Усталость от этого бренного мира

- Ты сегодня со мной остаешься? - спросила я у Ацуки отодвигая парты и стулья ближе к стене. - Да. Помогу тебе, - она сняла кардиган и положила на учительский стол. Рукава рубашки закатала до локтей. - Уверена? Тебе напрягаться нельзя. Поздно уже, - предостерегающе спросила я, с сомнением смотря на ее упорство. - От того, что я помогу тебе убраться в классе - я не надорвусь. Ну, что, кто чем будет заниматься? - подскочила ко мне с улыбкой и принялась помогать с мебелью. - Ну уж нет, это я сама, - и руками отодвинула ее в сторону. - Ты лучше доску протри, пол подмети. Окей? - Не-е-е, - покачала головой. - Так нечестно тогда будет. Ты только отодвинешь парты, а потом, после того как я подмету, поставишь их на место. В конце нам останется только вынести мусор, и это будем делать мы вдвоем. У меня в таком случае будет больше работы. - Ты про стены не забывай. Их же тоже надо помыть. - Ох, точно. Ну ладно тогда, продолжай свою работу, - и подскочила к доске, где, взяв мокрую тряпку с раковины, принялась ею протирать. Парты я, конечно, сдвинула, но не впритык, чтобы иметь возможность в дальнейшем отмыть стены. Работу мы делали тихо: я не привыкла отвлекаться от работы (фильмы и сериалы не в счет), а Ацуки... не знаю, может тоже не любит? Или у нее нет тем для разговора? К слову, в последнее время она странно тихая. Нет, она, конечно, пустомеля, но до этого она никогда не оставалась со мной на дежурстве. Помимо меня у нее ведь есть и другие подруги, с которыми она частенько ходит в караоке или в игровые залы (в пачинко их пока не пускают), так и что и теперь вполне могла уйти вместе с ними, но осталась. Она ведет себя так, будто пытается меня или отвлечь, или наоборот о чем-то сообщить?.. Странное у нее поведение. Буквально за полтора часа мы справились со всей работой (лишь к концу вспомнили об окнах и самой мебели, которые так же нужно протереть), так что сразу после сжигания бумаги на крыше в специальном баке мы пошли домой. По крайней мере так изначально и должно было быть, но за Ацуки пришел ее парень. Акиф, вроде бы? Кажется, я наконец запомнила его имя. Ура. - Привет, милая, - он взял ее за талию и с жаром поцеловал в губы. Вроде обычный поцелую и ничего особенного в нем нет, но он так некрасиво это сделал, что меня скрутило. Где любовь, где страсть?! Все что я вижу, это лишь похоть и грубость. Может из-за этого поцелуй и вызвал у меня отвращение? - Привет, - пропела Ацуки. Бе, у меня даже зубы от сладости заныли. - Я так понимаю, у тебя закончились уроки? Куда пойдем? Есть предложение сходить в клуб, там наши парни сейчас собираются. - О, теперь понятно, что у них общего с Ацуки - они быстро и непрерывно разговаривают. - Сейчас только день, будет скучно. Давай лучше вечерком заглянем туда? Завтра все равно выходной, уроков не будет, можем хорошо оторваться. Твои родаки дома? Я могу у тебя переночевать? У моей мамки снова плохое настроение, не хочу возвращаться, - и погладила его по небритой щеке. Интересно, это он просто бриться не любит, или только начал отращивать бороду? Выглядит нелепо с его внешностью откровенно говоря. - Вечером парни по домам разойдутся, или на сходку банды пойдут, а один я там быть не хочу. Даже с тобой. Ко мне тоже нельзя, сама знаешь как мой отец относиться к тебе. Слушай, может к Накаде? Или, еще лучше, ты сможешь договориться с Кодзиме, чтобы он нас у себя приютил на сегодня? Накада сказал, что вы с ним в тесных отношениях. Помимо того, что он балабол, так еще и слушать тяжело. Может это из-за акцента, четко слышащегося в его речи, а может из-за непрерывности монолога, я уж не знаю, но моим ушам все равно больно. У Ацуки хотя бы голос красивый, а у него уже давно стал хриплым от сигарет (такая хрипота только от них и бывает). - Я с Кодзиме дружу, но не думаю, что он даст разрешение. Он вообще не любит чужаков у себя дома вне вечеринок. Мне то он разрешит по любому, а вот тебе... - и пожала плечами. - Ну ты договорись с ним, - настаивал Акиф. Какой настырный, вы только посмотрите на него. - Позвони сейчас, скажи, что нам некуда идти. Давай. Если не хочешь, то пошли тогда в клуб. - А может, лучше в парке прогуляемся, а? Свежий воздух, на детишек посмотрим. Ты вообще не думал детей заводить? Я вот девочку хочу. Маленькую такую. - Да кому твой парк нужен? - и грубо скинул ее руки со своих плеч. Мне только попкорна не хватает (мои-то отношения с Такаши намного более скучные, а здесь хоть какой-то движ). - Что нам в этом парке делать? Мороженку кушать, да друг другу носы марать им? Пока молодой, я хочу отрываться на полную, а в парке я и в семьдесят лет могу погулять. Один. - Кодзиме мне только друг, а не старший брат, чтобы предоставлять мне свое жилью по моему хотению. - Молодец Ацуки, покажи ему свои зубки, не прогибайся под него. - Он тебя не впустит, даже если ты лучший друг Накады, как ты это всем говоришь. - Получается это вранье? Или Акиф сам не знает, что он не лучший друг? Интересно, интересно. - А в клуб я не хочу, там сейчас делать нечего, слышишь? Не-че-го. - У меня там друзья, ты это понимаешь? Там сейчас... - он хотел что-то еще сказать, но передумал в последний момент. Что там сейчас происходит? Меня же любопытство съест, если не узнаю правды. - Нам надо в клуб, раз ты своему Кодзиме позвонить не в силах, и только кичишься своей дружбой с ним, - и ударил кулаком по бетонному забору. Он всегда такой неуравновешенный, или только сейчас показал эту свою черту характера? Ацуки о ней то знает? - Ладно! - крикнула Ацуки и достала телефон из сумки. Набрала номер, пошли гудки, поставила на громкую связь, ответил мужской голос. - Привет, Кодзиме, - уже более спокойно сказала она. - Здравствуй, Ацуки. Чего звонишь? - раздался усталый голос. Слышен смачный зевок. - Мой парень, Акиф, - если ты его помнишь с моего дня рождения, - проситься к тебе домой, чтобы мы могли там посидеть. Ему можно прийти? - и подняв брови посмотрела на него. Своим взглядом она так и говорила "Он откажет, смирись". - Чего? - переспросил Кодзиме с хорошо слышаемой усмешкой. - Мой дом вам "Дом свиданий", что ли? Нет, конечно, даже не думайте. Ты то, Ацуки, можешь и без звонка приходить, двери моего дома для тебя всегда открыты, но своего парня держи при себе, договорились? Ну "при себе" я имею ввиду, что пусть будет рядом, но не у меня дома, и... Ай, да ты поняла, короче. - Я ему говорила, а он не слушает, - пожаловалась она. - Можешь трубочку ему передать? - она сделала как он сказал, и тут его голос совершенно изменился. Если до этого был... теплый? пусть и с издевательской насмешкой, то теперь в дрожь бросает. Брр. - Слышь, мужик, че за хуйня? Мой дом тебе понравился? В гости решил напросится через Ацуки? А? Хули ты молчишь, губошлеп? Отвечай, когда спрашивают. - Н-нет, ничего так-кого, - начал запинаться Акиф от страха. Строишь из себя сначала мачо перед Ацуки, но как только находиться более сильный соперник, так сразу хвост поджимаешь, да? Ацуки, серьезно? Почему он? Лучше него никого не могла найти, что-ли? Да хоть Кодзиме - тот пусть и дурачок в некотором роде, но характер у него есть и он чувствуется, а этот... Лично мне было бы стремно с таким встречаться. - А почему она мне тогда звонит, а? Ты ее надоумил, так? Ты как вообще ко мне домой попал, слышишь, ты, сморчок? Кто тебя привел? - Н-никто. - Накада его провел, - сказала я в трубку подойдя в плотную. Это имя я уже не раз слышала, да и помниться тогда, на чердаке, он тоже так ответил. Удивительная способность - не помнить имя, но помнить, что он говорил. - Это кто там еще, нахуй? - Здоров, это я - твоя мечта, - забрала трубку, отключила громкую связь и приложила телефон к уху. Нечего слушать мои разговоры. - Ты ко мне три раза приставал, не помнишь уже? - усмехнулась я. - Сакура! - воскликнул он, я бы сказала, с радостью. - Ты тоже там? - Ну, да. С Ацуки со школы шли, и встретились с этим гайдзином прямо у забора. Слушай, твои то как дела? Чем занят? Что по жизни то? Мы как в последний раз виделись у моего дома, так больше и не общались. - А ты, Акиф, не смотри на меня, я еще нажалуюсь ему. Только поговорю сначала на отвлеченные темы, а потом уже все будет, не переживай. - Да какие у меня могу быть дела? Пашу, что называется, на благо семьи. Работа, работа и еще раз работа с перерывами на редкие пати и отдых, - ныл он в трубку. - Думал, сейчас спать лягу, ебать я устал конечно, ты даже не представляешь, но Ацуки позвонила, вот и отве-е-етил, - вновь зевнул он. Голос действительно очень усталый. - Да и где мы можем встретиться то? Два раза только благодаря Ацуки то и виделись, а в третий раз вообще чистая случайность - Мицуя живет в том же подъезде что и ты. Ты, кстати, знала об этом? - Как раз на новый год и узнала. Ты, прикинь, мы ведь и раньше были с ним знакомы, когда еще под столом ходили, а теперь вот как дороги сложились. Ты, кстати, девушку то себе нашел? Или все так же - "А может переспим?" - Ты сейчас мне предложила или... А, все, понял. Уже подумал, что моя мечта сбылась, - захныкал он в шутку. - Была девушка, но мы с ней быстро как то расстались, даже в душу не залегла. Сейчас я снова вольная пташка... - Театральная пауза. - А вот о тебе я частенько вспоминаю. Может, хотя бы попробуешь встречаться со мной, а? Я парень хороший, видный, обеспеченный. Не пожалеешь. А сек... - А я то все думаю, чего я икаю? А это ты, оказывается, виноват! Чисто из-за моих вечных страданий - нет. Да и я с Мицуя вроде как встречаюсь. По крайней мере все к этому близится. - Ну с Мицуя я даже соревноваться не стану, сразу ясно, что я провалюсь, - хмыкнул он. - Так че там за ситуация с Ацуки и этим парнем? - Говорю же, встретились у забора, он предложил в клуб сходить - кто в клуб днем ходит, вообще? - она в отказ пошла и предложила к нему домой пойти. Он сразу про то, что отцу она не нравится, да и нечего им там делать, и предложил твой дом. Типа, ты же Ацуки давно знаешь, и вы близкие друзья, а значит не откажешь. - А ты, Акиф, даже не смотри на меня, я тебя жалеть не стану. - Психовать начал, что она звонить не хочет и вообще ты его не впустишь к себе домой. Вот Ацуки и разозлилась - позвонила тебе, чтобы доказать. - Правильно сделала, - фыркнул он презрительно. - Даже если бы они так пришли, без предупредительного звонка, я бы его даже на порог не пустил. Он кто вообще такой? С какой помойки вылез? Ацуки я бы по любому впустил, стоит только попросить, а этот жмырь пусть к себе прется, под крылышко папочки. Ты сказала, что его Накада привел, верно? - Ну да. Они вроде как лучшие друзья - по крайней мере он это горячо утверждает, - да и сейчас он ждет его в клубе с какими-то парнями. Типо дела какие то или еще что. - Спасибо, что рассказала. Я счас созвон сделаю, узнаю что и как, и кто это вообще такой. Ладно, бывай, подруга. Еще свидимся. - На том свете, ага, - и сбросила трубку. Отдала телефон Ацуки обратно и посмотрела в глаза этому неуравновешенному. - Сказал, что сейчас позвонит Накаде, про тебя все узнает, и что за "дела" у тебя такие. Вот такие вот пирожные, - и показательно горестно вздохнула. - А мы пойдем, ладно? К тебе она не может, к ней ты тоже, клуб точно отменяется - я ее банально не отпущу, - а ты... на все четыре стороны. Там перекресток недалеко есть, сходи, посмотри по сторонам, да и выбери себе дорогу. Покеда, - взяла Ацуки за руку и повела за собой. Жрать хочу, а денег нет, поэтому остается только один вариант - пожрать дома. Но сначала надо приготовить. - И давно он так себя ведет? Бьет стены, я имею ввиду? - Недавно начал, - тихо, шепотом, признала она. Было видно, как ей грустно от этого. - Сначала все было нормально - он милый и добрый, не подумай чего, - и стала махать руками перед моим лицом, - но иногда у него бывают вспышки гнева. Он сказал, что у него отец такой же, с неконтролируемым гневом, и ему передалось. - Это можно контролировать, даже самостоятельно научиться без всяких психологов, просто оправдывает свое дерьмовое поведение, вот и все. Не хочет за него отвечать, - жестко сказала я. - А если во время одного из такого приступа он тебе уебет? Ну, ударит? Тоже начнешь его оправдывать? "Это не контролируется", "многие так живут и не умирают", "он пообещал исправиться"? Как думаешь, скоро ты начнешь заливать мне эту муть в уши? - Ты что?! Он никогда женщину не ударит! - в ужасе раскрыла она глаза. - Это он тебе так сказал? - на мой вопрос она утвердительно кивнула. - А его отец? Жену свою бьет? Братья, другие родственники мужского пола в нашей стране присутствуют? - Нет, только он с родителями, насколько мне известно. Но я никогда не видела на лице его матери синяки... - А одежда? Она всегда с длинными рукавами ходит? Шорты, платья до колена? - Это же мусульманская семья, ты что, - неловко рассмеялась она на мою глупость. - Она в хиджабе всегда ходит, и платья традиционно всегда до лодыжек. - Тогда не видно синяков на теле... - задумчиво сказала я. - А он что? Настаивает на присоединении тебя к их религии? Планирует жениться? - Он сказал, что я могу оставаться при свое вере и не станет настаивать. А жениться... Разве я тебе не говорила? Он хочет сводить меня в мечеть и сделать хекак... Нет, кахак... - Никах, - подсказала я. - Это мусульманский брак, считающийся законным в их храме, мечете. Только такой брак не считается официальным в нашей стране, не забывай. Если документы не подать, то вы не больше чем любовники. Хотя, конечно, ему выгодно заключить с тобой официальный брак - официальное гражданство дело такое... Но солнце мое, а вдруг их депортируют? И останешься ты со своим никахом и детьми одна. Кто тебя и детей кормить будет? Да и как ты в мечеть пойдешь с непокрытой головой? У них это запрещено, - предупредила ее я. - Ну, от одно раза же ничего не будет? Его мать одолжит мне платок и все, никах совершен. А официальный брак по документам... ну, попозже, у них в религии это не указано. - Один раз надела, потом второй, третий, и через год на тебе уже паранджа. А работа что? Если уж не хочешь работать, то и женись на японце - он тебе и после развода со своей стороны должен будет выплатить компенсацию в несколько сотен тысяч йен. А мусульманина своего забудь, нельзя ему доверять, ты не его национальности, запомни это, - процедила я сквозь зубы. - И что с того, что я не его национальности?! - она вырвала руку из моей хватки и остановилась на пол пути домой? - Ты у нас расистка что ли? Что ты заладила "нельзя доверять, нельзя доверять"?! Других слов нет?! И к слову, в их религии принято, что женщина не может работать, он сам так говорил, так что он будет меня обеспечивать! - Солнце мое, это не расизм и даже не ксенофобия, а предостережение для тебя. Пойми, родись ты в мусульманской семье, то я и бы и слова тебе не сказала, но это же нет так? Если ты ему надоешь, то он просто бросит тебя, оставив одну с будущими детьми, а вот с мусульманкой такое бы не прокатило - ее родственники встали бы в защиту, да и не по закону у них такое. Ты глупая, и не понимаешь таких нюансов. Будь он истинным мусульманином, то я вновь бы ничего не сказала, даже будь ты... не знаю, христианкой, но он же грешник. У него грех на грехе, и грехом покрывает. Он пьет? - она кивает. - Музыку слушает? - и снова кивок. - А фотографии девушек смотрит? Журналы, например? - И причем здесь все это? - задает она для многих очевидный вопрос. - Я поняла! Ты не расистка, просто исламофобка! - Притом, что все это запрещено в исламе. Мужчина не может спать с женщиной до свадьбы, мужчина не может целовать женщину до свадьбы, мужчина не может оставаться с ней наедине до свадьбы, алкоголь у них строго запрещено, музыка тоже под запретом, а фотографии... Это творчество, а оно под запретом - творить может лишь сам Бог. По этой причине у них даже не сохранились портреты великих людей, султанов, ученых. Если что-то и есть, то написано иностранцами с чужих слов. Если он столько грехов совершил, то сделать еще один - наплевать на никах - для него не составит трудности. И не забывай про поднятия руки: среди неистинных это частое явление. Мужчины таким образом пытаются вознестись над женщинами, - максимально мягко объясняла я. Нужно успокоить, чтобы ребенку не навредила, хотя я, конечно, не отрицаю, что мои слова очень жестокие для нее. - А насчет работы... У них считается нормальным, когда женщина работает, но заработанные ею деньги принадлежат исключительно ей. В семейный бюджет они не должны входить. Мужчине даже занимать у женщины запрещено. - Запрещено занимать? - похлопала она недавно сделанными ресничками. - Но как же... - Он у тебя занимал, да? - поняла я ее по выражению лица. - Вот еще один грешок за ним. Я не против ислама, это очень даже хорошая религия учащая доброте и любви, но я не люблю грешников среди них. Грешники... совершают один грех за другим, а таким доверять совсем нельзя, - подошла и приобняла за плечи, вынудив Ацуки положить свою голову мне на грудь. Для прохожих мы словно сорящаяся парочка лесбиянок. Ну и плевать на них. - Но я его люблю, и с его мамой у меня хорошие отношения, - протянула она и всхлипнула. - У тебя могут быть хоть любые отношения с его матерью, но главное слово останется за отцом, а у тебя с ним, как я поняла, отношения далеко не самые ладные. И еще кое что, о чем я должна тебя предупредить, раз была затронута тема "оставайся при своей вере". - И что еще ты мне нового расскажешь? - понуро ухмыльнулась она с обреченностью в глазах. - У них в религии запрещено жениться на девушках, которые не принимают ислам. Да, ты можешь быть изначально при своей вере, но к никаху должна уже принять ислам. И у них, вроде бы, запрещено жениться на девушках каких то религий, - раздумчиво сказала я, пытаясь вспомнить их. - На христианках и иудейках можно, синтоизм не упоминается, а вот кто запрещен... Не помню, право слово. - Давай пойдем, а? Я... я больше не хочу говорить на эту тему. Пожалуйста, - попросила она и сама взяла меня за руку, поведя к моему дому. А пока мы шли я все так же пыталась вспомнить эти религии. Дошла даже до зороастризма - настолько сильно я задумалась. Впуская ее в квартиру я попросила ее достать рассыпчатый рис и курицу из холодильника - буду делать курицу по-китайски, тем более она все равно разморожена. Приготовление занимает пять минут, а как вкусно... Пальчики оближешь. Оставив курицу мариноваться тридцать минут в соевом соусе, карри и ложке имбиря, мы ушли ко мне в комнату, где было решено заняться домашними заданиями, ведь под вечер она уйдет домой, а задания становятся все сложнее и сложнее. Через пятнадцать десять минут я ушла от нее, чтобы проверить рис. Все еще твердый, так что оставила еще на семь минут. - Куда ты так мало кладешь? - вскрикнула я, увидев как она отмеряет столовую ложку меда. - Ты же сама сказал: две столовые ложки. Вот я и ложу их. - Но не убирать же горку! - я вздохнула и потерла глаза пальцами правой руки. - Берешь столовую ложку, черпаешь мед, и сколько смогла достать, столько и кладешь на сковородку. Это в таких мелочах, как лимонная кислота, необходима точность инструкций, но не здесь. - Тогда так бы и сказала! - она разозлилась и швырнула ложку в раковину с грязной посудой. - Ты мне не объяснила, еще и обвиняешь меня! - Я не обвиняю, я просто... - Сама занимайся этой готовкой, если тебе так хочется, а я пошла в комнату, - сказала и была такова. Я понимаю, что она беременна, у нее шалят гормоны, она не контролирует свое поведение, но... Как же, сука, хочется зарядить ей этой ложкой по лицу. Прям до дрожи в руках сдерживаю себя. Ты спокойна. Десять. Это нормально у беременных. Девять. Твоя мать была такой же, когда носилась с тобой. Восемь. Все хорошо... - Да ни хуя не хорошо! - крикнула и перевернула миску с курицей. - Заебало меня все, пусть все катиться в ебатню! Жрать захочет - подберет! Пусть идет нахуй со своими гормонами и закидонами, я и так сегодня весь день пыталась держать себя в хорошем настроении, заебало, блять, - крикнула и повторно взяв ложку, кинула в тоже место. Последнее слово должно оставаться за мной даже в таком деле. - Даже пожрать нормально не могу! Я зашла в свою комнату, где притаилась Ацуки и взяла кошелек. Пойду пожру пирожков, что ли, раз курица не задалась. Когда надевала обувь, то вспомнила и про ту самую религию. Сняла один кроссовок и запрыгала в свою комнату. Открыла дверь и уставилась на Ацуки. - Индуизм. На девушках этой религии запрещено жениться. Я вспомнила. Пока. Вернулась, надела оставшийся кроссовок и свалила из дома. Мама с Саю еще не скоро придут, так что времени у меня достаточно, чтобы остыть и вернуться, не забыв все отмыть и убрать, конечно.