Бегущий за своей судьбой

— Город буквально оцеплён этими тварями. Они везде, — Адиль склоняется над картой, просматривая все возможные варианты похода их патруля сегодня. Таких, к слову, было мало — центр столицы был буквально заполонён тварями и вряд ли одна группа сможет с ними справиться. — Тут нужно больше людей.       Евстигнеев тушит сигарету в пепельницу и выдыхает, подходя ближе. — Их мы попросим после того, как с нами свяжется Питер. Сейчас давай действовать исходя из того, что имеем, — Ваня смотрит на карту, глазами бегает, а после хмыкает. — Мы можем пройтись по линии метро. Кольцо и красная ветка, к примеру.       Москва продержаться долго не смогла — почти сразу город был сдан в руки заражённым. Некоторые успели взять продукты из магазинов, а после произошла плановая эвакуация в самое, казалось бы, надёжное место — метро. Кто-то оставался жить снаружи, кто-то прятался в резиденциях правительства. А кто-то просто выходил наружу и пытался сражаться за собственное существование и права в этом городе. Со стороны столица стала похожа на город-призрак — в целом никаких признаков того, что здесь кто-то живёт, не было. Когда Евстигнеев вместе с отрядом приехали сюда, то Ваня, конечно, этому удивился.       Питеру в этом плане досталось меньше — со стороны город выглядел так, будто там до сих пор протекает жизнь. Будто предновогодняя суета, приближающиеся праздники — единственная проблема живущих тем людей. Только людей не было — большая часть уехала ещё в начале, некоторая эвакуировалась в страны СНГ, где заражения было меньше. Остались лишь единичные случаи, которых собрал в свой отряд Мирон.       Он, кстати, после случившегося звонка вместе с Нурланом поспешил вернуться в лагерь, а там их обоих встретили приятные гости. — Честно говоря, я ни капли не удивлен, что этим делом здесь заправляешь ты, — Замай ему руку пожимает, пока сам Фёдоров, до сих пор пребывая в удивлении, реагирует лишь широкой улыбкой. — Мы уже твоих проверили, вроде даже не зомбари. Накормите, или сразу погоните? — Накормим, напоим, даже ночлег дадим, если нужен будет, — Муродшоева берёт ситуацию в свои руки. — Пройдёмте в главный домик, еду сейчас соберём.       Собираются все в доме у Фёдорова. Пока идёт свойственная всему этому суета, Мирон успевает выловить Славку. Тот, кажется, светился так, что вполне себе мог заменить собой один фонарь. — Как чувствуешь себя? — Фёдоров спрашивает это с улыбкой, которая, видимо, в ближайшее время с его лица не сойдёт. — Да заебись в целом. Радости столько, что аж вера появляется, что прорвёмся, — парень сигарету меж губ помещает и затягивается, смотря на Мирона сверху вниз. — Ты сам как? Как в министерство скатались? — Да не без проблем, конечно, но информацию добыли. Пришлось, правда, действовать несколько радикально. — Они доехали? — единственный вопрос со стороны Карелина. Собственное волнение, плюс уверенность в том, что Светло, определённо, уже нарисовал себе картин в голове. Причём не самых радужных. — Они доехали.

***

— Если вы сейчас начнёте перетирать свои школьные будни — я застрелюсь, — Федя смотрит на Замая сквозь заросли тёмно-русой чёлки, но даже это не скрывает серьёзности в чужих глазах. — Поверь, мы можем рассказать им столько же, — рядом оказывается Федорович, который уже будто по традиции умещает голову на плече Феди. А тот млеет разом — улыбается, взгляд в потолок переводит и глаза прикрывает. — Сучок. — И я тебя люблю, родной, — отзывается Андрей, после чего Замай хмыкает кратко. Придурки. Они все здесь. — У вас своя атмосфера в коллективе, я погляжу, — Женя улыбается слабо и смотрит на ребят. Становилось тепло на душе. Хотелось думать, что причина их сбора в таком формате отнюдь не апокалипсис, а всего лишь поход куда-то на природу, например.