Конфетти

      — Я сижу здесь, пытаясь развлечься этой старой гитарой… но вдохновение ушло, так что всё тщетно… — Песня опять набирает темп. Майкрофт снова усердно играет, играет для Грега... — Я оглядываю свою комнату, и всё, что вижу, напоминает мне о тебе... о, пожалуйста, малыш, не возьмёшь ли ты меня за руку, нам больше нечего доказывать...              Майкрофт плавно возвращается к припеву, так ни разу и не прерывая зрительный контакт с Грегом, но уверенно двигая пальцами, снова запевая громче и решительнее:              — И я не намеревался встречаться с тобой тогда... когда мы были ещё совсем «зелёными»…              Грег улыбнулся во все тридцать два.              — И я не специально целовал тебя до мурашек! И я совсем не хотел влюбляться, но влюбился! И ты совсем не собирался отвечать на мои чувства, но я знаю, что ответил...              Чёрт, да уж, Грег ответил ему взаимностью. Даже когда Майкрофт впервые сыграл для него эту песню, до него просто ещё не дошло... и Майкрофт не мог признаться вслух.              — Не говори, что не ответил, ведь ты и сам это знаешь… нет, ты не собирался отвечать на мои чувства… но ответил...              С последним движением руки песня заканчивается, струны снова мягко вибрируют, пока в конце концов не затихают. Грег и Майкрофт некоторое время пристально смотрят друг на друга, прежде чем он наконец прочищает горло и переводит взгляд на Тони. — Похоже, я до сих пор помню, как играть.              Явно ошеломлённый Тони сидит с широко раскрытыми голубыми глазами и отвисшей челюстью. Джульетта начала хлопать в ладоши, и Майкрофт улыбнулся ей, возвращая гитару.              — Песня старая, но я обнаружил, что она идеально отражает наши с Грегори отношения.              — Ещё бы, блин, — ухмыляется Грег. — Вообще-то, до сих пор отражает. — Он поворачивается, чтобы взглянуть на Тони, которому наконец удаётся оторвать взгляд от папы. — За эти годы у меня не стало меньше мурашек от его поцелуев.              — ПАПА! — Тони явно испытывает предельное отвращение. А Грег ничего не может с собой поделать; он хохочет. Много лет назад мама говорила ему, что смущать своих детей — просто чертовски весело, и родители не могут удержаться. Тогда он ей не поверил, но теперь... ну, он ведь сын своей матери.              — Тебе наверняка нужно выполнить домашнее задание, — Майкрофт встаёт, — а мне ещё есть над чем поработать, — он многозначительно смотрит на Грега.              — Эй, наш сын тебе не поверил, — пожимает плечами Грег. — Пришлось просветить ребёнка.              — Я не ребёнок, — рычит Тони.              — Домашка, — указывает на него Грег, игнорируя то, как четырнадцатилетка закатывает глаза. Помахав на прощание, Грег и Майкрофт оставляют их наедине, но дверь так и не закрывают; по пути Грег едва разбирает разговор Тони и Джульетты.              — Итак… — промурлыкал Грег, когда они подошли к их с Майкрофтом совместному кабинету.              — Итак?              — Есть ещё порох в пороховницах. — Грег шагает ближе к своему партнёру, тесня к полуоткрытой двери.              — Похоже на то.              — Тебе предстоит достать свои гитары и сыграть для меня. Я соскучился.              — Я думал, ты наслаждался моей игрой на пианино?              — О, несомненно, — кивает Грег. — Но я скучаю по панк-роковому Майкрофту. — Он скользит взглядом по телу Майкрофта, по-прежнему подтянутому даже спустя все эти годы, возможно, подкопившему веса в районе пояса из-за относительно малоактивной профессии. — Мы откопаем чёрные джинсы, может, купим подводку для глаз. — Он снова встречается глазами с Майкрофтом. — Пусть на выходных мама присмотрит за Генри и Тони...              Майкрофт ухмыляется ему, и не успевает Грег и глазом моргнуть, как тот переворачивает их, прижав Грега к дверному косяку и сцепив пальцы вокруг запястий. Тот позволяет Майкрофту поднять руки и пригвоздить к дереву над головой.              — Ага, — выдыхает Грег, — в тебе определённо ещё есть всё, что нужно.              Майкрофт бросается поцеловать его, пригнувшись ввиду сохранившейся разницы в росте. Даже дыхание перехватывает, как и прежде. Застонав, старший инспектор прижимается к своему мужу, представляющему собой сплошной жар по всей длине. Язык атакует рот, и Грег стонет более отчаянно, наклоняя голову, чтобы углубить поцелуй, и грубо кусая губы. Господи, если бы Тони не находился прямо по коридору, Грег бы...              — Эй, — зарычал он, когда Майкрофт отступил.              Медленно облизнув губы, Майкрофт перехватывает взгляд потемневшими глазами.              — Как бы я ни хотел продолжить... Энтони…              — Ага, нет, ты прав. Гм... — он потягивает запястья, недооценив хватку. — Я всегда могу отсосать тебе; займёт всего, сколько, минут пять?              Майкрофт проглатывает комок в горле, и Грег дерзко ухмыляется.              — Когда мы только сошлись, хватало и трёх.              — Это вызов?              Припухшие губы Майкрофта растягиваются в ехидной ухмылке.              — Если разберёшься за три минуты или меньше, я буду сверху сегодня, когда мальчики уснут.              — О, ты у меня кончишь на раз два. — Грегу удаётся украсть ещё один поцелуй, прежде чем Майкрофт отступает в кабинет, потащив за собой Грега.              Тот захлопывает и запирает за ними дверь. «Три минуты?» — он пялится на политика, уже расстёгивающего ремень. О, он точно управится быстрее.