Ждём-с Грэмми. (Из записок Фиолетовика, поклонницы бантан и нашей Маши)

15 марта. Семёрка бантан с достоинством выдержала это... Эту.. Этот... В общем, всё они выдержали, объявление про победителей номинации услышали, и даже про камеры не забыли: глазки открыли, с философским видом послушали от лидера: «Я же говорил», кривенько улыбнулись, зааплодировали, по плечам похлопали, обнялись, и сделали вид «ну бывает, не впервой, не больно то и хотелось, а мы и не ждали» . Как только камеры выключили стафф слинял подальше, так как это зрелище и эту новость просто так не пережить. И чем дальше будешь от бантан, тем сердце твоё будет целее. Великие БТС расстроились, очень… Они расклеились, раскисли и почти убились здесь и сейчас. А Юнги, так вообще сразу за стаффом рванул из комнаты. — Плакать пошел, – понимающе сказал ему вслед Хоби. Мемберы вздрогнули, представив эту картину, Юнги плакал редко, от слова «совсем», но увидеть ещё раз в жизни его вздрагивающие худенькие плечики и лопатки, сложенные как поломанные крылышки, не хотелось. — А мы прямо здесь на зелёном диване и тёмно-синем ковре в белых кружочках устроим плакси-пати, этакую плакательную вакханалию –пробубнил Чимин и сполз на пол, прямо в своём шикарном полосатом костюме. — Хорошо.– присел рядом Хоби, и трясущимися руками свой цветочек зелёненький на безрукавке стал общипывать, – Плакать – не плакать — Хорошо, что мы номер заранее записали, – осипшим голосом заговорил Джин, – как бы мы светились улыбками, когда моськи у всех такие недовольные. — Недовольные, мягко сказано, смотри у младших хёнов губы дрожат, – сквозь зубы процедил Чонгук и пристроился колотить по обивке кресла — Да пусть они там все подавятся! – Тэхён с опаской наблюдал за лидером. Намджун с садистским блеском в глазах-полумесяцах и не менее ужасающей улыбкой маньячил над милой то ли мышкой, то ли мишкой на верёвочке своего прикольного, горчичного цвета, костюмчика. Когда, минут через десять, вернулся Юнги, всё ещё весь в черном, то застал очень занимательную картину: Намджун сидел на диване, покачиваясь из стороны в сторону, ерошил волосы, явно в безуспешной попытке остановить голоп своих мыслей , и что-то мычал. Юнги подумал, но вслух пока не сказал: «Обнаглел вконец, наш лидер. Сайферы намыкивать моё ноу-хау» Хосок лежал на спине закинув ноги на стену и о чем-то разговаривал с потолком или со стеной? А скорее всего спорил. С ним, с ней, с обоими-пятью? Как бы то не было, судя по жестам и не очень культурным тихим выражениям, Хоби с ними был полностью в контрах. Юнги опять промолчал, по к сведению принял: «Слабовато. Надо будет расширить твой словарный запас, а то за время моего лечебного отсутствия я новых слов поднабрался, а ты даже прежние забыл». Сокджин, сидя на полу со скрещенными ногами и очень прямой спиной, без конца тыкал в телефон. То есть в два, ради этого даже Самсунг достал, хотя нигде камеры не работали и никто его в рекламных целях не снимал. Пальцы его исполняли над экранами какой-то шаманский танец. «Опять с левого аккаунта что-то пишет в твиттере. Кто-то там явно не прав, и скоро пожалеет об этом. Два Сокджина это сила! Даже на бескрайних просторах интернета». Макнэ-лайн представлял собой кучку: Чимин, Тэхен, Чонгук облепили друг друга, приладив голову на плече лучшего друга и тихо жаловались ему, через какое-то время меняя дислокацию головы, соответственно, и ушко друга. Руки их, в не менее завораживающее танце, поглаживали, похлопывали, успокаивали, слёзы-сопли вытирали. «Только ради этих троих, Богу стоило сделать человека с двумя руками! Надёжное плечо и крепкая рука друга это самое необходимое в тяжёлые моменты жизни». — Хен, а ты вроде и не плакал совсем, – наконец, заметил Юнги Хосок. Шуга не то, чтобы часто при них плакал, но все помнили какое оно, лицо Юнги потом: покрасневшие надбровные дуги, четкая линия бровей, топорщащиеся в щелочке глаз реснички и красный нос огромных размеров! То ещё зрелище. И выглядело это, действительно, угарно! А в сочетании с видом сзади, картина была не для слабонервных, даже мемберов повергала своим несочетаемым сочетанием в шок. Наверное, поэтому Шуга и выработал свой внешний пофигизм и всегда держал себя в руках, друзей берёг. — А я и не собирался этого делать, — легко пожал плечами Юнги. — В смысле? – замер на диванчике лидер. — А куда ходил, если не в туалет? — подозрительно прищурился Джин. — Туда и ходил, по прямому назначению,– улыбнулся Шуга, – мелким на Вилайве в прямом эфире можно, а мне что до дома терпеть? – и хоть какое-то подобие улыбок мелькнуло в макнэ-кучке – «А нас миллионы ждали и не жаловались, что долго!» – их головы уже держались самостоятельно. — О, у тебя пакет, а раньше не было, – проявил чудеса наблюдательности Хоуп, чем вызвал заинтересованные взгляды всё той же кучки. — Это потом,– и Юнги отложил пакет в угол. – А чего это у вас лица такие? Как будто нас в армию забирают? И не в родную корейскую, а в какую-нибудь, российскую? — В российскую бы я пошёл, – хоть и без эмоций, но вслух среагировал макнэ. — А вы чего так расстроились? — Так номинация… – пробубнил Тэхен, а Чимин кивнул и поморщился. — Вот именно, номинация! Была? Была! Мы ж уже звучим гордо — номинанты Грэмми. А к выигрышу я ещё не готов, гульнуть с размахом пока не могу – у меня плечо болит, а когда нервничаю, то сильно. Мы на следующий год – как жахнем-бабахнем, так что мало не покажется! На той самой сцене! Если ковид кончится. А в принципе, я не против и через год, так чтоб наверняка! Надо только песню выбрать, а то я между двумя разрываюсь. Заберем не какую-то там награду за дуэт-группу, а песню года отвоюем! И заберём ее сами, проходя мимо некоторых с гордо поднятой головой! Красивые такие, молодые и без масок! — А палец им можно показать? — с дрожью в голосе спросил Ви. — Один? Легко! Тебе даже двумя руками можно, и я покажу, только кольца на заказ вот сделаю. А можем даже плюнуть в кого-нибудь по дороге! — Вау! – раздались восторженные вопли и аплодисменты. Чимин и Чонгук переглянулись и разом заговорили: — Тэ, не забудь Ёнтана взять на церемонию, – а, увидев большой палец вверх от Шуги, поняли что их диверсия, несмотря на недоуменный взгляд Тэхёна, получила одобрение и пройдет на ура, – А что? Пометить территорию просто жизненно необходимо для счастливого будущего. — И даже из вредности язык английский забудем, да Намджун? На самом своём родном речь толкать будем, у нас из Сеула кто? Один Сокджин? Вот все и поблагодарим от всей своей корейской не столичной души, пускай переводчики помучаются. Там же даже они самые «умные» подобрались, – улыбнулся Юнги. — А ты, хён, очень наблюдательный и коварный, – с гордостью заметил Чимин и ехидно улыбнулся. — А главное, что не завистливый! Вот ни капельки я этим академикам, или как их там, не завидую, — продолжил Шуга. — Вы представьте, что с ними Арми сделают? Наш фандом, большой и дикий! (Не везде же на земле цивилизация). А наличие врага объединяет, – так помолимся за их, я уверен, не невинные, души. И надо бы с трансой побыстрее выйти в эфир и попросить, пусть они какахи в виде подарков и благодарностей не посылают. — Тебе Их (академиков) жалко? – воскликнул макнэ-лайн. — Тебе для них (академиков) г… жалко? – удивился хён-лайн. — Мне службы рассылки-доставки жалко, и почту России в том числе. — Ооо, тогда, давайте прям сейчас умоемся, накрасимся и под камеру,– вскочил Чонгук. — Нее, сейчас некогда, у нас ответственное мероприятие – церемония награждения. Я же примерно это предполагал, а мы что зря красились-наряжались? Я подумал и учредил премию имени Гениального Мин Юнги, то есть меня. Грэмми много у кого есть, а вот моя Гэнмю – эксклюзив – вещь уникальная. Сейчас я вам ее и вручу. — Гениально, – восторженно и с придыханием прошептал Намджун. А Шуга встал, пафосно взял простой полиэтиленовый пакет, порылся, достал оттуда статуэточку в виде микрофона, первый конверт и начал церемонию, с чувством, толком , расстановкой. — Итак, номинация «Красавчик из красавчиков». Претендентов всего два… — В смысле два? – возмутились Тэхен, Чонгук и Чимин. — Откуда два? – воскликнул Джин. — Я продолжу.– даже бровью не повёл Шуга,– Номинантов всего два — Ким Сокджин и Джин из БТС, и победителем становится… — Юнги выждал драматичную паузу. — Надо же, как неожиданно! Ким Сокджин. — Ура! — закричал Вордвайд Хэндсом, рванув с места, роняя на ходу свои телефоны, и тут же толкнул речь: — Спасибо моим родителям, они подарили мне такое прекрасное лицо от рождения, косметике, особенно годовому запасу от Тэхёна, которые поддерживают меня таким распрекрасным, моим друзьям-одногруппникам, на их, достаточно неказистым, практически страшненьком фоне, я и блистаю своей божественной красотой! Аплодисменты мне! Спасибо, спасибо! — Следующая номинация, самая длинная и многочисленная по количеству номинантов – «Живая вода, бальзам на рану Арми и подорожник» в жесточайшей борьбе с шестеркой конкурентов выиграли… Та дам!… Чон Хосок и Джей Хоуп!!! *** Каждый из мемберов получил свою статуэтку. Благодарственные речи были от души, со слезами восторга и благодарности. Операторы съёмок менялись, в зависимости от номинации, их руки и телефоны в этих руках дрожали от предвкушения победы и упоения ею. Чон Чонгук победил очень неожиданно для себя, ведь всё, что про мозг обычно связано с его любимым Рррэпмонстром, а тут такая красивая номинация «Крышеснос и мозго(ё…» незначительное окончание второго слова из двух маленьких букв он просто игнорировал. Бессменный лидер БТС Ким Намджун получил награду «Хранитель тайн всея бантан», с этим никто даже взглядом не спорил. Ким Тэхён выиграл в номинации «Парень с серьезными отношениями», на недоуменные взгляды и отвисшие челюсти последовала пояснительная бригада от Юнги: – Да у него в каждом уголке вселенной найдется, и заметьте не одна, согласная на серьезные отношения с ним и с документами на изготовке. — И, наконец, специальный шедевральный приз по просьбам всех трудящихся Арми и очень юных Арми-бэйби – «Сладкий мочи»! – вызвал просто бурю оваций присутствующих на церемонии. — И бонус лично от меня! – Шуга достал из недр черного пакета блестящий сверточек и вручил его Чимину. А затем прижал к груди, там где бьётся миновское благородное и очень доброе сердце, руку,– Я торжественно клянусь, что буду лично следить за Джей Кеем, чтобы он не стаскивал без разрешения для своих личных целей твои суперстельки! Сам Мин Юнги, под шкал аплодисментов, выиграл в скромной номинации «Всёзнающий валун на перекрестке» и был очень доволен жизнью: — Чимин, тащи сюда всё шампанское! Гулять будем, повод есть! Только сам много не пей, а то опять уснёшь и опухнешь!