В темноте

Маша смеётся. Таня смеётся с ней вместе. Хорошо. Маша плачет. Таня гладит её плечи, поддерживая. Не то. Не те руки. Не те движения. Маше страшно. Таня не знает. Потому что Таня ничего не боится, а Маша боится всего. Высоты, тараканов, темноты... Очередное испытание. Таня бесстрашно заходит в комнату, а за ней Лариса. За чуть приоткрывшейся дверью ничего не видно - там лишь тьма. По Машиной коже бежит холодок. В свою очередь она медленно заходит в проем, надеясь увидеть что-то в темноте. Не получается. С другой стороны странного помещения слышен звук закрываемой двери, а затем голос, видимо, из колонок: - Девушки! Сейчас вам дан шанс вернуть утерянное! Не упустите его. Камеры выключены. "Утерянное?" - пронеслось в голове у девушки. Она чувствовала, как мелко тряслись руки волнами накатывала паника. - Сделайте шаг вперёд. Маша глубоко вздохнула и пошла вперёд. Пальцы вытянутых вперёд рук наткнулись на ткань форменной жилетки. Значит кто-то из своих. Почти сразу же холодные пальцы нашли её собственные и взяли их в замок, унимая дрожь. Пальцы, при соприкосновении с которыми Машу пробивает волной тепла и она шепчет тихо на выдохе: - Мне страшно... Потому что с ней - можно. Быть слабой. Бояться. В ответ такие же тихие слова: - Тшшш... Малыш, я с тобой. Конечно узнала. Маша внезапно теряет ощущение чужой руки в своей. Через мгновение холодные пальцы обводят надпись на лбу. Без ошибок, Маша уверенна. Ведь делали это уже сотни раз. - Мне страшно... - снова повторяет она, словно пробуя эти слова на вкус. Ноги подкашиваются, и Маша падает. Но не на пол. Все те же руки ловят её и усаживают спиной к себе. Маше хорошо в этих обьятиях. Слезы текут из глаз, так и не увидевших света. - Мне страшно... - полукрик-полуплач снова срывается с Машиных губ. - Девочка моя, закрой глаза. Она послушно закрывает, готовая довериться любым словам, сказаным этим голосом. - Слушай меня. Судорожный кивок и поверхностный вдох. Уверена, что поймёт без слов. - Тебе страшно, - шепот у самого уха, такой родной и близкий. - Но ничего не случится. Это просто комната, ты понимаешь? Маша понимает, но ей все равно страшно. - Я тут, с тобой. - голос будто бы отрезвляет, помогает собраться с мыслями. До боли знакомые руки перебирают Машины волосы, убирая их за уши. Как же ей этого не хватало. Дыхание выравнивается. Все ещё рваные вдохи становятся размереннее. Тонкие пальцы стирают влагу со щек. Маша открывает глаза. - Я все равно ничего не вижу. - Это не важно. Главное - чувствуй. И Маша чувствует. Чувствует тепло, исходящее от тела. Руки на своих плечах. И самое главное чувствует - она снова с ней. Рядом. Наконец-то. - Малыш... Ты как? - Лучше. - Ты же помнишь про задание? Только высохшие слезы потекли вновь а с губ срывались отрывочные фразы: - Прости, прости меня... Пожалуйста... Прости, прошу... - Ну ты чего? - рука мягко прошлась по волосам. - Не реви давай... - Но... - Всё хорошо, правда. Не раскисай. - Точно? - в голове как кинопленкой вертелись воспоминания, заставляя чувствовать всё бОльшую вину. - Тебе что, совсем все равно? Маша замерла в ожидании ответа, и он прозвучал, будто стрелой пронзая установившуюся тишину: - Нет. - голос звучал слегка отстраненно, пальцы замерли в Машиных волосах. Маша поднимает руки и проводит ладонями по её щекам: - Ты что, плачешь? - Нет. Маше ещё хуже. Она ощущает себя последней тварью. Ведь так нельзя. - Ты плачешь. Тёплые руки лишь сжимаются у неё на плечах, а мокрое лицо утыкается в волосы. - Да. - Ты... Ты не представляешь, как мне стыдно... - Маша не мастер успокаивать. - Пожалуйста, не плачь... Она затылком чувствует лёгкую улыбку на губах. Как же хочется вернуть все назад, начать сначала. - Я не могу так, - Маша мерно дышит, пытаясь успокоить слезы, - Я не хочу, чтоб ты плакала. Она хочет увидеть знакомое до последней черты лицо, но темнота не позволяет. Да и руки держат её так крепко, словно боясь потерять вновь. - Маш... Скажи, просто скажи мне, что больше не будет так. Я не выдержу. Маша не может слышать слезы в этом голосе, тем более, если их причиной стала она сама. - Не буду. Я правда очень постараюсь. Прости. - но разве могут эти пустые слова передать все чувства? - Я боюсь тебе верить, Маш. - голос снова ровный, словно и не было минутной слабости. - В следующий раз я не выдержу, ты понимаешь? - Я обещаю, обещаю тебе, что Так больше не будет. Маша готова была вечность сидеть в тёплых обьятиях, но внезапно в глаза ударил яркий свет, заставив резко вздохнуть. Она обернулась и увидела, наконец, родные глаза. И самое главное - улыбку, такую счастливую, какую она не видела уже давно.