М.А.С.К.А.

Последний день был напряжённым. Каждый из нас знал, что должно было произойти. Ближе к ночи наша команда начала расходиться. Первыми, ещё днём, ушли Джул и Кевин. После случая с аниматроником девушка была подозрительно тихой, но Кевину, потихоньку, удавалось её растормошить. После них ушёл Алви, заехавший в пиццерию, чтобы провести последние проверки. Знал бы он, что произойдёт дальше, осмотрел бы все лазейки тщательней. Ближе к вечеру ушли Джон с Биллом, разделившие сегодня дневную смену. После пары совместных смен они, кажется, сдружились. Перед тем, как покинуть пиццерию, Джон остановился и посмотрел назад, будто колебался, но потом всё-таки отправился дальше за Биллом. Винсент и Карл также ушли вместе, следом за последним гостем. Ну, тут нечего говорить, начальник охраны и старший механик оставались до конца. Посмотрев вслед удаляющейся, вместе с мамой, девочке, я обратился к Винни: — Ты ведь понимаешь, что это конец? — Хе, да… — не оборачиваясь протянул Кукольник. — Сегодня история «синего мага» закончится. — Знаешь, изначально я был к тебе, слегка предвзят… — произнёс я, но, прежде чем он хоть как-то успел отреагировать продолжил: — Но Майкл тебе доверял, и теперь нам понадобится вся удача. — Оу, я понимаю вас, — произнёс он, разведя руками. — И могу вас в точности уверить: наш план сегодня увенчается успехом. — Отлично, Уильям на тебе, — произнёс я, двинувшись в сторону сцены, где располагался один из входов в «закулисье». Я направился в сторону склада, к нашему завхозу. Если честно, по плану Майкла и Генри, меня здесь не должно было быть. Но, как всегда, у меня были другие планы. Точнее, эти планы предложил мой «клон», но я быстро занял лидерское положение в его реализации. Присмотреть за Винни, затащить Лолбит на склад, прикрыть наличие нового «Эннарда» в вентиляции… ох это будет весело. — Хай, Хакер, — выкрикнул я, открывая дверь на склад. Лиса, как и всегда, спокойно сидела за столом. — Итак, готовы покончить с этим? — Готовы уничтожить уродов, ха-ха-ха… — со смехом ответила Лолбит, доставая из-под стола шахматную доску. — Ка-а-ак на счёт партейки. Я же просто пожал плечами и сел напротив. Мы уже давно, с начала недели, тайком от всех остальных так играем. Я ещё ни разу не победил, но Лолбит, кажется, даже такой «бездарный» соперник вполне устраивал. В первый раз я сюда пришёл за деталями для кое-какой игрушки. Собрать материалы и работать здесь мне позволили за партию в шахматы… И дальше как понеслось. Игрушку я таки собрал, но партии в шахматы как-то закрепились. — И ты не боишься? — спросил я, передвигая очередную пешку вперёд. — Ха-ха, я уже давненько отключила эту функцию! — с лёгким смешком, произнесла лиса. Очередная фигура двинулась на мою сторону доски. — Чисто логика… и гнев. Много, много гнева, перенаправленного в сторону предателей под нашими тяжёлыми ногами, Ха-ха. — Хм, вы действительно на всё готовы ради мести, — пожал я плечами, передвинув следующую фигуру. Ох, зачем я это делаю? Зачем я в последний раз пытаюсь усложнить свою жизнь, переманивая на «чужую» сторону Хакера? — Ха-ха-ха-ха, не делай вид, что ТЫ, ха-ха, до сих пор не понимаешь! — рассмеялась лиса, делая ещё один ход. Продолжения не последовало, да и не нужно было. Они пришли с Глокси. Ну, как минимум, сам лис так говорит. Дальнейшая игра шла в тишине. Фигура за фигурой, шах за шахом, поражение за поражением. Время двигалось к полуночи, когда мы доиграли нашу последнюю партию. Всё, что мне теперь было нужно, это забрать небольшую коробочку с самой дальней полки склада и спуститься в наш «подвал». Теперь осталось только сделать так, чтобы Майкл не принял это всё слишком близко к сердцу… Да ладно, мы же всё просчитали, разумеется никто не сбежит! Ни заключённые, кто им даст, ни союзники, они не бросят Глокси. Ну, под не сбежит, я немного слукавил, ну да и ладно... А вот и он, вход в лабиринт. Де-факто, входов и выходов там много, но по плану Генри они все будут сегодня заблокированы. Зачем нужно было создавать столько выходов? Если честно, я был слишком занят с чёртовым бытом пиццерии, чтобы вдаваться в подробности нашего великого плана! Здесь и без этого все так и наровило пойти кувырком. А реализацией всего этого гениального и могучего механизмом под названием «Пиццерия Фредди Фазбера» занимался Майкл. Кроме того, на нем были еще незваные гости и бумажная работа. Генри же всё время где-то пропадает. Мысленно взглянув на карту пиццерии, я вновь пересчитал выходы из ловушки: главный зал, склад, задний вход, какой-то там подвал… да-м-м, и это ещё не всё! По всей видимости, я действительно сломал ВСЁ до чего дотянулся. Ну, да и ладно. Вот и вход в подвал, единственный «выход», от которого я, по иронии судьбы, так и не смог достать ключи. Как говориться, войти можно легко, а вот выбраться... Вдох, выдох, открыть и войти. Спуск с короткой лестницей и бронированная дверь… выглядит, безопасно. Быстрый спуск и кнопка открытия дверей. Меня встречает спина Майкла, что только-только расположился в «каморке администратора». — Что ты здесь делаешь? — спросил он, оборачиваясь ко мне и облокотившись об стул. — Жить надоело? — Ха, неужели ты думал, что я позволю тебе тут подыхать в одиночестве, — саркастично произношу я, закрывая за собой дверь. Изнутри её будет уже не открыть. — К тому же, аниматроники сегодня будут особо агрессивны, и тебе может понадобится помощь. Майкл смотрел на меня, как на идиота. Я смотрел на него, как на друга. Молтен смотрел на нас как на добычу. Молтен ослеп на несколько минут и ушёл, матерясь на трёх языках. На этом наш небольшой спор немного утих, но не был окончен. Просто ругаться на повышенных тонах, когда рядом бродит заблудившийся робот-убийца немного… нерационально. Некоторое время наше пребывание здесь сопровождалось лишь мерным гудением компа, который порой приходилось отключать, чтобы не привлекать внимание. Зачем нам работать за ним сейчас, когда из этого помещения уже никто не выберется (включая документы)? Ну, как минимум, роботы не должны были что-либо заподозрить, а то точно попытаются свалить и ничто их уже не остановит. Разумеется, тишина — это не единственный наш спаситель. Как минимум, постановщик помех, выставленный Бесом, отлично отпугивал особо активных уродов. Ну а на закономерный вопрос: «почему ты не использовал его раньше?» могу ответить одно… я тупой. Когда-то я говорил, что в этой маске чего только нет, но о существовании такой простой вещи, как помехи, я смог догадался, только под самый конец! Хорошо, возвращаясь к нашим баранам, то есть помехам, было кое-что ещё. Из-за моей «оболочки», как называет Бес ту дрянь, которая прицепилась ко мне после кошмарного измерения, появляются странные аномалии. Ну, я эти аномалии не вижу, а значит это не моя проблема. — А всё-таки, почему ты здесь? — спросил Майкл, перебирая очередную кипу фальшивых документов. — Я же уже сказал, — ответил я, направляя волну помех в одну из вентиляций. — Нет, я не об этом, — махнул рукой Афтон. — Ответь хотя бы сейчас, что с тобой не так? — Эм… маразм крепчал? — развёл я руками, пытаясь максимально отсрочить/отвертеться от ответа на этот вопрос. Но, судя по лицу Майкла, у меня это не сильно вышло. — Не дури меня, Смит, — прошипел он, оборачиваясь. — Мне уже за сорок лет, а ты с 87-ого не изменился ни на год. — Это… сложный момент, — произнёс я, вновь замечая кого-то в соседней вентиляции и направляя туда помехи. — Да и вообще, чего ты удивляешься? У нас в мире существует «Остаток», а он, как уже неоднократно доказано, может всё. — Ха, ха… не такой уж он и всемогущий… — произнёс Майкл с грустью в голосе. — Если бы это было так, то у меня из ничего появились бы новые внутренности, а все жертвы отца просто воскресли. Следующие несколько минут прошли в тишине. Опять же, не из-за того, что вопрос был исчерпан, а из-за злобного кролика, что отчаянно пытался подслушать наш разговор. Но вот он, так и не найдя нас, ушёл, а Майкл снова обратился ко мне. — Так всё-таки, Фриц Смит, что с вами не так? — саркастично произнёс он. — Да всё со мной так, — так же саркастично ответил я. После чего пробормотал: — Для этого мира, уж точно. — О, ну знаешь, давай-ка пересчитаем по пальцам твои странности, — произнёс он, поднимая ладонь в перчатке. — Вечная молодость, причём не только физическая, но и ментальная, знание будущего, паранормальная везучесть, путешествие во времени… — Ладно, ладно, я понял, — поднял я руки в защитном жесте. А что я должен сказать? Хей, Майкл, я стажёр секретной, а может быть и нет, межпространственной организации, который должен был прикрывать твою спину! Звучит странно, да и работа ещё не закончена. Но придумать что-либо более вразумительное мне не удалось, ведь Афтон шёл до конца. — Изначально я думал, что ты какая-то разновидность призрака, но тогда ты точно не остался бы здесь! — окончательно вышел он из себя. — И, чёрт возьми, мы уже давно дружим, и я думаю, что заслуживаю знать правду! Я хотел было что-то ответить, но тут интуиция (или ненавязчивая подсказка Беса) сказала мне, что всё. Одновременно с этим я заметил подкравшегося к нам крайне близко аниматроника. Благо, постановщик помех всё ещё работал. — Чёрт, наше время вышло… — произнёс я, наблюдая, как монолитная дверь отделила нас от робота. Раздался сокрушающий удар, и перегородка погнулась, но продолжения не пос… — Вы попались прямо в наши руки. Вы правда думали, что эта работа просто пала вам с небес? Нет. Это был подарок для нас. Вы собрали нас всех в одном месте, как он и просил вас. Все эти маленькие души, в одном месте, только для нас. Подарок. Теперь мы можем делать то, для чего были созданы, объединившись. Ты будешь гордиться, папочка. Смотри, слушай и наслаждайся. — Выходы перекрыты, — раздался голос Генри из системы оповещения. — Прости, что прерываю тебя, Элизабет, если ты еще помнишь это имя, но боюсь, что тебя ввели в заблуждение. Ты здесь не для того, чтобы получить подарок, и позвал тебя не тот, о ком ты думаешь, однако, тебя действительно позвали. Вас всех позвали сюда, в лабиринт звуков и запахов, плутаний и неудач. Лабиринт без выхода, лабиринт без награды. Вы даже не осознаёте, что вы в ловушке. Ваша жажда крови водила вас по бесконечным кругам, в погоне за криками детей в какой-то неведомой комнате, всегда кажущимися такими близкими, но каким-то образом недосягаемыми. Но вы никогда их не найдёте, никто из вас. На этом ваша история заканчивается. Генри глубоко вздохнул, после чего немного более грустно, продолжил: — А теперь я обращаюсь к тем, кого здесь быть не должно. Фриц Смит, если мне можно тебя так называть, я знаю, что ты и жаждущие мести души готовили на протяжении этой недели. Я не одобряю вашей идеи, но ты достаточно хорошо успел зарекомендовать себя за эти годы, чтобы довериться вам. По крайней мере я точно могу быть уверен, что для одного из заключённых здесь чудовищ разверзнется самая тёмная бездна ада, дабы поглотить его целиком, но похоже, Дьяволу придётся немного подождать, старый друг. «Ха, ну нет, Генри, я ждать не буду», — подумал я про себя, доставая коробку с пультом управления дверьми из внутреннего кармана пиджака. — «Но, в чём-то ты прав, никто не мешает мне убедиться, что Афтон, на этот раз, не вернётся». — Дочь моя, если ты меня слышишь, я знал, что ты тоже будешь здесь, — продолжал свою речь Генри. — Ты всегда стремилась защищать невинных. Мне жаль, что в тот день, день, когда ты осталась умирать на улице, у тебя не было никого, кто заключил бы тебя в свои объятия, как ты заключала других в свои. И что же с тобой стало теперь? Я знал, что твой дух не будет осквернён и не уйдёт. Тогда я не смог спасти тебя, так что позволь мне спасти тебя сейчас. На этом моя история закончена… Мегафон выключился, дав мне несколько мгновений перед новой записью, чтобы открыть дверь. Речь Генри, конечно, впечатляла. Вот только она была не единственной на сегодня. И пусть Карл с Винсентом не успели записать свои, они были слишком заняты Джул и Кевином. А Алви с Биллом не были уверены в том, что, можно сказать. Каждый из них мог бы высказать свои «Фи» Гибриду или Уильяиу, но только ради этого тратить «плёнку» никто не хотел. А вот Лолбит оторвалась по полной, но до этого время ещё не пришло. — Майкл, мы валим отсюда! — произношу я, вставая перед открытой мною дверью вентиляции. — Я открыл нам дверь! — Что ты наделал!? — вскочил Афтон со стула с видом человека, который хочет придушить придурка. Ах, да… — Не волнуйся, никто не сбежит, если мы свалим раньше! — поднял я руки в успокаивающем жесте. А после, увидев, что Майкл не выглядит убеждённым, добавил: — И нет, я тебя здесь не брошу, дебил. Ты весишь от силы килограммов 35, так что, если понадобится, я тебя просто вынесу отсюда! Лицо Майкла было нечитаемо… нет буквально, очень трудно прочитать мёртвый покер-фэйс. Ну, точнее было бы трудно, если бы кое-кто ненавязчиво не трубил мне в голову: «Не верю!». Точнее не верит, вообще… даже на пол шишечки. Но прежде чем я успел воплотить свою угрозу в жизнь, Афтон, внезапно, согласился! — Хорошо, веди, — произнёс он, поднимаясь на ноги и поворачиваясь ко мне. Что же, пора валить отсюда. Вот только за Афтоном потребуется глаз да глаз.

***

Ловушка медленно нагревалась. Всего несколько минут назад Генри объявил о всеобщем конце, но скорость прожарки ввергла всех в небольшой ступор. Собственно, он прошёл, стоило системе оповещения вновь подать признаки жизни. — Связь установлена, — раздался в тёмных коридорах лабиринта голос всем известной «занозы», по имени Фриц Смит. — Печь поставлена на медленную прожарку, так что у нас достаточно времени. Итак, мне хотелось сказать, что это был интересный опыт. Нет, серьёзно эти два месяца для меня были очень насыщены, несмотря на постоянную угрозу смерти. Для кого-то это может звучать странно, но вам уже всё равно. Так или иначе, выходы вновь открыты для тех, кто сможет через них пройти... Эта фраза и вывела всех из ступора. Тут же пошла цепная реакция: почувствовав тонкий запах свежего воздуха монстры бросились в сторону выходов. А тем временем из открытых «люков» появились неясные тени. — Что же, изначально я планировал великую речь, но Генри задал такую планку, что можно даже не пытаться. Что же, пусть мне и нечего сказать, но мой друг готов исправить эту несправедливость. Тем временем Уильям вместе с Молтеном двигались к ближайшему выходу. Им было, собственно, всё равно на слова Смита. Убийц больше интересовала всё поднимающаяся температура. Вот только новый звук подал сигнал к их концу, а личность говорящего сбила темп: — А вот и я, ха-ха, — раздался по лабиринту голос Лолбит. — Сегодня под землёй упокоятся все предатели, что тридцать лет назад бросили нас умирать в адской дыре! И теперь, мы вернулись! Над головами Уильяма и Молтена послышался скрип, но стоило им обратить на это внимание, как сверху послышался знакомый им обоим голос: — Вам, наверное, послышалось, глупышки, ха-хи-хи! Подняв туда глаза, они увидели три пары серебряных точек, что светились в темноте. Уильям быстро понял, что произойдёт дальше и успел отпрыгнуть прежде, чем сгусток эндоскелетов с зелёной лисьей головой, которая принадлежала Тангл, и двумя зайцами на плечах, синим и розовым, упал прямо на гибрид. Множество маленьких кукольных лиц на руках существа переходили в долговязые пальцы, собранные из рук и ног Минирин. — Тс-с-с! — синхронно произнесли зайцы, в то время как основное тело обхватило своими руками Молтена. — Пора спать! — Бо-осс, помоги нам-м! — раздался троящийся голос Молтена, который отчаянно отбивался от нового кошмара. — Не бро-осай нас! — Простите, но теперь каждый сам за себя! — выкрикнул Уильям, юркнув в ближайший тоннель. — Пр-реда-тель! — разнёсся крик по подземному лабиринту. — Не-е-ет, уб-бьём, раз-зорвём! — Вы чувствуете это, ха-ха-ха, — вновь начала смеяться Лолбит. — Температура поднимается! Ваши эмоции имеют один недостаток, дорогие хозяева, они выгорают. Ха-ха-ха! Молтен бился как зверь, коим и являлся по своей сути, но холодный расчёт «Мстителя» позволял удерживать его в узде. Секунды переходили в минуты, а Лолбит продолжала издевательски смеяться над своими бывшими хозяевами. — И в результате остаётся только одно: то, что было сохранено в оперативной памяти! Так что удачи провезти последние часы в этой агонии! — Н-н-е-е-е-т-т! — разнёсся по коридорам практически животный рык. Температура всё повышалась, ослабляя Мстителя, в то время, как клокочущая ярость Молтена придавала ему сил. Ярость на предателей, на самого себя, на людишек, на этот лабиринт в целом… но более всего ярость на Уильяма Афтона. — А-а-ф-ф-т-о-о-н-н! Выпустив провода, Молтен схватил Мстителя и потянул его в себя. Высокая температура и электричество сплавляло эндоскелеты в противоестественный сгусток, стремящийся поглотить всё на своём пути. ИИ Мстителя отключился только когда понял, что больше он ничего сделать не сможет. Ровно за секунду, прежде чем был уничтожен разгневанным Молтеном. Провода бросились во все стороны, ища тех, кого ненавидит их хозяин, чтобы поймать, сломить и поглотить без остатка.

***

За несколько минут до этого. Уильям бежал со всех ног, всё дальше и дальше отдаляясь от того места, где оставил этих идиотов умирать. Он не слышал голоса Лолбит, разумно сделав вывод, что та полностью переключилась на своего бывшего начальника. Ну, не Уильяму её судить, в конце концов, он сам сделал её такой. Единственное, о чём он сейчас жалел, что ему не выпала возможность отловить все его старые творения и препарировать на лабораторном столе. Ведь его действительно интересовало, как они смогли стать такими удивительными созданиями. Но, тем не менее, Афтон был рад избавится от бубнежа Лол… — А ты куда намылился, приятель! — Помяни чёрта, — прошипел Афтон, продолжая двигаться в ту сторону, откуда веяло свежим воздухом. — Ты же не думаешь, что сможешь так просто уйти, ха-ха? — продолжала заливаться Лолбит. — В конце концов, эта вечеринка была затеяна специально для тебя! О нет, Уильям как раз таки думал, что сможет просто так уйти. Особенно когда нашёл наконец чёртову лестницу, что вела, предположительно, на поверхность. В очередной раз Афтон убеждался, что все вокруг круглые идиоты. «Нет, чтобы спокойно позволить Генри со всем этим покончить, мы начинаем придумывать излишне хитрые планы», — подумал он, подбираясь к последней двери. — «Ну, не мне жаловаться!» И вот он открывает дверь и… получает синим ботинком в лицо, после чего кубарем катится вниз с лестницы. А следом по коридорам разнёсся звук шагов и грохот с концами закрывающейся двери. — Этот выход заблокирован. Давно не виделись, Некромант, — произнёс спускающийся по лестнице Винни. Следом за ним из пустоты появляются его куклы, сгустки остатка, что верой и правдой служат своему кукловоду. — Порвать его на части! Крыса, Кот и клон Кукольника бросились на только поднявшегося с пола Афтона. Завязалась драка, в которой Уильям, на удивление, вполне себе успешно отбивался. Вот только время, оно играло решающую роль. Чем дольше Афтон остаётся в подземелье, тем больше шансов было остаться в нём навсегда. А нужно ещё успеть найти другой выход! А тем временем чёртов кукловод опёрся спиной о стену, с упоением наблюдая за боевым танцем. — Знаешь, ты много мне крови попортил, — произнёс он, по всей видимости, решив выговориться напоследок. — Но именно благодаря тебе, я прожил на 40 лет больше, чем должен был… и, насколько я помню, не я один. Температура продолжала подниматься и уже возымела свой эффект. Куклы замедлялись, рассасываясь от жары, в отличие от Уильяма, который в силу более «материальной» конструкции, продолжал спокойно бороться. Всё чаще и чаще куклы пропускали удары от кролика. — Всю свою жизнь, я считал, что мои ошибки, не мои проблемы. День за днём, год за годом я ждал, наблюдая, как та гниющая рана, которую я когда-то нанёс, продолжает отравлять всё вокруг, — произнёс Винни, нисколько не обращая внимания на ослабление своих кукол. — И, как бы печально мне не было это признавать, в этом мы с тобой похожи. Кот улетел в сторону, и буквально растворился в воздухе. Фигуры Куклы и Крысы набросились на кролика с удвоенной силой. Призраки рвали обшивку и гнули эндоскелет, но это не останавливало Уильяма, который всё ближе и ближе подходил к кукловоду. Тот же, погружённый в свою роль, продолжал речь несмотря ни на что. Видимо для него уже не имело значения, что враг его практически не слышит… это был конец. — Я совершил ошибку, такое случается, и мне понадобилось много лет, чтобы это осознать. — Кукла самого Винни зазевалась и отправилась следом за Котом в дальний угол, откуда уже не смогла подняться. Температура достигла опасных величин, а горелки под полом продолжали свое дело. — А также осознать, что за любые ошибки нужно платить. Что же, Некромант, ад уже ждёт нас обоих! Резким броском, Уильям оказался в метре от Винни, который, казалось, только что вышел из транса. Времени уходить в сторону не было и Винни уже приготовился принять удар. Однако вместо ожидаемого звука рвущейся ткани и гнущегося металла, раздался влажный шлепок. Между Уильямом и Винни встал, приняв удар на себя, Крыс. Ободранный, тающий из-за высокой температуры и сочащийся остатком из открытой раны, что нанёс своей костью Афтон, он совершенно человеческими, осмысленными глазами смотрел на кукольника. — П-р-о-с-т-и… — произнёс бывший кошмар, потратив на это последние силы и оканчательно пропал. Последние капли остатка испарились под воздействием огня. «Глупо, я всё равно убью этого дурака», — только и успел подумать Уильям, прежде чем из глубин лабиринта раздался грохот и чудовищный, нечленораздельный крик. —Н-н-е-е-е-т-т! А-а-ф-ф-т-о-о-н-н! — А следом из коридора, откуда пришёл Уильям, появилось несколько железных жгутов, обхватившие его за руки и за ноги, со всех сил таща своего создателя обратно. И как бы бывший гениальный учёный не сопротивлялся, всё новые и новые жгуты пытались утащить его в бездну. Винни, всё ещё стоящий у стены, медленно осел на пол. Он с упоением наблюдал, за последними мгновениями жизни, самого скользкого человека на этой земле. Ему было плевать, на потусторонний холод и приближающийся конец. Ведь на этот раз Некромант уже точно не вернётся. — Пришло пора платить за свои ошибки. До встречи в аду, Некромант… На этом его история была окончена…

***

Внутри системы Цирковой Бейби происходил настоящий ад. Стоило Генри объявить о ловушке, а температуре начать повышаться, робот попытался добраться до ближайшего выхода. Карты у Бейби были, что позволило быстро перебраться на другую сторону катакомб и… получить удар в спину. Напавший из засады Золотой лис оказался той ещё занозой. Бежать было невозможно: даже если попытаться, роботу сломают ноги, а затем утащат назад в ловушку. А без ног, как известно далеко не убежишь. Так в чём проблема для великого робота-убийцы, прибить эту букашку и дело с концом? Что же ЭТА букашка оказалась на удивление быстрой. Бой разгорался практически так же быстро, как и повышалась температура в комплексе. В то же время, в глубине системы Цирковой Бейби маленький призрак на несоразмерно огромной цепи бешено вел внутрисистемные расчёты.

_ _ _

Элизабет еле успевала считать весь тот массив данных, который на неё свалился. Если бы не вспомогательные программы, точно бы не справилась. Дела у Сумасшедшей Стервы шли действительно плохо, раз она подпустила Элизабет к такому количеству систем. Здесь даже были расчёты для атаки и траектории, для избегания атак. В меньших объёмах, это было вполне нормальное явление, ведь цепи, сковывающие девочку, не позволяли ей пойти против воли хозяина тела. А то, что выходило за пределы нормального явления, была высокая температура. Элизабет уже заметила, что столь надоевшие за много лет цепи с каждой секундой медленно испаряются. А следом за цепями, ослабевал и контроль робота над подсистемой. Стерва могла бы их восстановить, если бы не была столь сильно отвлечена на назойливого лиса. Бой же, тем временем, медленно начинал подходить к своему логическому концу. Вот только ловушка уже захлопнулась, и исход этой битвы практически ни на что не повлияет. Сбежать вариантов не было. Точнее, в действительности, был один способ: если Стерва сейчас же уничтожит лиса и бросится к выходу. Она и сама это понимала, что вылилось в серию отчаянных ударов, один из которых всё-таки смог сбить лиса с ног. Очнувшись от секундного отключения, лис приподнял голову, наблюдая за нависающей над ним Стервой. В глазах его промелькнул страх: он не успевал уйти от удара монструозной Клешни. Этот удар просто убьёт его. Настал решающий момент сражения. Огонь лизал роликовые коньки робота-убийцы, ещё больше ослабляя хватку цепей на сущности маленького призрака. Лис же снизу, потеряв изрядную часть своего «остаточного тела» от того же жара, готовился к своему последнему рывку. Перед Элизабет встала задача рассчитать траекторию и силу завершающего удара. На детском лице появилась злобная улыбка. Всего пара неточностей: немного неправильный градус и одна недостающая цифра в силе сжатия клешни. Но это действие — тот самый момент, которого она так долго ждала. Момент мести. Клешня, что по изначальной задумке должна была обезглавить лиса, не давая и шанса на спасения, обрушилась вниз, в область живота, застревая в ворохе повреждённых пружин. Это действие поставило Сумасшедшую Стерву в уязвимое положение. Лишь на пару секунд, но этого хвати Глокси, чтобы нанести удар своей металлической рукой прямо в грудь робота. Легко пройдя через ржавый металл, он дотянулся до центрального процессора, обхватив его всеми своими пальцами. К тому моменту, как Стерва высвободилась из вороха пружин и отпрянула, всё уже было кончено. Второстепенные процессоры не смогли поддерживать механизм в рабочем состоянии, а ошибки в конструкции приводили к перманентной потере данных. Виртуальная тюрьма вокруг Элизабет начала разваливаться, трескаться и исчезать. Множество экранов погасли, открывая вид на бесконечный свет из трещин по всему «помещению». Цепи лопнули, не выдержав натуги и окончательно испарились, освобождая девочку из многолетнего заточения. — Свобода! — выкрикнула она, влетая в один из проломов системы, покидая разрушающуюся программу. Сегодня был её Самый счастливый день…

***

Мы с Майклом блуждали по тёмным коридорам лабиринта. Изначально, мы должны были выйти через туннель ведущий в зал и покинуть пиццерию через главный выход… было бы эффектно. Вот только у Уильяма были другие планы. Он добрался до этого туннеля раньше нас и сейчас активно решал свои проблемы с Винни. Чтобы им не мешать, мы с Майклом быстро ретировались оттуда в другую сторону. Мы обсуждали с Глокси такой вариант развития событий и у нас даже было несколько «запасных планов». Лолбит взломала достаточно выходов, но, что иронично, не главный, «административный», вход! Другой вопрос, откуда их вообще здесь так много? Что же это была интересная история: изначально тайных выходов не было, но кому-то (предполагаю, что Биллу) пришло в голову, что, если кто-то из наших упадёт в лабиринт ему нужно будет как-нибудь свалить. Разумеется, их напичкали сканерами, ловушками, замками, «магией Вуду» и чёрт знает чем ещё. Всё это призвано выпустить кого надо, и не выпустить кого не надо. Эх, совсем я распустился, попаданец, блин. Зачем я сюда попал? Чтобы довести историю до своего логического конца. А я что наделал? В попытке облегчить себе жизнь наплодил кучу лишних роботов, а теперь тащу Майкла на выход… Да-м-м, совсем я распустился. А знаете, да к чёрту всё! Пусть меня вышвырнут нафиг с промытыми к чертям мозгами, пусть я не получу работу мечты каждого дебила, но совесть моя будет чиста! Не предаю я друзей! Чёрт, как же легко мной будет манипулировать. Но обо всём этом можно будет подумать потом. Сейчас мы активно петляли по коридорам пытаясь не пересечься с… кем-нибудь. Насколько я помню наш план, Лолбит обещала избавиться от Молтена, а Винни занялся Уильямом. Глокси в грудь себя бил, что Чарли проблемой не станет, а вот Бейби может, как раз таки и стать. Майкл был подозрительно тих. Ох, не нравится мне это, ох совсем не нравится. Как бы он не попытался свалить от меня на тот свет, суицидник чёртов. Влечённый этими мыслями, я зашёл за очередной поворот и увидел опиравшегося о стену чёрного медведя. Я смотрел на Чарли, Чарли смотрела на меня. Что-то мне это напоминает. Уж слишком часто за последние месяцы я так сталкиваюсь лицом к лицу с опасностью. Что же, Эмили, когда-то ты спасла меня от верной смерти, а теперь пришла вернуть всё на круги своя? Ну, ничего, мне уже не впервой драться. Вот только «опасность» не очень спешила нападать. Чарли посмотрела на нас, постояла так несколько секунд, после чего, прошептав «Прощай», просто свалилась без сил мёртвой кучей хлама. Сперва я опешил от такого поворота событий, а затем вспомнил обещание Глокси. По всей видимости, ему всё-таки удалось до неё достучаться. А сдерживающий костюм в комплекте с демотивацией и высокой температурой: страшная сила. Я обернулся, чтобы проверить, не потерял ли я друга по пути. Майкл на всю эту сцену лишь многозначительно посмотрел. Сломал я его что ли? Эта мысль вернула меня к стартовой точке: совсем я распустился. Со мной в последнее время связано столько всякой дичи, что Афтона это уже совсем не удивляет. Или он просто в апатии. Кто поймёт этого сорокалетнего зомбаря. Может быть… Мои мысли были прерваны грохотом через несколько пролётов. Спустя пару секунд с того же направления раздался хриплый смех. Очень знакомый смех. Забыв про всё, я бросился в ту сторону, краем сознания отмечая, что нам по пути. Поворот, по прямой и я вышел в нужную мне секцию. Картина предо мной впечатляла: на полу мёртвой кучей металла лежала Разрушенная Бейби, а напротив, опершись спиной об стену, смеялся моим голосом Глокси. — Ха-кха… — подавился он, как только заметил меня. — А я-то уже думал, что всё, отбегался. Но нет, одна зелёная искорка в глазах и удача на моей стороне! — Эй, ты чего, очнись, — произнёс я, подходя ближе к полоумному лису и пытаясь привести… «себя» в чувства. Получалось не очень, меня это не убедило бы. Тот попытался поднять руку, но та не слушалась и быстро опала мёртвым грузом. — Отражение, будь добр, — произнёс он всё тем же безумным голосом. Я же, недолго думая, со всей силы врезал ему по лицу. Руку обдало огнём, но своей цели я добился: робот дёрнул головой, обмяк, проснулся и более-менее осмысленно посмотрел на меня. — Спасибо, мне это было нужно. — Что тут произошло? — А ты не видишь? — усмехнулся Глокси. — Бейби пошла к выходу, я не мог позволить ей сбежать и, как мы всегда это делаем, сломя голову бросился в бой. — Понятно, ты сам-то как? — спросил я, осматривая механическое тело. Выглядело плохо: эндоскелет в области живота сильно повреждён, одна рука обгорела, а сенсоры Баса подсказывали, что остаток уже начал серьёзно выгорать. — Рас-счёт-тно, — произнёс он, внезапно начав глючить. После чего удивленно продолжил: — О-ошибка голосового м-модуля. Нехорошо. Пер-регрев, п-помоги активировать сис-систему охлаждения. И тут дилемма. С одной стороны, неужели я могу просто так бросить «себя» умирать? С другой же, Глокси аномалия и если я включу систему охлаждения, он останется здесь и это явно выходит за пределы моего контракта… хотя, кому теперь не пофиг на контракт! Судя по всему, Бес был со мной солидарен и учтиво подсветил места, куда мне нужно нажать, чтобы пустить охлаждающую смесь. Температура робота начала медленно опускаться… недостаточно быстро, чтобы трубы не выдержали резкий переход разниц температур, но достаточно, чтобы остановить распад остатка. Как минимум какое-то время он будет цел. — Отражение, посмотри под обшивкой, в области «сердца». — произнёс Глокси, откидываясь на стену. Мне не понадобилось много времени, чтобы найти потайной кармашек, в котором лежал странного вида ключ. — Возьми его, мне он уже без надобности. Вставишь в любой замок, попадёшь к моему другу. И удачи… Взяв ключ и спрятав в нагрудный карман, я поднялся. В комнате стало сильно жарче. Глокси выключился, чтобы сохранить температуру, рядом с развалившейся на куски Бейби сидел Майкл, вглядываясь в её мёртвые железные глаза. — И тебе удачи, — тихо произнёс я, на секунду обернувшись к Глокси. — Я закончил, ты как? — Уже… нормально, — произнёс он, отрывая взгляд от остова своей «сестры». Нам не понадобилось ничего говорить, всё можно будет обсудить потом. Выход был уже недалеко. Бейби действительно практически добралась до него. Вот только тут появилась новая проблема: температура. Я еле успел подхватить падающего с тихим «Кхе» Майкла. Как я и предполагал, мой друг оказался достаточно лёгким. Закинув его руку себе на плечо, я двинулся дальше. Передвигая ножками, мы медленно подходили к двери. Да не простой, а потайной и открытой! Я улыбнулся — почти добрались. — Чёрт, это действительно была глупая идея… но всё хорошо, что хорошо кончается. По коридорам раздался душераздирающий крик. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что заложено в этом крике. «Афтон» — вот кто им нужен сейчас. Тут же сзади нас раздался хлопок: металл Глокси всё-таки не выдержал резкого перепада температур от системы охлаждения до окружающей среды и взорвался. Я уверен, что он уже сбежал или выкинул какой-нибудь трюк. Насколько я слышал, он постоянно так делал раньше. Всего этого хватило, чтобы отвлечь меня от происходящей ситуации. Ну, в этом так же очень помог грохот приближающегося полного писца, разносящийся со всех сторон. Следом раздался треск и за всем этим я еле расслышал, как Майкл прошептал мне: — Прости, и прощай… А после мне в затылок прилетает что-то тяжёлое и всё покрыла тьма… Чтобы в следующую секунду развеется под влиянием маски. В этот момент я обнаружил себя летящим в сторону выхода. Какого чёрта он такой сильный? Выгорание остатка должно было его ослабить или я что-то не понимаю. Обернувшись я увидел, как Майкл улыбается, а за его спиной раскрывается цветок из железных тросов и прутьев. Я бросился обратно, снова спасать этого идиота, но тут же стены затрещали и здание пиццерии рухнуло прямо на лабиринт и дальше, с места в карьер, оставляя только бесконечный и непроходимый обвал. — Нет! — прорычал-прокричал я, начав разгребать этот завал. — Я же грёбаный попаданец! Это не может так просто закончиться! Не после всего, что произошло! Я пытался разобрать завалы, пока не выбился из сил, а мои руки не начали отказывать. Но я продолжал, продолжал разгребать эту кучу камня, пока, наконец, глубоко дыша, не упал на землю, заваленную щебнем. — Это конец, сэр, — раздался у меня в голове голос Беса. — Пора уходить. — Я… не могу его там бросить, — прошипел я, пытаясь подняться на ноги. Не получилось, ничего не получилось. — Он же живучий, он где-то там. — Статистически, когда человек перестаёт бороться, он умирает. — Но… — Сэр, он перестал бороться, — холодным, словно ледяной душ, тоном произнёс Бес. — Он сам этого хотел. Я знал это. Знал, но не хотел признавать. Всё всегда можно исправить, всё можно изменить, если достаточно постараться. Я уже не раз так делал. Неосознанно, но делал… и вот тот самый отрезвляющий удар под дых от вселенной. Изменить можно всё, но, вполне возможно, есть вещи, которые изменить не получится. Я заплакал…

***

В лесу, неподалёку от того места, где когда-то стояла пиццерия Фредди Фазбера, раздался скрип. Ржавый потайной люк открылся и оттуда появился человек в грязном костюме с красной маской на лице. Это была практически опушка и рассветное солнце её щедро освещало, унося вместе с первым ветром в новом дне всю боль прошедшей ночи. Здраво рассудив, что хуже костюму уже не будет, Дьявол сел на ближайший камень. — Завтра будет новый день, да… — произнёс он, смотря на рассвет и размышляя о всём, что произошло с ним за последние два месяца. Агентство, подземный комплекс, нескончаемая череда пиццерий и ловушек. Он определённо мог сказать, что это был самый насыщенные два месяца в его жизни. И несмотря ни на что, не смотря на все события этой ночи, он был рад, что всё закончилось именно так. — Я хотя бы выполнил контракт, да? — спросил он, прислушиваясь к спокойному голосу помощника. Несколько секунд подождав он продолжил: — Хорошо. Теперь мы можем остаться здесь ненадолго, нужно будет сделать ещё кое-что. Но это случится потом, когда страсти прошедшей ночи отпустят его, а горесть по потерянному другу не отойдёт на второй план. Всё поправимо, но всё ли стоит исправлять? Дьявол не знал ответа — сейчас он просто сидел на опушке леса, наблюдая за рассветом. Наконец-то настал новый день.