Руны «‎Рассвета»

Северус наблюдал за спящей девушкой всё утро и весь обед. Гермиона мирно спала, ведь маг влил в неё восстанавливающее и кроветворное зелья, которые быстрее помогут ей прийти в норму. Однако вампир не мог не винить себя за то, что увлёкся. Он остановился, бесспорно, но если бы хоть секундой раньше отпрянул от желанной крови, то гриффиндорка бы не потеряла сознание. Больше всего его удивили в час дня два Патронуса в виде Оленя и Бультерьера. Поттер и Уизли искали подругу. Снейп знал, что у них была карта, которая отслеживала всех в зáмке, так почему ею не воспользоваться? Когда Патронусы не исчезли спустя час, Северус сам отправил сообщение Поттеру, заявив, что девушка спит. И к его удивлению через минуту Патронусы вернулись и коварным голосом поздравили пару, заявляя, что оставляют Хогвартс и ждут в гости, когда появится время. — Паршивцы. Снейп произнёс беззлобно, но ему было неуютно от этих поздравлений. Гермиона не скрывала своей влюблённости от друзей, но вряд ли они ждали, что избранником самой умной и многообещающей ведьмы десятилетия станет вампир. Он до последнего считал, что Гермионе лучше без него и трижды заносил над головой ведьмы палочку, желая стереть из её памяти любовь к Пожирателю, и трижды опускал руку. Слишком часто у Гермионы не было выбора, поэтому в этот раз он обязан быть. Услышав, как начала шевелиться Гермиона в кровати, мужчина встал в дверном проёме. Гермиона нежно улыбнулась Северусу, который не спешил к ней подходить. — Неужто я так плохо выгляжу? — Мне лучше держаться на расстоянии. Твоя кровь, будто наркотик для меня. — Звучит как комплимент. Северус фыркнул, а девушка ухмыльнулась. Только сейчас она поняла, что лежит обнаженная, а её сарафан и бельё сложено на стуле. — Я опасен для тебя. — Я так не считаю. Оба не сводили глаз друг с друга, оба желали получить чего-то большего, но Северус не сделает и шага в сторону Гермионы, пока она сама не попросит. Мужчина понял, что сопротивляться своим желаниям может, но если это желание разделяет с ним гриффиндорка, никакие ментальные щиты не смогут удержать вампира. Северус видел хитрый взгляд ведьмы, видел желание в её глазах. Она раздевала его глазами. Сейчас мужчина был одет только в белую рубашку и чёрные брюки, но ведьма знала, что под одеждой тело и плоть, жаждущие её. Поманив Северуса к себе пальчиком, она надеялась не увидеть сопротивления с его стороны. И не увидела. Маг мгновенно преодолел расстояние от двери к кровати, впиваясь жарким поцелуем в губы ведьмы. Поговорить влюблённые могут и потом, а сейчас пора познакомиться телами друг с другом. И пусть одно тело холодное, будто айсберг, а второе теплое, будто летнее солнышко, никакого контраста нет — только желание. Гермиона не замечала, что кожа под её ладошками хладная. Она чувствовала только похоть и желание обладать этим мужчиной. Северус переключился на шею ведьмы, отбрасывая одеяло в сторону, чтобы полюбоваться телом возлюбленной. Он не разрешил себе созерцать обнаженное тело, пока девушка спала, но сейчас мог очень хорошо его рассмотреть. Больше всего ему нравилось, что Гермиона не стеснялась. Она тяжело дышала, мечтая почувствовать мужчину внутри, но ждала, когда ею налюбуются. Согнув ноги в коленях, она расставила их, приглашая вампира. — Ты уже спала с парнями? — С Виктором, — сказала Героиня войны, давая ответы на все вопросы. — Хорошо, — довольным тоном ответил маг, понимая, что сегодня будет только желание. Северус склонился к соскам Гермионы, лаская их языком, нежно поцеловал животик, и, опустившись ниже, коснулся языком клитора ведьмы. Гриффиндорка ахнула, сжимая простынь руками. Язык Снейпа кружил по кругу, а губы всасывали половые губы ведьмочки, пока пальцы проникали внутрь, заставляя Гермиону стонать и умолять о большем. Вампир чувствовал, как кровь скапливается внизу, понимал, что ведьма на грани оргазма, но так хотелось узнать, какая у неё кровь в эти минуты. Предупреждающе коснулся клыками кожи на бедре, и Гермиона сразу всё поняла, пусть едва и соображала, желая разрядки. — Пей. Разрешение имеется, и ждать, пока она передумает смысла нет. Грейнджер забилась в конвульсиях оргазма, а Снейп вцепился клыками в кожу на внутренней стороне бедра. Мужчина отпил совсем немного и облизался. Девушка видела красные глаза сейчас так отчётливо, как видела каждый день Снейпа до этого. Клыки совсем не портили мужчину, наоборот придавали какого-то шарма. Его расслабленное, умиротворённое лицо говорило, что ему хорошо. Причина хорошего настроение лежала под ним, желая узнать его. Северус рванул на себе рубашку и пуговицы полетели в разные стороны, вслед за рубашкой отправились брюки. Жёстко поцеловав любимую, резко вошёл в лоно ведьмы, заставляя её протяжно застонать. И каждый раз, когда он насаживал её на свой член, она громко стонала, царапая его плечи. Красные отметины сразу заживали, а вот синяки на её бёдрах, укус на шее от зубов, и укус на бедре от клыков не исчезали, но Гермионе было всё равно. Это метки её возлюбленного, пусть такими и остаются. Оргазм накрыл обоих внезапно, но отразился приятной негой в теле. Гермиона едва переводила дыхание. Скорость, с которой вбивался в её тело вампир, едва не выбила из неё душу. Северус получил удовольствие, но не устал. Он наблюдал за выражением лица гриффиндорки во время блаженства и понял, что такой прекрасной картины никогда не видел. — Ты не против, если я ещё посплю, а после поговорим, — попросила ведьма, проваливаясь в темноту. — Спи, я буду рядом. Снейп нежно поцеловал любимую, которая лежала на спине и засыпала, пока мужчина лежал рядом, поглаживая её тело. Он мечтал притянуть её к себе, чтобы она уснула на его груди, но вампир был холодным айсбергом. Возможно, однажды, она будет лежать на его груди, не чувствуя контраста температуры их тел.

***

Гермиона проснулась ближе к вечеру, приняла душ и только потом вышла к Северусу. Мужчина выглядел умиротворённым, и ему очень понравился вид гриффиндорки в его рубашке. Когда девушка поела и села пить чай перед камином, Снейп понял, что дальше тянуть нельзя. — Что ты хочешь узнать? — Кто тебя пытался убить? За что? Как узнал твой секрет? Когда ты влюбился в меня? Почему молчал? Северус тяжело вздохнул, понимая, что пора раскрывать карты. Он сел на один диван с Гермионой, но не спешил к ней прикасаться, глядя на пламя в камине. — Так трудно? — Трудно ли быть возле любимой и не иметь возможность касаться её? Да. Гермиона, я едва себя сдерживаю, вдыхая твой аромат, а когда касаюсь, то уже не могу сдерживаться. Снейп прикрыл глаза, пытаясь заставить умолкнуть вампира внутри, но голодное существо жаждало любимую кровь. Северус встал и сел за рабочий стол, подальше от Гермионы. — Я понял, что ты прекрасна, в год Турнира Трёх Волшебников. Не мог отвести от тебя взгляд. Ты повзрослела, стала прекрасней, а бал вообще снёс крышу, но возвращение Тёмного Лорда заставило забыть о желанном, отдавая себя Ордену. Это не помогло… Когда я подумал, что справился со своими инстинктами, тебя доставили в Больничное крыло с проклятием Долохова. Лечил его я и каждый день видел твоё тело… Маг прикрыл глаза, пытаясь восстановить спокойствие, а Гермиону рассказ приводил в восторг. Она слушала любимый баритон и понимала, что в Больничном крыле что-то произошло. — Тогда мне снились сны, — прошептала девушка, вставая с дивана и садясь напротив Северуса, который открыл глаза, следя за грациозными передвижениями волшебницы. — Какие? — охрипшим голосом спросил мужчина, глядя на стройные ножки гриффиндорки. — Уже тогда я была влюблена в тебя, поэтому посчитала это снами. Ты приходил ко мне, держал за руку, целовал её, а после массажировал грудь, целуя соски, — мужчина не отводил от неё взор, но стыд на лице читался. — Ты сорвался. — Да, — честно ответил Северус, не отрицая, что это были не сны. — Это было неправильно, но игнорировать такой соблазн было бы… глупо. После этого ко мне заявилась Нарцисса, прося позаботиться о Драко. В тот же вечер она явилась снова, и я трахал её целый год. Видя, как ты взрослеешь, улыбаешься в компании Поттера и Уизли, я сходил с ума. — Нарцисса тебя попыталась убить, — догадалась Гермиона. — Почему? — Она влюбилась. Считала, что я люблю Лили, поэтому у неё нет конкуренции. От моего деда, который обратил меня, узнала, что я люблю кого-то. Деда убила, и меня решила уничтожить. — Ты отомстишь? — Нет, я не хочу её даже видеть. К тому же, у меня есть ты. Я хочу проводить всё своё свободное время возле тебя, мой львёнок. Гермиона смущённо улыбнулась, подошла к магу и села на его колени. Обняв гриффиндорку, тот вдохнул запах её тела, целуя в шею. Клыки готовы были впиться в кожу прекрасной ведьмы, но он держался. — Обрати меня. — Ты не знаешь, о чём просишь. — Знаю. Я прошу новую жизнь рядом с тобой. Не отказывай мне в удовольствии быть с тобой, Северус. — А если пожалеешь? — Никогда. Маг хмыкнул и согласно кивнул. Спорить не хотелось, учитывая, что их желания совпадают. Гермиона сбросила с себя рубашку и запрыгнула на стол, приглашая вампира к совместному приятному времяпровождению. Северус не мог отказаться, да и не хотел.