Усталость от этого бренного мира

— Да, мама, алло? — ответила я на звонок, когда дожидалась зеленого цвета на переходе. — Ты сейчас где? Далеко еще? — Мам, я же сказала, меня минимум часа три не будет. Ты что-то хотела? — Да. Зайди в детский магазин, купи игрушку какую-нибудь. Не знаю, плюшевого медвежонка или куклы. — Может, лучше раскраску с карандашами? — предложила я более оптимальный вариант переходя дорогу. — Ну и зачем? — Ну а зачем Саю игрушка? Она поиграется один день, да и забросит ее, забудет. Лучше, говорю же, раскраску, паззл или интеллектуальную игру. А еще лучше, если в нее с компанией поиграть можно. Паззл отлично подходит для этого. — Может, вообще приставку купить, а?! — раздраженно сказала она. — Приставка тоже неплохо, но, насколько мне известно, в их детском доме она уже есть, так что лучше просто пару игр взять, — ответила ей. Сегодня настроение хорошее, прямо-таки силы появились, так что на ее злость даже внимание не обращала. Не нравится — иди сама покупай. — Купи сразу штук десять, чтоб наверняка, — и бросила трубку. И куплю. Какого она вообще раздражается, если все равно не на ее деньги все это будет покупаться? Вот нравится же некоторым людям заглядывать в чужой кошелек. Конечно, я знаю, что она это не делает не потому, что «считает» мои деньги, а просто считает, что я должна тратить их на себя, а не на других людей, даже если в их число входит и близкая родственница, такая как Саю. Только она не осознает, что некоторым людям больше нравится делать подарки, нежели их получать. Если быть чуть более точной, то мне нравится именно «покупать» и осознавать, сколько бабок я потеряла, а не смотреть на эмоции человека, который эти подарки и получил. Даже если тот в отвращении откинет презент — мне будет все равно. Да, есть такие странные люди, как я. Пройдя минут десять я оказалась у торгового центра, куда мой путь изначально и намечался. Конкретно здесь, в Шибуе, находиться один из самых больших торговых центров Японии, а значит выбора здесь значительно больше, и вместе с тем более качественный. Зайдя внутрь я походила по первому этажу, так и не найдя нужного себе магазина. Говоря откровенно, я даже не знаю, что конкретно мне надо, но надеюсь, что это будет как в фильме, где главный герой ищет подарок для своей девушки и в нужный момент: «Вот оно, это будет напоминать ей обо мне» или «вот этот подарок четко ассоциируется у меня с ней». Но пока что не канает. Походила по всем этажам, даже у каждого магазина останавливалась — даже возле того, где продавали мужские костюмы, — и ничего не придумав ушла в кафе. Там я взяла себе парфе, сорбе и чай к трайфлу и стала усиленно думать. Вот что можно подарить молодой девушке легкомысленного характера (не в плане половых связей, конечно), которую почти ничего не интересует кроме животных? Книгу по динозаврам? Точно нет. Может, купить побольше корма и отдать ей? Ну камон, это стремно, тем более, я и так думала сделать это как дополнительный подарок (не ей, а бездомышам). Можно было бы духи, тем более я могу ей нормально их подобрать, только вот, как я случайно подслушала вчера в классе, их ей Хайзаки подарит (у него на большее фантазии не хватило; хотя чего я тут издеваюсь — у самой то идей нет никаких). Заметила за соседним столом группу девушек, таких же гяру как Кирошиха, и решила подойти к ним, спросить совета. — Здравствуйте, — поздоровалась я. — Эээ, здравствуйте, — они подскочили и поклонились мне. — Я не старше вас, — недовольно осведомила я их. — Я хотела совета спросить, вы не против? — Нет, конечно, давайте. Вам помочь с чем-нибудь? — поинтересовалась одна из них. — У моей подруги сегодня день рождение, и я не знаю что ей подарить. Обошла уже все магазины, а идей в голове вообще ноль. Вот чтобы вы подарили друг другу? — А какая она? Ваша подруга. — Такая же гяру, ничем не интересуется, даже японским аниме*. — Духи? — предложила одна из них. — Мне родители постоянно их дарят — они недорогие, подарок хороший и надолго хватит. — Их другой человек подарит, — досадно цыкнула я. — Тогда, косметика? — уже предложила другая. Действительно, а почему я про косметику не подумала? — Стоит она немаленьких денег, качественная так вообще за космические суммы, очень надолго хватит, и мы, гяру, постоянно ей пользуемся в больших количествах. Она нам просто необходима, а денег на постоянную покупку у нас не часто хватает. — Отлично идея, спасибо, — уже поклонилась и собиралась уходить, как другая — последняя — девушка остановила меня. — Только лучше берите тени, и палитру подбирайте как следует. Берите ту, где большинство цветов соответствует ее ежедневному макияжу. А лучше сертификат, чтобы она сама себе все подобрала как следует. — Еще раз спасибо, — и ушла за свой столик. Действительно. Почему я забыла, что почти все девушки пользуются косметикой, особенно такие как Кирошиха? Это я ладно, умылась и пошла в школу, а они просыпаются за пару часов перед тем как идти, и только полтора часа тратит на прихорашивание. Думаю, если бы я пользовалась косметикой, то это первое, что пришло бы мне в голову. Ну все, путь наложен, можно и идти, главное не забыть оплатить свой заказ. На третьем этаже, по моим воспоминаниям, находился как раз один из таких магазинов, куда я и пошла. Если оценивать цены на косметический уход здесь, и в другой компании, то здесь будет дороже. Уж не знаю, связано ли это с тем, что здесь «качественнее» продукция, или они просто завышают ценник, но времени у меня совсем нет. Да и переться в другой магазин уже сил нет никаких. — Здравствуйте, — подошла я к консультанту. — Чем могу помочь? — та окинула взглядом мою внешность с одеждой и сморщила нос. Это что еще, блять, за отношение к покупателю?! Охуеть… — Мне нужна палитра теней, где большинство цветов будет в оттенках розового, голубого и желтого. Можно еще фиолетовый. И чтобы яркие-яркие были, прям до вырвиглазного. — Пройдите за мной. Мы прошлись по рядам и остановились возле стеллажа, где просто стояли пачками тени. Здесь есть и одиночные, и двухцветные и четырехцветные, и такие вот большие. — Думаю, вам подойдет вот эта, — достала самую дорогую из всех предложенных и показала мне. По-моему, я достаточно четко высказала названия цветов, а она показывает мне пастельные тона. Это у них такой приказ — продавать подороже, или они просто от этого премию получают? Раздражает. — Какие цвета вы здесь видите? — спросила я у нее. — Вы же сказали: фиолетовый, — показала на него своим маникюрным пальчиком, — розовый, голубой, желтый. Тут еще есть черный и зеленый, вам подходит? — Если я не ошибаюсь, я попросила яркие цвета, а эти едва ли будут заметны на глазах, — спокойным тоном сказала я. Не в моем характере устраивать сцены злости. — Ну а зачем вам яркие? Вы, думаю я не ошибаюсь, все еще школьница, верно? А если учителя заметят? Вы потом как смотреть им в глаза будете? — о нет, тетенька, не в ту степь идете. — А вас, во-первых, волновать не должно — школьница я или нет пока я ваш покупатель, во-вторых, как я буду смотреть им в глаза — уже мое дело. Все что вы сейчас должны, так это удовлетворить мой запрос и идти дальше искать потенциальных «воров» как я заметила, что вы постоянно следите за моими руками, — все так же спокойно, но твердым голосом сказала я. — Тогда как насчет этой? Знаете, можно говорить как профессионал — твердо, спокойно, но с какой-то теплотой, а можно ту же фразу сказать так же легко, но словно с грубостью? Вот, это именно то, что я услышала от этой девушки. Казалось бы — не нагрубила, не нахамила, но меня словно дерьмом облили. Вот сука, ну ничего, имя я твое запомнила. Она показала палитру уже с более низкой ценой, где помимо этого еще и были нужные мне цвета. Ну вот, а сразу нельзя было что ли? Взяла у нее из рук и пошла на кассу. — Мне вот это, и сертификат на десять тысяч дайте, — сказала я продавцу. — Пожалуйста. Оплачивать будете картой или наличными? — Наличкой, — и выдала нужную сумму. — Пакет? — Нет… Хотя да, давайте, — махнула я рукой. Она сложила мою покупку и уже отдавала мне, когда я вспомнила, что еще я хотела сделать: — Где у вас книга жалоб? — Ааа… зачем она вам? — растерялась продавщица. Думаешь, я не заметила твоего пренебрежения, и как ты буквально кинула палитру в пакет, словно к бяке прикоснулась, или как ты буквально после оплаты едва не разорвала сертификат? У вас тут, что, сборище некомпетентных людей? — Надо. Где она находится? Или сами принесете мне? — Подождите минуту, — вышла из кассы и пошла в подсобку. Постояла секунд десять и выходит продавщица с молодой дамой на высоких каблуках, которые цокают при ходьбе так, словно лошадь скачет. — Здравствуйте, чем могу вам помочь? — и эта туда же: окинула презрительным взглядом и подняла одну бровь. И взгляд такой высокомерный, отвратительно. — Я требую жалобную книгу, выдайте мне ее. — Можем ли мы как-то урегулировать спокойно возникший конфликт? — Какой конфликт? Ничего не произошло, кроме отвратительно отношения к покупателю. — Я все понимаю, — не, нихера ты, сучка, не понимаешь. — Могу ли я предложить вам что нибудь? Например, оплатить за счет магазина? — Нет, мне этого не надо. Хотя… есть кое-что, что вы можете сделать, — и она заинтересованно подалась вперед. — Если вы уволите прямо сейчас вот эту продавщицу и вон ту, — показала пальцем на девушку, которая стояла возле стеллажа с кремами. Да-да, ты, маленькая сучка, которая испуганно таращиться в нашу сторону, — консультантку. Я хочу видеть, как вы отдаете им оставшуюся зарплату и увольняете с работы. — Эмм… а может ли мы предложить что нибудь другое? Я заметила, что вы купили тени, может мы вернем вам деньги и даже предложим еще чего-то, что вам хочется? Например, более дорогую коллекцию. — Либо выдайте мне жалобную книгу, или прощайтесь со своими подчиненными. Я терпеть подобного к себе отношения не стану, а продавать свои принципы — тем более. — Как пожелаете. Принеси жалобную книгу, — рассерженно процедила она продавщице и ушла к себе в подсобку. Имени твоего я не узнала, зато на бейджике четко написано, что ты директор. Получив наконец книгу, я вписала туда о полученном отношении к себе со всех трех сторон, о том, что мне предлагали за это, как тут дискредитируют людей из-за одежды и внешности и отдала обратно. Уж не знаю точно, посмотрит ли туда кто-нибудь и воздействует ли на них, но если директор так распереживался насчет нее, значит эффект от нее все же какой-то есть. Ну посмотрю через месяц, что и как тут измениться. На обратном пути зашла в детский магазин, где купила пластилин с красками и бумагой, купила несколько наборов фломастеров и несколько игр для сеги. Думаю, для Саю этого вполне хватит, тем более на долго она в детском доме все равно не задержится — мама уже стала собирать документы. Обратно на метро я ехала с набитыми руками пакетами и уже дома смогла все необходимое сдать маме на руки. Завтра она как раз поедет в Нэрима, в специальный район, куда перевели лакомку. Ну, по крайней мере не так далеко, как Адати. Конечно, мы с мамой надеялись, что ее переведут в тот же детдом, куда она попала изначально после пропажи сестры, но он оказался забит доверху за это время. — Ладно, мам, я переодеваться и пойду уже скоро, — я съела пару суш на кухне и помыла руки с улицы. Черт, холодает и руки трескаются, надо кремом намазать. — Надолго ты? — Наверное, до завтра. Вечеринка же будет, насколько мне известно, не думаю, что ты хочешь, чтобы я в два часа ночи шаталась по городу. — Где хоть день рождения проходить будет? — Не знаю, мам, Кирошиха не сказала. Не думаю, что у нее дома — родители слишком строги для этого, — значит либо караоке пойдем, либо к кому-нибудь, у кого можно. — Ну ты хоть мне оставь номер телефона этой Кирошихи, чтобы я так сильно не волновалась, — попросила мама. — Ты не пей там много, хорошо? — Ты же знаешь, я ни пиво, ни сакэ не употребляю. — Зато за свой ликер готова хоть с моста скинуться, — ударила она меня кухонным полотенцем по голове. — Что правда, то правда, — рассмеялась я. — Когда приедешь туда — отзвонись. Завтра тоже позвони мне, часов до двенадцати, думаю, ты уже выспишься? — Конечно, мам, не волнуйся. Ладно мам, я п… О, а вот и Кирошиха звонит, как раз узнаю, где вечеринка будет. Алло? — Привет, — закричала в трубку Ацука. — Ты уже собралась? — о, язык уже заплетается. — Да, и подарок тебе тоже купила. — Крутоооо. Приезжай на станцию Комазава-Дайгаку, тебя Хайзаки там встретит. Будем отмечать у Кодзимы, у него снова родаки уехали, — радостно кричала она в трубку. — Все, отлично, ждите меня, — сбросила звонок и повернулась к маме. — Ну вот, не так уж и далеко — в Сатэгая. — Ничего себе — недалеко! — прижала она руку к сердцу, словно сейчас инфаркт хватит. — Вы чего там делать будете, а? — У знакомого Кирошихи — я встречала с ним как-то — там дом находиться. Его родители уехали за границу, и он дома один. Так что там самое оптимальное решение праздновать. — И сколько ему лет? Этому знакомому? — осторожно спросила она. — На год старше нас, — прости, что вру. Хотя можно ли считать за вранье то, чего ты не знаешь? — И родители оставили его одного? Ужас какой! — Он ответственный, — настолько, что почти каждая вечеринка проходит у него. — Не волнуйся, все нормально будет. Ладно, я пойду, время скоро к восьми подойдет, а мне еще успеть доехать надо, — и закрылась в комнате.