о том о сём. Не хочу рассказывать, но я тебя понял, я поговорю с Микасой. — Хорошо, и больше не обижай её. Она же тебя так ценит. Ей было грустно за ситуацию в их небольшой компании. Если Лин с Армином сблизились и стали больше общаться в вдвоём, то Микаса и Эрен всё больше и больше отдалялись друг от друга, будто не были когда-то семьёй. Лин очень хотелось, чтобы они снова стали общаться. — Знаю, знаю. — Мы почти приехали! — крикнул Конни. — Так что хватит разбредаться и шушукаться, и послушайте меня. Хистория просила вести себя аккуратно. — Так это и так понятно, нет? — удивился Жан. — Мы же не на приём к королеве едем. — Ну да, нам просто ещё зубы чистить, — вспомнила Саша. — Зубы? — удивились Армин, Лин и Эрен. — Да, а тебе Конни не рассказывал? — спросила Микаса. — Он просто в этот момент был с Лин, — объяснил Конни. Аккерман и Арлерт смущённо переглянулись с друг с другом. — А где был наш суицидник не знаю. Наконец они приехали в прославившуюся деревню, а точнее, то что от неё осталось. Везде были развалины, ведь люди, превратившись в титанов сломали свои пристанища, а единственный целый дом был закрыт большой тряпкой. Было очень мрачно и тихо, потому что было видно, что деревня была заброшена совсем недавно. Будто люди, которые раньше здесь жили до сих пор здесь. Просто их больше не видно. Отряд спешился, и привязав лошадей к ёлочке, что стояла в центре деревни, они приступили к самому сложному, а именно к очистке титана. Они выполняли всё в тишине, стараясь лишний раз языком не чесать, ведь знали, как их товарищу тяжело. Никто бы не захотел оказаться в такой ситуации. Ехали они обратно тоже в тишине, иногда лишь Конни что-то вспоминал из детства рассказывая. Все покорно слушали, но Лин заметила, что Микаса с Эреном от команды отстали и о чём-то говорили. Учитывая, что когда они вернулись в штаб Микаса улыбалась, Йегер извинился.

***

"Всё пошло как всегда не по плану. Ну, а как ещё у меня может быть?" — думала Лин. Аккерман засела в сарае, потому что было стыдно перед детьми. Перед тем как наконец-то ехать в приют, ведь снег растаял и скоро первая вылазка у Разведкорпуса в этом году, а Лин полностью оправилась, её все же уговорили снять бинты. Хотя-бы просто попробовать. Она плюнув на всё это поверила. Всё равно видны только руки, верно? Но нет. Как только к Лин подошёл ребёнок, которого она заинтересовала, он ужаснулся, начал плакать и убежал. Да, они были из подземного города. Но дети всё равно видят меньше и помнят меньше. Лин не плакала, нет. Это её скорее разочаровывало в людях и что вряд ли её когда-нибудь примут такой какая она есть. "Но Леви же принимает" — всплыло возражение в голове. Он родитель и сам такой же, как и она. Так что не в счёт. "А Армин?" На этот вопрос Лин дальше рассуждать не могла, так как услышала детский всхлип: — Кто здесь? — удивилась Лин и стала прислушиваться. За большой стеной сена Аккерман нашла источник звука. Это был маленький мальчик. Блондинистый и очень худой. Хотя даже так у него виднелись большие щёки. Он весь был вымазан в соплях, а в волосах можно было заметить сено. — Ты чего здесь сидишь? — Я по маме скучаю, — промямлил мальчик. — А где она? — Она... она..умевла, — ему было тяжело это сказать, а как сказал, у него снова пошли слезы. Лин была крайне растерянна таким поведением, особенно ребёнка. Для неё дети были раздражающими мухами, чем людьми и когда они ревели хотелось их ударить, лишь бы орать перестали. Но этот не раздражал. Его почему-то хотелось обнять и успокоить. Как и Армина, когда он плакал. Это она и сделала присев рядом и обняв. — Я тебя понимаю. Меня мать бросила. — Ты в этом не виновата. А...я..виноват. — И как же? — обеспокоенно спросила Лин. — Я пошёл за дяденькой. А потом..потом.. он её убиииил, — воспоминания снова нахлынули. Ту же ошибку совершила когда-то и она. Она могла понять почему он себя так винил, а также почему он может себя в этом винить до конца жизни. — Тебя давно сюда привезли? — Вчева. — А ты видел королеву Хисторию? — улыбнулась Лин, убирая с волос бедняги сено. — Нет. — Пойдём найдём её. Я думаю она тебе понравится, — рукавом кофты она вытирала его лицо. — А ты? — А что я? — Ты мне понвавилась, я хочу остаться с тобой, — мальчик вцепился в рукав, явно не желая идти. — О это явно не самая лучшая идея. — Почему? — искренне удивился мальчик. — Я пугаю детей, — после нескольких мгновений выдохнула Лин. Она не хотела пугать ещё и его. — Как? — Лин показала правую руку, которая в отличии от левой не была забинтована. — Так это не страшно. У моей мамы такой же на ноге был. — А ты у нас смельчак получается? — усмехнулась Аккерман. — Мама гововила, что это сделало её сильнее. — Твоя мама была мудрой женщиной. — Лин! — послышался голос Армина. — Знаешь мне кажется, что нам стоит выйти, — сказала Лин всё же вставая. — А кто это? — Мой... — "парень" хотя официально отношения они не начинали, так что не считается. — ...друг. — А тебя Лин зовут, — понял мальчик. — Да. — А меня Том. Почему так много совпадений в одном этом мальчонке? — Хорошее имя. У меня друга Том звали. Хоть снег только и растаял все уже ходили не в тёплых шинелях, а в накидках. Единственное, что мешало это слякоть. — Сколько тебе лет? — вдруг поинтересовалась Лин. — Чевтыге. — Правильно четыре. — Четыге. Дети, даже в такую несносную погоду, наслаждались солнечными лучами, бегая и прыгая по лужам. В далеке даже виднелся отряд. — Вот ты где! Зачем убежала? — спросил Армин, как только заметил Лин. — Я не хотела их дальше пугать, — смутилась Лин. — А она меня не пугает! Она ховошая! — воскликнул Том, топнув ногой. — Я тоже так считаю, — поддержал Армин, улыбаясь. — Его нужно отвести к Хистории, — сказала Аккерман. — Я сам дойду, — уверенно сказал малец. — Ты уверен? — переспросила Лин. — Да! — воскликнул он бросившись вперёд. — Милый мальчик, — сказал Армин, как только он потерялся из виду. — Очень, — Лин сама не поняла, как потянулась в объятья Армина, прижимаясь к парню ближе. — Лин, они всего лишь дети, — сказал Армин, вдохнув запах её волос, что пахли деревом и чаем. Хотя запах лазарета тоже присутствовал. Он не мог не остаться. — Я знаю. — Прости. Ты меня спасала, получая эти шрамы, — неожиданно сказал он. — Это был мой выбор. Не вини себя в этом. Просто это сложно. — Ты мне нравишься и с ними, — Армин поцеловал руку, что была без бинтов. Каждый палец, каждую неровность из-за чего щёки Лин горели. — Хоть мешок на себя надень ты будешь для меня прекрасна. Щёки девушки покраснели от такого признания. Никто ей такого никогда не говорил. Ничего больше в голову не пришло как наклониться и поцеловать его в губы. Они целовались уже далеко не впервые, но всегда как в первый. Сначала неуверенно, медленно. Но потихоньку поцелуй приобретает другой оттенок, более страстный. Руки Армина ложатся на талию неуверенно сжимая, а её руку давно покоя на его плечах. Язык её проникает в его рот изучая. Щёки, нёбо и его ровные зубы, найдя языки друг друга мир для них потерялся окончательно и всё отошло на второй план. Дышать становится всё сложнее и сложнее предвещая, что скоро придётся отлипнуть друг от друга, но сейчас это совсем неважно. Сейчас только они двое и им хорошо. Больше ничего не надо. Когда же они отлипают друг от друга тяжело дыша, они рассматривают друга. Красные лица, тяжело дышат, глаза бегают по лицам друг друга, теряясь. Не могут наглядеться. Лин берёт его за руку и идёт вперёд как не в чём не бывало. — Кстати, ты в курсе, что мы не встречаемся? — сказала Лин. — Что? — Ну официально никто ничего не признавал, — усмехнулась Лин. Они двинулись к основному дому где во дворе и происходил весь кипишь. Солнце начинало закатываться за горизонт предупреждая о скором холоде и что придётся перебраться в дом. — Хочешь встречаться? — предложил Армин. — Хмм, даже не знаю, — хихикнула Лин. — На это надо много времени подумать, всё чательно взвесить, может даже обсудить. Я согласна. — Чтож тогда решено. — И пусть только смерть разлучит нас. — Ты зачем убежала? — спросил Жан. Они уже подошли ребятам возле которых бегали дети. — Я подумала так будет лучше, — ответила Лин доставая второй бинт. — Не будет, — отрезал Эрен, вырывая из рук Лин бинт. — Шрамы навсегда с тобой останутся. — Эрен, — напряглась Микаса. — Отдай. — Отдам, когда вернёмся, — ответил Эрен. Микаса всё же отбирает, дуясь на Эрена, а тот смущается загоняется в краску. Но бинт Лин так и не получает. — Не переживай, — просил Жан, кладя руку на её плечо. — Да, лучше съешь картошку! — поддержала Саша. — А ты только о еде и думаешь, — закатил глаза Конни. — Вообще-то стоит подумать о еде. Нам ещё им ужин готовить, — сказала Микаса. По ребятам прошёлся измученный гул. — Дежурство везде. То там то тут, — сказал Конни. — А ты чего ожидал? — спросил Армин. — Хистория же нас не просто привезла на детей посмотреть. — Дяденька, помогите пожалуйста, — подошёл к Жану мальчик и стал дёргать за штанину. — Я не дяденька мне всего шестнадцать, — недовольно пробурчал Жан. — Тётя! — подошла к Микасе девочка. — Пойдёмте со мной! — Напоминает общий сговор, — заметил Армин. — Это я! — подошёл Том. — Коволева Хистовия попвосила всем сказать, чтобы шли в дом. — Ну раз королева просит, мы не можем ей отказать, — сказал Эрен, идя за детьми. — Лин, у меня есть к тебе разговор, — попросила Хистория, что незаметно подошла. — Конечно. — Лин, пошли! — просил Том. — Я сейчас! — улыбнулась Аккерман.