Под покровом ночи

Ночь уже давно накрыла город своим мраком и все нормальные люди крепко уснули, стараясь набраться сил перед завтрашним днем. Где-то внизу звучит сирена, но парню уже плевать. Ловко вскарабкавшись на подоконник какой-то квартиры с открытым окном он тут же залезает внутрь и уже с высоты пятого этажа рассматривает машины снизу. Пф. Даже дело не сорвали, цель все же мертва, только побегать немного пришлось. Ухмыльнувшись и опустив маску, парень поворачивается и тут же застывает. А вот и первый проеб. Он спутал тусклый свет ночника с отблеском луны. А тут оказывается есть люди. Молодой парень так и замер в кровати, раздвинув ноги в изящных чулках и одной рукой держась за какую-то секс игрушку внутри себя. На вид уже просто конфетка, особенно эти ремни на груди и самостоятельно вставленный кляп в виде какого-то красного шарика. — Ты ведь понимаешь что мне сейчас нужно сделать? Убийца резко оказывается над невольным свидетелем, приставляя пистолет ему к виску. Парень снизу весь дрожит, слезы уже совсем скоро потекут из глаз, тихое мычание сразу расшифровывается как просьба пощадить. А убийца все же задумчиво отвлекается, тем не менее удерживая оружие на прошлом месте. Жалко даже немного. Хотя менты уехали в другой район, а никакие шлюхи на ночь не будут стараться так же, как может стараться человек в попытках спасти свою жизнь. — Сделаем так… — наклоняясь ближе, он вытаскивает кляп из чужого рта и ухмыляется, — если ты будешь сильно стараться, то я оставлю тебя в живых… Ответить жертве в целом все равно не дают, затыкая требовательным поцелуем. Чужие губы немного горчат привкусом из слез, но парень отвечает с жаром, действительно поверив в сказанное ему… Наивный. Но убийца все равно ухмыляется, отстраняясь и ведя дулом пистолета по щеке парня. Надо же какой фетишист здесь проживает. Вон ещё целая коробочка явно не тетрадок с лекций. Запустив одну руку парню между ног, убийца подергал игрушку, вызывая сдавленный стон. Да, действительно фетишист. Но это далеко не плохо. — Как тебя зовут хоть, мелкий извращенец? — снова усмехнувшись, парень обводит пистолетом контур плотно сжатых от напряжения губ. — Р-рома… — паренек даже не спорит, только с трудом выдавливает собственное имя сквозь стоны. — Отлично. А меня можешь звать Джонни. Игрушка резко скрылась внутри, заставив парня выгнуться и застонать, но кляп быстро вернулся на место. Убийца ненадолго оставил его отходить от такого смелого движения и подошел к коробке рядом с кроватью. Сколько-то всего… Глаза разбегаются. Попытавшись быстро снять кляп и позвать на помощь, Рома ощутил на губах все то же холодное дуло пистолета, которое заставило сердце застучать быстрее. Кляп снова занял свое место, а убийца приставил пистолет уже к подбородку, заставляя парня нервно сглотнуть и всхлипнуть, цепляясь руками в простынь. — Какая милая функция здесь есть… — подняв почти упавший с кровати пульт, Джонни словно бы действительно не понимая для чего он добавил мощности. Слабо, но снова заставляя парня извиваться. Возбужденный, несмотря на страх, член слабо дергался. Ещё чуть-чуть, немного и… И металлическое кольцо обхватило половой орган, не давая пройти оргазму. Мощность вибратора внутри явно пошла на максимум и Рома беспомощно забился, кусая щеки, чертов кляп и пытаясь потереться хоть о что-то, лишь бы сейчас закончить это, дотронуться до себя руками, снять это чертово кольцо. Слезы уже давно стекали по щекам, перекрывая видимость и он даже не знал что сейчас делает убийца. Впрочем и сделать ничего не мог, потому и пистолет от него убрали. До ушей доносился какой-то звук, но идентифицировать его было просто невозможно. Мощность убавилась, оставляя парня бессильно дрожать и беззвучно хныкать. На шее застегнулся специально для этого предназначенный ремень. Он уже и забыл что когда-то купил его. Проморгавшись, Рома заметил как убийца со все той же ухмылкой держит пульт и поводок от ошейника. Пистолет лежит на тумбочке, но дотянуться до него не представляется возможным. Вибратор снова включается и Джонни слегка меняет угол входа игрушки, отчего теперь она давит прямо на чувствительную простату. Ошейник резко начинает душить и Рома снова теряет осознание происходящего. Ему хочется плакать, умолять, только бы это закончилось, только бы ему дали, черт возьми, кончить. Поводок слегка отпускают, чтобы парень не задохнулся. Какая милая забота… Снова кусая кляп, Рома мелко дрожал уже не имея сил даже плакать. Но над ним все же сжалились, выключив вибратор и дав немного передохнуть. Сомнительная жалость при неизвестности дальнейшего… Оказаться без игрушки, которую парень уже начинал тихо ненавидеть было даже странно. Просто тихий хлюпающий звук и неожиданная пустота внутри. А потом убрали ещё и кляп, позволив хватать воздух ртом в попытках отдышаться хоть немного и отвлечься от почти что боли в возбужденном члене. — Ладно, разминка была не плохой. Хороший мальчик, ты мне нравишься. Но ты же не думаешь что при такой находке я сам должен помогать себе рукой? Поводок снова натянулся, заставляя парня перевернуться и уткнуться носом в ширинку сидевшего у него в ногах Джонни. Он… Должен… Так? Нет, Рома знает что от него требуют, но это же… Смущает. И это слишком личное! Поводок опять натянулся, а уже не такое холодное дуло пистолета надавило ему на затылок, напоминая что выбора у парня нет совершенно. Либо так, с призрачным шансом на спасение, либо ему вышибут мозги прямо здесь. Дрожащими руками расстегнув ширинку, Рома подогнул колени под себя, чтобы было удобнее и вытащил чужой член, тут же опять начиная всхлипывать. Но все же он наклонился вперед, не особо уверенно сначала просто облизнув мокрую от смазки головку. Однако слабое постукивание пистолета по затылку явно говорило что он недостаточно старается, отчего парень тут же поспешно заглотил её в рот и активно начал двигать головой. Кажется… Это ведь так работает? Очередной всхлип превратился в хрип, когда его заставили подняться на уровень лица убийцы. Тот смотрел даже с какой-то нежностью, жалостью, но от этого было только страшнее. — Значит ты любишь баловать себя игрушками, но ни разу не пригласил никого из друзей тебе помочь? Какая жалость. Ну ничего, сегодня я тебя научу. На пол, быстро! Резкий приказной рык в конце заставил Рому чуть ли не свалиться вниз, снова становясь на колени и крепко жмурясь. Что сейчас… По губам прошлась какая-то цепочка, а затем ему в рот ткнулся непонятный мелкий шарик, который парень автоматически облизал. — Ты ведь знаешь что это? — похлопывание по щеке заставило открыть глаза. Джонни держал в руке набор из восьми достаточно объемных шариков, один из которых Рома и держал почти во рту. И да, он помнил что это, — замечательно, по глазам вижу ответ. Введи в себя три первых. Немедленно! Мурашки прошли от этого рыка. Его заставляли подчиниться, уже не угрожая пистолетом, просто приказывая так, что тело само уже все выполняло. Три первых шарика прошли без проблем, а затем Рому опять притянули к себе поводком. Как собаку… — Чтобы ты знал, я совсем не заставляю тебя сосать именно этот ствол, — убийца все так же говорил мягко, почти ласково. А потом Рома снова ощутил на губах дуло пистолета, вздрагивая и пытаясь отстраниться, — ну что, у тебя есть выбор. Я ведь не изверг какой-то. Хотя именно это тебе и нравится, верно? Четвертый! Ещё не успев осознать что делает Рома уже пропихнул в себя половину анальных шариков. Интересно, из какого они материала? Он правда забыл… И что за мысли могут приходить в голову в такой ситуации? — Я… Хочу ваш… — поводок не был натянут, поэтому парень с осторожностью отстранился от пистолета и наклонился вперед, свободной рукой обхватывая чужой член и уже смелее обхватывая его губами, оттягивая крайнюю плоть. Он выживет… — Правильный выбор, Рома, — снова мурашки, прошедшие по коже. Этот сексуальный голос произнес его имя… Ноги обхватила судорога и парень не сдержал тихий стон, слегка выгибаясь и убирая руку с шариков, чтобы дотронуться себе до члена. Он успел только слегка коснуться кольца на нем, как ощутил удар по лопатках. Плетка, черт возьми… — Если ты посмеешь самостоятельно довести себя до оргазма, то я тут же застрелю тебя, — промурлыкал убийца, наклоняясь вперед и резким движением засовывая в парня ещё два, уже достаточно объемных шарика. Рома всхлипнул, и невнятно что-то не то прокричал, не то все же застонал, выгибаясь и случайно забирая в рот чужой член целиком. Тут же он подавился и попытался отстраниться, но удалось это ему ненадолго. Теплая ладонь с ремнем легла на затылок и краем уха парень услышал все тот же тягучий шепот, он которого снова появилась судорога. — Раслабь горлышко и внимательно слушай то, что я говорю, если не хочешь заработать наказание. А затем началось что-то сумасшедшее, где Рома с трудом мог дышать. Откашляться времени не было, чужая рука резкими движениями, словно куклу, наклоняла его голову с такой скоростью, что парень всерьез опасался, не хотят ли ее оторвать. Он то утыкался носом в чужой живот, полностью заглатывая член до рвотного рефлекса в горле, то все же имел время на короткий вздох носом. Слюну сглотнуть времени не было и она текла по подбородку, словно у какой-то шлюхи-мазохиста. Дважды все тот же рычащий голос его окликнул и дважды Рома послушался, как можно аккуратнее пропихивая уже достаточно большие шарики внутрь себя. Он уже начал дрожать от постоянной нехватки воздуха и того что самый первый шарик массировал простату, отчего Рома невольно сжимался, усиливая давления на приятную точку и одновременно причиняя себе боль из-за последних частей игрушки. — Молодец, — словно сквозь воду услышал парень, пытаясь проморгаться и понять что происходит вокруг. Джонни отложил плетку с пистолетом, но какая разница, если кричать о помощи сейчас все равно бы не вышло. Это с самого начала было провальной затеей, почти не имея шансов на успех. Сидя на коленях и упираясь лбом в колено убийцы, который может убить его в любой момент, загнанно дыша и иногда покашливая, Рома ощущал себя ближе к оргазму чем когда-либо. — У тебя превосходный ротик. Я даже не буду его ничем закрывать, мне хочется наконец-то послушать как же ты стонешь, маленький извращенец. Поводок натянулся и Рома послушно попытался встать, но ноги уже не держали. И это ещё даже не конец, потому что Джонни не дал довести все до финала. Парня подхватили и тут же уложили на живот в кровати, приподняв за ягодицы и приставив член к приоткрытому после последнего шара отверстию. — Нет… Пожалуйста… Так нельзя… Вы меня порвете… — захныкал Рома, цепляясь в подушку. — Что тебе дороже, твоя жизнь или задница? — голос над ухом заставляет задрожать и податься назад, слегка насаживаясь на чужой член, — да ладно тебе, Рома, я ведь не изверг. Не буду я тебя с шариками внутри трахать. Отстранившись, Джонни действительно резким движением вытащил набор анальных шариков, заставляя парня захлебнуться пронзительным стоном. Кольцо на члене уже причиняло боль, отчего Рома тихо захныкал. — Ну, не делай вид что происходящее тебе не нравится. Твои слезы чудесны, но без кляпа намного сложнее скрывать стоны, не находишь, — Рому снова цепко взяли за ягодицы, войдя сразу наполовину и взяв пистолет, — ну же, маленький извращенец. Я сейчас прострелю тебе колено и ты больше никогда не сможешь ходить, — дуло действительно ткнулось под коленку и Рома максимально прижался лицом к подушке, пытаясь скрыть стон. Это так… Возбуждает… Ещё… — или может ты хочешь чтобы я выстрелил в локоть? Маленький хитрый извращенец, тебе это нравится. Это не игра на выживание, тебе нравится когда незнакомый дядька трахает тебя всеми секс-игрушками из твоей коллекции. Ты самая невинная и грязная шлюха, которых я встречал. Сколько искусственных членов побывало в твоей заднице? И как ощущения от настоящего? Рому резко перевернули на спину, одновременно толкнувшись полностью и выбивая ещё один стон из искусанных в попытках сдержать их губ. — Как ощущения, маленький извращенец? Тебе нравится? Скажи это. Скажи что ты чувствуешь, если хочешь кончить, — голос требовательный и Рома просто плавится. Стонет так, что возможно его слышно даже в соседней квартире и обхватывает Джонни ногами за талию, — скажи мне это. Немедленно, — этот тихий вкрадчивый шепот и натянутый поводок. Парень хрипит, закатив глаза и вцепившись в ошейник, но стоит удушению уйти и он снова стонет. — Вы правы… Тра… Трахните меня… — краска приливает в лицу от этих слов, пока Рома все ещё цепляется за ошейник, сквозь полуприкрытые ресницы смотря на убийцу, — Джонни… Пожалуйста… — уже почти пищит он и тут же вскрикивает от толчка. Спина неприятно елозит по простыням, когда член сначала выходит из него, а затем загоняется обратно. Стон на этот раз тише, убийца приглушил его рукой, без особых препятствий просовывая пальцы в чужой рот и ощущая как рьяно их начинают облизывать. Рома слегка давится когда пальцы достигают горла, сглатывает и снова стонет. Рука в его слюне возвращается на ягодицу и толчки становятся яростнее, намного быстрее. Джонни то загоняет всего себя за мгновение, заставляя выгнуться и со всхлипом простонать, то вбивается такими миллиметрами, но так быстро, отчего парень метается под ним, не зная куда себя деть и загнанно дыша. В какой-то момент Рома ощущает как все остановилось и с трудом открывает глаза. Убийца действительно замер, упершись руками по обе стороны от его головы и закрыв глаза. Дыхание прерывистое и Рома чувствует как внутри разливается чужая сперма, смешиваясь со смазкой. Как же хорошо что он вылил её в себя целую кучу. Джонни открывает глаза и ухмыляется молящему взгляду. Отстраняется и тут же за поводок притягивает парня к себе, целуя и снимая кольцо с чужого члена. Ему даже не нужно ничего делать, одно прикосновение к чувствительной головке и Рома сжимает его плечи, впиваясь в них ногтями и мыча. Забывшись в оргазме он не замечает как пистолет возвращается в руку убийцы. Тихий выстрел в лоб вплотную и парень падает на кровать. Убийцы не оставляют следов. — Так, все, снято. Все молодцы. Рома, ты там живой или настолько вжился в роль, что сам умер? Третий парень выходит из-за камеры, свет включается и Джонни встаёт с кровати, вытерев сперму о простынь и застегнув ширинку. — Это нечестно, он даже не разделся! — недовольно хнычет Рома, пока что даже не пытаясь подняться. Его тело все ещё подрагивает от действительно крышесносного оргазма и парень с трудом может говорить. — Все как заказывал заказчик, хватит бурчать, — фыркнув, третий парень проходит по комнате, выключая камеры и снимая некоторые со стен. — Это у него постоянно так после хорошего секса, да, мелкий извращенец? — убирая все игрушки в коробку, Джонни треплет Рому по волосам, заставляя что-то промычать, и тут же уже нормально ответить, пусть и с ленью. — То, что при желании я могу выглядеть на шестнадцать не значит что мне прекратило быть двадцать один. Я все ещё на год старше тебя, — потягиваясь, Рома тянется за дополнительной лаской, желая продлить эти мгновения неги. — И ты тратишь свое время в порно бизнесе, упуская возможности, — фыркнул Джонни, получая ожидаемый ответ. — Ты тоже… Вздохнув, они оба отвернулись, возвращаясь к своим делам. Их партнер тоже молчал. Возможно они могли бы поцеловаться. Просто, потому что хочется, а не потому что того требует сценарий. Возможно на следующий день, что будет выходным, Джонни может прийти к Роме с пакетом апельсинов и стаканом яблочного фрэша, чтобы проверить как он там и не переборщили ли они вчера. Возможно они могут просидеть весь вечер смотря не собственное порно, а просто обычные фильмы, играя в игры и поедая одну пиццу на двоих из рук друг друга. Возможно после этой встречи Рома может застрять в ванной, совершенно не по сценарию представляя Джонни и мастурбируя не смотря на отсутствие недостатка секса. Возможно Джонни даже будет в той же ванной и поможет ему, потом скромно целуя в шею и ласково гладя по волосам. Но вот что совершенно точно — так это то, что спустя этот день Рому поставят в пару или даже в тройничок с другим актером. И он будет снова трахаться. Не важно сверху или снизу. Он будет стонать для заказчика, который потом будет дрочить на это видео. И у него никогда не будет нормальных отношений. «Ты самая невинная и самая грязная шлюха, которую я видел,» — сказал сегодня Джонни, сам являясь таковой. И проблема в том, что они впустую тратят свое время. И главная проблема в том, что шлюхам не позволено любить даже друг друга.