Усталость от этого бренного мира

Прошла неделя. Казалось бы, вот впервые за пару месяцев встречаю свою лакомку, а уже неделя пролетела. Удивительно, насколько скоротечно время. Уже октябрь, и начинает холодать, а у меня все такие же тоненькие, легкие пижамы которые заставляют меня мерзнуть даже ночью, и я не повышаю температуру на кондиционере. Все также — девятнадцать градусов. Сегодня был последний учебный день недели, и следующие два я буду валяться в кровати — к Саю поедет только мама, и там же снимет гостиницу на это время. Для себя я уже подготовила все необходимое на это время — взяла напрокат диски с фильмами и аниме, накупила вредной еды вроде энергетиков и чипсов. Все что осталось, так это убраться заранее в комнате и сходить в ванную, потому что потом я просто забью на это. Вот сейчас я иду с магазина с полными руками пакетов с продуктами, как вдруг из угла появляется… Мицуя. Действительно, только он и может из углов выскакивать. — Мамото? Привет, — поздоровался он подъехав ближе. — Здравствуй, Мицуя. — Может, тебе помочь? Тяжело же наверное, — указал рукой на мои покупки. — Я, к слову, тебя возле подъезда ждал, чтобы пижаму ту отдать. Ты еще про нее помнишь? — Буду благодарна, спасибо, — отдала ему один пакет, оставив два на себе. — Конечно, помню. — Я бы отдал тебе еще пару дней назад, но дела были, — пожал плечами он. Вот смотрю на него и удивляюсь, всего неделя прошла, как он ребра себе сломал. Не могут же кости так быстро срастаться? И как он еще ездит на своем байке с такими то травмами? — Мог через Хайзаки передать. — Я хотел сам, в руки, — смущенно отвел взгляд в сторону. — Ясно. Пижама с собой? Или тебе за ней надо домой сходить? — Я ее в бардачок убрал, — похлопал на место позади себя. — Там же шлем должен находиться. Ты, кстати, почему без шлема то катаешься, не боишься голову случайно себе разбить? — Волнуешься за меня? — и приподнял один уголок губ. — Нет. просто интересуюсь. Мне правда интересно, неужели все из босодзоку не надевают шлем? Или вы слишком уверенны в себе? — Ммм… ну, каждый по-своему, — пожал он плечами. — Из-за шлема серьга давит на кожу, и потом больно становиться. — Ой-ей-ей, больно ему, — ухмыльнулась я. — Значит, как ездить с переломанными ребрами и влезать в драки, так ничего, а как серьга впивается в кожу — так умираете и завещание оставляете? — Ну, как то так и есть, — посмеялся он. — Ты, кстати, никуда на выходных не уезжаешь? В Адати, к примеру. — Нет, никуда. Все время буду сидеть дома, есть чипсы и запивать все это смузи. — А не хочешь со мной в кино сходить? У ме… — Только не говори, что есть один лишний билетик, и тебе некуда его деть, — предупредила я. — Это слишком банально и неинтересно. — Ч-что? Н-нет, конечно нет, — облизнул губы. — Просто я с друзьями собираюсь, и мы набираем как можно народу — компанией ведь интереснее. — Спасибо, Мицуя, но я больше интроверт, — зловеще ухмыльнулась я ему. — О, а вот и мой подъезд. — Помочь поднять все это? — Вот это уже — нет, спасибо. А то ты и так сталкеришь меня возле школы и дома, не хватало еще чтобы квартиру мою знал, — конечно я шутила, но в каждой шутке есть доля шутки, и желательнее быть осторожнее. — Хорошо, держи, — передал мне пакет и слез с байка. Открыл бардачок и вытащил оттуда бумажный коричневый сверток. Не мог сложить в обычный пакет что-ли? — Вот твоя пижама, держи. — Спасибо. Когда встретимся в следующий раз, обязательно выскажу свое впечатление о ней. — Буду ждать, — и щеки окрасились в красный цвет. — Ладно, я пошла. Увидимся, — помахала свободной рукой и стала подниматься по лестнице. Интересно, мама еще не уехала? — Я дома, — крикнула я на всю квартиру, но не услышала ответа. Значит уехала. Сняла верхнюю одежду и помыла руки. Всю свою вкусняшку отнесла в комнату, а остальные продукты про ящикам да холодильнику. На плите ничего не стоит — значит мама не готовила. Вот и появилось еще одно дело — приготовить папе ужин. Готовку я терпеть не могу, а если быть точнее, то не умею, но зато знаю парочку крутых и легких рецептов. Вот папе и сделаю одно из таких*, а завтра пусть сам себе приготовит что-нибудь. Достала из холодильника пшеничные лепешки, колбасу, одну помидорку и сыр. Сковороду поставила на плиту, не забыв ее включить. Теперь на лепешку тонким слоем накладываю уже натертый твердый сыр, где на одну из половин кладу еще и помидор с колбасой, которые уже нарезала на мелкие кубики. Теперь все это идет на уже разогретую, сухую сковородку. Подождала, пока сыр расплавится, и свободной половиной накрыла другую сторону. Еще пара секунд и перевернула. Идеально. Даже до горелой корочки не довела. Сделала еще две штуки и выложила на деревянную доску. Все. Теперь только протереть пол в комнате, поменять постельное белье — который я не меняла с самого переезда сюда — и помыть голову. В комнате я быстро со всем разобралась, а вот мыть тело уже не стала — просто склонилась над ванной и помыла голову таким образом. Кажется, теперь можно заниматься своими делами. В комнате я достала пижаму, которая оказалась черной с розовыми полосками. Господи, какая она мягкая. Она буквально ласкает мое немаленькое тело. Это не шелк? Вроде только он так может. Хотя, откуда у него деньги на шелк, ей богу? Ну, неважно. Верх представлял из себя очень свободную кофточку с длинными рукавами, а низ юбка ниже колена. Откуда он узнал, что я не люблю короткие? Я ему говорила или нет? Не помню уже. Ну, да какая разница, сейчас меня больше интересует тот сериал с перемещением в прошлое. Сегодня он в шесть вечера выходит, а значит самое время. Открыла энергетик, вскрыла пачку чипсов и стала есть. Живот все равно не заболит, он привык к тому, что я могу долгое время есть только чипсы. Ох, а вот и началось, пора смотреть. Сделала звук погромче и уселась за стол поудобнее.