Джинкс под прицелом

Весь мир остановился. Из мира что-то или... Кто-то... Забрал краски, ослепительно яркие и необыкновенно приятные. Дождь всё больше набирал обороты, погружая Заун в привычную атмосферу боли и одиночества. Серые дома и пустые переулки, полные тёмных душ, обречённых навсегда спиваться в дешёвых пабах и проводить каждый миг ночных трипов в жалких, всеми забытых и некому ненужных борделях с самыми странными и необычными экспонатами в виде старых, окончательно потерявших от мерцания разум, женщин с манией величия и обкурившихся малолеток, чьё тело заполнено татуировками, а волосы либо слишком блеклые, либо наоборот - столь яркие и необычные, что сразу же хочется их сбрить, чтобы не наполняли серость будней жизненной энергией и не ослепляли сильно пьяных, уставших от рутины и собственного существования, глаз. Неоновые вывески не могли спасти жалкий городок от истины, затуманивающей каждое утро улочки подвальной части мира Пилтовера. Звёзды не могли пробиться тёмными вечерами к людям "Подземелья". Длинные трубы и огромные здания, производящие убивающих дым, чем-то напоминающий облака, закрывали доступ к чистому и девственно-прекрасному, в отличии от всей нашей планеты и её населения, миру. Душа небес чиста. Она ослепляет Пилтовер каждую ночь своими лучами, подмигивая тысячами глаз, тянувшимися к каждому существу, пытаясь подарить часть любви и защитить от жестокости бюрократии и всей политики в целом ещё живое, нетронутое, полное любви и надежд, сердце тех, кто совсем юн и не поддался на уговоры взрослых, но всё таких же глупых, по-детски наивных, истерично-капризных, жалких людишек. Все вокруг говорят о двух городах, как о противоположных друг другу мирах. Но они так и не замечают правду, заменяя её на ложь, заставляющую ненавидеть друг друга. Заун - серое, многолюдное, депрессивно-мрачное, жалкое местечко с упырями-наркоманами и утырками-алкоголиками на каждом углу. Но ведь Пилтовер точно такой же! Он более светлый и яркий, его жители видят высоту небес и жителей этой чёрной воронки, завлекающей своей пустотой и необъятностью всех жадных ворюг, называющих себя "революционерами" или "главой мира(властью, королём, королевой, президентом и тд...)", всё в городе светлое и радость солнца каждое утро пробуждает жителей, заставляя их улыбнуться и вновь полюбить свою жизнь, всё больше походящую на механизм - сходил туда, сделал то, расстался с тем, подружился с другим, развёлся с той, кто тебя любил, женился или вышел замуж на той(том), кого ТЫ должен любить, родил столько людей, сколько нужно по протоколу, построил дом, похожий на миллиард соседних построек, создал рутинное расписание каждого своего дня и выполняешь его ежедневно, умер в тот день, в который тебе разрешили умереть(И НЕ ДНЁМ РАНЬШЕ!). Всё ведь должно быть идеально! Но где же смысл в этом всём? В Пилтовере у тебя есть все шансы получить карьеру "мечты", стать ещё одним клоном окружающих тебя "людей", больше похожих на роботов, получить богатство и власть над одним или несколькими "жалкими" существами, находящимися под твоим контролем, которые всегда будут для тебя выполнят всё, лишь бы обратить твоё внимание на себя, но кого ты не заметишь, поскольку тебе нет дела до интересных, ни на кого не похожих, творческих и необычных людей. Ну так давай - вперёд! Но когда ты всего добьёшься, что будешь делать? Ты даже не знаешь, кто ты такая. И не понимаешь, что тебе нравится. Всё получила, но при этом ничего. А время - оно прошло... Ты живёшь в крутом Мегаполисе. Богатство - твой друг. Огромный скучный дом - твоя защита. А муж или жена столь идеальный спутник, что аж тошнит. Но зато ты не один или не одна! И выполнил(выполнила) то, чего хотела(а). Только одумаешься ты... Ах, что это? Твоя жизнь уже прошла? Тебе давно за пятьдесят и ты на самом деле не нужен(на). Даже своей второй половинке(А вдруг нет?)! За тебя вышли замуж или на тебе женились лишь потому, что ты приносишь выгоду или общество сказало вам быть вместе(А может тебе всё же повезло?). Ты ничего не знаешь о мире и ничего не видел(видела) кроме работы и столь гадкого окружения, от которого хотелось каждый день сбежать. Но ведь легче бухать вечерами, ненавидя свою жизнь, утопив в ней сомнения собственных действий и слов, а затем, после пары или тройки ослепительно-белых дорожек, отправиться домой избивать того или ту, кто всегда, ни смотря ни на что, так же ненавидя свою жизнь, мечтая о высоком(в отличии от тебя), скорее всего скрывая свою принадлежность к заунцам, будет для тебя опорой, ведь по-настоящему любит тебя. Так ответь на вопрос, мой дорогой друг... Чем заунцы хуже тебя, настоящего пилтоверца? Человека, полного амбиций и желаний, но в итоге столь низко падшего от собственных лицемерных намерений и чёрствости, которую ты воспитал в себе сам? Единственная разница между людьми этих городов, как и меж самими городами - наличие или отсутствие сердечных мук! То есть, более простыми и ясными словами, человечность. Заунцы хотели бы жить лучше и мечтают об этом каждый день, но они просто не могут. Даже те, кто пытались, не в силах изменить факт о месте своего рождения. Мечты и надежды - их бесконечное убийство... Убийство же пилтоверцов - они сами! Но, как же быть, если в тебе есть принадлежность и к тем, и к другим? Когда ты наполовину ярый пилтоверец? Но на другую половину ты независимый заунец с огромной силой воли? Когда ты выбралась из Зауна, многие годы назад родившись там, избавившись после переезда в далёкую Демасию от всех вредных и убивающих привычек, встретив там свою любовь, но всё же в итоге сбежав от туда вслед за любимой и остановившись в Пилтовере, решив там жить и создать свой окончательный "дом"? Запутаться в том, кто ты есть - очень легко! А распутать этот клубок практически невозможно! К сожалению... И всё же есть маленький шанс стать хоть кем-то, когда приехав за любимой, ты встречаешь ту, кто давным давно стала единственным смыслом жить, но от которой ты так нагло сбежала, покинув Заун и, с помощью жёсткой психотерапии, искалечила разум маленькой девчушки, так яро любившей тебя и твою компанию. Ты заставила её забыть с помощью разных бесчеловечных терапий, привлекая своего лучшего друга психотерапевта к помощи с данной темой, избегая грустных, медленно гаснущих вместе с яркой улыбкой, голубых глаз, с издевательски-доброй улыбкой смотря через одностороннее окно на маленькую девчушку, бьющуюся в конвульсиях день ото дня, крича от жгучей боли, истерично смеясь от убивающих, бесконечно повторяющихся, громких, слишком невыносимых звуков, дрожа всем телом, не выдерживая одиночество и всех людей вокруг. А теперь скажи, что ты там увидела? Бешенные фиолетовые глаза. Ни единого намёка на жизненный поток голубого блеска, столь радующего душу рыжеволосой стервы. И без того хрупкое тельце стало ещё меньше. Тощее телосложение перешло границы дозволенного. И всё же, она ещё жива... Как? Как эта маленькая косточка ещё живёт? Не то, что стоит на ногах... Удивительно! Её костюм больше не милый. Он боевой. На нём нет ни намёка на любимую "голубку". Говор резкий и слишком грубый. Где те милые смешки и наивная доброта? Что стало с той, кого так любило одинокое сердце? Волосы больше не распущенные. Девчушка с детства часто завязывала в маленькие, тонкие, аккуратные косички свои волосы, когда шла со своей старшей сестрёнкой на дело. Встречи сестёр ограничивались походом на разного рода "дела", пожелания "спокойной ночи" и крепкими медвежьими объятиями ранним утром, когда "малютка" ещё спала, а на улицах Зауна было совсем тепло. Старшей сестрице было плевать на усталость её предмета, помогающего добыть драгоценности и другую различную ерунду, на которой она была столь помешана. Так что каждый раз она будила бедняжку объятиями и та боялась потом уснуть. Она не хотела оставлять сестру и хотела быть готова к любой вылазке, ожидая в любой момент просьбы в помощи или хотя бы какого-нибудь проявления сестринской любви. Отсутствие внимания от старшей сестры сильно калечило душу голубоволосой, о чём прекрасно знала рыжая бестия и пыталась заменить ей сестру, маму, папу и даже друзей. Рыжая всегда видела свою "любимую мордашку" с распущенными волосами. В один день, в самый первый день, который они полностью провели вместе, после поездки бестии в Демасию к своей совсем ещё юной, как и она сама, девушке, девчушка упорно старалась быстрее завязать косички. А когда юная изобретательница увидела рыжеволосую девушку, стоявшую со счастливой улыбкой у порога, она тут же с грустью опустила глаза, ещё быстрее перебирая прядки своими тоненькими длинными пальчиками. Но от спешки всё вышло из под контроля и она так и не смогла завязать косички. Слёзы потекли рекой из бесконечно красивых, бескрайних, глубоких, полных любви и ласки, глаз. Быстро подбежав, новая "нянька", как её называли родители "малютки", устремив взгляд на милое личико, крепко обняла хрупкое тельце. "Пр-прости меня... Я не успела завязать косички. Я знаю, что не должна выглядеть как замарашка... Такого больше не будет" - Именно эти слова рыжая услышала первыми. Всхлипы и громкие вздохи сопровождали болезненные для них обеих слова. И, как выяснилось потом, эту херь в её голову вбила старшая сестра, поругав её за распущенные волосы, не приведённыё, по мнению Вай, в порядок. "Ты прекрасна! И всегда ходи с распущенными. Не смей их завязывать, слышишь? Ты красотка! Пусть это видят все. И завидуют!" - Первые слова, что услышала юная изобретательница. С тех пор она всегда ходила с распущенными волосами. Кроме тех случаев, когда она ходила с Вай на задания. Её она боялась так сильно, будто та огненный дракон, за секунду испепеляющий всё на своём пути. Но так же Паудер безумно любила этого злого, истеричного, похуистичного дракона. Так где же теперь эти чудесные распущенные волосы? Почему их больше не видит свет? Новые обвинения себя в этом полетели в самое сердце рыжей бестии огромными ракетными зарядами, добивая всё, что умудрялось выживать, но что оказалось мертво с данного момента. Шокированная новой версией своей любимой "мордашки", Агнес не могла до сих пор поверить в то, насколько сильно та изменилась и сколько всего она пропустила в жизни девчушки. - Реальность - такая скотина! - Слетело с её губ, которых тут же коснулся невысокий, шестигранный, широкий стакан, до краёв наполненный бурбоном. Лёгкая саркастичная улыбка показалась на тощем, но имеющем пухлые щёчки, лице. Злоба заполнила взгляд так же быстро, как влитая в организм жидкость завладела остатками светлой души тёмными отблесками. - И я прибью её...