Мандариновые косточки

5 лет спустя. Минги и Юджи сидели на террасе, который открывался на вид прекрасного берега средиземного моря. Их дом находился в самом красивом уголке Сицилии. Волшебный край с комфортным климатом, прекрасным вином и вечерними посиделками в кафе под домом, где красивые итальяночки танцевали танго. Лёгкий ветерок сдувал с лица Минги его шелковистые, пепельного оттенка волосы. А возлюбленный парня - Юджи любовался нежностью всей этой картины. Им было хорошо вместе, комфортно, уютно. Их пару можно было бы назвать самой счастливой, ведь Минги для Юджи являлся самым нежным ангелом, самым прекрасным цветком во всей галактике. Он готов был защищать его всю жизнь, сдувать с него пылинки, любить самой сильной любовью, подарить ему весь мир, назвать его счастьем и жить ради него одного. А Минги… Минги всего лишь плыл по течению. Ему было комфортно с Юджи. Он не жаловался абсолютно ни на что. Не за что было. Ведь Юджи исполнял все то, о чем Минги только подумает. Любой каприз и хотелки, самые необычные фантазии. Юджи отдавал, Минги принимал. Любовь, внимание, заботу, подарки. Он и не задумывался о том, чтобы уйти от Юджи. Ведь тот был единственным человеком, которого он знал. Всё остальное касаемо своей жизни парень не помнил. Юджи говорил что он потерял память в результате аварии. А Минги верил каждому его слову, потому что другого варианта для него существовать не могло. Да и зачем? 5 лет назад. Юнги ненавидел каждый день проведенный в этой больнице и ненавидел всё и всех, что заставило его с Чимином сейчас там находиться. Его сердце кровью обливалось каждый раз, когда он видел как Пак бредит, спрашивает у каждой медсестры свое имя, получая в ответ тишину и игнор. Как его любимый Минни льет слезы по абсолютным пустякам как самый невинный ребенок. Юнги мог только со стороны наблюдать как Пак мучается от ломок, как истерит и бьет кулаками стену, как кричит в пустоту. И ему больно. Юнги было чертовски больно, потому что психиатр запретил навещать его, чтобы Чимин смог полностью забыть свое прошлое и намеки о нем тоже. После того как умер Хосок, мешать Юнги осуществить свой план никого не осталось. К слову смерть Хосока он перенес буквально никак. Будто такого человека и не было в его жизни. Мину было некогда, не до Хосока и вообще не до чего. Только Чимин. Ему нужно было договориться с врачом и объяснить ему причину, по которой он не хочет чтобы Пак что-либо вспоминал о своей прошлой жизни. Юнги был уверен что врач поддержит эту идею с психологической точки зрения оправдывая ее. Что ему не придется подкупать психиатра, чтобы тот делал все как он хочет. Юнги был уверен что врач абсолютный профессионал своего дела и проблем у них возникнуть не должно. Догадки были верны. Ким Сокджин, недавно приехавший из Берлина психиатр-психотерапевт, который всю свою жизнь посвятил своей профессии и ее изучению. В Берлине его имя было известно каждому второму, а приехав в Сеул он был глубоко удивлён тому, насколько всё здесь отстало... Первым его пациентом стал Чимин, которого он полюбил как только увидел . Познакомившись с Паком, с первых же минут Джин почувствовал на себе все, что тот годами держал глубоко в своем сердце. Была в нём такая способность, которая порой даже жить мешала... Только вот Чимина ему чувствовать почему-то хотелось. Пропитаться его болью, обнять парня и поплакать вместе с ним, тем самым показав что тот не один, не одинок и не утонет в своих проблемах, что он силен, весьма. Что он заслуживает всего самого лучшего, чего обязательно получит. Ведь любые трудности должны быть вознаграждены! Сказал бы Чимин звезду достать – Джин бы в космос поперся. Сам не зная почему. Это не любовь была, а что-то такое… Будто на земле творился хаос, бесконечные войны и миллионы смертей. И остался единственный выживший после всего этого, единственный самый сильный, но самый тот, кто этого ни капли не заслуживал. Самый тот, которому нужно было перестать бороться и в конце-концов побыть слабым. И вот этот единственный был Чимин, которого так сильно хотелось защитить от всего плохого. Юнги конечно же замечал все это. И …. Воспользовался ли он этим? Нууу…немножко… Мин рассказал психиатру всё! Абсолютно всё. Во всех мелочах. Рассказал обо всех, и о себе тоже, и о своей роли в жизни Пака. Ни больше, ни меньше – всё как есть. Сокджин пребывал в шоке, ему от каждого рассказа становилось грустнее и грустнее, он все больше убеждался в том, что да – Чимин единственный выживший в этой войне, самый сильный, но самый тот, кто ни капли не заслуживал всего что ему пришлось пережить. Юнги рассказал свою идею, которая была по душе Джину. Ведь он хотел чтобы этот милый птенчик жил припеваючи, ни о чем плохом не думая и не вспоминая, чтобы Чимина ничто не тревожило, чтобы не было даже малейшего намека на прошлое. Грустное, больное, травмирующее прошлое. Джин заботился о Чимине. Следил за ним как за младенцем. Выделил ему самых лучших медсестер и назначил нужное лечение от наркозависимости. Его труды оправдались. Чимину становилось лучше. Он своевременно принимал лекарства, ел, возвращался в здоровый образ жизни. Плохие воспоминания о прошлой жизни не возвращались, так как Джин назначал ему психотропные препараты, которые работали именно их блокаторами. Пак чувствовал себя хорошо, со временем научился беседовать с медсестрами и самим Джином. Через некоторое время к нему начали пускать и Юнги, которого Ким представил как господина Хан Юджи, который являлся женихом Чимина. Ах да, самому Чимину тоже соврали о его имени. Теперь его звали Кан Минги.